Выпускной

Автор:
Андрей Ваон
Выпускной
Аннотация:
Старческое брюзжание
Текст:

Этого дня Рома Гончаров ждал давно. И дело было в не постоянных и нудных, словно мантры, обещаниях родственников и учителей о начале "взрослой" жизни. Он понимал, что таких рубежей будет ещё много. Но школу окончить – не поле перейти. Хотя и поле он не переходил ещё пока, и не знал, каково это.

Домашний, городской мальчик, Рома был воспитан в сугубо женском коллективе бабушкой и мамой. Папа скрылся с горизонта семейных событий ещё где-то в раннем Ромином детстве, так что он его не помнил, да и не пытался вспомнить (спасибо бабушке и маме). Благообразный, причёсанный модно, с хорошими манерами и голубыми глазами, умненький, он был нежен и тепличен, как бабушкина роза на лоджии, над которой та тряслась ничуть не меньше (ну, если только чуть), чем над ненаглядным внуком.

Аттестаты раздали в школе. Школа специальная, со множественными уклонами в разные стороны. Детишек растили, воспитывали и учили для будущих свершений мирового уровня. Готовили для университетов самых лучших, в том числе, и заграничных, делая упор на изучении иностранных языков.

Раздали аттестаты и вывезли на выходные за город, в подмосковный отель. Чтобы резко повзрослевшие школяры могли на свежем воздухе кутнуть по-настоящему и встретить рассвет над рекой в неясном томлении перед прекрасным будущем.

Мечтательно рисовались Роме эти дни, и алкогольные планы одноклассников мечты его гармонично дополняли. В классе его уважали. Девочки улыбались зазывно и благожелательно. Парни, лучшие из лучших, не всякий там шлак среднеоброзовательный с окраин, все, как один из хороших семей, дружно признавали Ромино лидерство. Рома на подготовительную суету со всеми этими шушуканиями про бутылки и сколько брать, смотрел великодушно. Пускай, мол.

Лада, красавица с томным взглядом, с недюжинными способностями к языкам, ажурная принцесса, словно идеальным паззлом пристыковывалась к Роме. "Идеальная пара", - однозначный вердикт выносили взрослые и одноклассники.

***

К вечеру выпускников утомили богатой программой: бесконечные игры и соревнования, обильные обед и ужин. Активное развлечение не отпускало в свободное плавание ни на минуту. Наконец, аниматоры выдали напутствие: "Всё, теперь вас ждёт первая взрослая ночь. Удачи!". И Рома почувствовал лёгкое внутреннее дрожание. Обернулся – Лада глядела на него, не моргая. Но от этого ли завибрировал Рома, он не знал. При всём общем антураже, который их с Ладой сопровождал, они даже и не целовались ни разу. Была ли влюблённость, Рома тоже не сказал бы. Ходили за ручку, везде вдвоём – вроде как будто надо так. Вот и теперь, этого ли он ждёт? Рома ответить не мог, и чтобы заглушить неясные сомнения, нарочито бодро крикнул:

- Ну, что? Отдохнём не по-детски, посоны?

Одноклассники одобрительно загудели.

***

Ненадолго замолчали в возбуждённых прениях ни о чём. Набирались сил. Некоторые слегка покачивались. Лада сказала: "Мне надо прилечь" и улеглась на скамейку, уложив свою прелестную головку на колени одного из верных оруженосцев. Рома не возражал; он стоял, привалившись к дереву, отдаваясь полностью в объятия радостного и лёгкого алкогольного воспарения. Сигарету он держал умело и изящно.

- Чего-то спать охота, - пробубнил Слава Гатальский, обычно бодрый юноша с пухлым лицом. Бодрый обычно, но сейчас он уже изрядно притомился.

- Какой спать? Вся ночь впереди! – ответил буйный от винных паров Юрик Вольнов.

- Тошнить опять будет… - поморщился Слава.

- Ничего! Главное дырку вовремя найти, - заржал Юрик. – Да хотя можно и так. Поблевать – как без этого?

Они кучковались возле своего корпуса, в котором их всех раскидали по номерам. Но проживали тут и обычные отдыхающие. Одного из них на балконе второго этажа заметил Рома краем глаза, обводя надменным взглядом свою свиту. Мощная фигура, поблескивающая в отсветах фонарей лысина - мужик курил, облокотившись на перила.

