Страж

Автор:
Sokol
Страж
Аннотация:
Самые неожиданные воспоминания, нагрянувшие в душу весной, могут заставить человека совершить самый важный в жизни поступок. Это история весны и памяти, когда в мире обмана и несправедливости один человек оставался собой.
Текст:

Природа стряхивала с себя последние следы зимы, таявшие бойкими ручейками. Вик бежал, перепрыгивая через эти ручейки, обмывавшие брусчатку, и чувствовал удивительную лёгкость, свободу, переполнявшую его.

Пятки Вика просверкали по всей деревне до самой Королевской улицы, где его путь преградили Пеп и Бруно. Бруно держал под мышкой баскетбольный мяч, а свободной рукой ковырял в носу. Пеп зловеще улыбался, и было видно, что у него стало ещё меньше молочных зубов.

— Мышонок! — воскликнул Пеп. — А мы ещё поспорили, доживёшь ли ты до этой весны! С тебя пять песо, Бру!

— Я сказал, что тебя заберут Белобородые, — добавил Бруно.

— А я ответил, что изведём мышонка мы сами, и больше никто!

Оба захохотали. Вик попытался раздвинуть их, но мальчишки были слишком сильны. Ещё бы, ведь Пеп круглый год жил в деревне, помогая родителям по хозяйству, а Бруно мечтал стать военным, и было бы им это похвалой, кабы не дрянной характер.

— Пропустите, — сказал Вик. — Что вам от меня надо?

— Что? — Бруно сделал вид, что не расслышал, даже развернул ухо в сторону Вика. — «Пропустите»? И куда же нам тебя пропустить?

— Он, наверное, опять к старику Алонсо, — сказал Пеп. — Ой! Мышонку же поди не сказали! Вот он расстроится!..

— Он будет плакать как девчонка!

Вик ужаснулся. Он так переволновался за старика Алонсо, что отпихнул мальчишек, отлетевших в сторону, как костяшки домино, и побежал ещё быстрее. За спиной он услышал хохот и крики:

— Лопух! Купился!

Вик успокоился и остановился отдышаться, вспоминая, как впервые познакомился с Пепом, Бруно и стариком Алонсо.

* * *

Это было два года назад, в его первую весну у бабушки. Тогда у Пепа ещё не выпали молочные зубы, зато у Бруно уже была привычка ковырять в носу. Они заметили Вика, когда тот играл в любимые игрушки: маленькие фигурки Белобородого и Стража. Первый в играх Вика всегда был злодеем, обижавшим детей, второй вставал на их защиту. Как и в жизни. Второй всегда побеждал, первый отступал с позором. Не как в жизни.

Пеп отвлёк Вика, а Бруно, выхватив Стража, забросил его на высокое дерево. Отец учил Вика сдерживать слёзы, но всё равно тот попискивал, будто мышонок. Так к нему и прилепилось это прозвище.

Пеп и Бруно убежали, а Вик смотрел на ветку и думал, как теперь достать игрушку.

Именно тогда плечо Вика обхватила крепкая рука.

Он обернулся и увидел страшное, сморщенное как бабушкино, только во сто крат сильнее, лицо. С неровной, ватно-белыми клочками свисавшей бородой и маленькими, потускневшими, но всё ещё живыми глазами.

— Когда ты играешь, — заговорил старик, продолжая сжимать плечо Вика. Говорил очень тихо, словно время отобрало у него не только лицо, но и голос. — Когда ты играешь, кто чаще побеждает?

Он кивнул сначала на фигурку Белобородого, потом поднял взгляд на ветку, где болталась фигурка Стража.

— Страж, — неуверенно сказал Вик.

Старик улыбнулся. Он отпустил плечо Вика и щёлкнул пальцами. Ветка сама по себе затрепетала, и — о чудо! — игрушка полетела, словно птица. Дважды крутанувшись в воздухе, она опустилась прямо в руки Вика.

Вик было обрадовался, но мигом смекнул, что к чему, и отбежал в сторону.

— Что такое? — спросил старик. Белые брови приподнялись так высоко, как только смогли.

— Вы сделали это с помощью магии… — прошептал Вик. — Вы Белобородый! Вы заберёте меня, потому что я играю в Стража!

