За три месяца до года

Автор:
Ёлка
За три месяца до года
Аннотация:
Синие занавески
Текст:

Треугольные уши Дворняги дрогнули, когда Ренат вышел на поляну. В сумрачном лесу светящаяся собака привлекала внимание и путник, подобно мотыльку, не смог пройти мимо.

Дворняга появлению Рената не удивилась. Она зевнула, моргнула желтыми круглыми глазами и поприветствовала:

Заблудился?

- Что? - хрипло переспросил Ренат.

- Ну точно, заблудший, - хмыкнула Дворняга. И ласково, отчетливо проговаривая каждое слово, добавила: - Ты к бабке, сердешный?

Ренат молча пожал плечами. Свет, исходивший от шерсти собаки, не мог осветить весь сумрачный лес, его и на поляну-то не хватало. Но теплота успокаивала, прогоняла страх. К бабке или к черту на кулички уже роли не играло. Главное, не одному.

Дворняга вздохнула, встала на четыре лапы, подошла к собеседнику. Обстоятельно обнюхав его, еще раз вздохнула, мол, что с тебя взять. И бодро потрусила с поляны в гущу леса, мотнув при этом мордой.

- Ну пошли, потерянный.

Так Ренат нашел свою Дворнягу.

Бесцельное его блуждание в сумраке до этой встречи не подарило хоть какое-то понимание, что происходит. Но Ренат и не думал об этом.

Тепло, темно, влажно. Где-то негромко стучат барабаны, шумят деревья. Плотный туман обнимает всё тело, заползает в нос, размазывает итак плохо различимое окружающее в единое пятно. Иногда Ренат будто плыл сквозь этот туман, а не шёл.

Дворняга оказалась приятным сюрпризом.

- А я ему всё твердила, - бежала впереди Дворняга и болтала без перерыва, - балуешь ты меня, хозяин. Но не слушал. Никто Дворнягу никогда не слушает.

Ворчание собаки успокаивало, убаюкивало. Так мама нашептывает-наговаривает вполголоса, гладит ребенка, покачивает: “Вот едет трактор. Тррр-тррр. Трактор едет медленно. Тарахтит громко. Желтый. Большой. За ним грузовик зеленый. И собака бежит смешная. Пушистая, ласковая“. И так далее, и тому подобное. Можно слушать мамин голос, мерное гудение мотора или ветра, далекие барабаны. И плавать-кружиться в теплом коконе звуков, тепла и ласковых касаний.

- Ползет, ползет, ненаглядная! - смена тона Дворняги с ворчливого на восхищенный привлекла внимание Рената.

Из чащи по неровной траектории к ним двигалось что-то, светящееся даже ярче Дворняги.

- Лови хвостатую! - азартно закричала собака. - Не упусти родимую! Сбоку-сбоку заходи! Не трогай хвост!

Ренат послушно попытался поймать источник света, оказавшийся маленькой ящеркой. Та ловко уворачивалась, пробегала между ног, останавливалась поджидая. Будто дразнила. Даже негромко смеялась, переливаясь синими всполохами.

Ренат споткнулся, сел-упал на землю и расхохотался. Ящерка смотрела на него выпуклыми глазами. Протяни руку - и возьмешь.

Ренат улыбнулся:

- Ох, и погоняла ты меня, государыня ящерица.

И протянул руку ладонью вверх.

Ящерица дернула хвостом словно того и ждала и ловко забралась на Рената. Ткнулась головой в шею, замерла драгоценной брошью на груди. И разлилась по Ренату уверенность: вперед, вперед надо идти, уходить из этого леса, выбираться. К бабке, так к бабке, хоть и страшно до жути.

От усталости не осталось и следа.

Дворняга хмыкнула, мол, знаем мы вас, ящероносцев. И побежала дальше.

Тропинка сужалась. Деревья всё плотнее обступали, редкие ветки цепляли Рената за руки, жесткая трава царапала ноги. Над головой пульсировало темно-красными разводами. Густой туман все так же влажно и тепло обволакивал. Безвкусный в начале, теперь он отдавал то соленым, то сладким. А один раз стал невыносимо горьким и Ренат долго ещё отплевывался.

Ящерка недвижно сидела на груди путника пока на их пути не появился он.

Красавец олень гордо, неторопливо предстал перед Ренатом. Важно повел светящейся шеей. Глянул темным глазом. Фыркнул, обнюхав ящерку. Та фыркнула в ответ и перебралась Ренату на спину - точно на позвоночник.

Олень наклонил голову с роскошными рогами и легонько ткнулся влажным носом в руку Рената.

- Могу я сесть на тебя, благородный олень? - спросил замирающим от восторга голосом путник.

