Семья (Поэма)

Автор:
Александр Добсон
Семья (Поэма)
Аннотация:
Решил попробовать себя в более масштабном жанре. Публикую завязку.
Поэма написана терциной.
Текст:

Сын

1

Я был уже семь лет как не ребёнок,

Семь лет, как я оставил отчий дом,

Наш город - не любимец киноплёнок.

2

И я ушёл... туда где Вавилон.

Туда где в пропасть с высоты амбиций,

Швырнут, вдогонок свешавши поклон.

3

Там, где средь рёва скорых и полиций,

Вам не услышать тихий сердца стук,

Где правит балом взбалмошный Патриций.

4

Насытившись, я развернул маршрут:

Под Новый Год пришёл к родному дому,

Сверчок - к шестку. Рожден и годен тут.

5

Всё старо и до колкости знакомо,

Учитель - мама, пьющий спирт отец,

Панельная «идиллия» трёх комнат.

6

В одной из них жил я - ещё юнец.

В пыли утопли детские забавы,

Мечты и книги - жизненный сырец.

7

Очистить быт от прошлого отравы,

В утробе скрыть от круговерти дней,

Свой страх, мои никчемные начала.

8

Родился, жил, умру среди теней…

Вот мама режет к празднику салаты,

На "Первом" Шурик, горы и Варлей,

9

Отец, ценитель крепкого, поддатый,

Сказал: "До встречи!", и ушёл в подвал,

Он называл сарай - "Мои палаты".

10

Электрик по профессии, паял,

В подземке ради личных удовольствий,

Там пил, там ел, жил там, а дома спал.

11

В разгаре праздных телеразглагольствий,

Салату не хватило огурцов,

Я был отправлен в царство разносолствий,

12

В подвал, туда где был приют отцов.

Я опустился в сырости обитель,

К кандейке подошел – был снят засов.

13

Ну а внутри отца я не увидел,

Дневная лампа тут, паяльник, стол,

Но нет живой души, et extra idem[1].

14

Паук на стуле паутину сплёл,

А знать на нём давно уж не сидели.

И вспомнил, что ищу я разносол.

15

Сомнения моё сердце одолели,

Когда я в поисках задел рычаг,

Открывший доступ к старой тайной двери.

16

Кляну себя, какой же был дурак,

Что тут же я решил открыть те створы,

Подался внутрь и зашёл во мрак…

Отец

17

Сын оказался в месте незнакомом,

Повсюду белый кафель, тусклый свет,

Плакаты, всё об образе здоровом,

18

«Холера – враг, её страшнее нет»,

«Излечим тиф», «Минводы – для народа»,

Явилась дама вдруг, преклонных лет.

19

- Товарищ, срочно мне нужна подмога.

Сантехника нашла я, наконец,

Труба течёт с гомном, ну ради Бога.

20

- Ошиблись Вы, не я с дерьмом борец, -

Ответил Сын, ничуть не понимая:

- Кто Вы такая? Где тут мой отец?

21

- Все в ЖЭКе вашем, что ли, «принимают»?

С утра уже зальют свои шары,

Сантехник – ты, чинил краны у Раи.

22

Начальник ЖЭКа - батька твой, сын – ты, -

Сказала дама, с южным приговором:

- Пойдём, в награду я даю интим.

23

Мигнула глазом, старая ворона.

За руку взяв, к дверям поволокла,

- Отстань, карга, - сбежал по коридору.

24

На стенке что-то вроде волокна,

Было оформлено в портретной раме,

А снизу подпись: «Маркс Карл. Борода».

25

Сын дальше шёл, вращал как вол глазами,

Вот дверь с понятной надписью «(э)М/Ж(о)»,

О жажде вспомнил, и увидел краны.

26

И с этим было тут не хорошо:

Три вентиля над раковиной ржавой.

Открыл один - и «пенное» пошло.

27

Второй - томата сок струёю малой,

Вот третий вентиль – водки там напор,

Воды в трубе так и не оказалось.

28

«Какая-то нелепость, полный вздор!»

Повсюду сюр, комедия, безумцы,

Прошёл ещё и вперил Сын свой взор.

29

Пред ним стояла дверь, обита пунцем,

Табличка к ней - «Начальник ЖКХ»,

Предчувствия кольнули в бок трезубцем.

30

Глаз козий в двери был замест глазка,

Моргал и наблюдал присталь за сыном,

На месте ручки - чёрная рука.

