Возьми, если сможешь. /Исход/

Автор:
Alex
Возьми, если сможешь. /Исход/
Аннотация:
Человечество наконец-то постигло технологию полного погружения, и первая в мире онлайн игра выходит в свет. Условие создателей - одновременный вход в виртуальную реальность одного миллиона человек, воспринимается с энтузиазмом, и сотни тысяч людей в разных уголках планеты в назначенное время уже устраиваются поудобней в своих креслах, чувствуя электромагнитную дрожь погружающего обода, приятно стягивающего их головы, и закрывают глаза, чтобы...
Текст:

— Борис! — Крикнул он воину, который зачем-то к ним обернулся. За спину рослого мужчины, на котором из доспехов был только нагрудник из дубленой кожи, опустилась тень. Раздался сочный звук проникновения в плоть, перемежающийся с отвратительным паучьим визгом.

Борис только и успел недоуменно посмотреть на членов своей пати, после чего зрачки его медленно закатились вверх, под самые брови, и исчезли где-то в глубине черепа. Воин повалился на землю, парализованный Туманным Прыгуном - боссом, на которого у них было взято задание.

Последний, третий член их команды выхватил стрелу и-за колчана на спине, и со свистом выпустил ее в восьминогую тварь.

С глухим ударом стрела отскочила от хитинового покрова паука и упала куда-то во влажную траву. Монстр, что был размером с небольшой сарай, слегка приподнял свою головогрудь, покрытую серебристым мехом, как бы насмехаясь над этой бесполезной атакой. Защелкали ониксовые хелицеры, и с хрустом проникли в спину воина. Повалил пар, зашипело мясо, разъедамое соком, что паук впрыскивал в свою жертву.

Подернутые белесоватой дымкой, как и вся его локация, глаза Туманного Прыгуна тупо смотрели на растерянных темного эльфа и человека, выражая лишь какую-то животную, примитивную эмоцию. А чего еще можно было ожидать от моба?

— У него какое-то странное тело над лапами, — сказал эльф лучнику.

Охотник прищурился, стараясь разглядеть сквозь туманную дымку, окружающую босса, подробности его анатомии.

— Хитин только сверху, ниже этой выступающей линии, скорее всего, можно бить, — заключил Маркус.

— Что ж… Целься тщательней, — эльф обновил бафф на скорость перемещения и зашелестел по высокой траве к пауку. Лучник лишь тихо хмыкнул, тянясь за новой стрелой.

Каким бы огромным и крепким не был паук, он не смог проигнорировать игрока с двумя длинными катанами, который обходил его по дуге. Монстр отлепился от Бориса, несколько струек кислоты вытекли из его пасти, с шипением вступив в реакцию с росой, что был у него под брюхом. Эльф на мгновение остановился, размышляя, каким именно будет ответ Прыгуна на его выпад, а после быстро метнулся к разворачивающемуся пауку, следя за передними лапами, которые отстояли от туши Прыгуна примерно на метр. Когда эльф был уже совсем близко, паук встал на дыбы, шипя и брызжа кислотой, мечник увернулся, и, подгадав момент, рубанул по лапе босса, когда тот, не в силах более держать равновесие, вынужден был опуститься. Как и ожидалось, хитин и тут был весьма крепок, однако лезвие катаны все же прорезало его, заставив паука поджать раненую конечность, серебристый мех которой теперь потемнел от вытекающей наружу гемолимфы.

Туманный Прыгун взревел, оглашая воплем весь лес, припал к земле, задрав вверх брюхо, и бросился на обидчика, однако сделал это неуклюже, спотыкаясь. Парализованный воин с развороченной спиной, из которой валил густой пар, крепко сжимал одну из его лап. Этого было достаточно, чтобы охотник сумел приблизиться. Просвистела заговоренная стрела, ввинтившася в паучье брюхо по самое оперение. Босс взревел от боли, но в вое его появились новые нотки. Со всех сторон послышались пощелкивания и потрескивания - сминая влажную траву, сотрясая ветви деревьев, к игрокам бежали и спускались по паутине пауки-приспешники, каждый размером с большую собаку.

Пока Прыгун отвлекался на призыв о помощи, эльф хладнокровно подскочил к нему и, извернувшись, дважды рубанул по здоровой передней лапе, отрезав ее конечный сегмент. Паук тут же выставил раненую прежде лапу, чтобы удержать равновесие, но, еще раз взвигнув от боли, окончательно сломал ее, заваливаясь вперед и вновь подставляя под атаку лучника мягкое снизу туловище.

Еще две стрелы просвистели в воздухе. Но боссу и этого оказалось мало, из двух бугров, торчащих из его брюха, с хрустом вылетела сероватая сеть, сбившая лучника с ног.

— Сука!— Выругался Маркус, снимая с бедра нож и принимаясь кромсать паутину толщиной с хороший канат. Колчан на спине больно давил на лопатки под его весом.

Тем временем одна из катан по рукоять вошла в белизну паучьего глаза, затем эльф отступил назад и ударом ноги полностью вогнал оружие в лопнувший студень зрительного органа Прыгуна. Паук рыгнул на мечника кислотой и затих.

“Поздравляем! +2 новых уровня! Ты стал сильнее, юный герой!” - возникло перед внутренним зрением у обоих игроков.

Морщась от разъедающей кожу кислоты, эльф, не тратя времени на вытаскивание второй катаны, в несколько быстрых движений перемахнул через паучью тушу, в воздухе распределяя статы. Приземлившись, он был на 8 пунктов сильней и на 2 ловчей.

Рядом с бешено копошащимся в паутине Маркусом ухнул наземь клубок членистых лап. Эльф решил проверить первую же свою теорию, и, подбежав к пауку, со всей силы пнул его ногой. Взвизгнув, паук отлетел примерно на метр, он оказался гораздо легче, чем выглядел. Длинный лапы переломились от удара и сейчас он беспомощно топтался на одном месте.

— Всего-то… — тихо заметил длинноухий.

Лучник кое-как встал во весь рост и сгреб в охапку несколько паутин, натянув их в толстый пучок.

— Руби!

Взмах катаны, и Маркус выбирается в образовавшуюся дыру, насколько позволяло время и липкость паутины. Однако ему так и пришлось стоять по пояс в натянувшемся белой юбке, отстреливая прибывающих пауков, пока эльф носился вокруг него, орудуя катаной -пинать твердые хитиновые панцири существ весом под тридцать килограмм было больновато, особенно мягкими кожаным сапогами.

Предпоследний паук с хрипом осел на траву. Из его спины выглядывал наконечник стрелы, блестящей от прозрачной крови. Последний же, оторвавшись от паутины, спикировал на эльфа, однако лишь нанизался на тонкое лезвие катаны, доехав пушистым брюхом до сжатых пальцев мечника. Тот сделал движение рукой - и туша моба покатилась по траве. Маркус, выпутываясь из последних липких ошметков, про себя отметил, что два уровня назад эльф ни за что бы не смог с такой легкостью удерживать и швырять подобные веса.

Эльф медленно подошел к ближайшему трупу, лежащему на спине с согнутыми лапами, и медленно погрузил в него клинок. Затем с тем же наслаждением вытащил его. Снова погрузил. И опять. И опять.

—Ноэль! — Окликнул его лучник, — ничего не поделать. Кто мог подумать, что такая громадина может висеть наверху?

— Мы должны были подумать, Маркус. Мы. Мы должны были смотреть в оба, мы же идем позади, черт побери.

Охотник только устало смотрел на беснующегося товарища, каждое слово которого камнем ложилось на душу.

На его спину они старались не смотреть, слишком ужасное зрелище она собой представляла. Рука воина по-прежнему крепко сжимала огромную волосатую лапу, увенчанную двумя серповидными когтями. Зрачки Бориса опустились и теперь он просто смотрел перед собой остекленевшими глазами.

Они забрали его меч, сняли нагрудник и зелья. Ноэль вытащил из превратившегося в ослизнелую дыру паучьего глаза вторую катану, массивные паучьи челюсти, который назывались, конечно же, “паучьими клыками”.

— Закапывать все равно… — начало было Маркус, но Ноэльдал понять, что и не собирался хоронить товарища. Ночные падальщики все равно выкопают.

Тихо. Как только они вошли в туман Седого Леса, их сразу поразила царящая здесь тишина. Они продвинулись в него не более чем на километр, а по информации НИПов он простирался на десятки. И чем дальше, тем гуще туман… Маркус нес вещи Бориса, а Ноэль взвалил на себя мешок с челюстями.

— Зачем ты вкачал силу? — Спросил охотник, когда они вышли из леса, освещаемые розовыми лучами закатного солнца.

— Для новых мечей. Хочу продать катаны. Легкие они слишком,, я еле-еле смог двумя ударами отрубить этому ублюдку фалангу, а ведь она была концевая, самая тонкая. Борис бы от него мокрого места не оставил.

— Ну, не сравнивай себя с воинами. Тебе не повезло, выбрал, считай, саппорта. Сейчас-то еще ладно, на седьмом уровне кое-как справляешься, а вот потом разница станет колоссальной.

— Да что ты? Полное описание классов что ли выучил?

— Кое-что помню. Да и я не очень-то с персонажем подгадал. Мы с тобой патизависимые. В одного особо не покачаемся. Хотя, сейчас никто не рискнет в соло что-то делать.

— Обосрались, — заключил Ноэль, смотря себе под ноги и вспоминая те несколько дней, что они здесь провели.

