Она встала на четвереньки и медленно поползла к дому. Глава 16 из романа "Улыбка Амура"

Автор:
kasatka
Она встала на четвереньки и медленно поползла к дому. Глава 16 из романа "Улыбка Амура"
Аннотация:
Про сильный гололед. И про то, как Настя окончательно поняла, что влюблена в Вадима.
Текст:

Зима, предчувствуя скорый конец, совсем разлютовалась. Весь февраль ветер дул, не утихая, − даже при небольшом морозе на улицу носа было не высунуть. Особенным кошмаром для горожан стал гололед. Ветер выметал не успевавший нападать снег, и все улицы города блестели, как отполированные. Ладно бы лед был ровный − так нет же, сплошные бугры и рытвины, чуть не так ногу поставишь, и растянулся. «Вечерка» каждый день перечисляла сколько горожан попало в больницу с переломами рук и ног − их количество росло в геометрической прогрессии. 

В один из последних февральских дней вдруг резко потеплело, до плюс пяти. Тепло продержалось пару дней, и улицы потекли. Однако толстый слой льда на тротуарах не успел полностью растаять − и едва намерзшиеся за зиму горожане воспрянули духом, как под утро грянул мороз. Да такой, что все улицы и даже ступеньки у подъездов снова моментально покрылись скользкой-прескользкой коркой льда.
Спешившие к первому уроку подружки, выскочив из подъезда, не успели сделать и пары шагов, как, взмахнув руками, дружно повалились на спину и так прокатились несколько метров, пока не въехали в куст. Чертыхаясь, они попытались подняться − но не тут-то было. Вышло только на четвереньки: едва они принимали вертикальное положение, как тут же падали. Наконец, цепляясь друг за дружку, они кое-как поднялись, но на большее не решились: было ясно, что малейшее движение приведет к потере равновесия и новым ушибам. Так они стояли, обнявшись, и пытались сообразить, что предпринять, пока из подъезда не вышла дворничиха.
− Тетя Лиза, вы бы хоть возле дома посыпали, − обозлено крикнула Наташка, потирая ушибленную коленку. − Шагу нельзя ступить!
− А что толку? − отозвалась дворничиха. – Я же всю улицу не посыплю. Шли бы вы домой, пока ничего себе не поломали.
Она постояла минуту, раздумывая, потом махнула рукой и скрылась в подъезде.
− Настя, ты, как хочешь, а я сегодня в школу не пойду, − решительно заявила Наташка. − Мне еще жить не надоело. И тебе не советую.
Она встала на четвереньки и медленно поползла к дому. Настя, следуя ее примеру, села на пятую точку, и отталкиваясь руками, тоже заскользила к подъезду.
− Это что за фигурное катание? − Веселый голос заставил Настю поднять голову. Над ней склонился неведомо откуда взявшийся Вадим.
− Вот, − растерянно пробормотала Настя, краснея от смущения, − все время падаем. Бугры такие скользкие. Уже два раза растянулись.
− Не надевайте сапожки на каблуках в гололед. Цепляйтесь-ка за меня.
Поддерживаемые его сильными руками девочки с трудом поднялись.
− А ты сколько раз шлепнулся? − поинтересовалась Наталья.
− А меня гололед не берет, − засмеялся Вадим. − Площадь опоры широкая: сорок пятый растоптанный. Где твой братец?
− В лицее должен быть. А что, его там нет? − забеспокоилась подруга. − Он рано ушел.
− Нет, не появлялся. Вот я и отпросился узнать, куда Никита подевался. Звоню-звоню к вам − никто трубку не берет.
− Значит, с ним что-то случилось. - Наталья встревожилась не на шутку. − Пойдемте, позвоним в «Скорую», может, он уже в больнице.
Еще на лестничной площадке они услышали, как трезвонят телефоны в их квартирах. Настя кинулась к себе.
− Настенька, ты еще не ушла? − В голосе отца сквозила тревога. − Сиди дома, никуда не выходи. В городе такое творится!