- А то как же, - бросила Дворняга и побежала дальше.

Ренат на олене двинулся за ней. Сильный, спокойный, уверенный. Как папин голос. Ладони у папы громадные. В них не страшно ничего. С папой - море по колено. С папой мама смеётся громко и заливисто. Счастлива мама - счастлив ребенок.

Олень неумолимо двигался вперед. Мощная грудь его раздвигала уже совсем плотный туман. Остановишься - увязнешь в нем, утонешь. Ренат и не заметил, как тропинка потянулась уже не между деревьев, а меж каменных стен.

Путники проталкивались, протискивались. Дворняга легко. Олень с каждым шагом всё труднее. Рога обломались о твердые стены, шкура ободралась об острые камни. Ренат, сидя на спине могучего зверя, уже не мог разогнуться, сменить положение.

Ящерка зацарапала спину. То ли слезала, то ли меняла позу. А туман кончился. Но и олень остановился, не в силах продолжать путь.

- Придется ползти, - Дворняга и тут веселилась, ухмылялась, - скоро-скоро уже к бабке попадешь.

Ренат с трудом перелез с оленя на землю. Разогнуться в полный рост не удавалось. Оставалось встать на четвереньки и поползти. Усталость и страх вновь накрыли Рената.

- А ты кто вообще такая? - спросил тогда он Дворнягу.

- Собака, - усмехнулась она, - А ты?

- Ренат, - серьезно ответил путник.

- Ты не бойся, касатик, - тихо сказала ему Дворняга, - страшнее здесь остаться, чем отсюда выйти.

Ренат полз из последних сил. Уже и не поднимая головы, двигался на четвереньках всё дальше и дальше. Остановился передохнуть. Когда же и чем это закончится?

Сзади Рената подтолкнул обжигающий плотный ветер. Тело вздрогнуло, получилось проползти ещё дальше. Тесно. Совсем тесно. Ещё толчок. Ещё. И ещё.

Подталкивания становились всё сильнее. Да что происходит? Зачем он вообще пошел за Дворнягой?

Макушку обдал свежий холодный воздух. Ренат закашлялся, поднял голову и увидел слепящий свет впереди. Не тот, какой исходил от Дворняги или ящерки с оленем. Ярче. Холоднее. Страшнее.

Ещё толчок.

Собаки не видно. А на фоне света появилась фигура. Маленькая, пухленькая, будто в платочке. Бабка? Дворняга? Мама?!

Ещё толчок. Но Ренат упирался. В свет идти страшно. Здесь тесно, и мрачно, и шумно - но знакомо. Может удастся ещё вернуться, всё наладить.

- Дошел, маленький, - ласково сказала фигура голосом Дворняги. - Потерпи ещё немного.

Но Ренат попятился. Его уже не просто толкали. Его выдавливали. Больно. Страшно. Свет слепил. Спереди холод. Сзади жара.

И всё стихло. Только быстрые барабаны вдали. Бабка. Бабка впереди. Руку протянула. Улыбнулась жалостливо.

- Жить-то хочешь? - спросила.

Ренат медлил. Ящерка на спине подрагивала. То ли сама боялась, то ли вперед толкала. Барабаны стучали яростно, надрывались.

Эх, была не была.

Ренат протянул в ответ свою руку.

Бабка крепко взяла его ладонь:

- Тогда кричи.

И шагнула с Ренатом прямо в белое пятно света.

Другие работы автора:
+3
52
Занятный сюр. Это что, про смерть мальчика? У меня такое ощущение сложилось. Не хочется умирать, а ничего не поделаешь. Свет в конце тоннеля и умершая бабушка встречает новопреставленного )
05:36
+2
Занято) всё наоборот) это рождение, а не смерть)
Для рождения мальчик чересчур хорошо осведомлен о различных вещах )) Так может чувствовать и говорить лишь человек поживший на свете )
17:01
+1
Насколько я помню, Рената — дважды рожденная. Так что, скорее, про роды. Вообще, хорошо так написано. thumbsup
Поправочка:
«возрожденная» или «рожденная заново»

Ну и название как бы намекает на 9 месяцев…
05:37
Да-да. Ренат — новорожденный.
Основной слой — это рождение)
20:29
+1
Просто тысяча плюсов!
За имя Гг, за оленя, и за крутое название!
вообще, низкий поклон!
06:13
Старалась blush спасибо)))
20:37
+1
Ёлка, у меня личная просьба. Поменяйте Дворнягу на Цуриката.
06:13
+1
Таааак. Вот тут чую прекрасную слоновью шутку, которую, к сожалению, оценить не могу )))
Загрузка...
АСТ №1