Узы Света. Книга 1. Принц демонов и Серафим. Глава 2

Автор:
Галарина
Узы Света. Книга 1. Принц демонов и Серафим. Глава 2
Аннотация:
Принц Хаосата Максак узнает, что у него есть сводный брат - серафим Габриэл, с которым он связан узами Света, и которого владыка Хаосата хочет убить, чтобы посадить его на трон королевства Серафимов и распространить власть Хаоса на всю вселенную. Максак решает спасти брата и отправляется в срединный мир, где по сведениям находится Габриэл, на его поиски. Обложка - коллаж из рисунков интернет-художников.
Текст:

Глава 2

Я шел к своим покоям, оставив позади Кристалл Тьмы. Вспомнив, что ургал в конюшне три дня на голодном пайке, я завернул туда и отпустил его поохотиться, чтобы совсем не обленился. Ургалам, нашим ездовым хищникам, мы иногда давали свободу, хотя стойло они покидали неохотно. Возвращался ургал по зову хозяина, с которым был связан обрядом, проводимым жрецом по достижению хаоситом двенадцати циклов. Во время обряда ургалу давалось имя. Я назвал своего ургала Заргом, что означало «Хитрец».

Шедшая навстречу по коридору служанка матери Шеша остановилась, увидев меня, сложила на груди верхнюю пару рук и склонила голову, прикрыв кожистыми веками круглые желтые глаза. Нижняя пара рук держала малахитовую вазу с красными цветами-кристаллами. Мать любила украшать свои апартаменты цветами, статуями и всякими безделушками, которые вызывали у меня лишь недоумение – зачем захламлять свои покои всякими ненужными вещами. Женщины – непонятные существа. Я кивнул ей и пошел дальше, вернувшись к воспоминаниям о своем первом ритуале, который проводят для хаоситов при достижении ими семи циклов в Лабиринте Зеркал, скрытом от глаз в ином измерении. Обряд начинался в Круглом зале Хрустальной Башни, из которого главный жрец Окригус открывал проход в Лабиринт. До этого возраста хаоситы не имеют устойчивой формы. Их тело изменчиво, они копируют черты родителей, родственников и даже низших демонов. Во время обряда юный демон должен найти в Зеркальном Лабиринте свою Истинную Демоническую Форму. Не найдешь, так и будешь блуждать там до самой смерти, выбраться из него можно только через портал, открывающийся в зеркале с отображением тебя истинного.

Жрец взмахнул жезлом, и в Круглом зале Хрустальной Башни воцарилась тишина. Представители кланов и немногочисленные родственники стояли вдоль стен, наблюдая за церемонией. Сквозь хрустальную остроконечную крышу изливался синий свет Медузы. Кроме него и пылающего в навершие жреческого жезла ярко-желтого кристалла другого освещения не было. Я ежился от холода: на мне не было никакой одежды кроме набедренной повязки. Я стоял в центре зала на синем полупрозрачном кристалле в форме диска, а жрец, в длинном одеянии из драконьей шкуры, подпоясанном черной крученой волосяной веревкой, с золотым амулетом, свисающим с шеи на цепи, чертил вокруг меня вязь огненных знаков. Их пламя отражалось в амулете, в его желтых глазах и в чешуе облачения, расцвечивая ее метущимся узором из оранжево-красных и серебряных бликов, ослепляя меня. Когда круг из символов замкнулся, Жрец надел на меня пояс, набранный из золотых пластин, и защелкнул пряжку. В его драконьих с черными вертикальными зрачками глазах не было жалости. Думаю, он был бы только рад, если бы я, несущий в себе так ненавидимый демонами свет, сгинул в лабиринте навсегда. Ощутив холодный металл на голом теле, я пришел в ужас: любой металл, кроме золота, для хаоситов был синонимом кошмара – он разъедал кожу и вызывал ожоги. Также металл, в том числе и золото, не был пластичен, не менял форму, поэтому сковывал и обездвиживал любого демона. Только Владыка Хаоса мог этому противостоять, его обучали данному искусству с детства. Жрец вышел из круга и начал произносить заклинание, плетя руками невидимую сеть. Кристаллический диск засветился, а вязь знаков, очерчивающих окружность, вспыхнула красным пламенем, окружив меня огненной стеной, поднимающейся до пояса. Затем, стоя на фосфоресцирующем синем диске, я стал падать в темноту. Когда падение прекратилось, я оказался в Зеркальном Лабиринте. Ряды поблескивающих зеркал, стоящих вплотную друг к другу, тянулись вдаль, образуя изгибающиеся и пересекающиеся зеркальные коридоры. Теперь я буду ходить по ним, пока не найду свою форму, тогда появится выход. Были случаи, когда дети отсюда не выходили, правда, редко, но мне от этого было не легче. Когда я увижу в одном из зеркал свою истинную форму, оно и будет выходом.