В целом, все было не так уж и плохо, если не считать, что никто не знал, как выйти из этой сраной игры, почему их извне до сих пор никто не отключил из родных, и почему те игроки, которые умерли, не забили в тревогу и, опять же, не прикрыли этот ад. Собственно, именно последний факт удерживал их всех от массового суицида. Умершие в игре, могли ли они умереть в реальности? Никто из 998 тысяч 152 оставшихся в живых на данный момент игроков больше не горел желанием проверить это на собственной шкуре. Все ожидали, что тела запаниковавших игроков-самоубийц исчезнут, как это бывает в обычных играх, и, может быть, что-то изменится, их вытащат. Но ничего не менялось, и когда трупы начали смердить, их пришлось похоронить. Вот тогда-то все и поняли, куда попали.

Отдушина — ежедневные квесты можно было выполнять группой, и награды за них вполне хватало, чтобы оплатить ночлег в трактире и пропитание. “Коренных” жителей Аллериона хватало на всех игроков, так что, выполнив какую-нибудь простецкую задачу вроде сбора ягод или убийства нескольких злобных кабанов, можно было оставшийся день проводить в стенах города и ни о чем не беспокоиться.

— Приветствую, герои! Как дела в Туманном Лесу? Вижу, вас стало меньше, — с насильно выпячиваемой вежливостью спрашивал их один из стражников у северных ворот, пост которого не кончился с тех пор, как они проходили мимо него утром.

— Открывай уже, — пробурчал Маркус.

— Понимаю, — многозначительно улыбнулся страж, свистнул пареньку на крепостной стене, и спустя какие-то десять секунд, под гремящий звук цепей, створки городских ворот распахнулись.

Мужчины прошли внутрь и свернули к ближайшему трактиру, в котором обосновались в самом начале игры, четыре дня назад. Таких было много разбросано по всему городу, однако некоторые игроки все равно спали на улице.

Трехэтажное длинное здание как всегда было окружено аурой табачного дыма и гомона человеческих и не только голосов. Звякнув медным колокольчиком, что висел на двери, они вошли.

Первый этаж трактира был заставлен множеством круглых столов, за которыми сидели игроки и те из НИПов, что свободно передвигались по городу и могли выдавать задания. Как ни странно, эти персонажи тоже ели и пили, могли споткнуться или выругаться. Один из таких местных и восседал в гордом одиночестве за кружкой пива и опустившей тарелкой. Завидев их, он махнул рукой:

— Присаживайтесь.

Тяжело ухнул на пол мешок с челюстями.

— Как заказывал, — сказал Ноэль, взглядом ища служанку.

Сидевший напротив мужчина одним махом допил свое пиво и наклонился к мешку, борясь с собственным жирным пузом. Мешок и так пах не очень, а когда местный развязал его, так и вовсе в нос игрокам ударил сильный запах дикого животного, пахло… пауком.

— Чего будете? — Спросила подошедшая молодая девушка в потертом длинном платье и косынкой на волосах.

— Принеси нам с другом чего-нибудь поесть и выпить, что у вас посвежее. — Улыбнулся ей Маркус. Девушка кивнула и скрылась за дверью на кухню.

НИП, давший им задание, убедившись в подлинности челюстей, или что он там мог проверять, поднялся, тяжело дыша.

— Э-э-э, Борис, да? Он…

— Погиб. — Оборвал его Маркус.

— Да… Что ж, тем больше будет ваша награда. Выгодно, правда? — На раскрасневшемся лице местного играла неподдельная улыбка.

— Очень выгодно, ублюдок. Гони награду. — Сказал эльф.

— Пожалуйста, какие мы нежные, — НИП бросил на стол увесистый мешок монет, а игроки почувствовали, как побежали очки опыта.

— Почти восьмой, — констатировал Ноэль.

— А я теперь девятый.

— Бывайте, воины. Если вдруг мне опять понадобится часть какого-то чудовища, обязательно дам знать, — скрежетнул отодвигаемый увесистой тушей стул, и НИП заковылял к выходу, закинув мешок с паучьими клыками на спину.

— Топорные они какие-то, — сказал Маркус, глядя на несущую им еду официантку, — топорные, но красивые.

Девушка поставила им на стол две тарелки дымящегося мяса с отварной картошкой. Охотник не отрывал взгляда от ее филейной части.

— Блин, они тут все идеальные. Ну ты только глянь. Игровые модельки.

Девушка нахмурилась, но ничего не ответила.

— Марк, — тихо шепнул эльф.

—Что? Они же мобы, чувак, — продолжил охотник, когда девушка удалилась за их выпивкой.

— Тебя не напрягает, что их фразы не повторяются? Что с ними можно разговаривать? Такое ощущение, что они просто нам подыгрывают. Иногда мне даже кажется, что из жалости…

— Просто ты ничего не помнишь. На это и был создан искусственный интеллект. Он уже давно такое умеет. Хотя здесь они его особенно развили, согласен.

— Ну не знаю. Надеюсь, ко мне вернется память, когда все это закончится. — Эльф отправил в рот кусок мяса.

— Обязательно. Это баг или, не знаю, может тебе привод некачественный попался. Да даже если не вернется — выплатят огромную компенсацию. Я таких амнезиков уже штук шесть видел, ты не один такой. Короче жопа компании. Платить вам за потерю памяти, и всем нам — за то что заперли здесь. — Маркус определенно говорил о наболевшем, только и успевал прожевывать и говорить, — меня уже с работы выперли как пить дать. Четыре дня!

— Не говоря о том, что мы лежим сейчас с капельницами и с утками под задницами. Интересно, кто сейчас заботится о моем теле.

— Да тян твоя, по-любому. Или мама. Не ссы ты, вспомнишь все.

Подошедшая служанка поставила две кружки с пивом.

— За Бориса! — Сказал Маркус.

— За то, чтобы он сейчас сидел дома и тоже пил пиво за наше спасение! — Поднял вверх свою кружку эльф.

Мужчины отпили добрую половину пенистого напитка и вернулись к еде.

Ноэль поднимался на третий этаж, скрипя ступеньками. Охотник решил прогуляться перед сном. В огне лампы, которая висела прямо напротив его комнаты, заиграл золотым простенький ключ в его руке. Эльф отпер дверь и вошел в комнату. Сбросил с себя всю одежду, кроме белья, и подошел к окну.

Там, снаружи, было темно, совсем не так, как было ночью в реальном мире, который он все же достаточно хорошо помнил. Ноэль забыл лишь свое личное прошлое, а о современном мироустройстве знал прекрасно, но и оно было как в дыму. Темные эльфы — вроде как жители пещер, и должны хорошо видеть в темноте, однако он мог разглядеть проходящих людей лишь в полосах света, отбрасываемых на землю огнями домов. Мужчина не стал зажигать свет, просто лег в кровать.

Руки его пробегали по приобретенным синякам, он ворочался, отмечая, в каком месте и что опять потянул. Ему показалось, что мышцы его за последнее время стали тверже и больше. Он поднял голову, смотря на выступающий из-под тонкой кожи брюшной пресс. В первый день его не было.

Он не верил в спасение Бориса, как и не мог точно сказать, верил ли в него Маркус. Никто не спешил перерезать себе глотку или пускать кровь, а значит, не верил никто. Самый лучший вариант происходящих событий — это действительно какая-то жуткая ошибка в работе системы, из-за которой они не могут выйти из игры, и к ним никто не может войти, чтобы прояснить ситуацию. А самый худший вариант, думал эльф, переворачиваясь на живот — что они совсем даже не в игре.

Утром все ушибы и разрывы зажили, и Ноэль поднялся без единого отголоска боли в теле. Натянул на себя сваленную вчера в кучу одежду, прицепил катаны на пояс и вышел в коридор. Сквозь окно в конце длинного помещения пробивался нежный серый свет предрассветного утра.

Во дворе Ноэль набрал себе воды из бочки и принялся умываться. На фоне темного дна деревянной бадьи вода казалась такой же непроницаемо черной. До длинного эльфийского уха донесся шорох, он обернулся и увидел прошмыгнувшую с улицы служанку, что накрывала им вчера на стол. Раскрасневшись и опустив глаза, она быстро взлетела по ступенькам крыльца и исчезла в проходе, что вел на кухню. Вид у девушки был потрепанный, словно она только с кем-то боролась минуту назад.

Мужчина вылил воду в траву и вышел на улицу. Есть сейчас нигде не подавали, да и не хотелось пока, поэтому Ноэль отправился за город, в небольшой лесок близ окрестной деревеньки, где ежедневно надо было убивать волков, повадившихся задирать скот. За пять дней игры он шел на это задание второй раз. Тогда он выполнял его вместе с Маркусом и Борисом, но сейчас, на седьмом уровне, все должно быть по-другому. Пустой город казался вымершим, лишь иногда ему попадались укутанные в тряпки игроки, лежавшие кто на телеге в тюке сена, кто, явно не на сухую, прямо на траве в парках. Все это были люди, надломленные невозможностью выйти из игры.

Покинув Аррелион и пройдя деревню, в которую нужно было принести любые части тела, подтверждающие убийство пяти волков, эльф вошел под сень деревьев безымянного леса. Почти сразу же его острый взгляд заметил две черных тени, мелькнувших между покачивающихся в утренней тишине древесных стволов. В первый раз волки их неслабо перепугали, они вдвое превосходили размером крупную собаку. Для новичков это было действительно испытанием.

