Тайник

Автор:
Елена Глущенко
Тайник
Текст:

«Как же давно я здесь не был... Всё теперь иначе. Всё изменилось...» Он медленно побрёл по знакомой с детства тропинке, осторожно ступая, чтобы, казалось, не нарушить того, что ещё хранила эта земля с давно ушедшего времени. Мужчина словно старался попадать в свои собственные детские, юношеские следы, оставленные здесь когда-то и так же забытые в этом маленьком дворике, как какие-то игрушки, что он не увёз с собой — тогда за ненадобностью. Заброшенный дворик теперь казался совсем крошечным, сжавшимся, как дед от старости. И одиноко торчащие из земли ножки, оставшиеся от скамеечки у свалившегося ветхого забора, походили на пеньки от выпавших зубов...

Поздняя осень, пасмурный день, серые мокрые листья... и тишина у развалин некогда двухэтажного дома. Его бывшей квартиры уже просто не существовало, как и всего второго этажа.

Старые, давно неплодоносящие яблони молча и безлиственно смыкали поредевшие ветви над головой. Он вынул из барсетки какой-то яркий плотный целлофановый пакет, постелил на пенёк-ножку от скамейки и присел, чуть поёжившись от пробравшего холода соприкосновения с призрачным прошлым и осенней сырости. Пар от тёплого дыхания растворялся в холодном воздухе, как последний единственный признак жизни здесь, на этом «погосте ушедшего». Мужчина поднял воротник своего серого пальто, спрятав за него длинные чёрные волосы, собранные в хвост, поправил шапочку, провёл пальцами по гладко выбритому подбородку и, покачав головой, тихо протяжно произнёс: «...да-а», и в больших глазах отразилась светлая грусть.

...Он долго ещё сидел, рассматривая полуразвалившиеся стены родного дома, что теперь стал одноэтажным. А на них воображение, подобно диафильму, воспроизводило одну за другой картины детства, отрочества, юности...

Сквозь визуальное наваждение памяти мужчина вдруг заметил надписи на кирпичной стене... И как они не смылись дождями? «Качественный мел выпускали двадцать.... шесть лет назад...» - он улыбнулся. Как же их тогда ругала за эту «наскальную живопись» соседка, баба Лена, под чьим окном и оказалось это первое в его жизни признание! ...Два имени, между ними - «плюс»... за знаком «равно» - нарисованное сердце... «Если б в школе задавали такие примеры, ты был бы отличником!» - сказал тогда отец, предварительно надрав сыну уши. А он... он тогда всем говорил, что это Митька написал, стесняясь своих чувств к Н, что так невольно выплеснулись на эту стену. Тогда им было по двенадцать...

Мужчина вздохнул. «Где она теперь? ...какая стала? с кем? ...Пропала из виду лет ....дцать назад... а здесь — осталась... А Митька? Помнит ли он, как обиделся на меня из-за этой надписи? ...Как я таскал ему всякие штуки, выискивал и выменивал запчасти для его велосипеда, только ради того, чтоб он меня простил... Как уговаривал его. ...А потом, в честь нашего примирения, мы с ним составили на бумаге клятву о нашей вечной дружбе и подписали кровью. Тогда он стащил старую зелёную шкатулку своей бабушки, где та держала нитки для шитья, и мы сложили туда эту бумагу с клятвой... вместе с какими-то «очень ценными» штучками и спрятали в наш тайник...» Он вдруг вскочил и быстро пошёл к дому, забыв расстеленный пакет на пеньке.

Двери подъезда отсутствовали. Под едва державшимся лестничным пролётом, ведущим «в небо», были навалены старые кирпичи и всякий хлам. Мужчина поставил барсетку на одну из ступенек, снял и повесил пальто на ветхие перила, чтоб не испачкаться. А сам стал руками разгребать завал из кирпичей и гнилых досок, чтобы подобраться к стенке, где была небольшая выемка — строительный брак. Он помнил, что там получалась как бы небольшая полка в стене, которую они с Митькой отлично маскировали вкладываемыми туда тремя кирпичами. И, чтобы вскрыть этот тайник, необходимо было что-то тонкое, наподобие ножа.

