Школа даунов. Часть 1. Клиника

Автор:
Сергей Степанов
Школа даунов. Часть 1. Клиника
Аннотация:
Программист Сергей Вольский решил раскрыть тайну вечно пустующего здания школы-интерната для детей с синдромом дауна. При этом он попадает в руки мафии, занимающейся добычей криптовалюты, и вербуется в агенты ФСБ. Вскоре мафия его раскрывает и использует его чипированный мозг на майнинговой ферме.
Текст:

ШКОЛА ДАУНОВ

Часть I. Клиника.

Выходной день. Сергей не спеша выгуливал своего верного друга, грифона Наги, среди старых домов, потёртых временем и таких же старых тополей, лип и берёз. Наги, гордо задрав хвост, вынюхивал что-то в траве и с деловитым видом бежал дальше в поисках таинственного запаха, важного для него одного. Маленькая собачка считала себя большим и грозным псом, не боялась ничего и никого. Она обладала удивительным свойством издалека узнавать людей и собак, враждебно настроенных против неё и её хозяина, предупреждая об этом рычанием или громким лаем в зависимости от степени враждебности. Ещё пёс облаивал людей с большими сумками и пакетами, видимо, считая их ворами. Эти особенности поведения Наги сыграют не маловажную роль в дальнейших событиях. Прогулочный терренкур всегда проходил мимо здания, построенного по типичному школьному проекту времён социализма, уже давно канувшего в лету. Здание производило странное впечатление: оно постоянно пустовало, но содержалось в полном порядке. Казалось, что школьники ушли на каникулы и вот-вот вернутся. Вывеска с названием заведения на входе отсутствовала.

Проходя мимо заброшенной школы, Сергей обратил внимание на двух женщин, выходящих из здания с большими сумками в руках. Наги залаял.

- Извините за любопытство», - обратился Сергей к женщинам. - Вы не скажете, что это здание и что в нём располагается?

Женщины, отмахнувшись и как бы испугавшись лающего пса, резко свернули в сторону и быстро зашагали прочь. Собака успокоилась только тогда, когда они исчезли за углом дома, а потом с понюшками побежала по следу женщин к крыльцу загадочного здания.

Сергей закричал: - Наги! Наги! Наги! Ко мне! - но тот его не слушал.

- Сейчас ты у меня получишь, - пробормотал хозяин.

Собака встала на задние лапы и стала яростно царапать входную дверь. Сергей машинально дёрнул за ручку двери. Та оказалась не запертой.

«Войти или не войти?» - спрашивал внутренний голос. Любопытство победило.

Обычная школа с гардеробом в фойе и фотографиями лучших учеников на стене с надписью «Лучшие ученики школы-интерната для детей с синдромом дауна». На доске почёта висели фотографии детей с характерными монгольскими признаками синдрома.

- Наги, где дети?

Наги, наклонив набок голову, внимательно смотрел хозяину в лицо своими выпученными глазами, словно не понимал вопроса.

- Вот и я не знаю, мой симпатичный даун, - хозяин потрепал собаку за ухо и направился по длинному коридору в поисках ответа.

Сергей проверил почти всё здание, пока на третьем этаже не наткнулся на кабинет директора. За дверью раздавался звук, похожий на постукивание карандаша по столу.

«Уборщица, охранник или сам».

Он осторожно приоткрыл дверь. За дубовым столом с гнутыми ножками сидел мужчина средних лет, смуглый и черноволосый без единой сединки с неожиданно козлиной бородкой на широкоскулом лице. Что-то монголоидное проскальзывало в его облике. Мужчина нервно постукивал по столу карандашом.

«Хорош! Похоже, папа даунов»,

- Заходите, молодой человек. Вы от Владимира Владимировича? Знаю. Знаю. Вы за нашим должком? Первый раз? Заблудились? Денежный перевод будет завтра, как только обналичу биткоины», - словно торопясь оправдаться, выпалил директор.

Сергей понял, что его приняли за другого человека.

«Признаться, что я просто любопытный и зашёл, проходя мимо? Обналичку каких биткоинов он имел ввиду? Дауны, биткоины, вечно пустая школа, убегающие женщины, директор аля мачо».

Авантюрная натура Сергея запротестовала против выхода из игры. Он сел на стул и закинул ноги на стол, сбив поставку с карандашами. Ну, типичный бандит из американского фильма! Наги недовольно зарычал: в такой позе он ещё хозяина не видел.

Директор воспринял рычание собаки, как угрозу и, вскочив, снова выпалил:

- Что же мне делать, если не хватает поголовья? Мы ещё не достигли высшей производительности. Столкнулись с эффектом гибели нейронов при пороговом значении температуры. Мы уже потеряли несколько голов.

- Царство им небесное! - перекрестился он.

«Пора сматываться, - решил Сергей, - похоже, вляпался в серьёзное дело, как бы ни оторвали башку».

- Завтра ждём перевод. Последний срок. Потом закатаем в асфальт!

Сергей вскочил и решительно зашагал к выходу. На улице он вздохнул полной грудью.

«Вроде пронесло на первый раз, а там жизнь покажет!»

Сергей был фаталистом и знал, если загадываешь, что произойдёт в будущем, это не сбывается, а происходит что-то иное, непредсказуемое, предначертанное судьбой. В программу текущих событий не вписывались человеческие фантазии.

Вот и сейчас он считал, что обман рано или поздно откроется, надеясь на иной исход.

Целых две недели Сергей, как всегда, ходил на работу, занимался программированием, дома проводил время у телевизора, развлекая себя музыкальными и политическими шоу, гулял с собакой, пытаясь разгадать иероглифы, которые выкладывал Наги на асфальт и собирал их в полиэтиленовый пакет. Наги явно не нравилось, что результаты его жизнедеятельности уничтожались. Он отказывался подходить к урне, куда скидывался пакет и тянул прочь поводок. Наверно, для него это было равноценно сжиганию инквизицией книг человеческих.

Тем не менее, жизнь не останавливалась и писала свои тайные иероглифы.

Звонок над входной дверью зазвенел уж очень настойчиво, как- будто пришли наглые коллекторы выбивать большие долги. За дверью стояло двое полицейских, сунувших свои служебные удостоверения в глазок и потребовавших их впустить. Один из них был в чине майора, другой - капитан. В груди Сергея появился тревожный холодок. Наги залаял и стал бросаться на дверь. «Неужели влип?» Сергей закрыл собаку в комнате и впустил полицейских. Рук ему заламывать не стали, наручники одевать тоже, а лишь предложили проехать в отделение полиции по подозрению в краже компьютеров из школы- интерната.

