Пока робот поживет за меня

Автор:
Андрей Алмазов
Пока робот поживет за меня
Аннотация:
Молодой человек Роберт Петров становится свидетелем убийства. Теперь, опасаясь за свою жизнь, он и его знакомый профессор скачивают мозг первого на жёсткие диски и вставляют в робота.
Сможет ли механический Роберт навремя заменить настоящего? Или профессор потерпит фиаско?..
Текст:

Возвращаясь домой поздно вечером, молодой слесарь Роберт Петров становится свидетелем преступления. А точнее, убийства. Двух человек. Парень не стал геройствовать, его бросило в жар, когда один из пяти бандитов оглянулся. И пошел. Прямо на Роберта. Прямо с ножом. Дрожь в ногах слесаря стала такой сильной, что казалось, такую невиданную доколе скорость он развил благодаря ей. Открылось второе дыхание, прыжок через забор, поворот направо, через двадцать метров налево, бег по прямой и... Спасение! Университет, в котором работал давний друг Роберта виднелся за пятиэтажкой. Благо, ещё не закрылся. Парень пронёсся мимо охранника, чем вызвал у него все самые неприятные чувства и опасения. Он с перепугу жмакнул по кнопке вызова полиции и бросился вслед за Робертом, который уже миновал третий этаж. На четвертом этаже находилась университетская лаборатория, в которой допоздна работал над своими проектами профессор Опаснейший. Да, очень странная фамилия, но тем не менее она записана в паспорте и красуется на доске лучших преподавателей. Никто не знал, от рождения ли она была дана профессору, или он сменил свою реальную фамилию... А вот звали Опаснейшего Николаем. И в этот поздний час он работал над увеличением встроенной памяти в своих жёстких дисках. Он планировал всю ночь провести в университетской лаборатории. Но тут к нему вломился Роберт. «Профессор! Я с Вами говорю в последний раз, считайте меня уже трупом!»

– Что случилось? Почему трупом?
– Я задержался на работе, шел, а там.. В переулке бандиты.. Они убили двух.. Один отморозок меня заметил, достал финку и идет на меня спокойно.. Эх, уберут меня как свидетеля! Прощайте.
Роберт, рыдая, вцепился в профессора. Тот похлопал его по спине. «Что нибудь придумаем.. Не волнуйся, не убьют они тебя».
Сели. Сидят. Забегает охранник. «Вот ты где! Все этажи прорыскал! Профессор, отойди от него!.» – кричал сторож. «Это мой ассистент, Григорий Павлович, не беспокойтесь» – ответил Опаснейший.
– Ассистент?.. А я уже полицию вызвал..
«Полицию... Это хорошо» – подумали Роберт и Николай. «Григорий Павлович, закройте входную дверь в университет и никого не впускайте до приезда правоохранителей. Как прибудут, скажите, что их вызвали мы. И пускай поднимаются» – сказал профессор. Охранник уже был готов идти, но решил поинтересоваться что случилось. «Потом, Григорий Павлович, потом» – отвечал Николай. Дверь в лабораторию тоже закрыли и свет выключили, дабы с улицы единственное окно не светилось.
Профессор Опаснейший: Слушай, Роберт, я конечно надеюсь на благополучный исход, но неплохо было бы рассмотреть иной конец.
Роберт Петров: Иной? То есть, смерть?
Профессор Опаснейший: Да-да, именно так.
Роберт Петров: А разве тогда уже можно будет что-то поделать?
Профессор Опаснейший: Не было бы у тебя меня, ничего бы сделать уже нельзя было бы. Но со мной выход есть. Даже здесь.
Роберт Петров: Заинтриговали... Что вы предлагаете?