Повозиться с расчисткой подхода пришлось минут пять, не более. Зато свитер, брюки и туфли уже были сильно испачканы старой побелкой, а в горле першило от пыли; руки и шапочка тоже стали как у залихватского строителя. «Ерунда! Отмою, отстираю» - подумал он, когда от стены отлетел кусок побелки и упал прямо на плечо, и сползая вниз, оставил большое белое пятно на тёмном рукаве свитера.

Мужчина немного переживал из-за того, что его труды по расчистке могут оказаться напрасными, так как ничего острого с собой не было; да и далеко не факт, что тайник вообще сохранился...

Но, когда он увидел до боли знакомую «дверцу», то сразу понял, что откроет ее руками без проблем, так как ...закрыл её кто-то очень неумело.

«Неужели.....» Сотня мыслей и предположений пронеслось в голове, пока он вытаскивал кирпичи и наощупь доставал старую, присыпанную штукатуркой шкатулку....

Он поднял крышку, и белое облако повисло в воздухе. Чиханье отозвалось гулким эхом в остатках подъезда. В подлестничной темноте было неудобно разглядывать содержимое, да и пылью дышать было невыносимо, и он поднялся на площадку уцелевшего пролёта к окну.

Здесь, как и прежде, стоял ветхий столик тёти Раи теперь уже с совершенно засохшими и превратившимися в прах вазонами. Смахнув ладонью пыль, он высыпал содержимое шкатулки на край стола...

Среди кучи значков и стреляных пуль был пожелтевший свёрток бумаги. Развернув его, мужчина узнал детский, немного корявый почерк Митьки... а в большом пальце правой руки на миг отозвалась та же боль, что при скреплении клятвы. Эта кровавая «печать» была уже едва видна.

Он долго рассматривал безделушки из детства, несколько раз перечитывал клятву. Потом собрал всё в руку, чтобы сложить обратно. Но вдруг, снова подняв крышку шкатулки, на дне заметил маленький самодельный конвертик. Он был зажат краешком в щели между внутренними рёбрами шкатулки и поэтому не выпал вместе со всем остальным её содержимым. На ещё белой бумаге конвертика мужчина прочитал «это тебе, С., от Н.... вскрой и прочти, когда бы ты это ни нашёл».

«Так вот кто лазил в наш тайник! - он улыбнулся — Но откуда она знала? ...и когда она здесь была?...» Мужчина неловкими пальцами развернул конвертик и, достав оттуда письмо - кусочек бумаги величиной в два спичечных коробка, как шпаргалка, - стал читать текст, написанный до боли знакомым почерком.

«Прости за то, что я шпионила за вами и увидела, где у вас тайник. Наши с тобой пути разошлись так внезапно и так резко, что я просто не решалась дать о себе знать. Думала, тебе это ни к чему, а я со временем забуду. Ты же просто подшутил надо мной тогда с этой надписью на стене... А я... всегда знала о том, что ты когда-нибудь вернёшься в наш город. Перед тем, как это написать, я очень долго думала, сомневалась. А потом решила: будь, что будет... Координат твоих у меня нет. А если бы и были, то я вряд ли бы ими воспользовалась. А сюда... я знала, что ты когда-нибудь обязательно придёшь. Вот и оставила тебе эту записку. У неё нет срока давности, как и у того, что... я люблю тебя. Если в твоей жизни нет для меня места — просто забудь об этом послании ...и обо мне. А если хочешь что-то сказать, найди Митьку. Он знает, как со мной связаться. Твоя навсегда. Н.» Дата, стоявшая под подписью, говорила о том, что это послание было написано почти пятнадцать лет назад. Именно в тот день, когда он, находясь в другом городе, женился на той, от которой ушёл три года назад.