− Пап, мы с Наткой только вышли из дому и сразу шлепнулись. Двигаться совершенно невозможно. Нам Вадим помог, Никитин друг, иначе пришлось бы возвращаться в подъезд на четвереньках. А Никита еще утром в лицей ушел, но не дошел. Сейчас будем искать его.
− Немудрено, такого гололеда я не припомню. Ну, будем надеяться, что ничего страшного не случилось. А ты позвони в школу. Скажи, что не придешь, родители не пустили.
− Ладно, скажу. А как вы с мамой?
− Мы задержимся до вечера. Пообедаем в буфете. Синоптики обещают днем потепление, может, подтает. В крайнем случае, такси вызовем.
− Пап, если еще позвонишь и меня не будет, не волнуйся, значит, я у Белоконевых. Господи, хоть бы с Никитой обошлось!
− В случае чего, звони мне, я у себя в кабинете.
Положив трубку, Настя пошла к подруге. Наталья с убитым видом сообщила, что родители уже все знают: им на работу позвонила классная руководительница Никиты. У них в лицее такое правило: если кто отсутствует на уроке, немедленно ставить в известность родителей.
Ничего себе строгости, подумала Настя. Вот бы и у нас так было, а то наши прогульщики совсем обнаглели. Хотят, с литературы смываются, хотят − с английского. Знают, что им за это ничего не будет.
− Все, девочки, давайте звонить в милицию. Больше ничего не остается, − предложил Вадим.
− А, может, в «Скорую»? − робко спросила Настя. − Или по больницам?
При этих словах с трудом сдерживавшая себя Наташка, наконец, разревелась. И тут загремел телефон. Наталья схватила трубку.
− Это я, − услышала она голос своего братца. − Я в милиции. Еле упросил дать позвонить. Тут страшная авария и всех свидетелей забрали. Но уже скоро отпустят − я тогда в лицей.
− Марш домой! − закричала Наташка. − Никакого лицея! Мы тут умираем от страха! Я сейчас маме буду звонить, что ты нашелся. Вечно влипаешь во всякие истории! Свидетель какой выискался!
− Наталья, да ты что? Тут такой ужас! Грузовик занесло на остановку, а там толпа... Все, трубку отбирают. Ладно, еду домой − ждите.
Впервые за этот час они, наконец, перевели дух.
− Пойду к себе, позвоню папе, что Никита нашелся. − Настя направилась к двери. Присутствие Вадима волновало и одновременно сковывало ее. Выскальзывая в коридор, она бросила на него быстрый взгляд, и он тут же его поймал.
Жаркая волна захлестнула Настю. Опустив пылающее лицо, она выскочила из Наташкиной квартиры, отчетливо понимая, насколько глупо выглядит со стороны.
− Настя, не уходи! − крикнула ей вслед Наташка. − Давай дождемся Никиту. Чего-нибудь вкусненького приготовим − он там, наверно, страху натерпелся, голодный, как волк, придет.
− У меня сало в холодильнике есть, − задержалась в дверях Настя. − Давай поджарим яичницу с салом: Никита ее любит. Помнишь, как он ее навернул, − из четырех яиц. Я сейчас принесу. А яйца у тебя есть?
− Есть, только пять штук.
− Ничего, я еще принесу, мама много купила.
Очутившись в своей квартире, Настя упала на диван и стала приводить в порядок растрепанные чувства. Странный ожог души, испытанный только что, испугал и озадачил ее.
− Что со мной? − спрашивала она себя. − Почему это так сильно? А вдруг − любовь?
Она представила себе лицо Вадима, его ответный взгляд − и снова невидимое пламя опалило ее, заставив вздрогнуть.
− Любовь! − подтвердил солнечный луч, заглянувший в окно. − Любовь! − улыбнулся синий просвет неба между облаками. − Ты влюблена! 
Влюблена! − с пронзительной ясностью поняла Настя. Что же делать? 

0
212
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...
Светлана Ледовская №1