Профессор Опаснейший: Не знаю, поймёшь ли ты, но мысль донести попытаюсь. Смотри, до твоего прихода я работал над увеличением встроенной памяти в жёстких дисках. Я хотел увеличить память до 70 терабайт. Сейчас на них 50. У меня всего пять жёстких дисков. Так вот, ты надеваешь специальный шлем, который скачивает с твоего мозга всю информацию на жёсткие диски. Получается, что мы делаем дубликат мозга. На четырех дисках будет храниться вся усвоенная тобой информация, на пятый будет записываться новая. Ты будешь получать новые знания благодаря самому высокотехнологичному искуственному интеллекту. Мы запишем все твои интересы, особенности характера, чтобы интеллект смог быть максимально похожим на твой мозг. В конечном итоге мы вставим жёсткие диски в корпус и встроим в него искусственный интеллект.
Роберт Петров: Очень сомнительный эксперимент, но попробовать можно.
Роберт одел шлем, профессор подключил диски и запись пошла. Все заняло 15 минут. Петров снял шлем и стал рассказывать о своих интересах и особенностях характера. Полиция уже подъезжала.
Профессор Опаснейший, слыша сирену: Ладно хватит себя описывать. Скажи лучше какую информацию я могу удалить, если не хватит памяти для новой?
Роберт Петров: Можете удалить почти весь школьный курс. В жизни он мне никак не понадобился. Только способность читать, писать и считать оставьте.
Профессор Опаснейший: Разумеется. Может что еще? Должна быть альтернатива.
Роберт Петров: Уберите, пожалуйста, из моей памяти воспоминания о поведении отца. Без подробностей. Без комментариев. Благо мы с мамой от него отдалились.
Профессор Опаснейший: Но те воспоминания наверняка сыграли роль в формировании твоей личности и ха...
Стук в дверь. «Я открою, профессор» – сказал Роберт. Вошли полисмены. И сторож. Любопытный. Слесарь и Опаснейший рассказали о сложившейся ситуации, парень дал показания. Его выводили из университета два силовика, заверив, что ночь он проведет в безопасности – в отделении.
Черный выход. Там нет ничего, кроме мусорных контейнеров и ржавого забора. Там никто и никогда не ходит, даже днём. Вышли. Сзади выстрел. Один мент лег. Роберт бросился бежать, оглянулся и увидел второго полицейского, направившего ствол на него. «Вот он – мой убийца и убийца лежащего... Полицейского» – последняя мысль нашего героя.
Убийца в погонах вбежал в лабораторию. «Убили! Двоих убили! Я один спасся!» – кричал он. Менты побежали вниз. Этот... Урод... Остался. «Вы давно его знали?» – тяжким голосом спросил он профессора. Тот был в шоке и ничего не говорил. Охранник же вглядывался в полисмена. «Ты его убил» – сказал неожиданно он. Сторож поспешно запер лабораторию и выключил свет. Псевдомент оправдывался, говорил что он сам жертва, но сторож повторял только одно: «Ты убийца». Кто же знал, что этот старичок – бывший агент КГБ. Убийца встал и был готов нажать на курок, как сидевший в ступоре профессор схватил пистолет. Он оставался в той же позе, голова его по-прежнему была опущена вниз, а глаза уставлены в пол. Своё положение изменила лишь рука, вцепившаяся в пистолет. Все это в темноте казалось жутким, но ещё страшнее стало, когда губы профессора, синие из-за светящего на них лунного света, заговорили: «Хочешь пообщаться с тем, кого убил пять минут назад?» Преступник в ступоре. Не дожидаясь ответа, Опаснейший второй рукой дёрнул рычаг, оставаясь все в том же положении. В углу что-то замигало и затрещало. Бандит хотел пострелять туда, но не смог сдвинуть ствол, ибо рука профессора держала его в тот момент крепче, чем мог бы держать самый сильный человек в мире. То, что трещало и мигало в углу, стало приближаться к преступнику. Дрожащий бандит отпустил пистолет. Теперь он был в руке профессора, который кинул его сторожу. «Не убивайте! Не убивайте меня! Не надо!» – верещал бандит. То что приближалось, село на стол рядом с Опаснейшим. В темноте не было видно что это такое, но ясное дело, что не человек. Луна отражалась в его металлическом корпусе. «Ты был убит, Роберт, убит этой мразью» – говорил профессор. Робот повернул голову на эту самую мразь. «...А там, на улице, лежишь ты» – продолжал Николай всхлипывая. Робо-Роберт посмотрел в окно.
