Когда проснётся мистер Дрискл.

Автор:
Vanvincle
Когда проснётся мистер Дрискл.
Аннотация:
В чёрной-чёрной пещере, под горой, Мистер Дрискл спит и видит сны, в которых неведомые создания рвут на части наш мир. Не рубите гору, не ходите гулять по пещере, не будите раньше времени то, чему суждено проснуться в конце времён.
Текст:

Пролог:

В кромешной тьме вдруг возникают сполохи света. Потом приходят звуки: рёв, рычание, иногда вой или шипение, зачастую - визг… Потом мужской голос закладывает матом этажей эдак в пять. Потом – шаги, и всё стихает. И в этой тишине отчётливо слышно, как в нечто, наподобие алюминиевой кружки со звоном падает что-то вроде монеты в один доллар.

-Бонни, вставай! Бонни быстрее! Драбер младший пропал! Уси-пуси, щас расплачусь, - бормотал себе под нос Увалень Бон, спускаясь по узкой тропинке к Пещере-что-под-Бренди. – Ах, Бонни, не дай Бог, он полез в Пещеру. Ой, Бонни, найди его, пока не случилось страшное. И плевать всем, что я только с ночной смены. Не могли раньше прийти, пока старый Павло был дома?

Увалень ступил под карстовые своды и остановился, зажигая керосиновый фонарь, который он предусмотрительно принёс с собой.

- Конечно, если отец всё время в правлениях заседает, а мамаша по комитетам шляется, кто будет за малым смотреть? Мне уже дважды говорили, что видели его и Френка Гимсби поблизости, - продолжил брюзжать Бон. - Да не ожидал я, что после того случая в сентябре, кто-нибудь рискнёт сюда сунуть нос.

Голос его отражался от стенок широкого прохода, который уводил всё дальше и вглубь, но Увалень двигался вперёд всё тем же уверенным шагом. И не переставал бормотать:

- Как надо, так сразу: Бонни, пожалуйста, очень просим. А как спиной повернусь, так: верзила да деревенщина неотёсанная. А вот покультурней некоторых, между прочим, - он гулко сплюнул и вынес вердикт. – Найду - уши надеру. Обоим. Если живы ещё.

Широкий проход привёл его в большую пещеру, на другом конце которой чернело аж три хода.

Это был первый зал. Назывался он «Заткнись» - сталактиты, висевшие под потолком, от громкого звука начинали дрожать и раскачиваться - и Увалень заткнулся. Он привычно втянул голову в плечи, пересекая зал, и углубился в крайний левый проход. Как всегда на этом пути, он думал о прошлом.

Сначала вспоминал жизнь в Оклахоме: ферму, родителей, младшую сестричку Дикси. И то страшное воскресенье в апреле 35 года, когда тучи, поднятые пыльной бурей, заслонили солнечный свет, и мир погрузился во тьму…

Стайка летучих мышей шуганулась от света фонаря, замельтешила под сводами прохода и скрылась в боковом ответвлении. Увалень проводил их настороженным взглядом и двинулся дальше.

Он вдруг отчётливо вспомнил бар «Три цента». Бон и старый Павло тогда совсем уж на мели были. Весь штат исколесили – нигде работы не нашли. И в городке под названием Бренди застряли, не потому, что понравилось. Деньги кончились.

Ну вот, торчали они в этом баре, последний доллар пропивали. Тут к ним и подсел человечек один. Смешной такой. Котелок на затылке, в костюмчике в среднюю клеточку, роза в петлице. В зубах сигарета на длинном мундштуке. На верхней губе усики рыженькие, на щеке родинка, как прыщ выпирает.

- Вы, - говорит, - парни, я слыхал, работу ищете?

Старый Павло, аж пивом поперхнулся.

- Как, - спрашивает, - мистер, догадались? Неужто мысли читать умеете?

- Умею, - кивает. – Потому и подошел к вам. Ты - Бонифаций Стюарт. Родители умерли, сестра в приюте…

Увалень так рот и открыл от удивления. Он уже и сам забыл, как звучит его полное имя. А человечек продолжил:

- А ты, Павел Загоруйко, морда хохляцкая, такого в Сибири наворотил, что на родину теперь тебе путь заказан. Да не дёргайся ты, - это он Павле. А тот побагровел весь и за ножом в голенище стоптанного сапога потянулся. – Не чекист я и не по твою душу здесь. Меня зовут мистер Дрискл. Допивайте своё пойло. Я на улице вас подожду.