До его ушей донеслось тихое рычание, и он ощутил присутствие всех пятерых мобов. Один из волков вышел на открытое пространство и бросился к нему. Эльф не стал доставать оружие, вместо этого он принял боевую стойку, отведя правую ногу назад. Когда волк был уже совсем рядом и намеревался вгрызться в его грудь, Ноэль со всей силы ударил его сапогом. Моб не отлетел, как он того ожидал, а лишь слегка подпрыгнул, но зато ступня эльфа с хрустом пробилаего грудную клетку и уткнулась в мягкие внутренности. Ноэль выдернул окровавленный сапог. Взвизгнув, моб завалился набок. “Так вот каково это — иметь 50 силы”, — подумал про себя мечник, но тут же вспомнил про магов, которые, по рассказам, убивали всю стаю за пару секунд. Рык справа прервал его размышления, второго волка он решил встретить кулаком. Первый удар по осклабленной пасти выбил псине добрую половину зубов, второй вывернул челюсть, а, схватившись обеими руками за морду ошарашенного поедателя скота, Ноэль крутанул ее с такой силой, что зверю пришлось резко упасть, чтобы не сломать шею. Эльф надавил ногой на черную макушку, сломав череп и выдавив немного мозгов. Остальные же, успев за это время взять мечника в кольцо, устремились к нему в одновременной атаке. “А может, дело не только в силе, но еще и в разнице уровней? Это все-таки мобы первого лвла…”, — думал он, вытаскивая катану. “Нет, вряд ли в этой игре есть что-то подобное…”. В последнее мгновение мечник резко крутанулся на месте, разрезав лоснящиеся слюной и пеной пасти. Звери по инерции врезались в него, царапая ноги и тело длинными когтями, но это лишь выглядело опасно, а боли он не чувствовал. Отпихнув беспомощно мотающих головами мобов, брызжащих во все стороны кровью, он поочередно проткнул их головы.

Он постучал в знакомый дом, из которого вышел приземистый старик с длинными волосами, выбивающимися из-под соломенной шляпы. Крестьянин хотел было начать разговор, но эльф быстро сунул ему связку отрубленных волчьих носов. Кивнув и скрывшись за дверью, пожилой мужчина вскоре вернулся со худым, но все же имеющим вес холщовым мешочком.

— Последний для тебя, — сказал старик.

— Ага. До завтра.

Ноэль развернулся и зашагал прочь, к Аррелиону, не видя, как все еще стоящий на пороге земледелец хитро улыбается.

Утром в трактике подавали то, что приготовили, а потому ему нужно было только усесться за столом и, встретившись с вопросительным взглядом хозяина, легонько ему кивнуть.

Спустя какие-то пару минут на его стол с шумом была поставлен омлет. Мечник вздрогнул от неожиданности — впервые за все время еду разносил лично хозяин. Эльф в очередной раз ужаснулся габаритам этого человека — запястье волосатой руки, что сжимала его тарелку, в толщине не уступило бы лодыжке Ноэля. Гектор, так звали трактирщика, был более двух метров роста, с хорошей жировой прослойкой, которой все же было недостаточного для сокрытия массивов мышц, густо облепивших его широкий костяк. Мечник поднял голову, и увидел в глазах трактирщика неприкрытую ненависть вперемешку с каким-то кривой ухмылкой, словно Гектор знал то, что в скором будущем доставит ему удовольствие.

Но бояться мобов, тем более мирных, было глупо.

— Сегодня вы? А где же ваша дочь? — Отламывая вилкой кусок воздушного омлета, поинтересовался эльф.

— У друга своего спроси, — сказал Гектор и ушел.

Пазл, первые фрагменты которого ему подкинуло утреннее появление девушки во дворе, наконец-то сложился. Значит, этот придурок изнасиловал её? Впрочем, может быть, она сама…

Вредить местным — этого они еще не пробовали. Слишком мало времени прошло, слишком подавлены они были последними событиями, но даже охотник, которому, казалось, было чем заняться, умудрился вляпаться. Хотя кто знает, каким человеком он был там, в реале. Ноэля это особо не заботило, пока они успешно осваивали этот мир. Он лишь восхищался великолепным ИИ НИПов, который так умело реагировал на любое их действие. ИИ… А что, если реакция эта окажется слишком правдоподобной?

Быстро все доев, эльф побежал на третий этаж, в комнату Маркуса. После серии громких и продолжительных ударов, за дверью все-таки послышалось движение, щелкнула задвижка, и в щели между обшарпанной дверью и вымазанным какой-то краской косяком показалось усталое лицо охотника.

— Что ты сделал с той служанкой?

Маркус удивился.

— Откуда ты знаешь?

— Сегодня вместо нее еду разносит отец. И он очень зол.

— Серьезно? Мобы и такое могут? Вот уж не думал. Да-а. Кстати, по ощущениям — все как надо. Настоящие женщины.

— Да кто бы сомневался. Зачем ты ее изнасиловал?

— Да я не то чтобы изнасиловал, Ноэль, я напился, разыскал её, мы разговорились, то да се, уже целуемся, это было здесь, в коридоре. Ну я ей говорю: “пошли ко мне”, а она морозится. Ну а я ж пьяный, зажал ей рот да поволок в комнату. Сначала она сопротивлялась, довольно сильная, знаешь ли, но потом сдалась. Так что это был скорее грубый секс, чем насилие.

— Рано утром она вошла во двор с улицы.

— Да, хотела обмануть отца, якобы гуляла всю ночь. Видимо, не получилось.

— Хотела обмануть отца? Мы с тобой точно говорим о НИПе, Марк?

— Да хорош. Оглянись вокруг — в такое время живем. Скоро жениться будем на нейронных сетях.

— Я не видел характеристик Гектора, но думаю, он может прихлопнуть нас обоих даже не вспотев.

— Успокойся ты. Он еще и еду мне подаст. Потом, днем…

— Я так понимаю, сегодня мы никуда не пойдем?

— Прости. До сих пор штормит.

— Ладно. Будь осторожней.

— Ага. — Дверь захлопнулась, и Ноэль остался стоять в коридоре один.

Весь день он слонялся по городу, выполнил несколько одиночных квестов, и теперь догнал по уровню своего товарища. Наконец-то ему хватало силы для комфортного использования мечей от 7 до 15 уровня. Катаны и снаряжение Бориса он продал, и теперь у него на поясе в двойных ножнах красовались два меча с изогнутыми наружу широкими лезвиями. В них чувствовался вес и Ноэль не сомневался, что легко теперь сможет разрубать средний доспех и защищенных монстров.

На городской площади, мимо которой он проходил, как раз дуэлились авангардисты — так они называли геймеров, которые были знакомы в реале и всерьез были заинтересованы в прохождении игры. Когда в первый день все паниковали, они, не раздумывая, пошли исследовать возможности игры. Ноэлю было интересно попробовать свои силы, и потому он долго мозолил им глаза, пока на него не обратили внимание и не предложили дуэль.

Забаффавшись, эльф стал в круг, который видели только дуэлянты. В десяти метрах от него стоял маг-человек 15 уровня. Он уже получил первичную специализацию, выбрав стихию огня, и демонстрировал свои способности любому желающему. На нем были желтые просторные штаны со свисающей между ног полоской ткани и белая рубаха. На изящном запястье парня красовался огненно-рыжий браслет, который увеличивал скорость преобразования магической энергии и ее силу. Если два меча, как танцор смерти, в руки мог взять и использовать кто угодно, то браслетом могли пользоваться только маги, хотя, по логике Ноэля, его баффы тоже являлись в какой-то степени магией.

В их головах отщелкал отсчет, эльф сорвался с места, на ходу вытаскивая мечи, маг же просто стоял на месте. Когда клинки Ноэля уже почти коснулись груди мага, тот превратился в огненный столп, заставивший танцора смерти отскочить назад. Позади раздался рев пламени — и пылающего огненного облака стремительно выпорхнул противник, он ударил не успевшего среагировать Ноэля ногой с разворота. Мечник чуть не выронил оружие, отлетев в сторону на несколько метров и больно ударившись о твердую плитку площади. Стоящие в стороне зрители одобрительно закивали.

Маг вскинул брови, видимо, только сейчас осознав разницу между собой и баффером. Не желая больше красоваться на фоне заведомо слабого противника, он вытянул вперед руку с вытянутым указательным пальцем, на конце которого тут же возник бешено вращающийся огненный шарик размером с куриное яйцо. Стихийник щелкнул пальцами, и фаербол устремился в едва успевшего встать на ноги эльфа. Прогремел взрыв, в воздух, хвостами увлекая за собой струи дыма, взметнулись обломки серо-розовых плит.

Когда облако дыма рассеилось, все увидели Ноэля, лежащего в небольшом котловане, волосы его и ресницы почернели, руки шипели и дымились, так-как сжимали рукояти нагревшихся мечей.

раскалившиеся рукояти мечей, неприятно шкварчали. Воздух вокруг пропитался запахом паленого мяса.

— Маги — имба! — Выкрикнул из толпы здоровый орк, опиравшийся на копье.

— И не говори. Как обычно, — ответил еще кто-то.

Эльф выдохнул, выпустив изо рта облако дыма. Все тело будто пронзали миллионы острых иголок, каждая из которых вдобавок вибрировала. Он дернул руками, пытаясь избавиться от горячих мечей, но, выскальзывая, они вытянули куски кожи, к которым прикипели. Лицо Ноэля, и без того перекошенное агонией, свернула очередная волна боли. Над ним нависла фигура его оппонента. Маг протягивал ему руку.

— Сейчас пройдет, — сказал он.

— Знаю, — прохрипел Ноэль, и поднял к нему уже абсолютно здоровую пепельно-серую ладонь. Спустя несколько мгновений с его черепа на плечи спустились черные волосы, а еще через секунду восстановилось покрытие дуэльной площади — битвы словно и не было.