Полицейский Форд с мигалкой и включенной сиреной мчался по улицам города, не соблюдая правил дорожного движения. Машины обывателей испуганно жались к обочине, уступая дорогу власти в погонах. Они уже привыкли к тому, что власть выше законов и правил, ими же установленных и при столкновении с ней они всегда будут не правы.

Вот уже промелькнуло мимо не одно местное отделение полиции, а машина мчалась вперёд, словно на очень важное происшествие. «Дело принимает серьёзный оборот!» – задержанный примеривал к реальной ситуации штампы из полицейских сериалов. «Сейчас вывезут за город, дадут в руки лопату, заставят рыть могилу и порешат. И никто не узнает, где могилка моя».

- Мне надо позвонить сестре. Пусть она позаботиться о собаке.

- Если вернёшься, позаботишься сам, а нет – тебе должно быть без разницы, что будет с собакой, - отозвался майор.

«Как жизнь кончается глупо и быстро, а главное, никогда не знаешь где и когда».

За городом машина свернула с широкой трассы на узкую грунтовую дорогу и вскоре остановились возле ворот комплекса зданий, спрятавшихся среди высоких елей и сосен. Над воротами на арке красовалась вывеска: «Частая психиатрическая клиника доктора Цигеля».

Возле стеклянной входной двери полицейское сопровождение сменилось на двух рослых санитаров в белых халатах.

«Расчленять что ли будут?» - Сергей пытался не терять чувство юмора.

В кабинете главврача, куда привели задержанного, за раритетным дубовом столом, покрытым зелёным сукном, сидел солидный мужчина с интеллигентным лицом. Его холёные руки не находили себе места и постоянно перебирали какие-то бумаги. Серые глаза излучали доброжелательство и желание понять.

«Они что, покупают мебель в одной комиссионке?»

- Вас звать-величать Сергей Кузмич Вольский, если не ошибаюсь? Я – доктор медицины Цигель Рудольф Иванович. Рад приветствовать в нашей психиатрической клинике. Даю руку на отсечение, вы первый раз в таком заведении?

«С удовольстием! Где топор?» Сергей не торопился поддержать разговор. Он решил вести себя слегка нагловато, чтобы доктор потратил силы на сбивание с него спеси, и выиграть время для адаптации к новой обстановке. Молодой наглец без приглашения сел в кресло для посетителей и закинул нога за ногу.

- Что вы ещё обо мне знаете, доктор? Полиция уже предоставила вам моё досье? Интересно, кто на кого работает: полиция на вас или вы на полицию? Что вам нужно от скромного программиста с маленькой собачкой?

Доктор Цигель усмехнулся:

- А вы не простак, Сергей Кузьмич Вольский. Не будем о собаке, поговорим о вас и вашем девиантном поведении. Зачем вы проникли в школу-интернат?

- Вообще-то, двери надо закрывать! К тому же, какое отношение имеет психбольница к школьному образованию и имеете ли вы право меня допрашивать? Может быть, проедем в полицию? Потребуем предъявить обвинение, вызовем адвоката, будем вести протокол, реализуем право звонка родным?

Шеф, не будем тянуть кота за хвост и оспаривать ваш диагноз «девиантное поведение». Оставим в покое прах Эмиля Дюркгейма. Не будем расстраивать основоположника ошибочными диагнозами современного доктора от медицины.

Доктор Цигель прокашлялся в розовый платочек и глаза его приняли злое выражение:

- Не наглейте, молодой человек. В вашем положении я бы не ёрничал. К нам в клинику трудно попасть, а выйти из неё практически невозможно. Итак, что вы там искали? Почему выдавали себя за курьера от Владимира Владимировича?

- Шеф, это ролевая игра. Я, просто, подыграл болтливому директору школы. Кто такой Владимир Владимирович понятия не имею. Это не девиантное поведение, а простое любопытство. Я в том районе выгуливаю собаку уже несколько лет и ни разу не заметил ни одного ученика в этой школе. Отсутствует вывеска, что это за учреждение. Двери не заперты. Удивляюсь, почему толпы любопытных не ломятся в заведение.

- Логично и, по-моему, правдиво, - смягчился Цигель. – Перейдём к делу.

- Вы работаете программистом в российско-американской фирме ‘’Data’’ по разработке IT. Вас ценит начальство. Уважают коллеги. Вы перспективны. Часто бываете в зарубежных командировках. Неплохо зарабатывайте. Недавно купили квартиру в «хрущовке», иномарку с пробегом, но я сомневаюсь, что вы удовлетворены уровнем своей жизни. Скромная квартира, подержанная машина, маленькая собака, рутинная работа… Что ещё нужно обычному человеку? Но ведь вы не считаете себя обычным и рядовым? Вас непреодолимо тянет заглянуть за горизонт, разгадать трудную загадку, прорваться в неизведанное. В итоге, стать хозяином жизни и взять у неё по максимуму. Мне кажется я прав.

- Мы можем здесь и сейчас открыть вам дверь в новую жизнь, где вы осуществите свои самые смелые планы и мечты, - с пафосом воскликнул Цигель и так громко, что Сергей вздрогнул.

«Чего так завёлся? Он случайно не пациент своей же клиники?»

- Доктор, вы меня переоцениваете. Я смог защитить только кандидатскую диссертацию. На докторскую не потянул. Нобелевскую премию не получал. Вы меня с кем-то путаете, - отложив наглость в сторону, негромко ответил Сергей.

- Дело не в том, гений вы или нет. Наша фирма нуждается в приливе новых интеллектуальных сил, а привлечь их, как сами понимаете, задача не из лёгких. Тем более работа совершенно секретная, и это мало кому нравится в наш век безграничной свободы. Зарплата в конверте. Так что, на пенсию не рассчитывайте. Хотя, работая на нас, вы обеспечите себе безбедную старость. Это вам не нищенская пенсия от государственного Пенсионного фонда.

Цигель по-отечески посмотрел на Сергея, словно приглашал на семейный ужин.

- А если я откажусь? А если я бессребреник и без амбиций?

- Сергей, не будем вести пустые разговоры! – отрезал Цигель.- Я жду конкретного ответа на своё предложение.

- Мне надо подумать и завершить свои дела на работе. Но всё же, если откажусь?

- Мы найдём возможность заставить вас забыть про школу, про нас и наш разговор.

Сергей встал:

- Я понял! Могу быть свободен? Дайте мне визиточку с контактным телефоном. Через неделю-другую позвоню.

Домой он вернулся на такси. Наги, радостно повизгивая, путался у него в ногах.