- Заморыш, ты бы орал про свои потребности потише. А лучше бы и вовсе не орал, - лениво проговорил постоялец, затягиваясь.

Роме стало неуютно и интересно одновременно. Остальные притихли. Но не Юрик.

- А нельзя ли поуважительнее? – Он поднялся со скамейки и задрал голову.

Мужик шумно выдохнул сигаретный дым.

- Ты себя слышишь, дурик малолетний? Какое может быть к тебе уважение, если ты материшься прилюдно, блевотиной своей гордишься и рыгаешь вслух? Ты что про уважение тут вякаешь? – Мужик говорил спокойно, но каждым словом, казалось, вгонял Юрика в землю. Он теперь стоял, сгорбившись, с полыхающим в сумерках лицом.

- Но всё-таки мы вам ничего плохого не сделали, – вышел на арену, наконец, Рома, – чтобы так с нами разговаривать.

- Ага, вот и предводитель. - Мужик затушил сигарету в пепельнице. – Про плохое это ты верно заметил, не сделали ничего. Слабак ты, чтобы мне что-нибудь плохое сделать. А вот разговаривать так имею полное право. Знаешь, почему?

- Почему? – спросил Рома, попадая под непонятную власть этого взрослого.

- Потому что ты, недоносок, перед тем, как твой дружок верный увлекательные истории про физиологические процессы своего неокрепшего организма рассказывал, опошлил память не только моего конкретно деда, но и многих миллионов, - витиевато объяснил мужик.

- А… это вы про немцев услышали? – обрадовался Рома, схватился за соломинку, вытягиваясь на время из непривычного для себя оробения.

- Нет, малыш, не про немцев я услышал. Я услышал, как ты, подлец, разливал в уши своих, как видно, совсем неразумных друзей пакость всякую. Если бы фашистам отдались, ты бы, гадёныш, и не родился вовсе. В лучшем случае. А в худшем – портянки бы стирал белому господину и задницей пинки бы собирал по улицам.

- Это всё миф… - заикнулся было Рома, выцепливая из памяти такие послушные обычно фразы и заученные слова. Сейчас же всё куда-то затерялось в тёмных глубинах и доставаться не желало.

- Конечно, миф! А подзатыльник от меня ты можешь получить совершенно реальный, - покивал мужик с балкона. Он продолжал вещать спокойным голосом, будто бы даже немного скучая. Только пальцы его, вцепившиеся в поручень балконный, побелели от хватки. – Если вы не угомонитесь со своим дебильным празднованием. Здесь люди отдыхают…

- Сами будто молодыми не были, - пробурчал подавленный Рома.

- Были. Ты прав, были! И портвейн уже в седьмом классе глушили. И блевали дальше, чем видели. И я взрослым поперёк говорил по десять раз на дню, наоборот делая… Но знаешь, в чём разница? В том, что я всегда знал (хоть и серпом мне по… было это знание), что за ними правда, за старшими. Барагозить – это ладно, это пожалуйста. Но вот правду мы не трогали. А вы, нынешние … Вам же втемяшили в бошки ваши целочные, что мнение ваше… пусть и из дерьма и палок делано, но не менее ценно. А вы и поверили, дурики. Я вам кол правды на голове затешу, а вы отмахнётесь только, ещё и губёшки свои пухлые презрительно сморщите. Только мозгов у вас больше от этого не станет. А без мозгов, на тебя и тёлочка никакая не взглянет. Понял? – Он отпустил, наконец, поручень. – Давайте, брысь отсюда. Утомили, - скомандовал он, и вышел с балкона.

Недолго пребывали в молчании подростки. Вскоре послышались и смешочки, и шуточки, и непристойности. Задымили сигареты, забулькало в стаканчики. И плавно начали перемещаться подальше от корпуса, попутно понося нравоучительного сквернослова.

Рома плёлся вместе со всеми в тягостной скуке. Резко ему опостылели все дружки его и сальные их разговоры. Противно стало. Прятал глаза от таявшей рядом в алкогольном чаду Лады. Он уговаривал себя, ругал. Материл, бормоча под нос, непрошенного воспитателя. Но от подтачивающей тоски избавиться не мог.

В конце концов, устав сопротивляться, в тёмном углу он улизнул от всей компании, спрятался на берегу, будоражимый неясными мыслями.