31

Она, ладонью вверх, как бы, просила,

Сын понял, ЧТО - вложил в неё полста,

Дверь скрипом в тот же миг проголосила.

32

Внутри картина будто бы с холста:

Очаг зажжённый, стол, Отец во кресле,

Бутыль открыта, чаши-черепа.

33

«Не ждал тебя увидеть в этом месте,

Садись напротив, кровь моя – Сынок!

Потушим ум, горящий в интересе».

34

Испей вина, смотрю я ты весь взмок,

Как видишь, Сын, здесь я - хозяин жизни,

Любые нужды утолю в щелчок.

35

Прошу глядеть тебя без укоризны,

Когда узнаешь тайну старика,

Раскроюсь, черви прежде чем изгрызли,

36

Вся жизнь моя - строптивая река,

Родился в перерывах меж удоя,

Ударного парного молока,

37

Дитя серпа, колхоза и застоя,

Учился по заветам октября:

Как голым задом новый мир построить.

38

С восьмого класса водку потреблял,

Курить я научился в русском поле,

Мне батя папироску поджигал,

39

Бывал драчлив, играл я на гормони,

Рыбак, по девкам знатный был ходок,

Потом пришёл черёд - одел я броник.

40

Проторивал дорогу в Барикот[2]

Смерть шла под руку непременно рядом,

Я сгинул восемь раз, но был как кот,

41

В привалах, как положено солдатам,

Вещали байки возле очага,

Легенды, хохмы, сказ о старых кладах,

42

Пугала всех история одна:

О том, что среди здешних оторогов,

Гуляет настоящий сатана.

43

Он то козой явится на дороге,

То девой с вёдрами, а то дитём,

Зовёт на помощь, в сторону уводит,

44

Там предстаёт в обличии прямом:

Мертвец червивый, криворотый карлик,

В игру предложит поиграть с огнём.

45

Победу щедро тот злодей одарит,

Отказ не примет, поражение - смерть,

Ничья - живым, но без ума оставит,

46

Безумным жить - уж лучше умереть...

В ту ночь у кишлака была стоянка,

Троих в разведку сплавили смотреть,

47

Душманов признаки иль провианта,

Среди солдат был я - младой боец,

За домом дом, на изготовке автоматы,

48

Неладное почувствовал крестец,

Когда в глухую дверь я постучался,

Открыла мать, в глазах звериный блеск.

49

Не понял как внутри я оказался,

Дверь хлопнула, напарников здесь нет,

Калашников хотя б со мной остался.

50

Внутри лишь лампы керосинной свет,

Опийный кислый дым, предметы быта,

На глиняной стене ужасный след.

51

Обитель богом, та была забыта,

Мужчины в доме не было давно,

Лишь женщина глядит, чадрой укрыта,

52

Прошёл я в дальний угол где темно,

Там странное почудилось движение,

На изготовке автомат со мной,

53

Увидел то, что привело в смятение,

Спиной ко мне сидел малыш нагой,

В руках держал он угли без смущения,

54

Пылали угли свет даруя свой,

Чертам лица мальчишки необычным,

Я подошёл поближе, Боже мой!



[1] «Снаружи и внутри то же самое» (пер. латынь)

[2] Барикот(Афганистан) – был самым отдаленным в провинции Кунар гарнизоном, в 2,5 км от границы с Пакистаном. К нему вела единственная дорога, пробитая в отвесных скалах на высоте от 30 до 100 м над рекой Кунар. В 1985 году дорога была разбита, гарнизон был окружен "душманами". Для восстановления дороги была организована спецоперация.

Другие работы автора:
+4
79
10:40
+2
У меня аж глаза на лоб О_О
Кто-то определенно перечитал Данте crazy
Ага, терцина — это я из «Божественной комедии» подчерпнул. Выбирал так, чтобы построение рифм не наскучило читателю. Здесь, вроде, как-то живенько получается(хотя не мне судить, для этого и выложил первую часть). Но сюжет не перекликается с «БК» Данте.
10:50
+1
Начало вполне перекликается) ГГ спускается в какую-то тайную дверь, встречает проводника)
Но меня больше порадовал именно контраст — бытовуха, написанная языком БК — это жесть crazy
А, ну да. Начало прям почти один в один)))
«Земную жизнь пройдя до половины,
Я очутился в сумрачном лесу...»
Спасибо.
10:50
+2
чё там дальше О_О
Раз отклик есть — будет и дальше. ok
10:56
+1
Да-да, давай, почитаем!
Загрузка...
Виктория Миш №1