- Ну как, Наги, только вперёд? Кто ищет, тот всегда найдёт? Тем более за нас уже всё продумано и всё решено.

Директор “Data” всегда немногословный и озабоченный, взглянув на заявление сотрудника об уходе, буркнул:

- От добра добра не ищут! С жиру бесишься или заболел манией величия. Сходи к психиатру.

- У психиатра я уже был. Всё в порядке. Подпишите.

Сергей профильтровал весь интернет, но информацию о клинике доктора Цигеля не нашёл. Не было её и в реестре учреждений здравоохранения. Вот это было вовсе странно, так как, получив лицензию, учреждение автоматически заносится в реестр. «Ерунда какая-то. Серьёзное учреждение, а никем не замечено», - удивился Сергей.

Вскоре, связавшись с Цигелем по скайпу, он дал согласие поступить к нем у на службу. За ним обещали приехать.

«Постой паровоз не стучите колёса! Кондуктор, нажми на тормоза!» – закрутились в голове слова и мелодия блатной песни.

По телевизору представитель МИД РФ в очередной раз разоблачала фейки госдепа США.

«Вот так и живём, не поймёшь где - в виртуальном или реальном мире».

За ним приехали неразлучная пара: майор и капитан.

- Подрабатываем на извозе, господа офицеры? Зарплаты на жизнь не хватает?

Полицейские переглянулись. Было видно, что они с удовольствием заломили бы ему руки за спину и повели, подгоняя пинками, но приказ был другой.

До клиники доехали быстро. Караул сменился. Двое охранников в белых халатах сопроводили его на лифте куда-то в подвальные этажи и направили к бронированной двери с номером 001. Дверь открылась перед ним автоматически. Сергей очутился в обычном офисном помещении, поделенном на ячейки с компьютерными столами. Улей для клерков был заполнен наполовину, в основном, как обычно, молодыми людьми с редкими вкраплениями молодых леди. Необычность их одежды бросалась в глаза: на них были белые халаты и шапочки. Не хватало только масок и перчаток для полного впечатления, что они кого - то потрошат на своих компьютерных столах. Толстяк, встретивший его на пороге, молча подал халат и шапочку, и пригласил, не поздоровавшись, в кабинет за прозрачной отсечкой.

Предложив Сергею сесть он, наконец, представился:

- Я ваш куратор и координатор лаборатории 001, Анатолий. Привыкайте, у нас принято обращаться только по имени. Сейчас я вас проинструктирую и вы приступите к работе.

« Предложил бы, что ли, кофе», - осмотрелся Сергей, но кофейной машины и чашек не увидел.

Анатолий перехватил взгляд нового сотрудника :

- У нас принято пить кофе по расписанию, в буфете. Работа проходит под грифом «Совершенно секретно». Вопросы задавать не принято. Всё, что вам необходимо буду доводить до сведения я. Обмен информацией о своей части работы между сотрудниками запрещён. Обобщением результатов занимаются специальные люди. Все проблемы обсуждать только со мной. От вредных привычек у нас кодируют под гипнозом. Поэтому, курилок нет. Пустая болтовня на свободные темы не поощряется. Кофе пьём молча. Вход в буфет в конце коридора справа. Туалет слева. Документы из здания не выносить. Нарушение правил наказывается штрафом вплоть до утилизации. Надеюсь, до этого дело не дойдёт. Не советую на собственном опыте узнать, что это такое! У вас допуск начального уровня и не суйте нос туда, куда не следует! – отрезал Анатолий.

- В общем, здесь «шарашка» сталинского типа, - пробормотал недовольно Сергей.

- Возникнут вопросы – милости просим ко мне! Номер вашего рабочего места 25. Не забудьте надеть халат. Это наш dress-code! Здесь информация о клинике», - куратор протянул новому сотруднику диск.

В закутке номер 25 всё было привычно: компьютерный стол, на нём монитор, клавиатура, вэб-камера, принтер, под столом «железо», удобное крутящееся кожаное кресло. На стене справа висело расписание рабочего дня.

«Небось, следят! Сергей повернул объектив вэб-камеры к стене.

Информация на диске оказалась обычным рекламным буклетом частной медицинской фирмы с отделением инноваций при лечении психических заболеваний. Как понял Сергей, ему придётся участвовать в разработке дистанционных методов воздействия на мозг больного. Специальные вопросы он решил не задавать куратору, потому что в жизни руководствовался правилом: «Поспешишь – людей насмешишь». Зайдя к куратору, он сходу спросил: «Сколько всё же мне будут платить?»

- Как на Западе, - уклончиво ответил тот.

Сделав отвлекающий манёвр, Сергей неожиданно закинул удочку в тёмный омут:

- Какое отношение имеет клиника к школе даунов?

Куратор от неожиданности вздрогнул.

- О чём речь? Это не имеет отношения к нашей работе. Я не могу комментировать то, чего не знаю.

- А кто такой Владимир Владимирович? Вы случайно о нём не слышали? – напирал Сергей.

- Прекращайте валять дурака! – разозлился куратор. Если у вас больше нет вопросов по работе, до свидания!

- Почему нет? Есть! Задачи, в решении которых мне предстоит участвовать, под силу только целому институту, где совместно работают нейрофизиологи, психиатры, инженеры, программисты и ещё чёрт знает кто.

- Среди ваших новых коллег уже есть «чёрт знает кто». Кроме того, недостающую информацию мы получаем от многих институтов и фирм. Быстрее входите в курс дела, и ваш пытливый ум удовлетворит своё любопытство. Желаю успеха!

Вскоре Сергей освоился в коллективе, где ему определили участок работы, и почувствовал себя винтиком большой машины. Горизонты творчества, как обещал доктор Цигель, не торопились открываться. Система исследований и практических разработок была похожа на конвейер по сборке машин. За пределы своей операции не выйдешь. Ежедневный «разбор полётов» не позволял представить себе полную картину, поскольку жёстко регламентировался куратором.

Шли дни. За окном завывал холодный ветер,сметающий с тротуаров опавшие листья. Под стать погоде было и на душе у Сергея. Сегодня наступили выходные дни, свободные от суеты рабочих буден. Народ спал допоздна, лениво брёл в магазины за продуктами, не спеша мыл личный транспорт на автомойках, дремал в тёмных залах кинотеатров под отупляющую музыку DOLBI, неспешно вёл разговоры в кафе и забегаловках, смиренно слушал воскресные церковные службы, в общем, занимался приятными пустяками. В такие дни Сергей любил расслабиться, особенно после сытного завтрака, и поразмышлять на диване над событиями прошедшей недели. Человек он был не компанейский. Для удовлетворения потребности общения ему было достаточно Нагитса. Участие собаки в беседе освобождало его от лишних споров и эмоций, отвлекающих от основной мысли. Спор вызывал в нём агрессию, ломающую логику рассуждений.