Стук в дверь. «Откройте, профессор, я не сведу курок с этого урода» – сказал сторож. Открыл. Вошла полиция. «Один труп» – сказал майор. «Один?!» – удивились все. «Один» – ответил полисмен и продолжил: «Нашего сотрудника подстрелил... Урод... И скрылся. Паренек в тяжёлом состоянии, но живой». «Я живой?!» – спросил Робо-Роберт.
Охранник обвинил в преступлении псевдомента, сидящего и смотрящего на механическую версию слесаря Петрова. В доказательство сторож привел пистолет преступника. На момент выезда всем силовикам полностью заправили обойму. У убийцы как раз не хватало двух пуль. Одну он всадил в покойного полицейского, вторую – в тяжелораненого Роберта. Да и записи уличной камеры хватило, чтобы доказать преступление. В ходе следствия выяснилось, что тех двоих, свидетелем убийства которых стал Роберт, застрелил этот же мерзавец. Суд вынес ему пожизненное заключение, а сообщнику, который как раз заметил слесаря Петрова, двадцать семь лет тюрьмы.
Роберт впал в кому. Его состояние не улучшалось.
Навестить Петрова пришли профессор Опаснейший и сам Роберт. Ну, вы поняли. Он смотрел на себя каким-то пофигистским взглядом. «Вот выкарабкаешься, и будем с тобой в бадминтон играть» – говорил Николай, смотря на робота. Но что же мешало им играть и общаться сейчас? Таким же вопросом задалась механическая версия нашего героя. Профессор решил сыграть с Робо-Робертом в шахматы. Они сели на скамейку в парке. Вечер. «Конь ходит буквой Г, пешка на одну клетку, самая сильная фигурка ферзь, короля береги. Ясно?» – спросил Николай Опаснейший. Робот глядел на него и думал: «Зачем мне все это объяснять, если я и так знаю правила?» Играют. «Мат» – усмехнулся профессор через двадцать минут. Робо-Роберт взял ферзя и швырнул в своего противника. Причем швырнул так, что тот полетел со скоростью 50 метров в секунду. Опаснейший увернулся. «Ты больной?! Ты бы меня убил, попав ей в голову!» – возмущался он. Механический Петров извинился. Вторая партия. Спустя сорок минут робот выиграл. Профессор поддался. Ему нужна была реакция после поражения и победы. А реакция была таковой: металлическая рука взяла ферзя Опаснейшего и раздавила. Потом последовало механическое «ха-ха-ха». Все это насторожило ученого.
Шли дни, недели, профессор почти забыл о странном поведении робота, нехарактерного для Роберта. Николай Опаснейший притащил железяку в университет показать студентам. «Это, знаете ли, прорыв! Человек, который сейчас находится в тяжёлом состоянии, в коме, продолжает жизнедеятельность благодаря мне. Знакомьтесь, механическая версия Роберта Петрова – слесаря, ставшего свидетелем преступления, а в последствии и самой жертвой. Я скопировал его мозг перед тем, как на него было совершено покушение, и закачал в робота. С помощью искусственного интеллекта, максимально приближенного к интеллекту Роберта, он общается и усваивает новую информацию. Робо-Роберт был создан на время, пока оригинал в коме» – с гордостью выступал перед заинтересованной группой профессор Опаснейший. Голос с четвертой парты: «Где же ваша Нобелевская премия?!» Николай задумался. Студент встал, подошёл к Робо-Роберту, осмотрел его со всех сторон и теперь глядит в глаза – зеркало души. А это робот. Его очи были холодны, как январское утро. «Профессор, с ним что-то не так...» – заявил парень. Все ахнули. Опаснейший был очень строгим преподавателем. Николай посмотрел сначала на своего ученика, затем на Робо-Роберта. «Да нет же, все в порядке» – сказал он совершенно спокойно. Студент сел. Его лицо оставалось растерянным весь день.