- Но как узнать, что эта форма и есть истинная? – Задумался я.

Забыв о страхе, испытанном от прикосновения металлического пояса, я погрузился в новый кошмар – от перспективы остаться здесь навечно. Пол светился красным, по нему пробегали блики, под ним бурлила раскаленная лава Пекла, просвечивающая сквозь полупрозрачные плиты.

Я шел, вглядываясь в изображения на зеркалах, в каждом из них было мое отражение, но все они выглядели по-разному. Десятки Максаков таращились на меня из рам. Я видел себя в различных демонических формах: то черным и клыкастым. То покрытым медной чешуей, с узкими прорезями глаз, горевших синим пламенем. То худощавым и рогатым с клыками, как у эрибиса. Изображения сливались в трансформирующийся образ, словно чьи-то невидимые руки быстро лепили его из пластичной массы, то вытягивая уши, то укорачивая и видоизменяя рога, то прилепляя или отрывая хвост.

Я устал и хотел пить, но зеркала оставались темными и твердыми, будто горный хрусталь. Время исчезло. Сколько я бродил по лабиринту – день или цикл? От усталости все мои страхи прошли. Я шел, прикасаясь в надежде к каждому зеркалу, но ничего не менялось, в них не было моей истинной формы. Усталость стала перерастать в злость. Я зарычал и остановился, вглядываясь в очередного шипастого урода, ехидно подсовываемого мне зеркалом.

- Это не я! Покажи мою суть! – Заорал я в бешенстве, пятерней отталкивая видение в стекле. Из ладони вырвалась вспышка света, и отражение исчезло, зеркало стало черным. Оно меня не отражало, меня не было!

- Прекрасно! – Прошипел я.

- Тогда я нарисую себя сам!

Я успокоил свой гнев и сосредоточился. Вперив взгляд в зеркало, я начал проявлять в нем свой облик. Сначала силуэт: две ноги, две руки и никаких рогов и хвостов. В черном пространстве появилось туманное облачко, которое трансформировалось в силуэт. Ободренный успехом, я продолжил создавать свой образ, сосредотачиваясь на деталях. Первые возникли глаза – светло-серые, искрящиеся, словно редкостные дымчатые топазы, за которые хаотийская модница была готова отдать свою душу, если бы она у нее была. Из туманного силуэта выступило лицо с гладкой кожей, светло-кофейного цвета. Затем густые светло-серые с голубоватым отливом волосы до плеч. Появились руки с короткими когтями, следом нарисовалось стройное тело подростка без всякой чешуи, в коричневой набедренной повязке и золотым поясом на талии. Когти на ногах показались мне длинноватыми, и я их укоротил. Потрогал руками уши – маленькие и не привычной округлой формы. У хаоситов в моде были большие острые уши торчком и обязательно рога. Я пощупал голову, рожек не было. Мой облик мне нравился, но никого подобного себе я не встречал среди своего народа. И я вдруг отчетливо понял, что ему, народу, мой облик не понравится. И скорей всего, народ потребует моей смерти, так как такому уроду и выродку, каким я буду казаться в их глазах, не место в Хаосате. И уж тем более – на троне Владыки. Я содрогнулся, представив как меня, закованного в железо, бросают в Бездну Забвения, где живут демоны Иноресы высасывающие память, и гигантские черви – пожиратели тел. От меня не останется ничего. Меня снова обуял гнев:

- Ну, нет, я не сдамся так просто! Я замаскирую свою истинную форму до поры, до времени!

Пристально посмотрев в зеркало, чтобы впечатать в память свой образ и закрепить его на генетическом уровне, я закрыл глаза и покрыл тело красной чешуей. Затем изменил пепельный цвет волос на рыжий, удлинил когти, а кристально-серебристый цвет глаз поменял на фиолетовый цвет аметиста. Не забыть пару рожек и уши вытянуть! Хвост не обязательно, только мешаться будет! Открыв глаза, я критически оглядел себя в зеркале и хихикнул:

- Под таким камуфляжем никто не разглядит мою истинную форму. Я готов!

Изображение в зеркале поплыло, и открылся проем во тьму, где парил синий диск. Я шагнул на него и диск воспарил. Вскоре я снова стоял на каменных плитах пола в зале Хрустальной Башни.