- Итак, Наги, что у нас в остатке?

Сергей гладил Наги по голове. Собака вытянулась на полу, положив голову на вытянутые вперёд лапы, и приготовилась слушать обычную болтовню хозяина.

- Программируем, программируем, и ещё раз программируем! Собственно, в жизни мало что изменилось. Начальство недолюбливает, но понимает, какого мастера оно заполучило. Это плюс. В тоже время при отсутствии доверия с разбегу не узнать, как клиника связана со школой даунов. Это минус.

Наги приподнял голову и возмущённо рыкнул.

- Да, да, дружище! Время и пространство так устроены, что невозможно предвидеть, где и когда ты достигнешь цели, поскольку пространство конечно, а время бесконечно. Ты можешь стоять на месте или бежать, а время твоё прошло, утекло в бесконечность, за пределы пространства, в котором ты существуешь, и ты остался в дураках. Не пропустить бы время.

- Ты подумай, дружище, Цигель явно знает про школу и Владимира Владимировича всё, но рассказывать не желает. Куратор знает кое-что, но «валяет Ваньку», потому что боится.

Наги лежал на своей подстилке, всем своим видом показывая, что ему «до лампочки» какой-то Цигель, куратор и, тем более, дауны.

- Не любопытный ты какой-то, поэтому до сих пор ходишь на четырёх лапах и не умеешь говорить.

Собака в полудрёме слушала хозяина и в животе у неё сыто урчало.

- Нет. Нет. Какой-то умишка у тебя есть, кое-что ты соображаешь, но твой хозяин гораздо умнее, потому что любопытствует и постоянно развивает абстрактное мышление.

Разговор с собакой прервал звонок.

- Кого черти принесли? Мы же никого не ждём, Наги.

За дверью стояли уже надоевшие полицейские.

- Господа офицеры, по какому случаю имею честь вас видеть? Вызов на дуэль? Чистка рядов? Срочно нужно взломать электронную почту террористов? Я, как всегда, к вашим услугам.

На этот раз его привезли не в клинику, а на «деревню к дедушке». Просторная квартира больше походила на гостиничный номер эконом класса. Здесь его ждала вторая парочка мужчин, но с пудовыми кулаками и в цивильных чёрных костюмах.

«Люди в чёрном. Будут выбивать признание в любви. Гомосексуалисты захватили мир».

Извозчики вышли. Разговор не завязывался. Люди в чёрном пристально разглядывали доставленного. Сергей чувствовал, как его раздевают. Лицо сканировал лазерный луч опытного взгляда. У него зачесался нос.

«Дело идёт к дружеской попойке».

Взгляд переместился ниже пояса.

« А вот этого не надо, мальчики! Давайте просто дружить».

Призыв был услышан и более мордатый мужчина представился:

- ФСБ. Майор Кокнев. А это - мой коллега, капитан Жмур.

«Понятно, майор из ликвидаторов, капитан от жмуриков. Кокнули и прикопали к свежему покойнику на кладбище. Будут вербовать? С какой стати? У них же полицейские обслуживают Цигеля. Ах! Им нужен спец, проникнуть в тайны ремесла. Конкурирующая фирма? Государственный рэкет?»

- Это вербовка? – изобразил возмущение Сергей. – Я, как интеллигентный человек, питаю отвращение к стукачам.

- Зришь в корень!

– Но сам понимаешь, лучше быть свидетелем, а не участником преступного сообщества доктора Цигеля.

- Не вижу оснований для такого обвинения. Люди занимаются лечением психических расстройств.

- Раскройте глаза, молодой человек! А секретность исследований? А связи с криминалом? У нас есть основания подозревать доктора Цигеля в крупной игре на бирже криптовалюты. О Владимире Владимировиче слыхали? Нет? Так вот, он через Цигеля вкладывает в это дело большие деньги. К тому же, в последнее время бесследно пропадают люди с психическими отклонениями. Слишком много психов умирает в клинике Цигеля. С бумагами всё в порядке, но слишком много. В спецучреждениях для детей с отклонениями в умственном развитии, курируемых Цигелем, та же картина.

Кокнев замолчал и переглянулся с напарником, словно спрашивая, достаточно ли он был убедителен. Капитан Жмур встал со стула, постучал ребром ладони о край подоконника.

«Да он, никак, собирается применить карате!» - заволновался Сергей.

Он, конечно, верил – пытки сталинского НКВД остались в прошлом, но всё же… «Всё новое – хорошо забытое старое». Для него важно было не само физическое насилие, а его последствия – повреждение мозга и смерть. Нет ничего ценнее человеческого мозга – материального носителя мысли. Не дай бог в минуту просветления осознать, что ты превратился в кретина или психа. Ужас духовной и физической смерти преследовал его с тех пор, когда в шестилетнем возрасте он представил себе, что обязательно умрёт и мир для него исчезнет, погрузится в глухую и слепую темноту. Не будет яркого и тёплого солнца над головой, исчезнет зелёный, пахнущий травами и листвой лес, стихнет навсегда тёплый ветер, изольются в бездну хрустальные воды реки… Тогда он даже заплакал от жалости к себе и в нём навсегда поселился страх смерти, который руководил многими его поступками, сделал осторожным, осмотрительным и в ряде случаев, просто, трусливым. Как бы это не выглядело парадоксальным, но, преодолевая страх, он не редко поступал опрометчиво и выглядел со стороны храбрецом. В этом ему помогало и природное чувство юмора (так, по крайней мере, он считал).

- Только без рук, гражданин начальник! – предупредил он сотрудника ФСБ.

- Ну, что ещё? – со щёлканьем разминал пальцы рук оперативник.

- Вы меня обеспечите подслушками, подглядками, понюшками, и другой шпионской техникой? Из табельного оружия предпочитаю маузер в деревянной кобуре, для защиты своей некчемной жизни - кевларовый бронежилет и стальную каску. Кастетов не надо – обойдусь любимой битой: увлекаюсь игрой в городки.

- Ну и болтлив, ты парень, - прервал оперативник вылившийся на него поток сознания.

- Мы ждём ответа. Советую учесть ваше уголовное прошлое.

- Да что вы, гражданин начальник, как-то не помню за собой судимостей.