Старик расхохотался. Его смех напоминал скрежет колёс бабушкиной телеги, в которую та запрягала лошадь, посылая садовника за продуктами.

— Сынок, не всякий белобородый человек обязательно должен быть из тех самых Белобородых, — сказал наконец старик. — Даже если он владеет дешёвыми трюками, которым учили раньше в школе. И твоя бабушка (а ведь ты — Виктор, внук Барбары Алавес) владела ими когда-то.

— Вы шутите? — воскликнул Вик, осмелев и подойдя ближе. — Моя бабушка — обычный фермер, честная труженица, и вообще!..

— Да, — протянул старик. — Теперь вам любая магия под запретом… А помнится, когда-то колдовство было искусством! Юрий Сергеев — был такой русский артист — управлял водой и пламенем, он ткал из них необычайные узоры прямо под куполом цирка! Впрочем, пойду. Зачем тебе слушать бредни полоумного старика?

Он медленно зашагал по брусчатке. Вик окликнул его:

— Дедушка, постойте!

— Что, сынок? — обернулся тот.

— Вы сказали: «теперь ВАМ любая магия под запретом». Но если вы не гражданин и не Белобородый… Получается, вы — Страж?

Старик кивнул, сухие губы раздвинулись в подобии улыбки.

Пеп и Бруно были единственными мальчишками на всю округу, а бабушка — самым скучным человеком не только в деревне, но и на всём белом свете. Старик же мог часами рассказывать о своём прошлом: как щелчком пальца побеждал Белобородых, как на одном крыле посадил самолёт с королевой на борту, и ещё многом, от чего захватывало дух. И потому старик Алонсо стал единственным другом Вика в деревне.

* * *

— Слушай, мышонок, — говорил Бруно, догнавший Вика, — ты на нас не обижайся. Мы же не со зла, а так — подурачиться. У нас такая скука, что хоть волком вой! А тут ты, такой забавный…

Вик старался не смотреть на Бруно, будто того не существует.

— Вот что, — добавил Бруно. — Мы помириться с тобой хотим.

— Помириться?! — так и застыл на месте Вик.

— Да. Но только не сейчас. Нужно, чтобы всё было правильно.

— Когда?

— Завтра утром, возле Расселины Вилли. Придёшь?

Вик обернулся. Взгляд Бруно показался таким искренним и полным надежды, совсем как когда Вик просил у бабушки разрешения прокатиться на старом, дедушкином велосипеде. Бабушка тогда отказала, и с тех пор Вик считал её самым скучным человеком.

— Да, — кивнул Вик, вспомнив эту историю. — Обязательно приду.

И он побежал к дому старика Алонсо. К облегчению Вика, старик был жив. Он восседал на дряхлом кресле во дворе и медленно затачивал топор.

— Дедушка Алонсо, зачем вам колоть дрова? — спросил Вик. — Вы же можете сделать это силой мысли!

Заметив Вика, старик лукаво прищурился.

— Уже не могу. — Он порылся в карманах и достал апельсин. — Смотри. Это молодой маг. В нём волшебства, как сока в апельсине — бери не хочу. Но стоит опустить апельсин в сокодавилку, и останется лишь сухая, пустая шкурка. Так вот, сокодавилка — это жизнь, а я теперь — никчёмная шкурка. На, съешь, — Он бросил апельсин Вику. — О чём тебе сегодня рассказать?

— Расскажите… — Вик задумался. Одна мысль сидела глубоко внутри, не давая покоя. — Расскажите про Расселину Вилли. Почему она так называется?

Старик отложил топор и задумчиво запустил руки в клочковатую бороду.

— Может, я расскажу тебе про морские бои? — спросил он. — Знаешь, я ведь десять месяцев провёл на корабле капитана Тига… Великий был человек! Каждое утро съедал целиком лимон, не давясь, потому что боялся заболеть цингой.

— Нет, дедушка, — вздохнул Вик. — Про море — это очень интересно, но в другой раз, ладно? Сейчас я очень хочу услышать про Расселину Вилли.

Старик развёл руками. Он подвинулся, чтобы Вику хватило места в кресле, тот устроился рядом.