Когда они направлялись к кучкам людей, столпившихся каждый в свою компанию возле фонтанов, чтобы поглазеть на битвы, мимо них прошли сразу две пары дуэлянтов. Маг шел к своему свежесколоченному клану - те сидели на широких приступках широкого постамента для огромной бронзовой статуи какого-то местного божества, которого игроки определить еще не могли. Их было девять человек, но мечник прекрасно знал, что их гораздо больше — это все команды про-игроков, которые в реальном мире состязались на турнирах и все друг друга знали. Пока Ноэль шел позади повелителя огня, то смог рассмотреть его характеристики. Сила 28, Ловкость 40, Интеллект 95. Как конкретно работала эта часть механики игры, они не понимали — просто можно было, сконцентрировавшись, узнать нужные данные о человеке. Игрок мог скрыть свои характеристики, и всегда знал, когда кто-то изучает его статы. По крайней мере, к такому выводу пришли они с Маркусом и Борисом за то время, что здесь провели. Маг уселся рядом с симпатичной девушкой, по щиту, на котором располагались ее ягодицы, можно было сделать вывод, что она воин.

— Итак, Ноэль. О чем ты хотел с нами поговорить? — Улыбнулась ему девушка

— В ги возьмете? Меня и одного охотника, тоже 9 лвла.

— Вы вдвоем за пять дней прокачались до 9 уровня? — Удивилась девушка.

— За три. Втроем. Третий погиб на Туманном Прыгуне.

— Погиб, — хохотнула девица, — ты говоришь это слишком серьезно для танцора смерти. Мы же в игре!

— Если мы в игре, почему вы не выйдете?

— Кто знает, что тогда будет, — говорил уже маг, — очевидно, что-то пошло не так. Но пока мы здесь, нужно играть. Такова наша стратегия.

— Да... — Задумчиво протянула воин, видимо, превосходившая мага званием, — ты успел засечь его телепорт и даже почти смог отскочить от фаербола. Хороший. Мы возьмем вас. У нас выше 15-го никого нет, сегодня все отдыхаем, а с 9 до 15 вас за два дня качнуть можно. Так что будем на равных. Да и вообще. Людям надоедает сидеть без дела, скоро все начнут играть, и тогда станет сложней. Нужно быть впереди, чтобы не сражаться с конкурентами. Проведешь их по той цепочке и поможешь завалить Голема, Фил.

— Лады.

— Я Лаурен. — Представилась наконец девушка, — заместитель нашего гильдмастера. Маг, что тебя победил, — это Филипп. Вот, — тут она повернулась, трогая рукой сидящего рядом лучника, — Биал.

— Чертова игра слишком реалистичная. Ни тебе чатов, ни форумов. Ни почты. Даже имен над участниками пати не видишь. — Пробурчал охотник, протягивая руку Ноэлю.

— Ну… — Луарен повертела светлой головкой, глядя на остальных согильдийцев, некоторые из которых следили за разговором и поднимали руки в знак приветствия, — остальных узнаешь сам, кто понравится. Мы тут ребята дружелюбные, на самом-то деле.

Эльф прошелся по ступенькам, узнав имена всех согов, сидевших на этой стороне. Несмотря на то, что Биал говорил правду, согильдийцы все же интуитивно ощущали, что их в игре что-то связывает.

— Филипп, — позвал Ноэль, вновь спускаясь к ним.

— Да?

— Я смотрел твои статы. У тебя сила меньше моей, как ты умудрился так вмазать мне ногой?

Лаурен поджала губы, изображая обиду.

— Завидуй, — расплылся в улыбке маг, толкая ее плечом. — Все просто, Ноэль. Я на мгновения могу конвертировать свой интеллект в силу. Когда я тебя бил, моя физуха равнялась 123.

— Маги-читеры, Ноэль. — Сказала Лаурен, — у меня, воина, и то 117.

Эльф внимательно посмотрел на девушку.

Показатель ее физической силы вырос до 145.

— Ого… Да ты себе все статы что ли равномерно вкачал? Молодца. У нас такие баффы только 15-уровневые дать могут.

— У вас тоже есть танцоры смерти?

— У нас есть все классы, все расы. Правда, один дурачок решил ради интереса повышать себе одну только физуху. Сейчас она у него где-то 170, силен, да, но к нему может любой подбежать и в капусту изрубить, Генри и понять, кто на него напал, не успеет. Теперь будем выравнивать.

— Ну, я не силен в этом. Да и никто не силен, игра сырая, нужно все пробовать. Ловкость у меня, все же, в приоритете. И повышаю я ее в основном за счет скорости.

— Про фехтование тоже не забывай, — посоветовал Биал.

— Ну, теперь, когда у меня будет куча спарринг-партнеров, буду развивать все.

За их спинами громыхнуло, зрители аплодировали.

Девушка указала пальцем на одну из главных улиц, что степенно уходила вдаль, нашпигованная по бокам множеством лавочек и закоулков.

— Найдешь там большую гостиницу с золотым пегасом на вывеске. Наша гильдия живет там. Если хотите, можете со своим другом перебраться туда. Но мы не настаиваем.

В голове эльфа тут же возник образ девушки, что прокралась позади него в трактир, и он вновь испытал то тревожное ощущение, что преследовало его весь день.

— Да, мы, наверное, придем.

— Отлично, — еще раз одарила его своей улыбкой заместитель гильдмастера авангардистов.

Ему следовало бы вернуться к Маркусу, но почему-то ему не хотелось покидать это место. Его обычные маршруты обходили стороной центральную площадь, и все же пару раз он проходил мимо нее, всегда засматриваясь на галдящий здесь народ, на ту суету, которой, казалось, ему так не хватало. Может быть, в реальности он был журналистом, или состоял в охране важной персоны, и к толпе уже сформировалось привыкание, которое сохранилось здесь, в игре, даже после его амнезии. “Чушь” — заключил он. Это просто человеческая потребность в общении, подпитка силы от эмоций других людей.

Игроки приходили и уходили, а он все стоял, иногда присаживался к одинокому постаменту. Ноэль сразился еще в трех дуэлях, все проиграл, но ничуть об этом не жалел. Вот почему бы он действительно скучал, потеряв — так это вовсе не по шумной толпе игроков, пытающихся заглушить кричащую на задворках сознания панику весельем от игрового процесса. Нет, он будет скучать по возможности выйти с двумя мечами против другого разумного существа, и сразиться с ним. Это было лучше женщин, лучше вкусной еды. Когда ты весь превращаешься в рефлекс — тут уж не до раздумий о собственной судьбе. Все мысли собираются на острие меча, как на кончике носа при медитации. Да. Это была его медитация.

Было известно, что в зависимости от расы может меняться характер, незначительно, но может. Ведь игра очень реалистична, и нужно как-то заставить мягких в нее играть. Сражаться и убивать. И здесь все так и делали. Похоже, никто не заморачивался, кроме него, но у него на всякий случай было алиби. Это игра.

Когда уже стемнело и на площади осталось всего несколько сотен человек, Ноэль почти ушел. Он прошел всю плитку дуэльной площади и уже ступил на обычную землю, когда воздух пронзила мелодия из нескольких нот. Издаваемый, казалось, самим небом, сигнал явно имел электронное происхождения. Оглянувшись, Ноэль увидел взволнованных людей, которые друг за другом поднимались, смотрели друг на друга, на четыре главных улицы, крестом расходившихся от центра города. А затем далекую тьму вечерних небес прочертили огненные буквы, каждая из которых, должно быть, распласталась на несколько километров. Исполины алфавита составили предложение, для каждого, не сомневался эльф, на родном для него языке, надпись гласила: “Ознакомительный период закончился, с 00:00 нового начнется истинная Игра! Возьми, если сможешь!”. Еще раз прозвучал знакомый сигнал, и надпись растворилась, распавшись на сотни пламенных языков.

Ноэль неподвижно стоял, всматриваясь в галдящую толпу. С города потянулись потоки игроков, всем нужно было собраться вместе, в единую массу, чтобы обсудить первую за все время новость. Из толпы высовывались чугунные головы двухметровых орков, запахло духами, потом и едой. Ноэля несколько раз толкнули, и тот клочок камня, на котором он надеялся высмотреть кого-то из авангардистов, утонул в людском море. Мелькнула мысль побежать в гостиницу с пегасом, но почему-то он передумал. Он сосредоточился и узнал игровое время — 21:13. Через каких-то 3 часа их ждут новые потрясения. Нужно было спешить в трактир.

Первый этаж преобразился. Если раньше, сидя за столом под теплым светом, отбрасываемым лампами, чувствовалось какое-то умиротворение, место отдыха, то сейчас Ноэль, откусывая кусок жирной курицы, чувствовал тревогу. Она исходила от людей — они возбужденно переговаривались друг с другом, рождая напряженный гул, как в улье, будто это не средневековое место отдыха, а общественная столовая во время обеденного перерыва. Еду разносили несколько девушек, среди них была и дочь Гектора.

Дымя папиросой, напротив плюхнулся Маркус. Вид у него был усталый.

— Видел? — Спросил Ноэль.

— Все видели.

— И что скажешь?

Маркус затянулся, затем выпустил вверх облачко дыма.

— Мы попали.

— Что ты имеешь ввиду?

— Игра работает. Значит, там, снаружи, всем все известно. Все продолжается. И, судя по всему, дальше будет только хуже. — Охотник бегал взглядом по сидевшим вокруг людям.

— Хочешь сказать, на нас забили?

— Не знаю. Может и забили. А может через пару часов нас наконец отключат. Но это сообщение меня выбесило, создалось впечатление, как-будто все так и должно быть. Будто мы сами во всем виноваты.

— Странно, у меня такого ощущения не возникло, — ответил Ноэль.