- У вас, молодой человек, избирательная память. Как говориться: здесь помню, а здесь не помню. Вспоминайте участие в банде малолетних хакеров. Попались на первых же попытках кражи денег со счетов клиентов одного уважаемого банка. Ведь сдали дружков вы. Сдали с перепугу, когда вам с ремнём втолковали, чем это грозит. Просветил неразумного сыночка папаша – сотрудник банковской службы безопасности, контролирующий и компьютерные игры своего отпрыска. За сотрудничество со следствием судья ограничился крупным штрафом и возвратом украденных денег. Думаю, что «слив» этой информации может подпортить ваш имидж в кругах программистов и работодателей, а ваши друзья «золотого детства» могут призвать к ответу.

- Давайте бумаги, я подпишу. Удивительно, но наши интересы неожиданно совпали с национальными интересами страны.

Сергей вернулся домой несколько возбуждённый. Насыпал с ходу сухого корма собаке, которая недовольно фыркнула, понюхав сбалансированные по составу гранулы. Она предпочитала натуральный продукт. Во время прогулки, задумчиво наблюдая, как Наги откладывает из-под хвоста под оградку сквера коричневую какашку, Сергей вдруг понял, что поймал удачу за хвост. Ведь он зашёл в тупик при поисках ответа, что стоит за школой даунов. Проникать тёмной ночью в помещение школы или клиники Цигиля, взламывать двери, компьютеры и сейфы было нереально. Везде охранники, видеонаблюдение, ключ-карты, сигнализация и ещё чёрт знает что. Попался бы сразу. А теперь у него появился могущественный союзник в виде государственной спецслужбы с её, по сути, неограниченными возможностями. Оперативники отказали ему в табельном оружии, но гарантировали предоставление паролей и шифров для открытия дверей, устранения различных преград, а уж чего они не смогут достать, то ему придётся поломать голову над трудными задачками. Видимо, он не один внедрён в систему Цигеля. Есть ещё и кроме него продажные шкуры; трусы, попавшие в сети спецслужб, алчные людишки и, просто, любопытствующие авантюристы. К последним он относил, конечно, себя. Сергей собрал продукты жизнедеятельности Наги в полиэтиленовый пакетик и бросил его в рядом стоящую урну.

«Вот она – правда жизни! – ударился в философию герой нашего времени. - Все там будем, и нормальные, и дауны. Не в этом ли смысл жизни: взлететь до небес в духовной гордыне и упасть в мусорную урну в виде дерьма, не успев покаяться перед Богом? Не лучше ли лежать на боку, есть, пить, спать, испражняться и спокойно двигаться к неизбежному концу, раз уж тебе не повезло, и ты появился на свет? Только не надо размножаться и плодить несчастных. Ввести обязательную кастрацию. Надо положить конец человечеству – этой ошибке Бога или Всемирного разума, если хотите. Ну, ты и дерьмо, Сергей Кузьмич! Сам наслаждаешься жизнью, а других посылаешь в урну! »

«Штирлиц» (псевдоним Сергея Кузьмича Вольского в списках ФСБ) получал инструкции в частной ветеринарной клинике «Прайд», куда он согласно легенде водил на лечение Наги. Капитан Жмур работал здесь по совместительству ветеринарным врачом. При первичном осмотре Наги он проявил себя, знающим специалистом, чем нимало удивил Сергея. Ещё больше бы он удивился, если бы узнал, что профессор Жмур числится профессором Ветеринарной академии. Первым заданием «Штирлица» была операция по проникновению в кабинет доктора Цигеля и копирование информации, хранящейся на дисках его компьютера. Код замка от двери кабинета предоставил капитан Жмур. А вот пароль для входа в компьютер должен был разгадать Сергей. Проблема осложнялась тем, что компьютер доктора Цигеля не был подключён ни к Интернету, ни к локальной сети и поработать над ним в удалённом доступе не представлялось возможным.

Проник Сергей в кабинет шефа без особого труда, задержавшись на работе допоздна. В этих случаях собаку на прогулку выводила сестра и беспокоиться одинокому холостяку кроме работы было не о чем. За дверью начальника он обнаружил на столе три монитора. «Когда успел поставить ещё два и зачем? На каком же компьютере нужная ему информация? Взламывать систему защиты трёх «железяк» можно до утра. А если охрана проверяет кабинеты перед закрытием богоугодного заведения?» - бешено закрутились в голове вопросы. «С какого компа начать? Вероятность попасть в точку всего около тридцати процентов. Положиться на удачу?» Он всегда верил в свою удачу, как и в особое предназначение на Земле. Избыток самомнения выработался у него от избытка эгоизма. Так нередко бывает с неординарными личностями, интровертами, полностью погружёнными в свой внутренний мир в результате интенсивной мыслительной деятельности, часто связанной с профессией. Сергей полностью был согласен с Гуго Штейнгаузом, крупным польским математиком, что математика – это посредник между духом и материей и он относится к людям с особой миссией на этой планете. Вот почему он часто терял осторожность в принятии житейских решений и набивал себе шишки. Однако, собственные ошибки он считал побочными явлениями, не нарушающими основной тренд его духовной миссии. Он находился под покровительством высших сил и точка!

Сергей включил наугад один из компьютеров. Раздался взрыв.

Очнулся «Штирлиц» на хирургическом столе. Над ним склонилось несколько голов с лицами, закрытыми марлевыми повязками.

- Жив мерзавец? – узнал он голос доктора Цигеля. Кто-то ответил:

- Жив! Куда он денется? Организм молодой!

- Заканчивайте и в реанимацию. Поднять на ноги как можно быстрее!

Провалялся на больничной койке тайный агент недолго. Через десять дней с ещё незажившими шрамами на лице он сидел перед Цигелем.

- Жду от вас увлекательнейшего рассказа про похождения программиста в психиатрической клинике. Поиграем в игру Что? Где? Когда?

- Итак, что вы делали в моём кабинете?

- Доктор, я просто проходил мимо. Дверь была приоткрыта. Я заинтересовался: почему в такое позднее время? Все знают, что вы никогда не задерживаетесь на работе больше положенного.

- Допустим этот неправдоподобный эпизод имел место. Зачем вы включили компьютер?

- Чёрт меня дёрнул. Не знаю. Врождённое любопытство.

- Ещё менее правдоподобно, поэтому напоминаю вам моё предупреждение о возможности утилизации. Не делайте удивлённое лицо. Вы можете пропасть без вести, но провести остаток своих дней в палате для буйных психов, объявив себя Наполеоном. Интересно посмотреть, какое Бородино они вам устроят. Или ещё интереснее. Мы будем использовать в своих экспериментах по воздействию на психику человека.