***

Очнулся он, когда стало пригревать. Заснул, наверное, на рассвете, утомлённый думами и бессонницей, склонился на лавочку, скукожившись от утренней прохлады в эмбрион.

Сзади послышались шаги.

- Вот это встреча! – присвистнул давешний мужик. Он стаскивал на набережную коляску. В коляске радостно гулил карапуз. Мужик при свете дня оказался ещё брутальнее, чем вчера. Лет ближе к сорока, голова гладко выбрита. На лице седоватая щетина. Серьга в ухе. Футболка натянута на крепкое и мощное тело. – Как спалось?

Рома ничего не ответил. Голова болела, во рту было пакостно и мутило его всего сверху до низу.

- Слушай, пока продолжаешь наслаждаться первой взрослой ночью, принеси пользу обществу - последи за мелким, - сказал мужик, и скинув майку, разбежался и прыгнул в воду прямо с пирса.

Рома опешил, испуганно глядя то на воду, то на малыша в коляске, гугукащего совершенно самостоятельно со своими погремушками. Вскочил, заметался по берегу. Но карапуз вёл себя смирно, не требуя никакого вмешательства.

- Окунись, полегче станет, - вскоре вылез из воды купальщик. – Вадим, - протянул Роме руку, нисколько не смущаясь капающей с руки воды.

- Рома, - вложил квёлую кисть послушно тот.

- Тю… что за вялая лодочка? – сощурился Вадим. – Жми нормально - первый тест при знакомстве. Это от меня тебе первый совет. Чего там мелкий, не бузил? - отдуваясь после плавания, спросил Вадим.

- Он спокойный у вас, - буркнул Рома.

Надо было уходить, чего тут делать, нарвёшься сейчас ещё на одну хамоватую лекцию. Но что-то Рому держало.

- Ага. Ночью наорался, потом поспал, потом поел, сейчас вот развлечения у него, - кивнул Вадим.

Рома молчал. Про детей он знал мало и ничего кроме беспокойства рядом с ними не испытывал.

- Чего, кинул своих дружбанов? Или они тебя? – спросил Вадим, усаживаясь на лавочку и поглядывая за сыном.

- Да что-то скучно стало после… после вашей проповеди.

Вадим кивнул.

- Нормально. Ты не бери в голову. Припекли вы меня своей дурью, вот и не сдержался. Зато потом тихо стало, – хмыкнул он. – А, вообще, чья бы корова мычала…

- В смысле?

- Да у нас старший-то тоже где-то гульбанил. Мы на вручение сходили, а потом сюда. Фиг пойми, чем и как он там кого доставал ночью.

- Да? – поразился Рома. Никак у него не вязался образ этого лысача совторым таким большим сыном.

- Угу. Но знаешь чего, Ромка? Вот если за его примерное поведение я, конечно, не поручусь… то про страну нашу, как вы вчера заливали, такого он никогда бы не сказал. Это уж я как за себя.

- Да ведь разные версии есть… - начал сызнова Рома.

Вадим достал сигареты из коляски, закурил и, выдувая в сторону от младенца дым, покивал.

- Разные. Но ты сам подумай, кто крепче на ногах стоит.

И расхотелось тут Роме спорить, да и разговаривать. А Вадим ещё что-то говорил своим хрипловатым голосом. Рома глядел на воду, подёрнутую рябью, и откуда-то выплыла мысль, что вот этот Вадим вполне мог бы быть его отцом. Рома усмехнулся, отогнал эту мысль – всегда всем и вся утверждал горячо, что это совершенно необязательно, что безотцовщина, ещё может и фору даст – а мысль превратилась в желание. И в тоску по своему живущему где-то на свете отцу. И сыну Вадима, где-то так же вот отмечающему выпускной, Рома отчаянно позавидовал.