— А где ты, собственно, был?

— Вступил в ги авангардистов. Тебя они тоже согласились взять.

— О, эти задроты… И что, сильные они? — Маркус перевел взгляд на мечника.

— Очень. Все 15 уровня.

— Ого… И ты уже вступил к ним? Вот так сразу, просто. — В голосе охотника чувствовались нотки недовольства.

— Ну, сперва мы сразились...

— Ах да, это все меняет.

— Если не хочешь, можешь оставаться тут. Нужно любой ценой выжить. Это сейчас легко — выполняй тупые ежедневки, жри, пей, да трахай грудастых НИПов, а что будет завтра? Нужно держаться сильных мира сего, они сказали, что за два дня качнут нас до 15-го.

Лучник отвернулся. Они молчали. Трактир шумел, слышались шорохи пододвигаемых кружек, обрывки недосказанных фраз…

— Пить будете? — Подошла к ним Си — так звали дочь хозяина заведения. Она стояла лицом к эльфу, но украдкой поглядывала на Маркуса.

— Да. Принеси воды. — Сказал Ноэль.

Девушка кивнула и развернулась. Когда она отошла, мечник заметил Гектора, стоящего за своей стойкой и смотрящего на них.

— Ты уже контактировал с ее отцом? — Почему-то вполголоса спросил Ноэль.

— Да. Ничего он мне не сделал. Ну разве что смотрел сурово.

— Как сейчас? — Спросил эльф, смотря в сторону Гектора.

— Да.

Си принесла Ноэлю воды, тот сразу же осушил весь стакан и почувствовал приятную тяжесть в животе, порождающую сонливость. Тело его расслабилось, а мысли замедлились. Он поднялся.

— Я решение принял, Маркус. Советую не быть дураком и вступить в гильдию. Я спать.

— Угу. Я тоже скоро пойду. Слабость сегодня какая-то весь день. Странно.

Тяжело ударили об пол ножны с двумя мечами.Он запер дверь и, не раздеваясь, рухнул на кровать. Через окно в ночном небе виднелась полная луна, далекая и яркая. Он спроецировал на нее игровое время: 22:55:12, 22:55:13 — пробегали из вечности в вечность секунды, мимолетом даря миру свое тепло. Ноэль вдруг восхитился мыслью, что самый долгий срок, самая большая бесконечность — вся состоит из этих пресловутых секунд, которыми люди даже свое бытовое время гнушаются измерять. Все часы да минуты…

Дверь напротив открылась и захлопнулась. Это пришел Маркус. На часах половина двенадцатого. Все хорошо. В конце-концов, выжить здесь не так уж и тяжело. Завтра они переберутся в гостиницу, кишащую сильными игроками, и никто из них больше не умрет. Да. Так и будет. Эльф хотел раздеться, но ему стало так лень, что он только перевернулся на живот, засунул руку под подушку, и отдался сладкой дреме, что уже некоторое время давила на его веки, оплетала своей паутиной мозг, нашептывала свое шелестящее “спи”. И ему не мешали звуки проходящих под окнами людей, собирающихся встретить новый день с открытыми глазами. Тьма сгущалась, эльф сквозь ткань век видел, как он идет по высокой траве к обрыву. Дует ветер, на заднем плане кто-то говорит, что лишь бы не убирали ежедневки и не поднимали цен на еду.

Он подходит совсем близко к краю холма, смотрит вниз, и проваливается в густую черноту, что плещется у подножия.

Все тело мечника дернулось, он проснулся, чувствуя губами мокрое пятно на подушке от набежавшей слюны. Время. 23:59:20. Где-то в недрах дома натужно заскрипела старая лестница. Ноэль вскочил, отирая рукой мокрые губы, схватил ножны, быстро отпер дверь и выскочил в коридор.

Тревожно звенела в руках связка с двумя ключами. Отрывисто щелкнули тоненькие засовы-язычки в замке двери лучника, и темный эльф влетел в его номер.

— Маркус! Поднимай жопу! Быстро! — Шипел он, запирая дверь.

— Какого хрена, Нол? Я только вырубился!

— Тссс! Заткнись! Быстро собирай вещи, не то тебе конец!

Оклемавшись, Маркус быстро юркнул к стулу, на котором ворохом лежала его одежда, и спешно стал натягивать ее на себя.

— Что случилось? — Уже шепотом спросил охотник.

— Я понял, что значило сообщение. В полночь все НИПы перестанут сдерживать игрой, и начнут реагировать адекватно нашим действиям.

— Но тогда…

— Тогда тебе надо к авангардистам! — Эльф дернул ручку окна, выходящего на улицу. Первый раз все стекло упруго дрогнуло, но рама выстояла. Со второго раз отсыревшее дерево поддалось и, кроша облупленной краской, створка окна распахнулась. Ноэль подбежал к кровати, доставая из-под нее колчан с луком и протягивая Маркусу.

— Через окно? — Прошипел он, поднимаясь.

— Да, лучше…

Металлическая ручка двери повернулась вверх, немного там задержалась, и крутанулась дальше, уперевшись в стену. Вся коробка дверного замка задрожала, а потом со скрежетом была вырвана из двери и брошена где-то во тьме коридора. В образовавшейся дыре появились очертания массивной руки, толстые, как канаты, пальцы мягко легли на развороченное дерево и потянули на себя. Дверь, скрипя от веса, который на нее давил, отворилась.

Гектор был очень высоким, а потому, пока он не вошел в комнату, видна была только его мускулистая фигура да квадратный подбородок. Его левую руку обвила Си, по ее щекам текли слезы, она с мольбой задрала голову вверх, глядя на отца.

Эльф бросил быстрый взгляд на товарища, судя по ужасу на его лице, вошедшего он разглядеть не мог, и оттого ему было еще страшнее.

Но вот Гектор легонько дернул рукой, стряхнув с себя дочь, и вошел в комнату. Блеклый лунный свет осветил его угрюмое лицо, поросшее жесткой бородой. Ноэль услышал, как отчаянно стучит в грудной клетке сердце Гектора. Он легонько тронул его за плечо, прошептав “окно”. Хозяин трактира сделал, но эльф уже бросился к спасительной улице. Разбежавшись, он, вытянув руки, “щучкой” прыгнул в заветный прямоугольник лунного света.

Свежий воздух зашумел в ушах, незнамо как он умудрился перевернуться и приземлиться аккурат на ноги. Инстинктивно перекатившись, чтобы погасить энергию падения, он отскочил еще дальше от стены трактира,в воздухе переворачиваясь к ней лицом. Тут же из окна вылетел Маркус. Как ни странно, он тоже безболезненно приземлился с высоты третьего этажа.

Проходившие мимо люди, те, что посмелее - остановились,с тревогой смотря на происходящее, а некоторые поспешили прочь. Тяжело дыша, Маркус поровнялся с Ноэлем, доставая из колчана стрелу и вставляя ее в лук.

Раздался стеклянный звон, и на землю рухнул Гектор. От его приземления пошла вибрационная волна, которую мечник с лучником почувствовали подошвами. На землю падали обломки выломанной оконной рамы и битого стекла — иначе бы трактирщик просто не пролез.

Эльф всмотрелся в фигуру мужчины. Сила — 438, Ловкость — 52, Интеллект — 39.

— Убери свой лук, Маркус. Его никто не победит.

— Поче… нихрена себе!

— Теперь, кажется, это босс.

— Кажется… — Охотник засовывал стрелу обратно за спину.

— Отец, не надо! — Они задрали головы, увидев наверху тоненькую фигурку Си, выглядывающую из остатков окна.

Гектор приподнял полы рубашки за спиной, и вытащил на лунный свет огромный мясницкий нож с широким лезвием.

— За мной! К авангардистам! — Шепнул эльф, припустив к ближайшему переулку.

Маркус тотчас последовал за ним.

Они петляли, один раз даже забрались на какой-то дом и перемахнули с него через высокий забор, ведущий на скотный двор. Выбравшись из него, они продолжили свой путь к заветной гостинице, но их внутреннее чутье — игра, подсказывало, что Гектор идет по пятам и ни за что их не отпустит.

Наконец, они оказались у нужного здания. Народ так и толпился вокруг него, и среди этой массы Ноэль углядел знакомые лица. Тут была и Лаурен.

— Лаурен! — Остановился перед ней эльф, тяжело дыша. Позади него, согнувшись от одышки, стоял Маркус.

— Что случилось, Нол? — Спросила девушка, зевая. Она сидели на ступенях открытой веранды, служившей для гостиница крыльцом. Рядом сидели один особо крупный орк в доспехах и светлый эльф в просторной рубахе мага.

— НИПы больше не подчиняются игре. Теперь они совсем как мы. Один превратился в босса и хочет нас убить.

— Мы его одолеем? — Тут же перешла к делу зам гильдмастера.

— Нет.

— Нет? И даже всей гильдией? — Скривил губы в самоуверенной ухмылке маг-эльф.

— Всем городом. Его сила 438, ловкость чуть ниже моей.

— Это бред. Не должно в городе быть настолько мощных существ. Это нелогично.

— О какой логичности ты говоришь?! — Отдышавшись, вмешался в разговор Маркус. — Посмотри, где мы.

— Да, но ведь всему должно быть свое объяснение. Почему он хочет вас убить?

— Не нас. Меня. — Произнеся это, охотник как-то еще сильнее сгорбился, оперевшись руками о ноги. Ему казалось, что он сказал что-то ужасное.

— За что? — Не унимался светлый эльф.

— Переспал с его дочкой. — Тихо сказал Маркус.