- Вы очень убедительны, доктор Цигель! Мне не остаётся ничего лучшего, чем признаться, что я – агент ФСБ, внедрённый в ваше преступное сообщество. Это тоже выглядит невероятно, но хотите верьте, хотите нет. На этом моя фантазия иссякла. Всё же считаю своим долгом, как порядочный человек, предупредить вас, что моё исчезновение крайне заинтересует компетентные органы. Это усугубит вашу вину при вынесении сурового судебного приговора.

- Молодой человек. Неужели вы думаете, что они соберут хоть какие-то факты для предъявления обвинения? На фантазиях его не построишь. И ФСБ и вы глубоко ошибаетесь, если подозреваете нас в уголовщине. Этот фейк - дело рук конкурентов в сфере лечения психиатрических заболеваний. Фирмы, производящие медицинское оборудование для психиатрических клиник и НИИ соответствующего профиля борются за рынки сбыта. Всё просто и ясно, как божий день. Мы вынуждены засекретить некоторые наши разработки, но это исключительно в целях защиты интеллектуальной собственности. Рамки закона мы не переступаем, но мы не хотим, чтобы кто-либо совал свой нос в наши дела, даже ФСБ. Коррупция пышным цветом расцвела в правоохранительных органах и вероятность, что кто-то в них работает на наших конкурентов, не исключена.

Доктор Цигель встал из-за нового стола, подошел к своему новому сотруднику и, наклонившись, прошептал на ухо:

- В последнее верю. Предлагаю работать и на нас. Так сказать, двойным агентом. И волки будут сыты и овцы целы.

Компромисс был делом привычным для Вольского. Всю свою сознательную жизнь он шёл на компромисс при поиске выхода из сложного положения и не боялся ошибиться. Это характерно для фаталиста, верящего в свой особый путь.

- Хорошо. Я жду какой-то информации для ФСБ о вашей деятельности. Попробуем поиграть в кошки-мышки. Мне везёт на знакомство с умными и порядочными людьми. Хочется верить в доброе начало в человеке.

Цигелю явно не понравилась ирония в словах подчинённого:

- Вам следует быть осторожнее и не переоценивать свои способности. Печальный эпизод с компьютером должен послужить хорошим уроком для вашей наглости.

Вскоре «Штирлиц» передал информацию, профильтрованную Цигелем, ветеринару. В ней не было ничего интересного для ФСБ: обычный годовой отчёт о проведённых научных опытах на базе психиатрической клиники.

Наш герой понимал, что долго так не может продолжаться и разоблачение неминуемо. Он постоянно думал о том, как узнать что под грифом «совершенно секретно» происходит в клинике и в школе даунов. Навязчивые мысли не давали спать, и бессонница стала его подругой по кровати. Интуиция подбрасывала мысль о связи его особой мисси на Земле с происходящим в школе даунов. Он не заметил, как скатывался к шизофрении, одного из признаков синдрома даунов.

Однажды ранним утром, когда на улице ещё темно и ночь незаметно начинала сливать свои чернила за линию западного горизонта, измученный бессонницей программист провалился в чудный сон. Ему приснилось бескрайнее поле с разноцветью трав. Он лежал на спине и смотрел в безоблачное и бездонное небо. Вдруг откуда-то из глубин космоса к нему на крыльях спускается девушка в виде ангела. Вот она, нежная и прекрасная, опустилась возле него и, наклоняясь, прошептала: « Я помогу тебе». И испарилась. Сергей проснулся и увидел перед собой собачью морду. Это Наги, как всегда будил его, вызывая на прогулку для исполнения нужды.

«К чему бы это приснилась девушка? Эротический сон при долгом воздержании или тайный знак, с каким-то смыслом? «Шерше ля фам». Надо искать девушку с ангельской внешностью, ещё лучше с крыльями». Фаталист отцепил поводок Наги, взявшего чей-то след.

Холодный северный ветер надувал снега. Скоро Новый год. Семейные застолья. Корпоративы. В клинике не отступали от традиций. Веселились в зале лечебной физкультуры. Маты выносить не стали, а разместили в виде диванов вдоль стенки. Благо, они были только куплены и блестели новой кожей.

Сцену для ведущего и самодеятельных артистов соорудили под баскетбольным кольцом. В пустом пространстве между стеной и сценой поместили аппаратуру ди-джея. Искусственную новогоднюю ёлку пристроили в углу. Она выглядела одинокой и какой-то лишней. Вечеринка проводилась в день католического Рождества Христова. Сотрудников клиники поздравил с наступающим праздником доктор Цигель, вышедший на сцену в костюме Санта Клауса. Рядом в красной шубке и седом парике радостно улыбалась толстушка Снегурочка, по легенде его пожилая жена. Потом он раздал премиальные суммы в конвертах, и удалился, пожелав всем повеселиться, но в меру:

- Не тревожьте больных! Помните, правило врача «Не навреди!» Следите за собой.

Шеф намекнул, что вечеринка находится под видеонаблюдением. Хотя, о тотальной слежке никто никогда и не забывал.

Сотрудники разместились за праздничным столом. Выстрелили пробки из бутылок шампанского, зазвенели бокалы и общество под праздничные тосты и громкую музыку нырнуло в хмельную атмосферу. Когда алкоголь возбудил мозги и разогрел тела, начались танцы «кто во что горазд».

Отставшая от своего деда снегурочка скинула с себя зимнюю шубку, сдёрнула с головы седой парик и превратилась в пухленькое фигуристое существо ангельского вида.

«Как молодеют и хорошеют женщины без мужей! - уставился на ангела подвыпивший Сергей. – Надо познакомиться!»

Ангел неожиданно без колебаний согласился на танец и подвыпивший кавалер цепко охватил её талию и повёл за собой в произвольной программе.

- Я где-то вас видел, - прошептал Сергей избитую фразу.

Ангел улыбнулся:

- Действительно, мы с вами где-то встречались.

- Я вспомнил – это было во сне. Вы спустились ко мне на Землю и обещали помочь.

- В чём?

- Пока не знаю. Дальше будет видно.

- Дальше – это когда? Через минуту, час, день или год?

- Надеюсь, очень скоро. В надежде на чудо позвольте проводить вас после вечеринки домой. По закону жанра заранее приглашаю зайти ко мне на чашечку ароматного кофе. Я познакомлю с моей собакой Наги. Очень дружелюбный грифон. Весь в хозяина.