Зал был пуст, лишь один служка спал, скрючившись в кресле. Сколько же я отсутствовал? Насколько я знал, поиск формы занимал от нескольких часов до трех дней. После этого срока никто не возвращался. Было, правда, одно исключение, когда искатель вернулся через пять дней. Я подошел к креслу и посмотрел на посапывающего крела – служку при храме. Он сонно зевнул, когда я дотронулся до его плеча, но затем подскочил в кресле и выпучил на меня глаза. Вид у него был такой, словно он увидел перед собой приведение. Взяв себя в руки, он неуверенно спросил:

- Максак, это ты? – Как будто здесь мог оказаться еще кто-нибудь.

- А со стороны я недурно смотрюсь в своей сверкающей огненной чешуе! – Самодовольно подумал я.

- Ишь как крел на меня пялится!

- Долго меня не было? – Прервал я затянувшуюся паузу.

- Сегодня тринадцатый день. Мы уже не надеялись тебя увидеть, но мать приказала мне здесь дежурить на всякий случай.

- Долго пришлось искать самую совершенную форму! – Притворно вздохнул я.

Служка встал с кресла.

- Садись. Я позову жрецов, чтобы они засвидетельствовали твое появление.

Крел подошел к гонгу и стал методично колотить деревянным било в его большую медную тарелку. Я уже начал дремать, когда прибежали жрецы. Вслед за ними появились мать с отчимом. Все были удивлены и озадачены моим возвращением. Сарг не очень бы и расстроился, если бы этого не случилось. Ведь есть еще один наследник, Форанн, который был младше меня почти на шесть циклов. Хотя, как знать! Позже выяснилось, что у него были на меня далеко идущие планы.

***

Это случилось вскоре после рождения Форрана. До этого времени я считал себя обычным хаоситом, но после одной драки все изменилось. Мой детский мир рухнул под тяжестью обстоятельств: я оказался изгоем в своем обществе, пусть и высокопоставленным. Когда я научился ходить и стал осваивать Дворы Хаоса, мать приставила ко мне двух демонов-охранников, которые таскались за мной по пятам, словно на привязи. При Дворах Хаоса жило много вельмож, лордов и стражей с семьями, поэтому недостатка одногодков для игр у меня не было. Обычно я резвился со сверстниками в саду Кристаллов, посреди которого находилось Дымящееся озеро. Через него в виде двух перпендикулярных мостов были перекинуты скелеты лемургов – морских хищников. Они походили на гигантских гусениц с двадцатью ногами, рачьим хвостом и зубастой шарообразной пастью. Тела живых лемургов покрывали зеленые волосы, похожие на водоросли. Сверстникам не слишком нравилось со мной играть – они боялись, что мои демоны-охранники накажут их, если они обидят меня или причинят вред, даже случайно. А игры юных хаоситов не отличались милосердием. Исподтишка, опасаясь стражей, они смеялись надо мной, называя маменьким сыночком и неженкой. Возвращаясь с прогулки, я допытывался у матери, почему все дети гуляют одни, а меня опекают демоны. Отцу, в конце концов, надоело мое нытье, и когда родился Форанн, меня отпустили в «свободное плавание». «Не жалуйся» – предупредил отец, – «а то я тебе сам добавлю, хлюпик».

Я чувствовал, что отец меня не любит: когда он смотрел на меня, его желтые глаза становились красными, что было признаком гнева. К этому времени я уже не особенно стремился к обществу себе подобных – мне не нравились их жестокие игры.

***

Когда праздновали рождение Форанна, в суматохе про меня забыли. Голодный и злой, я прокрался на кухню, забрался по стене на потолок и повис там, уцепившись когтями за каменные выступы рельефных украшений. Притаившись, я обозревал сверху яства на столах: на рождение сына Сарг пригласил гостей и устроил для них угощение. По кухне сновали низшие демоны всех калибров, готовя праздничный ужин. Я присмотрел себе пирог и напиток из ягод. Приняв форму Серого Нюхача, я тенью скользнул вниз. Эти скользкие твари следят во дворце за слугами и вынюхивают всяческую крамолу. Прислуга их боится и делает вид, что не замечает. Я подошел к столу, взял блюдо и, положив на него пару кусков пирога, кувшин с напитком и кубок, важно удалился. Все делали вид, что меня здесь нет.

В саду, устроившись в беседке около озера, я основательно подкрепился. Пока я раздумывал, чем заняться, появилось трое знакомых демонят. У двоих отцы были поставщиками ко Дворам драгоценностей и украшений. Отец третьего возглавлял дворцовую стражу. Его звали Гленн, и он был маленьким жестоким гаденышем. Я терпеть его не мог! С отвращением я смотрел на его мерзкую рожу с красными пуговками глаз, с тремя острыми рогами на голове. Он был полностью упакован в черную чешуйчатую броню.

- Да ты даже в приличного демона не можешь перекинуться! – Ехидно произнес он.

- Посмотри на себя в зеркало, вылитый наслинг!