Никаких комментариев не последовало. Игроки загалдели, и снова воздух запах тревогой. Ноэль догадался, что многие из присутствующих здесь имели контакты с НИПами. Только несколько эльфиек и девушек, наморщив гладкие лобики, поглядывали на обескураженных парней.

— Ладно, сделанного не воротишь. Не умеете вы свое хозяйство в штанах держать, что уж тут. Нол, он вооружен?

— Да, но… Это не имеет значения. Он чудовище.

— А прочность его ты успел разглядеть? Может, мы его достанем чем-нибудь?

— Вот тут не знаю, мы сразу убежали. Но доспехов на нем нет.

— Отлично! — Кивнули Лаурен.

— Идет, — сдавленно прошептал охотник, не столько авангардистам, сколько самому себе.

Гектор не спеша шел мимо игроков, снующих по улице, возвышаясь над их разноцветными головами своей косматой головой. Орки, эльфы, люди и гномы, заметив в его руке мясницкий тесак, спешили пройти мимо, но затем останавливались и смотрели, куда идет этот гигант. Затем, посмотрев на него игровым зрением, они широко раскрывали глаза, не веря тому, что по безопасной зоне разгуливает полноценный босс.

По мере его приближения к гостинице с пегасом, авангардисты вставали, из недр здания появлялись новые игроки, вытащенные из постелей по чьему-то приказу. Кто-то высовывался из окон на верхних этажах, держа наготове лук или боевое заклинание. То движение, что украшало эту ночь, остановилось, игроки и НИПы выглядывали из домов рядом и напротив.

Гектор остановился в десяти метрах от крыльца “Пегаса”.

— Хватит прятаться от меня, Маркус! — Взревел он, — выходи и прими свою смерть, как мужчина.

Бледный охотник явно хотел снова начать бежать, или на крайний случай спрятаться за чью-нибудь спину, но он не сдвинулся с места.

Темный эльф следил за замом гильдмастера — девушка закусила губу, над чем-то размышляя. Она хотела поговорить с Маркусом, попробовать решить вопрос мирно, но, услышал дикий, свирепый голос босса, его внешность, поняла, что ничего не выйдет. Она кивнула какому-то человеку, и через мгновение в Гектора полетели несколько десятков стрел со всех сторон, даже со спины, вперемешку с фаерболами, сгустками света, льдинами и комьями земли. Все это почти одновременно ударило в трактирщика.

В лицо Ноэлю ударила волна от взрывных стрел и фаерболов, Гектора окружило облако дыма, пара, огня и пыли, шипящее и клубящееся вверх. Игроки застыли в ожидании. В глубине густой завесы кто-то двинулся, из облака высунулась мясистая рука, резко махнула в сторону, и весь дым развеялся, будто от налетевшего внезапно ветра. Трактирщик стоял на том же самом месте, в окружении обломков стрел и рытвин дымящейся земли. Его рубаха сгорела, явив всем торс, на котором даже через слой жира отчетливо проглядывались пластины пресса. Лишь высоко поднятый подбородок и холодный взгляд серых глаз выдавали в Гекторе человека, а не обритого налысо самца гориллы. Он сделал один шаг вперед — обугленные кожаные сапоги пустили струйки дыма из-под подошв.

— Отдайте мне этого лучника, и я, — он сделал акцент на последнем слове, — вас не трону. Или я всех вас убью. Мне то что.

Ноэль взглянул на Маркуса — тот стоял, потирая мокрые от пота ладони. Охотник с ужасом смотрел себе под ноги, губы его дрожали. Толпа людей вокруг начала медленно расступаться, подскочившая к эльфу Лаурен потянула его за руку, но он отдернул ее и остался стоять рядом с тем, с кем делил последние пять дней. Впрочем, для него это и была вся жизнь.

Трактирщик двинулся вперед. Вскрикнув, Маркус развернулся и бросился бежать, однако брошенный ему вслед тесак ударил торцом в спину, сбив с ног. Мимо Ноэля пронесся Гектор. До нюха мечника долетел терпкий запах пота и хмельных специй. Люди в страхе разошлись, образовав широкий круг вокруг Маркуса. Стоная от боли, он кое-как поднялся. Но тяжелая рука сзади уже легла на его плечо и сжала так, что в радиусе десяти метров было слышно, как хрустят его лопатка с ключицей. Охотник вскрикнул, ноги его подкосились и он начал падать, однако Гектор его удержал.

— И это ничтожество испортило мою дочь… — размышлял вслух трактирщик, смотря на безвольно болтающийся затылок Маркуса.

— Отец! — Крикнула навзрыд Си с того конца улицы, что вел на площадь. У девушки был громкий, звонкий голос, дрожащие вибрации которого разносились, должно быть, на кварталы. Но мечник этого не слышал. В это же мгновение Гектор, крепко держа Маркуса за плечо, обхватил ладонью его голову, и с омерзительнейшим звуком разрываемого мяса и лопающихся сухожилий оторвал её. По окружающей толпе прошла волна ужаса. Ноэль посмотрел в лицо этой голове — с раззявленным ртом, закатившимися глазами, подернутой гримасой смерти, застывшее где-то между мукой от телесной боли и потусторонней вечностью. Но этот звук. Звук рвущейся плоти.

Гектор бросил голову к ногам прибежавшей дочери. Упав, голова Маркуса сделала несколько оборотов, пока не остановилась глазами к Си, будто бы спрашивая у девушки вывалянными в песке губами, неужели одна ночь с ней стоит так дорого. Девушка упала на колени и разрыдалась, закрыв лицо руками.

Уходя, трактирщик даже не посмотрел в сторону Ноэля— только схватил за рукусвою дочь и медленно зашагал обратно, в свою обитель сигаретного дыма, скрипучих постелей и крепких напитков.

Ноэль еще какое-то время стоял, погруженный в себя, ощущением целого чувствуя, как вокруг разгорается нечто суетливое и тревожное, но он до самого конца не хотел возвращаться в реальность… игры и снова решать проблемы, которые она для всех них приготовила.

Он смотрел на голову своего друга. Что это, в сущности, был за человек? Эльф не мог ответить на этот вопрос. Он хорошо его знал, и не знал одновременно. Родители, девушка, возраст, образование, религия, политические взгляды — спроси у него хоть что-нибудь из этого, и ничего, кроме тупого молчания, Ноэль не смог бы выдать. И все же они были знакомы пять бесконечно долгих дней, а день здесь, в этом мире, шел, должно быть, за год. Ноэлю было легче так думать. Уж если тебе трудно, то всегда приятней считать, что труд этот невыносимо огромен.

Шум вокруг усиливался, мечнику все сложнее было удерживать тот взгляд в никуда, которым смотрит каждое разумное существо, когда погружается в водоворот собственных мыслей. Сейчас он не выдержит и взглянет вокруг, и сердце его, уже немного успокоившееся, забьется с удвоенной силой. Он знал это.

Что-то маленькое ткнуло его в плечо.

— Ноэль! Пойдем! — Это была Лаурен. Она смотрела на него. В глазах тревога, подернутая дымкой усталости. Им всем надо поспать.

Ноэль, Лаурен и еще десяток авангардистов бегом отправились к одной из главных улиц. Возле гостиницы с пегасом мечник заметил нескольких НИПов, зло поглядывающих на окружающих, и пару игроков, зажимающих кровоточащие носы. Да, именно об этом и подумал мечник, когда бросился в комнату Маркуса.

— Куда мы бежим? — Спросил он, глядя на спины согильдийцев.

— Надо оценить масштаб беды. У оружейной мы разделимся, тебе, Ноэль, на улицу Якова. — Не оборачиваясь, ответила Лаурен, — В дома не заходи, всех, кого увидишь, отправляй в нашу гостиницу. Своих мобов мы охладили, но если придется сражаться с кем-то, вроде того… Остерегайтесь мест, где могут обитать сильные НИПы. Конюх Гордвуд, стражники, вышибалы, кто знает, какие у них вылезут характеристики. Нужно собрать как можно больше наших! Удачи, ребята!

— И вам. — Тихо сказал кто-то из игроков, остальные молча разбежались в разные стороны по двое-трое, чтобы затем опять разделиться. Ноэль же был один.

При каждом шаге в ножнах бряцали мечи. Он взглянул на время: 00:32:17. Прошло каких-то полчаса, а мир изменился до неузнаваемости. Больше никто ленно не шатался по ночным улицам, теперь все передвигались почти бегом. Встречным игрокам Ноэль объяснял дорогу к дома клана, над всем городом стоял какой-то неуловимый ропчущий гул. К сожалению, Аллерион был невероятно большим городом, и на его осмотр даже всей гильдией ушел бы не один час.

Оказавшись под окнами очередного здания, где проживали игроки, эльф услышал ругань. Так ругались только местные. Какой-то мужчина чертыхался и проклинал все вокруг, в его голосе, помимо неистребимой злобы, чувстовалось отчаяние. Кажется, он плакал.

Мечник прильнул к стене здания и стал наблюдать за парадным входом. Вот дверь открывается, и рослый мужчина в окровавленной пижаме, матерясь, вышвырнул одного за другим два трупа. Это были игроки. Один был в штанах, а другой совсем голый. На их телах Ноэль углядел множество окровавленных ран. Мужчина вернулся в прихожую дома и вышел оттуда с окровавленной саблей, явно принадлежавшей одному из убитых. Спрыгнув с крыльца, он направился к соседней гостинице.

— Зачем ты туда идешь? — Спросил Ноэль, выходя из укрытия.

Мужчина обернулся, лицо его было перемазано кровью и слезами.

— Чтобы убить ублюдков вроде тебя! — НИП поудобней перехватил оружие и направился к эльфу.