Вся жизнь пронеслась перед глазами в одно мгновение. ...Детство, Митька, Н... школа, Н., его и Митькины проделки... институт, Н. уехала учиться в другой город. Практика, робота — он сам в другом городе... Его свадьба с О.... рождение сына... работа... развод... работа... работа... Работа и привела его обратно сюда три месяца назад.

«Идиот!» - крикнул мужчина во весь голос. Эхо вторило ему несколько раз. Он ударил кулаком по столу; тот час же поднялась туча пыли, вызвав чиханье и невыносимое першение в горле.

Письмо и сверток с «клятвой» он сунул в карман брюк, поспешно схватил плащ и барсетку и выбежал на улицу. Покидая двор, мужчина ещё раз взглянул на буквы на стене и понял, что надпись живая.

***

...Он снова встал из-за компьютерного стола и прошёлся по комнате. Остановился перед окном, выходящим на улицу. Серый тихий дождь, прохожие с зонтами где-то внизу, потоки машин, чужие окна напротив за пеленой серых холодных капель... Митька по его просьбе перезвонил ещё утром, и бумажка с электронным адресом Н. уже давно лежала на письменном столе.

...Вчера вечером, когда они вдвоём сидели за столиком маленького кафе и пили коньяк за встречу, Митька рассказывал о том, какая у него сейчас высокая должность, престижная тачка: мерс последней модели; показывал фото своей третьей жены-красавицы и крепыша-сына от первого брака. Расспрашивал, обещал устроить к себе в офис... И постоянно смеялся, демонстрируя свою «очень дорогую гламурную» улыбку. ...А потом, когда увидел клятву из тайника, еле сдержал слёзы... и внезапно стал самим собой.

И на праздный вопрос про Н., вдруг сказал:

- А я уже думал, что не спросишь... – он вздохнул - Счастливый ты. И всё у тебя будет хорошо! Таким дуракам, как ты, всегда везёт! ...Я видел Н. на днях. Она, как всегда, хороша, свежа. И, как всегда, о тебе спрашивала – Митька негромко, но резко стукнул по столу - Но ты! Ничерта ты не понимаешь! Ты же не любишь ее. Тебе всё равно.

- Кто тебе это сказал?

- А здесь и говорить не надо. Любил бы — не выпендривался бы тогда! Уехал, пропал... и забыл! Знаешь, как она плакала, когда узнала, что ты женился?! Полдня у меня в комнате просидела — никак не мог её успокоить. Я готов был убить тебя тогда! Приехать и убить! - он помолчал немного - Знаешь, что?! – он сурово глянул на старого друга - Не трогай её и теперь.

- Э-э, старик! Да ты, похоже, сам на неё запал....

- А толку? - Митька уставился перед собой невидящим взглядом.

Потом, усмехнувшись, сказал:

- А знаешь, почему я тогда обиделся на тебя из-за надписи на стене? Потому что я действительно хотел сам её сделать... чтоб Н. над тобой посмеялась, а в меня влюбилась... когда я стану защищать её от тебя...

Они переглянулись и рассмеялись.

- Ладно! - махнул Митька рукой — Помогу тебе! Но только ради неё. Учти: обидишь, обманешь — убью!

- Погоди! Так она... Она вообще как? Одна что ли?

- Сейчас одна... Была замужем за одним... таким, как ты, фраером. Недолго. Детей не нажили. Бросил он её, уехал в США на пмж. Работает она сейчас в одной фирме. Они - наши партнёры. Так что, друг — он улыбнулся — дерзай! Координаты, которые она просила тебе сообщить, если что, - дам.

***

Мужчина снова сел к компьютеру, уставившись на белый экран окошка для текста письма. Сверху в строке «кому» уже был введён адрес с бумажки, чуть ниже - тема: «Тайник твоего сердца», а ниже:

«Привет, Н.! Это я — С.»

Ещё ниже была уже выбрана «важность»: «высокая». И в самом низу - кнопочка «отправить»,... на которую он никак не решался нажать...

Февраль, 2010г.

0
54
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...
Ирина Коняева №1

Другие публикации

Пикник
SashKa 8 часов назад 1