Наслингами, крысами хаоса, называли крупных тварей с серой в желтых пятнах голой шкурой, живущих в подвалах и амбарах. Я находился в одной из приятных мне форм: лиловые глаза, черные кудрявые волосы, короткие когти. И смуглая кожа, покрытая мелкими синими чешуйками: показаться перед хаоситами без чешуи, все равно, что выйти на улицу голым.

- Ни рогов, ни хвоста! – Продолжил Гленн и щелкнул своим хвостом с шипом на конце, чуть не распоров мне щеку. Двое его товарищей дружно хихикали за его спиной, иронизируя по поводу моей формы. Они скалили клыки и выстреливали в мою сторону раздвоенными черными языками.

- Тебе в такой форме даже миксу не победить! – Вторили они Гленну, который был их предводителем.

Миксов – домашних зверьков с темно-рыжим мехом, длинными ушками и огромными фасеточными глазами разных цветов, любили держать дома пожилые хаоситки. Я долго терпел, но потом разозлился, и мы с Гленном сцепились в драке. Вывалявшись в песке, мы откатились в сторону от беседки. Мне удалось его, как следует лягнуть, и Гленн отлетел в сторону. Вскочив в ярости, он с ревом бросился на меня, наклонив голову и целясь рогами в грудь. Время замедлилось. Я видел приближающиеся острия рогов, готовые трезубцем вонзиться мне в сердце. Инстинктивно я выбросил вперед ладонь, чтобы оттолкнуть его, понимая, что это не спасет. И тут из моей ладони вырвался ослепительный луч света, сверкающим клинком пронзившим плечо Гленна. Он с воплем отлетел прочь, упав на спину и закрывая глаза руками. Запахло жареным мясом. Одновременно с этим за моей спиной раздалось еще два крика. В недоумении я посмотрел на свою ладонь: что это было? Затем на ребят. Они тоже закрывали глаза руками и жалобно вопили. У Гленна из раны текла дымящаяся кровь. На крики прибежали демоны-садовники и унесли детей. Как потом оказалось, луч света из моей ладони ослепил их, полностью зрение у них так и не восстановилось. На меня же вспышка не оказала никакого воздействия. Рана Гленна долго кровоточила, а шрам остался на всю жизнь.

Хаоситы – высшие демоны, элита Хаоса и как его исчадье, они быстро восстанавливаются. Но не после поражения световым оружием. В царстве Хаоса нет белого света, освещение здесь имеет все оттенки красного, оранжевого, темно-желтого, синего и фиолетового спектра. Зеленый цвет не в почете, он встречается редко. Яркий белый свет опасен для демонов, он их обжигает, а при длительном воздействии – рассеивает, превращая в серый туман. После этого происшествия окружающие от меня в ужасе отшатнулись.

Тут уж матери пришлось признаться, что я – плод любви и ее запретной страсти к Владыке Искриора – солнечного королевства, которого она встретила в одном из сумеречных миров. Хаоситы – мастера менять форму, поэтому нет ничего удивительного, что мать, приняв форму сногсшибательной человеческой красотки, задурила бедному королю голову. Моего отца звали Расином, а Сарг – муж матери, был мне отчимом. Теперь мне стал понятен красный отблеск, появляющийся в его зрачках, когда я попадался ему на глаза.

Я думал, что Сарг после произошедшего закует меня в железо и заточит в Костяной Башне, но случилось странное. Отчим, наоборот, стал проявлять ко мне больше внимания, а красный огонь исчез из его глаз. Теперь они разгорались ярко-желтым светом, когда он задумывался о чем-то, разглядывая меня. Это был взгляд хищника, но он не собирался уничтожить меня, он собирался меня использовать. Вот только как? – Терялся я в догадках.

О царстве света мать рассказала мне немного, а об отце еще меньше. Правитель Искриора Расин был высокого роста, светловолос и сероглаз. А еще он был хорошим фехтовальщиком – виртуозно владел мечом. Даже небольшое ранение стальным клинком смертельно для демона! Поэтому у хаоситов меч был не в почете, мы больше полагались на клыки, когти и магию. Но в Сумеречных и Радужных мирах, куда я намеревался со временем отправиться, магия действовала слабо, а люди ею вообще не владели, поэтому мужчин там учили сражаться на мечах с детства.

Я попросил мать найти мне учителя, который обучил бы меня искусству владения этим экзотическим для нас оружием. На мое удивление такой учитель у меня вскоре появился: это было подарком матери на окончание моего восьмого цикла. Учителя звали Дарк. Он был родом из Сумеречного мира.

 https://ridero.ru/books/uzy_sveta_1/ - сайт книги

0
145
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...
Оскарбин-Ка Эльрау

Другие публикации