— Расселина Вилли, — медленно произнёс Алонсо. От него пахло табаком и каким-то фруктовым запахом. — Это случилось ещё в начале войны с магами. Ты ведь слышал, что война идёт уже не одно десятилетие? Конечно, слышал. Нет ничего страшнее, чем маг, вступивший в войну, ведь не знает он слабости. — Он помолчал, затем заговорил вновь: — Орден Стражей был только создан, и я был одним из первых. Против Белобородых мы были юнцами, гибли как муравьи под ногами слона. Отряд, которым я командовал, отправили патрулировать местность вокруг деревни. Ты знаешь, что такое патруль, сынок?

— Да. Это когда изучают территорию.

— Верно. Тогда за деревней была ещё одна, чуть помельче. В ней мы встретили Белобородых. Дома полыхали от их чар, словно тыквы на День всех святых — был такой праздник… Чтобы попасть в деревню, нам нужно было перепрыгнуть через Расселину. Ты когда-нибудь сам её видел? От края до края — не меньше двух пасо, а глубина, наверное, в лигу. Настоящая пропасть! Так вот, в самом прыжке я увидел его.

Старик закашлялся.

— Это был маленький мальчик, чуть-чуть постарше тебя. Наверное, он бежал из деревни и не рассчитал своих сил. Он держался за сук — единственный сук на гладкой, как стена, скале. Я хотел помочь ему, но напали маги, а когда всё было кончено, мальчика уже не было. Сук оборвался. Позже я узнал, что того мальчика звали Вилли.

Алонсо надолго замолчал.

— Вот что я тебе скажу, сынок, — добавил он, помедлив. — Ничто так не давит из тебя соки, как память. Каждую божью ночь я вижу во сне Вилли и просыпаюсь от слёз. — Встряхнувшись, он спросил: — А почему тебе вдруг стало так интересно про Расселину Вилли?

Вик рассказал старику про Бруно и Пепа.

— Поверь мне, от этих балбесов добра не жди, — сказал тот. — Не хочешь ли ты, чтобы я пошёл с тобой?

Вик покачал головой, старик лишь тяжело вздохнул.

* * *

Утром поднялся сильный ветер, он пробирался даже под тёплую куртку, которую дала Вику бабушка. Вик стоял возле Расселины и ждал Бруно и Пепа.

Наконец оба появились. Пеп, как и вчера, нёс мяч. Вик обрадованно шагнул навстречу, но тут Бруно захохотал, показав на него пальцем, а Пеп швырнул мяч в сторону Вика.

Вик едва успел понять, что его разыграли, как мяч с гулким звуком врезался в живот. Вик попытался устоять на ногах, но не смог, и ощутил спиной пустоту.

Он кричал, понимая, что сейчас упадёт на дно Расселины, и никто не соберёт его кости, а наверху был ещё слышен смех мальчишек. Вик зажмурился, готовясь встретить судьбу.

Внезапно он осознал, что больше не падает. Он приземлился, причём целым и невредимым, но почему-то не чувствует под собой земли. Вик открыл глаза, и от увиденного перехватило дух. Он висел в воздухе над расселиной, и что-то незримое тянуло его вверх.

Мгновение — и Вик уже лежал на траве, щурясь от солнца, восходившего высоко над головой. Поднявшись, он увидел старика Алонсо. Тот лежал на земле, а по его лицу текла густыми ручейками кровь.

— Что с вами? — бросился к нему Вик.

Старик с трудом поднял руку и прижал палец к губам.

— Вы спасли меня, — догадался Вик. — Как мне вас отблагодарить?

— Лучшая награда для меня… — прохрипел Алонсо, — когда дети счастливы.

Он улыбнулся и замер. Его глаза так и остались смотреть на солнце, восходившее над деревней, потерявшей своего Стража.

+2
21:21
268
22:59
+1
Преинтереснейшая история! И написана великолепно! Автору аплодисменты! bravo
23:57
+1
Спасибо! smile Очень приятно!)
12:25 (отредактировано)
+1
Прекрасно!
Как в грустной сказки, но очень красивой…
… Напомнило аниме «Укрась прощальное утро цветами обещания »… по духу!
21:38
Спасибо!
Аниме не смотрел, кстати)
Литбес

Другие публикации