Ноэль начал пятиться, попутно баффаясь и пытаясь рассмотреть характеристики нападющего.

— Я не желаю тебе зла. Я ничего тебе не сделал. Остановись.

— Я остановлюсь только тогда, когда это пронзит твою грудь! — Мужчина бросился вперед и попытался ударить Ноэля саблей, однако эльф сумел парировать и, почувствовав, что противник слабее, ударил того ногой в живот.

НИП попятился, согнувшись и лишившись дыхания. Ноэль наконец-то смог рассмотреть его характеристики. “Слабый. Хорошо.”

— Мне придется тебя убить, если не прекратишь. Чем провинились эти двое?

— Двое… — С трудом выдохнул НИП, улыбаясь, — Если бы двое, — мужчина, все еще припавший к земле, тихо захохотал.

В голове мечника мелькнула ужасная мысль. Он с разбегу врезал по ухмыляющемуся рту НИПа, так что тот завалился на спину без сознания, и побежал в здание.

Уже в конце парадного коридора на полу виднелась рука. Подойдя ближе, он увидел, что это была девушка. Тоже местная. Ноэль быстро обошел обеденный зал на первом этаже и поднялся наверх. Несколько НИПов лежало в луже крови вперемешку с игроками. Интересно, из-за чего все они сцепились? Во многих комнатах игроки лежали в окровавленных простынях, видимо, даже не успев проснуться перед смертью. В номере 315 зарезанных было двое — бугай-орк и эльфийка. Судя по сильному запаху спермы и крови, ударившему Ноэлю в нос, напали на них в самый неподходящий момент.

Где-то в коридоре раздался шорох. Мечник выбежал, но никого не увидел. Тогда он подбежал к окну, выходящему на улицу — местный с саблей по-прежнему лежал без сознания. Возможно, удар Ноэля его убил.

Снова шорох, на этот раз четко уловленный Ноэлем. Эльф обновил бафф, тихо подкрался к двери, из-за который донесся звук, и резким толчком меча распахнул ее настежь. Вскрикнув, кто-то упал на пол. Мечник еще раз взглянул на коридор, заваленный трупами, и вошел в комнату. Сапоги привычно погрузились в густую кровь, которая медленно пропитывали деревянные доски пола.

— Пощадите, прошу вас! — Пролепетал женский, почти детский голосок из-за кровати.

Эльф глянул под ноги — на завалившегося набок жирного повара. Штаны его были спущены до колен, но “достоинство” закрывало свисающее жирное брюхо, из которого и набежала вся эта кровь.

— Я игрок.

Приглушенное дыхание, которое невольно вырывалось у скрывавшейся изо рта, утихло, и у изголовья показалась миниатюрная блондинка с длинными волосами.

— Что происходит? — Жалобно пропищала светлая эльфийка. Ноэль увидел, что нижняя губа у нее рассечена, девушка стыдливо натягивала на грудь лохмотья, которые когда-то были сорочкой. Оголенные плечи были красными от побоев.

— НИПы перестали сдерживаться игрой и теперь ведут себя максимально правдоподобно.

— Этот… — Девушка всхлипнула, — хотел меня изнасиловать.

— Я же и говорю — максимально правдоподобно... — Эльф взглянул на омерзительную рожу повара.

— Как тебя зовут, сколько лет? — Спросил Ноэль.

— Мирилет. Тринадцать.

Мечник нахмурился, глядя на ребенка, запертого в теле белокурой соблазнительной девушки.

— Мирилет, никому и никогда не говори, что тебе тринадцать, хорошо? Говори, что тебе двадцать.

— Хорошо, а как вас зовут?

— Ноэль. Как ты попала в игру?

— Я потеряла память.

— Понятно. А выживала как до сих пор?

— Я подружилась с темной эльфийкой и орком, они обо мне заботились. Они…

— Хорошо, — Ноэль отвернулся ее и вышел в коридор. — Я отведу тебя к другим игрокам. Пойдем.

— Ага. — Мирилет утерла слезы с лица, на мгновение оголив высокую упругую грудь, и выбежала к Ноэлю. Эльф заметил, что тряпки, которые заменяли ей нижнее белье, тоже разорваны, и девушка краснела каждый раз, когда ей приходилось их подтягивать. Штанов или юбки на ней почему-то не было.

— Та-а-к. Пойдем. — В конце коридора Ноэль юркнул в 315 номер, забрал одежду, и уже хотел уходить, когда увидел стоящую в проходе Миру.

— Я же сказал ждать меня у лестницы.

Девушка молчала, глядя на переплетенные тела тех, кто заботились все то время, которое она могла помнить.

— Больно… — Сказала она тихо.

— Если тебе больно, значит ты еще жива. Держи.— Ноэль протянул ей одежду.

— Как их звали? — Спросил он, смотря на лестничный пролет, изгибом уходящий вниз, пока эльфийка переодевалась.

— Лара и Гош. А мне… белье тоже надевать? Оно мокрое…

— Натягивай, на тебе высохнет! — Почему-то мечник начинал злиться. “Проклятая игра” — думал он, с силой сжимая рукоять меча.

Наконец Мирилет пришла к нему, перешагивая через тела. На ней были штаны, рубаха и легкая кожаная куртка. Они выбрались из дома. Завидев вырубленного Ноэлем мужчину, Мира прошептала:

— Это же владелец дома.

— Да? А почему НИПы на вас так обозлились? Что вы сделали?

— Не знаю. Я ничего никому не делала.

На улице никого не было, но вокруг по-прежнему слышались крики. Эльф подошел к мужчине и ткнул его носком сапога в щеку. Предыдущий его удар пришелся в нижнюю челюсть, которая сейчас была перекошена.

Мужчина открыл глаза.

— Зачем вы напали на игроков? — Спросил Ноэль.

— Они злоупотребляли нашим гостеприимством. Кто нам отдаст все те деньги, что мы отдали им за цветы, куски мяса и прочее барахло?

— Но ведь вы сами предложили это. Это были ваши задания.

— Те времена прошли. А сейчас время расплачиваться по долгам. Каждый тем, чем сможет. Да, куколка? — НИП улыбнулся зловещей кривой ухмылкой. — Уж ты-то за всех своих друзей расплатиться сможешь, а? — Мужчина схватил ее за ногу. Мирилет вскрикнула и сделала шаг назад, но моб держал крепко, и эльфийка упала.

— Кха!.. — Хотел было закричать НИП, но мощный удар в висок заставил его умолкнуть. Через секунду в его заляпанный грязью и кровью лоб погрузилась холодная сталь.

Эльф помог девушке встать и они побежали обратно, к перекрестку главных улиц.

У оружейной, возле которой они с авангардистами разминулись, стояло несколько уже вернувшихся согильдийцев. Безразличным взглядом они встретили Ноэля.

— Ну что на остальных улицах? У меня все плохо. Улица Якова завалена трупами. НИПы убивают наших во сне. Спасаются только те, кто был в этом время на улице и не один. Все из-за того, что народ не качался.

— Ноэль, да? — Как-то странно у него спросил высокий эльф-воин, словно информация эта их совершенно не интересовала.

— Да.

— Ты численность игроков давно проверял?

Танцор смерти хотел ответить, но осекся и вызвал в сознании онлайн игры. 465 192 игрока. Цифра с каждой секундой уменьшалась.

— Пятьсот тысяч… А может, просто…

— Нет. Игру не починили. То, что ты описал, сейчас происходит во всем городе. Наши и левые маги помчались шерстить город на наличие выживших. Мы здесь уже бессильны.

— Ноэль оглянулся на Мирилет. Девушка дрожала.

— Еще не факт, что они нас из города выпустят. Могут посадить в тюрьмы, или разорвать прямо на улице. — Сказал другой парень, охотник, затягиваясь папиросой. Он осмотрел своими желтыми глазами их с Мирой. — Так что бери свою подружку и дуй в какой-нибудь ближайший домишко, развлекитесь напоследок. Жаль, у меня никого нет…

— Поэтому и нет, дубина. — Снова говорил воин. — Какое, нахрен, “развлекитесь”...

— Пошли, — позвал он Мирилет, направляясь к дому авангардистов. — Лаурен там?

— Да. — Ответил охотник.

Вся улица была заполонена игроками. Они влились в эту неспокойную толпу. Идя мимо людей, эльфов, орков и гномов Ноэль отметил cпокойствие, которого не ожидал увидеть. Никто не рыдал, все просто стояли, сбившись в кучки, и рассуждали о том, что еще преподнесет им разгневанный Аррелион.

Вокруг гостиницы стояло оцепление из авангардистов, видимо, чтобы собравшиеся массы не мешали членам гильдии курсировать между улицей и зданием. Увидев Ноэля, два мага расступились, пропуская его в пятачок перед крыльцом гостиницы. Одним прыжком он оказался у входной двери, и они с Мирилет вошли внутрь.

Внутреннее устройство “Пегаса” не особо отличалось от остальных обиталищ игроков. Да, интерьер во всех домах был разный, но для Ноэля, за все время побывавшего примерно в двадцати подобных заведениях, они все были как одно.

На полу валялась отрубленная рука в луже крови. В обеденном зале за круглыми столиками сидели авангардисты, увлеченно беседуя.

— Очевидно, что все это было спланировано с самого начала. Было ведь предупреждение игры. Но пойми — вся эта хрень рассчитывалась на нормальных игроков, которые могут выходить и заходить. Воскресать. А в итоге что мы имеем? Шестьсот тысяч наших перебито. Через час, наверное, останемся только мы. — Говорил коренастый гном в бронзовых доспехах.