И вышел.

Друзья помолчали.

- А правда, у вас в Сибири вместо собак медведи на цепи сидят? – спросил наконец Бон.

- Брешут, - ответил Павло. – Они у нас ручные, навроде хомячков, по дому бегают.

Ещё помолчали. Увалень допил пиво, вытер губы рукавом.

- Пойдём? – спросил.

- Куда ж деваться? - ответил Павло и нож из сапога в рукав переложил…

Следующий зал на пути Бона назывался «Арсенал». Там он тоже особо не задержался. Открыл ключом железный ящик, который стоял у стены слева, извлёк из него две сабли в специальных потёртых ножнах и шахтёрскую каску с встроенным в неё фонариком. Сабли он тут же нацепил себе на спину крест-на-крест. Каску, щёлкнув выключателем, напялил себе на голову. Из «Арсенала» дальше вело всего два хода, и Бон зашагал по правому…

Мистер Дрискл быстро тогда объяснил суть работы, которую собирался им поручить.

- Прибыл я, ребята, издалека. И пока добирался, страсть как устал. Мне надо выспаться. Но вот какое дело… Сон моего разума рождает чудовищ. Настоящих. Так что работа у вас будет простая, хоть и рисковая: охранять от меня этот Мир, пока я сплю… Ну что встали, как вкопанные. Думаете, я на голову слаб? Да пусть и так. Плачу вперёд. И если я в самом деле сумасшедший – вам прямая выгода…

В общем, заключили они тогда договор, на свою голову. А может, и не голову вовсе.

Последний зал под названием «Береги задницу» остался позади. Шаги Бона замедлились, он часто останавливался, прислушиваясь и вроде как принюхиваясь. Когда за поворотом замелькал свет и сполохи теней он обнажил обе сабли и замер. Но это был всего лишь Павло. Прихрамывая, он вышел из-за поворота. Фонарик его каски слепил глаза, в руках он нёс какую-то рвань.

- Сопляки, - ругался старик. – Тупые недоноски.

Увидев Бона, он остановился и запустил своей ношей в него.

- Делать мне больше нечего, - прокричал Павло, и эхо подхватило его крик. – Делать мне нечего, чтоб ещё вот такое!

Увалень наклонился к брошенному тряпью. Это была окровавленная детская футболка и кепка без козырька. Тоже вся в крови. Он перевёл взгляд на приятеля.

- Три штуки сразу, - сказал тот, нервно вытирая руки о засаленный комбинезон. – Давно такого не было. Вёрткие, заразы. А зубы, как бритвы.

Он показал свежий шрам на запястье.

Бон молчал. А что тут скажешь?

- Пока я с двумя сразу разбирался, третья обоих загрызла. Я слышал, как они верещали, но ничего поделать не мог. Загрызла и утащила. Вот все, что пока нашёл. Прячется где-то. Тварь. Поможешь?

Бон пожал плечами и кивнул.

- Вот и ладненько. Ты лампу полную заправил?

Бон снова кивнул. Он сходил за лампой, полил керосином детские вещи и поджёг.

- Пусть хоть какая надежда у родителей будет, - вместо молитвы сказал старик, щурясь от жирного дыма и кашляя. – Ты её чуешь?

Бон чуял. Да и Павло почуял бы, если бы так не психовал. Мистер Дрискл им особый нюх, каждому, как специнструмент, выдал. Сказал, мол, нечего с тварями в прятки играть по закоулкам. Идите на запах паленой резины – не ошибётесь…

Они долго тогда стояли у кровати под балдахином, на которую вскоре намеревался улечься этот странный мистер. А вокруг были тени от огней керосиновых фонарей и гулкое эхо. И страх, который морозил душу. Что бы отвлечься, Бон попробовал прочитать в контракте что там в нём на счёт оплаты, но мистер Дрискл опередил его. Сказал:

- По деньгам всё просто. За каждую прибитую вами тварь будете получать вознаграждение. Чем круче тварюга, тем больше звонкой монеты.