До конца вечера они танцевали и вели ничего не значащую беседу. Почему эта пара так быстро почувствовала симпатию и тягу друг к другу можно только предполагать. Связь между мужчиной и женщиной возникает в результате физиологических причин, психологической совместимости и случая. Пускай за случаем стоит непознанная закономерность, но она есть и часто остаётся тайной бытия.

Нет. Их первая встреча и вечернее кофе в домашней обстановке не закончились постелью, как бы это кому-то не хотелось. Ангелина, действительно, оказалась ангелом и в полночь, торопливо расправив белые крыла, улетела на такси. В наступившем году дни закрутились, как в беличьем колесе, а вместе с ними по кругу бегал и Сергей. Мысль о том, кто такая Ангелина не оставляла его и стала навязчивой. Её короткий новогодний рассказ о семье был скупым и скомканным, словно она не хотела ничего сообщать о себе. Профессорская дочка. Отец – филолог, мать – врач. Она пошла по стопам матери, показавшей дочери пример совместимости заботы о семье и преданности гуманной профессии. Окончила с красным дипломом биофак госуниверситета по специальности высшая нервная деятельность. В клинику доктора Цигеля попала по его личному приглашению, после защиты дипломной работы, где он был Председателем государственной аттестационной комиссии. В клинике работает сотрудником в отделении нейрохирургии.

На вопрос, как она попала в снегурочки к Цигелю, ответила: ---- Старый козёл любит пухленьких девушек! Давно подбивает под меня клинья. Пока удаётся ускользать из его липких ручек, но чувствую, дело пахнет керосином. Что делать, ума не приложу.

- Выход один – выйти замуж за ревнивца и тем прикрыться! – пошутил Сергей.

Ангелина засмеялась и засобиралась домой. На том знакомство и закончилось.

Как всегда в таких случаях, когда что-то недосказано или недоделано, хочется обязательно завершить это дело. Особенно это относится к сексуальным, а в более широком смысле, к любовным отношениям. Сергей искал возможности следующей встречи с Ангелиной, но, в условиях психиатрической клиники, это было затруднительно. Представьте себе решётки на каждом переходе с этажа на этаж, на входе-выходе из многочисленных отделений и помещений, требующих своего кода, и вы поймёте, что стандарты содержания психически ненормальных людей ставят непреодолимые препятствия перед желающим побродить по зданию в поисках кого-либо. Ловить Ангелину у входа в клинику в начале рабочего дня или после он не хотел, боясь «засветить» их знакомство перед Цигелем. В голову пришло самое простое решение – поискать её страничку в социальных сетях. Ангелину он нашёл в «Однокласниках» и договорился о встрече.

«Надеюсь, доктор не контролирует социальные сети. Что делать: «Кто не рискует, тот не пьёт шампанское!» - утишал Сергей себя. К тому же, он помнил обещание ангела: «Я помогу тебе!» Конечно, как образованный человек, воспитанный на научной, а не религиозной основе он не хотел верить в вещие сны, предсказания, телепатию и всякую другую мистическую чепуху, но его настораживали необъяснимые факты точных предсказаний Нострадамуса, Ванги и других прорицателей. Как математик, он не мог отбросить миллионную, стомиллионную и даже бесконечно малую вероятность существования потустороннего мира. Для математического ума любая вероятность имеет право на реализацию.

Мы не будем смаковать развитие любовных отношений двух молодых людей. Они достаточно представлены в литературе, кино, телевидении, и, можно сказать, превратились в некий социальный стандарт, ставший уже неинтересным, а в сексуальном плане даже бесстыдно назойливым. Для нас важно проследить за духовным сближением двух людей в контексте событий их жизни.

Сергей искал удобного случая, чтобы выяснить, что знает о деятельности доктора Цигеля его приближённая. Он боялся дать Ангелине повод подумать, что она интересует его больше как информатор, а не как любимая женщина.

Проблема разрешилась, как всегда, не так, как это представлялось.

Однажды влюблённый заметил резкую перемену в настроении и поведении возлюбленной. В глазах Ангелины появилась грусть-тоска, она приняла хмурый вид, неохотно шла в объятия. Во время секса болезненно вскрикивала. Он приписал неприятные изменения к женским болезням, но Ангелина не жаловалась на здоровье и на вопрос, как себя чувствует, отвечала однозначно: «Хорошо!». «Неужели у неё появился другой мужчина?» - включил он ревность в советники. «Не похоже! В таком случае женщина старается замести следы другой связи, делает вид, что ей хорошо с тобой, но в любом случае в её поведении чувствуется фальшь. Здесь всё не так. Всё естественно».

Сергей решил поставить вопрос ребром и заставить Ангелину объясниться.

- Ангелина! Ты стал совсем другая. Ты меня разлюбила? У тебя появился другой мужчина? Я чувствую, что между нами пробежала какая-то кошка или… кот!

Он крепко взял её за плечи и упёрся взглядом в глаза, пытаясь найти в них ответ.

Ангелина вырвалась из его рук.

- Отпусти! Мне больно! Понимаешь, мне больно! Я боюсь потерять тебя! Очень боюсь!

Она разрыдалась, закрыв лицо руками. Сквозь всхлипы прорывались бессвязные слова:

- Старый козёл.. Импотент… Убийца… Охранники… Насилуют… Наблюдает… Оргазм...

С трудом успокоившись, Ангелина рассказала, что доктор Цигель перешёл «красную черту» в сексуальных домогательствах. Недавно он пригласил её в кабинет и приказал охранникам раздеть её и изнасиловать. Ей сделали укол, парализующий волю, и по очереди надругались над её телом. Цигель наблюдал за происходящим, сидя в кресле. Тело его содрогалось в экстазе. Он стонал от наслаждения.

После сексуальных утех медсестра привела её в порядок, Ангелину предупредили о неразглашении мелкого эпизода «психологического тестирования» под страхом утилизации.

- Что такое утилизация? Объясни мне.

- Человека вводят в искусственную кому, вживляют чип управления в мозг и отправляют на майнинговую ферму.

-У клиники есть майнинговые фермы? И где же?

- Под лабораторией нейрохирургии в клинике и в школе-интернате даунов. В подвалах. Там я ассистировала при операциях вживления чипов и подсоединения к системе добычи биткоинов.

- Почему ты назвала Цигеля убийцей?

- Да, потому что человеческий мозг людей, подключённых к системе майнинга, со временем выгорает и человек погибает.

Сергей, конечно, знал, что производительность человеческого мозга на несколько порядков выше, чем компьютера, при более низких, тоже на несколько порядков, энергетических затратах. В обычной жизни эти возможности реализуются только на 2-3 процента.