Другие работы автора:
+5
85
16:31
-1
многа букав sad
08:16
Да? А мне казалось — фьють! И готово.
09:39 (отредактировано)
На этом портале, в принципе, много букв laugh
09:56
Читайте анекдоты. Там мало
21:40 (отредактировано)
+1
Мне всё понравилось.
Вопрос по Роме. Не похож он на безотцовщину (в широком смысле этого слова). Это ж рассказ и получается всё штрихами такими. И вроде вначале он нежный такой, а потом «предводитель дворянства». Спотыкач тут у меня. Разрыв невидимого шаблона)
Дальше про оппонента. Ему сорок, а задвигает речь прям как партийный) Выпендривается перед детворой)
Очень понравилось, как он из коляски сигареты достал.
08:19
Вот интересно. Я чувствовал, что налажал (поэтому и выложил). Но у меня эти герои настолько шаблонны в голове (вот прямо с реальности их писал), что казалось, и выйдут такими, очень примитивными. А получились нелогично-кривоватыми)
Про сигареты мне и самому нравится)) Это полубессознательный протест против антитабачной истерии)
10:07
Я так же задвигаю))))
10:22
+1
И я)
Мы партийные)
10:23
мы идейные)))))) я разное задвигаю. Партии бы не зашло
10:25
+1
А если такую партию «Идейная партия»?
10:41
и места в Думе, каждому
21:52
Вижу. Завтра отпишусь. Тяжелый день
22:43 (отредактировано)
+1
Хороший рассказ, проскальзывает мораль, но не навязывается, а, скорее, держит вокруг себя сюжет. Насчет гг. Я представила себе эдакого хлюпика, «тепличное растение», а оказался (неожиданно)лидер. Такое, на самом деле, наверное тоже может быть, если гг обладает недюжим интеллектом (или другим талантом). В эту сторону можно было бы наверное копнуть (имхо)В целом — крепкий рассказ, понравилось!
08:19
Спасибо. Соглашусь, вот сейчас тоже вижу, что гг недоработан. Мне-то он виден, а в тексте этого всего не показал.
10:39
+1
А вот и я!
В общем, литчасть уравневая, как всегда. Все льется, стелется, не оторваться, не отпускает. Мне в этот раз даже больше, чем в — 140 язык понравился. Описания героев у вас хорошо выходят, я со своими всегда мучаюсь, у вас подглядываю. Вот здорово, тонко так, и воспитание и глаза голубые))) и подвох сразу есть. И Лада хорошо так вышла, и бузотёры))и серьга-то у мужика в тему, сразу его в глазах парня выделило. В общем, мастер детализации. Ну а теперь буду «плевать с колокольни». Но исключительно в мирных целях.
В общем, я не верю.
1. Я не верю, что ГГ оранжерейный станет лидером. Такое бывает, но об этом надо говорить, как об исключении, а вы не говорите, а я не верю. Даже среди таких же детей из хороших семей, что, кстати, еще сложнее.
Я понимаю, для чего тут женсовет. Нет своего взгляда на хрень, которую городят, не отделить зерна от плевел, но… одно перечеркнуло другое. Это я вам уже третья говорю.
Второе, я не верю, что после спича Ленина с балкона, пьяная матросня детвора, вот так вот усохнет и пойдет отсюда. Они б этот дядю, заблевали бы, заматюкали, потому что повел он себя под стать воображаемому фрицу, стал отвешивать пинки, не убедительно. И мало, и расхожими фразами, и без боли какой-то внутренней. Надо переписывать, потому что важно. Вообще, тут бы историю какую-нибудь задвинуть, не поучения и унижение подать. Фиг сейчас авторитетом задавишь. Он рассказать им что-то должен, не про портвейн, что-то такое, от чего они сами по колено в землю провалятся.
А вообще, это на сайте один из важнейших рассказов. Потому что это очень нужный текст, мы не хотим про это думать, мы устали, нам надо 7 предложений про секс и расчленение, и сердце отзывается на младенца в мусорном бачке, а иначе фиг ли напрягаться! Простите, если я опять больно умная, но вы для меня пример, как надо. Спасибо, что задуматься позволяете.
11:02
+1
Очень спасибо.
Вот вы втроём это подметили, что я лишь подозревал. То есть, чувствовал, что только фигульку показал, что неглубоко и т.д. И хотел как раз поэксплуатировать (вас в том числе — спасибо ещё раз), чтобы понять, насколько это полуфабрикат.
Это знаете, как вот эти гуру все учат — недостаточно из жизни историю взять, это никого не впечатлит, никто не поверит и т.д.
Вот, хочу извлечь всякие тут плюсы из прочтения.
)
11:06
конечно недостаточно. Потому что это ХУДОЖЕСТВЕННАЯ литература, а не стенгазета. Нет никакой эксплуатации, клуб для того и клуб. Ну, это я так воспринимаю, кому-то может бурные овации нужны
Загрузка...
Илья Лопатин №1