Профессора насторожила такая реакция ученика на Робо-Роберта. Он вспомнил игру в шахматы и усомнился в адекватности механического друга. Но это только сомнения, а где же пруфы?..
На следующий день Опаснейший, как обычно, утром, отправился на работу. Начало пар. Четвертая парта пустует. Профессор сглатывает. «А кто нибудь знает где Валерьяненко?» – спрашивает он. Тишина. Николай вышел, звонит маме отсутствующего ученика. «Он не дома. Он.. Он пошел на занятия.. А.. Его нет?» – дрожащим голосом спрашивает женщина. «Валерьяненко! Ты где был?! Мать волнуется! Пятнадцать минут уже прошло с начала пары! Быстро в аудиторию!» – кричит профессор и продолжает разговор по телефону: «...вот, ваш сын только что прошел. Опоздал. Впервые». Отключился. Никакого Валерьяненко не было! Его нет. А это, между прочим, лицо университета, прилежный, никогда не пропускающий занятия студент. Николай Опаснейший быстро идёт по коридору, заходит к заведующему: «Замена. В 75-ой аудитории замена. Мне плохо, я домой» – говорит он, хлопает дверью и поспешно уходит. Ему действительно плохо. Он не думает о проблемах на работе, он думает о том, что приключилось со студентом Валерьяненко. Точнее, гадает.
Подъехало такси. «На Химическую 27! Поскорее!» – говорит водителю. Приехал. Звонит в квартиру Роберта. Открывает робот. «Профессор, вы не на работе? А что так?» – спрашивает он.
– Сегодня на занятиях не было студента Валерьяненко. Тот парень, который вчера к тебе придрался.
– Может прихворал? Чаю?
– Нет, не надо, его дома нет! Куда он делся? Он скромный интроверт.
– Понятия не имею. Хотите организовать поиски?
– Я.. И ты. Мы вдвоем отправимся его искать.
Поехали. По дороге Опаснейший обзвонил больницы. Не поступал к ним студент Валерьяненко.
Все объехали. И город, и загородные поселки, и лес, прилежащий к городу. Нет. Исчез. Испарился. Пропал.
Вновь приехали в дом Роберта, в котором во время отсутствия хозяина жил Робо-Роберт. «Плохо. Мне плохо. Аж в жар бросило, башка кипит, есть аспирин?» – спросил Опаснейший. Железный пошел на кухню за таблеткой. Профессор вскочил, подошёл к стоящему в углу комоду и установил туда камеру. Почти невидимую. Очень маленькую, как бусинку. Вновь лег на диван и ноет.
Ночью Николай не спал. Ему казалось, что кто-то стучит в дверь, пока не раздался звонок. Смотрит в глазок – Валерьяненко у входа. Открывает и обнимает студента. «Ты живой! Живой! И здесь! Где был весь день? Почему пришел в столь поздний час?» – радостно спрашивал Опаснейший. «Знаете ли, профессор, я был прав. Ваш робот – чокнутый садист! Я утром выхожу, а он у соседнего дома стоит. Я его увидел, перешёл на другую сторону улицы, он за мной. Я бегу – он бежит. Я иду – он бежит. Он гнался за мной! Что хотел – не знаю, но не думаю, что на чай пригласить. Я не пошел на пары, не пошел домой, я сидел в торговом центре «Биг-Бен» весь день, а вечером вызвал такси и приехал к вам. Мне страшно, позвоните маме, скажите что со мной все в порядке! Я телефон дома оставил, забыл» – говорил Валерьяненко.
Профессор задумался, зачем Робо-Роберту гнаться за студентом? За тем студентом, что усомнился в его разуме и характере. Что же хотел сделать механический – Николай Опаснейший не знал.
Утром профессор заехал к настоящему Роберту в больницу и установил в палате камеру. Такую же, что оставил в доме друга. Позже старик ученый поехал за роботом, и они отправились якобы «проведать» оригинал Петрова.