Он поставил на каменный выступ алюминиевую кружку и бросил в неё серебряный доллар. Раздалось: «Дзынь!»: – Вот так, примерно.

Потом смерил Бона и Павло хитрым взглядом:

- Но деньги, ведь, не главное, правда? За работу я предлагаю вам ответ на ваш вопрос. Ответ один. Но и вопрос любой. Хотите узнать результаты скачек? Легко. Кто будет следующим президентом? Пожалуйста. Где спрятал свой клад голландец Шульц? Нет проблем, даже карту начерчу…

- Что такое смерть? – перебил его Павло.

Какое-то время они смотрели друг другу в глаза, а потом мистер Дрискл переспросил:

- Что такое смерть? Да раз плюнуть…

И ответил. После чего перевёл взгляд на Бона, мол, твоя очередь.

Увальню ответ на предыдущий вопрос жутко не понравился, поэтому он спросил:

- Как стать бессмертным?..

Третью тварь они со стариком нашли и упокоили быстро. А вот тел малолетних идиотов, сколько не искали, так и не обнаружили. И вот теперь, Бон топал к выходу из Пещеры, а Павло продолжал своё патрулирование в её глубинах.

Как всегда, возвращаясь, Увалень мучился неразрешимыми вопросами. Сегодня он всё хотел понять: что мистер Дрискл имел в виду, отвечая на его вопрос.

Он, помнится, тогда хихикнул:

- Сдрейфил, Бонни? – но продолжил уже серьёзно. – Давайте так. Вам это умение ни к чему. Я, пожалуй, сам сделаю вас такими. Временно. До моего пробуждения. А там сами решите: продлевать или сдохнуть вместе со всем Человечеством…

Несколько раз они с Павло мечтали, что хорошо бы было убить этого мистера Дрискла. На всякий случай. Но только мечтали. По рукам и ногам вязал Договор. А он был не из тех штук, что можно нарушить.

Как-то мэр Брэнди мистер Питерс спросил у них, почему они не сбежали, получив аванс. На что старый Павло ему ответил:

- Вот представь, дышал ты двумя ноздрями. А потом одну зашили. Так вот, для нас хоть один пункт Договора не выполнить, что тебе через зашитую ноздрю вдохнуть…

В конце восьмидесятых прибыла в Брэнди команда подрывников. Собирались снова наладить выработку известняка для сталелитейного завода в Далласе.

Увалень Бон тогда предложил не вмешиваться. Мол, вдруг от вибрации своды пещеры не выдержат? Рухнут и похоронят спящего там мистера.

Но Павло сказал:

- А вдруг они его РАЗБУДЯТ?..

Исчезновение шестерых человек наделало изрядного шума. Но, как потом оказалось, не нашлось ни одного свидетеля, которые видели бы, как Павло поил этих чужаков в баре, а потом повёл их в Пещеру. На экскурсию. Так дело и заглохло…

Бон не был дураком и понимал: как бы то ни было, но однажды мистер Дрискл проснётся.

А потом что-то случится, и им таки придётся выбирать: продлевать своё бессмертие или сдохнуть вместе со всем Человечеством.

Но пока он и старый Павло патрулируют Пещеру-что-под-Бренди, они постараются, чтобы это произошло как можно позже.

А до той поры: спокойной ночи, мистер Дрискл. Спокойной ночи.

эпилог:

- Что такое смерть? – переспросил мистер Дрискл: - Да раз плюнуть…

- Вот, смотри, - он ткнул в Павло указательным пальцем. – Ты стоишь здесь. А там, - он указал в тёмный угол пещеры. – Там тебя нет. Видишь?

Павло кивнул.

- Так вот, - продолжил мистер Дрискл: - Здесь, - он снова ткнул пальцем в Павло. – Ты живой. А там, в углу – мёртвый. Понял?

к о н е ц.

+5
556
19:09
Занятно!
22:51 (отредактировано)
А ведь это уже было когда-то, давно. Надо перечитать.
Нашел.
Загрузка...
Илья Лопатин №1