- Как Цигелю удалось добиться такого удивительного результата?

- По его грантам работают десятки лабораторий и институтов, занимающихся проблемами мыслительной деятельности человеческого мозга. Денег у него хватает. Виртуальной валюты добывает много. Сегодня в мире одно государство за другим начинают использовать виртуальную валюту в финансовых расчётах. Ты, наверняка знаешь про признание её Китаем. Сообщают во всех массовых средствах информации.

- Да.Да, - подхватил Сергей.

- Доллар теряет значение, как мировая валюта. Американцы увлеклись использованием доллара в качестве политического и финансового средства давления на конкурентов. А биткоин не поддаётся государственному контролю. Цигель и его последователи имеют большие шансы создать альтернативную мировую финансовую систему, построенную на криптовалюте. Ведь одна из основных проблем добычи криптовалюты – высокие затраты энергии, а Цигель успешно решил проблему.

- Вот так, Серёжа! Для Цигеля человек – расходный материал, бездушная деталь аппаратуры, добывающей криптовалюту. У него философия фашиста. Особенно удобны для «утилизации» психически больные, умственно отсталые и другие социально слабо защищённые люди. Похоже, он возомнил себя врачом рода человеческого, этаким «санитаром леса», как говорят о волке. Но от психов, даунов и бомжей до обычных людей, несогласных с ним, один шаг. Мне страшно! Что делать? Обратиться к прессе? В правоохранительные органы? И оказаться в лапах Цигеля? Ведь у него всё схвачено и оплачено. Везде у него свои люди.

Изливши накопившееся в душе, Ангелина успокоилась. Вытерла слёзы. Поправила макияж. Женщина быстро забывает родовые боли.

- Не торопись. Надо подумать.

Сергей был ошарашен рассказом Ангелины. Он не понимал, как относиться к изнасилованию. Чувство брезгливости зашевелилось в глубине его сознания. «Женятся же мужики на проститутках или это - киношное враньё, или сексуальное извращение, или так называемая любовь? Ладно, разберёмся. Торопиться некуда», - отмахнулся он от неприятной мысли.

- Ангелина, ты имеешь доступ к секретной документации?

- Регулярно ношу Цигелю научные и финансовые отчёты по нейрохирургическому отделению.

- Сделай копии документов и фотографии лаборатории и майнинговых ферм. Мы запустим их в интернет с комментариями. Микрокамеру я тебе найду.

Через две недели Ангелина принесла материалы для публикации. Сергей передал копии «Ветеринару» и вскоре получил указание «залечь на дно». На вопрос Ангелины, когда он выложит материалы в интернет, ответил, что ищет способ избежать идентификации источника публикации.

Время шло, а «Штирлиц» не публиковал секретные материалы. И дело заключалось не только в опасениях быть раскрытым, но и в бездействии ФСБ. Создавалось впечатление, что эта служба и не собиралась разбираться с доктором Цигелем.

Отношения с Ангелиной так же складывались не лучшим образом. Причём, она сама отдалялась от него. Встречи стали реже. Объятия и поцелуи холоднее. Девушка словно чувствовала, что червоточина невольной измены всё глубже и глубже проникала в сознание возлюбленного. Она начала подозревать, что он по какой-то причине не хочет разоблачения доктора Цигеля.

Последний разговор на эту тему уже был похож на развод. Чувство неудовлетворённой мести отбрасывало все оправдания затяжки публикации. Разговор закончился на повышенных тонах.

- Ты, просто, трус или в доле с ними! Думаешь только о своей шкуре! Люди для тебя тоже мусор, как и для Цигеля! Карьера и деньги – вот твой смысл жизни! Я сама выйду в Интернет с материалами! Мне плевать на Цигеля и на тебя! Мне терять нечего!- прокричала Ангелина.

- Бабник! – закончила она и хлопнула дверью.

- Дура! – процедил сквозь зубы Сергей.

Копии секретных материалов появились в Интернете уже назавтра. «Штирлиц» не успел предупредить ФСБ об угрозе их публикации. Его вызвали на конспиративную квартиру для объяснений. Действующие лица остались прежними, как и при первом знакомстве: майор Кокнев, капитан Жмур («Ветеринар») и Вольский («Штирлиц»), но тон собеседования был иной.

- Вольский, это провал. Мы думали, вы умнее. Почему не сообщили, что завербовали осведомителя с которым, к тому же, предавались плотским утехам? Мы же вас инструктировали: никаких близких отношений с привлекаемыми к операции не заводить. Вы понимаете, что после провала мы должны вас «закрыть»? – с раздражением начал разговор майор.

Вольский выдержал паузу, как опытный актёр, и парировал претензии:

- Цигель обещал меня «утилизировать», вы – «закрыть». Садизм какой-то. В наши времена либерализма и толерантности это выглядит анахронизмом.

- Вы опять надеетесь отшутиться, Штирлиц. Номер не пройдёт. Вам придётся подчиниться нашим правилам или вы испытаете на себе всю жёсткость издержек либерализма. К моему сожалению (я бы с удовольствием вас ликвидировал), вы нам ещё нужны. Мы продолжаем операцию в новых условиях. Нами недавно получена информация о зарубежных связях Цигеля. Мы вынуждены задействовать в операции и вас. Пока ждите дальнейших инструкций. Никаких личных инициатив. Связь с информатором разорвать. Будьте предельно осторожны, чтобы вас не сбила случайно машина или, не дай бог, кирпич не упал наголову.

Кокнев усмехнулся. Жмур ещё больше нахмурился.

- Жизнь полна неожиданностей.

Время шло, а Вольского никто не беспокоил. Казалось, о нём все забыли. Маятник дом-работа-дом-работа отсчитывал время. Шумиха после публикации секретных материалов затихла сама собой, погашенная ответной информационной атакой. Рекомендации сверху руководителям средств массовой информации давать ей оценку, как фейку, подброшенному спецслужбами геополитических противников, успокоили общественное мнение.

Вольский чувствовал скрытую угрозу в наступившей тишине и интуиция его не подвела. В один из мартовских вечеров, когда тишину подъезда разорвали вопли соседского кота, к нему заявилась знакомая «сладкая парочка» из полиции и доставила в клинику. Там с ним не церемонились. Ввели в искусственную кому, провели операцию по вживлению чипа в мозг и после реанимационной палаты поместили в подвальное помещение, где размещалась майнинговая ферма. В одном ряду людских тел, подключённых к компьютерам, рядом с ним лежала Ангелина.

0
90
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...
Arbiter Gaius №1