Опаснейший сидел на кушетке, железный стоял. Николай, не поднимая глаз на механического Роберта говорил: «Вот ничего, друг, выкарабкаешься, будем с тобой вместе гайки откручивать». Робот насторожился. Ушли.
Так они неделю навещали больного. Так неделю отсиживался дома студент Валерьяненко, в университете считавшийся пропавшим. Так профессор Николай Опаснейший собрал видеозаписи съёмок с разных мест. Так, не поднимая глаз на робота, ученый давал ему возможность смотреть куда угодно, не боясь сойтись взглядами со стариком. Так, просматривая записи, профессор наблюдал за поведением железного в палате и дома. В больнице механическая версия Петрова осматривала помещение и, будто бы с ненавистью глядела на свой оригинал. Бесценным было выражение лица робота, когда Опаснейший сказал про «откручивание гаек».
Камера, стоявшая дома у Роберта записала, как железный избавляется от старой мебели Петрова и делает перестановку. Николай пришел к выводу, что Робо-Роберт не любит свой оригинал и, возможно, даже хочет от него избавиться. Причин тьма. От банальной ревности, до боязни за свое существование.
Он пришел со своими доводами к смышленному студенту. Всё рассказал и спросил мнение второго. Тот согласился с теорией профессора.
– Слушай, Валер (так звали Валерьяненко), ты говоришь твой папа охотник?
– Да, бегает за кабанчиками.
– У него есть ружье, так?
– Есть. Сорок девятого года.
– Скажи отцу чтобы отложил охоту на ближайшее время. Нам может понадобиться пушка.
Валерьяненко удивился. Участвовать в охоте на робота он не сильно хотел. Но будет ли эта охота?

Часть 2
«Роберт! Робо-Роберт! Посмотри, пожалуйста, это видео» – говорил профессор, включая запись с камеры.
Посмотрели. «Можешь объяснить, почему ты выбрасываешь мебель? Или ты можешь объяснить своё странное поведение в палате у оригинала? Ты испытываешь какую-то неприязнь к Роберту?» – спрашивал Опаснейший. «Я Роберт. Только в металлическом корпусе. Забыли? Как я могу испытывать неприязнь к себе? Мебель выбрасываю, потому что мода другая. Минимализм. А в палате... Вы думаете, легко смотреть на себя же в коме?» – говорил робот. «Стоп! Вы... Вы установили камеры у меня дома?!» – резко встал и возмутился он.
– Ты присядь, Робо-Роберт, успокойся. Это для тебя же лучше.
– Вы... Профессор Опаснейший, я полагаю, вы сумасшедший.
– Да... Я действительно сумасшедший. Нормальный человек никогда бы тебя не создал...
Николай удалился. Камер в доме железного уже не было.
Сумерки. Валерий Валерьяненко и профессор Опаснейший сели в машину отца первого. Студент – за руль, учитель рядом. Ружье на заднем сидении. Тронулись. Едут. Уже совсем стемнело. Едут. На душе тревога. Едут. Включили радио, там играет «Pendulum – 9000 Miles». Объездная дорога. Загород. Поворот в лес. Выключили фары. Обогнули деревья, выехали на тропинку. Знают – впереди большое, просторное поле, окружённое лесом. Едут. Вот уже и колоски начинаются, остановились. Смотрят в бинокль – никого. А, нет, по полю движется на северо-запад силуэт. Черный. Человеческий? Если бы. Этой ночью профессор и студент надеялись увидеть здесь только Робо-Роберта. Да, это он и есть. Валерьяненко надавил на газ со всей дури, машина помчалась на железного. Он оглянулся, но черная Волга «Газ-24» уже посадила его на капот. Едут дальше, робот пробил лобовое стекло рукой и машет кистью: «О, профессор, а чего это вы меня сбиваете? Мы же с вами друзья!»
– Нам не видно куда ехать, спрыгни с машины! – кричал студент.
Никто никуда не спрыгнул. Валерьяненко не справился с управлением и врезался в дерево. Капот, на котором лежал Робо-Роберт, смялся. Сам же железный получил несколько вмятин. Открылись двери, Николай и Валерий побежали прочь. В руках профессор держал ружьё. Механический Петров рванул за ними.
Студент мчался как невменяемый. «Беги, Валерий, беги!» – кричал ему задыхающийся профессор, который свернул в бок. Робот остановился, немного подумал, затем погнался за студентом. Ему не хотелось получить пробои от пулей Опаснейшего. Старика железный решил оставить на потом.
Валерий бежит. Задыхается, в глазах темнеет, спотыкается, падает. Поднимается и бежит. Робот уже близко. «Вот так киберпанк... Упаду, он меня щас тут и кокнет. Зачем я влез в это дело?» – мчась думает студент. Сейчас, кажется, уже в обморок упадет, но нет, наоборот, открылось второе дыхание, прям как у настоящего Роберта. Обрыв. «Наконец-таки!» – обрадовался Валерьяненко. Остановился. Облокотился руками на колени отдышаться. Робо-Роберт тормознул. «Слышь, пацан, скажи, а что ты тогда в универе ко мне прикопался?» – спрашивал он. Студент молчал. Потом заговорил: «Никогда. Правильно говорят, никогда искусственный интеллект не заменит человека. Роботы не умеют чувствовать, не имеют эмоций. Они не отдают себе отчёт в своих действиях. Душа находится не в мозге, а в сердце. У тебя вместо сердца двигатель. Делай выводы. Ты не живой. Ты такой же робот как мой компьютер, только более функциональный». Робот направился к Валерию, но вдруг его что-то сильно ударило сзади. Он вновь оказался на капоте все той же Волги, которая чудом оказалась способна ехать. Но теперь она не врезалась в дерево, нет. Она полетела вниз с обрыва, прямо в реку с бешеным течением. Профессор успел выскочить.
Робот упал в воду, ухватился за камень и держится. Он провел по шее пальцем, угрожая стоящим вверху профессору и студенту. Затем заискрился, задымился и отключился. Внутри произошло котортое замыкание.
Вот и все. Сели на край обрыва, синхронно вздохнули. «Да... Я создал монстра. Я оправдал свою фамилию. Я действительно сумасшедший!» – сказал Опаснейший. «Нет, профессор, вы не сумасшедший... Вы изрядный дурак» – возразил Валерьяненко. Николай не разозлился, не удивился, а принял эти слова, счев правдой. Да это она и была...
Профессора уволили с работы за тот уход. Отец Валерия был в ярости, узнав, что случилось с его машиной, но Николай Опаснейший возместил ущерб – полную стоимость Волги.
Ничего не продумав, не учтя все аспекты, ученый из Робототехнического университета подверг жизни людей опасности.
Человека отличает душа. Это то, что сочетает в себе все положительные качества. Это то, что живёт вечно. Это то, что остается светлым всегда.
Робот никогда не станет человеком. И все эти попытки превратить металического болванчика в живое существо – нечто аморальное и грязное.
Человеком можно родиться. Стать человеком нельзя.
Ученый знал, что в ту ночь робот пойдет убивать оригинал. В городе планово отключили свет, и это помогло бы незаметно пробраться в больницу. Работали там только необходимые для пациентов приборы.
Через неделю после всех событий Роберт пришел в себя. Николай пришел навестить друга. «Профессор, робот работал? Он жил? У вас все получилось?» – спрашивал пациент. «Ничего не вышло. Я допустил кучу ляпов, ничего толком не рассчитал, как только включил – загорелся и всё. Глупо все это было. Даже в теории, Роберт» – отвечал Опаснейший. Он пожелал другу скорейшего выздоровления, отдал пакет с фруктами и ушел.
Николай отказался от своей науки, а студент Валерьяненко перевелся в Гуманитарный университет. Он не хотел работать с бесчувственными железяками.
Профессор пошел на обрыв. На тот, где все произошло. Он посмотрел в воду, корпус робота до сих пор держался за камень. Только был уже поржавевшим. А глаза... Глаза такие же, что и при «жизни». Холодные, как январское утро.

Другие работы автора:
0
51
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...
АСТ №1