— Ну и что? Мало этого, что ли? — Мужчина с длинными черными волосами допил пиво и смачно рыгнул.

— Кто знает. Не зря же вход в игру требовался именно одновременный.

— Да какая теперь разница! — Воскликнула девушка, сидящая между мужчинами, — даже если мы выберемся, нас уже точно не хватит, если для прохождения предполагались какие-то масштабные военные действия. А ведь они наверняка предполагались.

— Жалко. Надеюсь, мы все просто окажемся в своих домах. Целые и невредимые.

— Надейся. — Раздался новый голос, уже с противоположного конца помещения. Мимо мечника и девушки прошел высокий тощий эльф. У него была пепельная кожа, серые, с металлическим отливом волосы, точеное, как и у всех представителей его расы, лицо. Незнакомец скользнул острием своих бледно-желтых глаз по замешкавшимся Ноэлю с Мирилет и прошел мимо, к беседующей троице.

— А ты что скажешь, Сильвер? — Обратился к эльфу гном.

— Мне все равно. — Маг, Ноэль увидел на его тонком запястье серебристый браслет, взял у дворфа кружку и осушил ее до дна, не проронив ни капли терпкого напитка.

— Истинную храбрость не найдешь в алкоголе… — Задумчиво произнес гном, смотря на переливающиеся мутно-золотистые остатки своего эля в поставленной Сильвером кружке.

— Храбрость — плод нужды. И мы вкусим его сполна, когда придет время.

Черноволосый мужчина и девушка смотрели на своих собеседников, нахмурившись.

— Вы тоже боитесь, признайтесь. — Сказала девушка, облокачиваясь на стол.

Ноэль ожидал, что на вопрос отреагируют и гном, и темный эльф, однако, похоже, что девушка обращалась на “вы” именно к Сильверу. За все время игры мечнику не доводилось еще слышать подобного обращения.

— Чего мне бояться, Юли? — Усмехнулся Сильвер, — мое тело в реальном мире, а душа человеческая вообще бессмертна. Боитесь тут только вы, и я никак не пойму — чего.

— Не знаю. Я боюсь. Как бы то ни было — умирать здесь по ощущениям так же неприятно, как в реальности. — Тихо сказал длинноволосый мужчина.

— Тогда постарайся умереть как можно быстрее. — Смысл слов эльфа был жесток, но сказал он это спокойным, даже немного заботливым тоном, а потому в ответ мужчина лишь слабо улыбнулся.

— Ноэль… — Мирилет дернула его за руку, показывая на закуток впереди, ведущий в проход на задний двор. Там виднелись тела. Пройдя немного вперед, эльф увидел сваленные в кучу у стены по меньшей мере десять тел, причем двое из них принадлежали игрокам. На улице, меж пробитых и перевернутых бочеклежали еще трое НИПов. “Авангардисты себя в обиду не дадут” — подумал Ноэль и вспомнил, зачем пришел.

Коридор второго этажа был пуст, лишь в конце, в обширной гостевой комнате, которой в доме Ноэля не было, слышались отголоски чьих-то слов.

Позади на лестнице застучали быстрые шаги, мимо пары спешно прошел охотник. Он скрылся в проеме гостевой, и звуки там сразу притихли.

— Стой тут, — сказал Ноэль Мирилет и двинулся вперед.

Он волновался, хотя и не хотел в этом себе признаваться. Люди, что находились там, в паре метров, очень скоро, возможно, обретут огромную власть. Да и без власти любой из них без труда размажет его по стенке. Но вот он уже делает последний шаг и оказывается лицом перед небольшим круглым столом, за которым сидели всего лишь пять человек.

— Ноэль! Ты-то нам и нужен. — Лаурен улыбнулась знакомой ему улыбкой человека, который то ли слишком близко подпускает всех к себе, то ли слишком искусно лжет. Словом, он сразу почувствовал себя в своей тарелке. Девушка сидела рядом с мужчиной, вплотную подобравшимся к рубежу зрелости. Его массивное лицо с глубокими трещинами редких морщин, идущих к усталым глазам, выражало коровье спокойствие. По бокам от кожаного дивана, на котором больше никто не сидел, стояли стулья, придвинутые к столу. На них сидели двое молодых парней — орк, белокурый эльф и девушка.

— Зачем я вам нужен? — Спросил эльф.

Лаурен повернула голову к соседу. Тот оторвал широкую спину от мягкого дивана и сел ровно.

— Я Кадиэл, глава гильдии авангардистов. Приятно познакомиться. Все наши танцоры мечей прокачались хреново для пати, и вообще их у нас довольно мало — класс малопопулярный, все знают, что жирному танку или магу прожить гораздо легче, чем тонкому танцору, ну ты понял, не суть. Так вот. Сила ваших баффов зависит от интеллекта. Поэтому ты должен следующие шесть уровней, до пятнадцатого, качать только интеллект. И сделать это ты должен как можно быстрее, мы скоро покинем город, нам нужен кто-то, кто будет нас усиливать.

Эльф какое-то время обдумывал сказанное, рассматривая обращенные к нему лица. Светлый эльф — охотник, пробежавший мимо них в коридоре, стучал пальцем по столешнице.

— Ладно,согласен. — Сидящие на стульях облегченно вздохнули, Лаурен снова улыбнулась, а Кадиэл не изменился в лице. — Но ты говоришь, что вы покинете город. Я что, могу где-то здесь набрать пятнадцатый уровень?

— За НИПов дают много опыта, Ноэль. — Тихо сказала Лаурен.

Брови эльфа уже начинали кривиться в гримассе замешательства, когда Кадиэл пробасил:

— Ты же не из этих, надеюсь? Мы всего лишь в игре, Ноэль.

- В любом случае, мы в тебе очень нуждаемся, - Лаурен больше не улыбалась.

- Я не из "этих". - Холодно сказал мечник, понимая, что сейчас решается вопрос о его положении в гильдии.

- Отлично! Гош, - Кадиэл перевел взгляд на орка, - отведи его к Филиппу.

- Филипп и Балус, один из наших воинов, пойдут с тобой на всякий случай. Ты ведь знаешь, как распределяется опыт? - Мечник кивнул. - Хорошо, - продолжила Лаурен, - тогда не медлите. Чем раньше ты апнешься, тем больше живых игроков отсюда свалит.

Громадный орк со скрипом поднялся, взял прислоненное у стены копье. Ноэль вышел в коридор и на опережение отправился к лестнице.

- Выйди на улицу и слейся с толпой, - шептал он Мирилет под грузные шаги приближающегося Гоша.

- Угу. А ты? - Спросила девушка.

- Решу одно дело и найду тебя. Иди.

Эльфийка засеменила по дубовым ступеням, а Ноэль остался ждать своего проводника.

- Твоя подружка? - Спросил Гош. Его голос, хоть и был ниже человеческого, все же не обладал той клокочущей мощью, которой струились гортани иных орков. В свистяще-глухих звуках, выбиваемых гошевым языком, чувствовалось безразличие.

- Да, - соврал Ноэль.

Идя впереди Филиппа и Балуса, который оказался крайне молчаливым орком, танцор смерти вспоминал, как они с Маркусом и Борисом вычисляли распределение опыта в пати. В отличие от других игр, здесь доля экспириенса на игрока всегда определялась тяжестью и временем нанесенного им урона.

То есть, когда Борис вспарывал волку брюхо, а Маркус затем пронзал его череп стрелой, примерно 70% опыта получал воин, поскольку через несколько секунд моб все равно бы умер от кровопотери. И то, что вы в пати - вообще ничего не значит. Объединение в группу позволяло лишь ощущать примерное местонахождение сопатийцев и лучше читать их стиль сражения - так гласило внутриигровое описание. Однако никакой разницы лично они так и не почувствовали.

Первый дом, где, предположительно, были НИПы. На территории в несколько кварталов вокруг гостиницы с пегасом авангардисты, ища выживших, вырезали всех местных.

Накинув бафф на силу, Ноэль толкнул плечом входную дверь какой-то небольшой забегаловки с одним надстроенным этажом для постояльцев.

Глаза, привычные к ночной темноте, мигом обежали все устройство обеденного зала. За одним столом, уткнувшись лицами в холодное выщербленное дерево, распластались двое игроков. Из их окровавленных шей на пол натекли солидные лужи.

Эльф тихо, стараясь не задеть обнаженными мечами за случайный стул, направился дальше.

Когда до кухни оставалось не более метра, ее округлая дверь резко распахнулась и на мечника с криком бросилась молодая кухарка с двумя длинными ножами в руках. Где-то позади от неожиданности вскрикнул маг, но эльф успел сделать быстрый выпад мечом.

Холодное острие клинка мягко вошло в правый бок девушки, выйдя из ее поясницы. Занесенная в ударе тонкая рука ее дрогнула и опустилась, выронив нож. Ноэль тут же выдернул меч, отступив на шаг назад. Из мгновенно пропитавшей грязно-белый фартук раны на доски под ногами девушки закапала темная кровь. НИП тут же потеряла сознание и упала вперед, к ногам Ноэля, со всего размаху ударившись лбом об пол.

- Фу-у-х, - облегченно выдохнул маг.

Балус шикнул на него и показал рукой наверх, эльф, осмотрев кухню, уже забирался туда по ступеням. Задрав голову вверх, он заметил тень, с легким шумом юркнувшую в коридор.

- Еще один. Прячется. - Тихо сказал Ноэль.

- Найдем, - прошептал маг.

Все комнаты, кроме последней, оказались пустыми, похоже, в этом доме игроки не жили. В крайнем же у окна номере пряталась девочка лет пятнадцати. Она сидела на корточках у кровати. Взгляд ее заплаканных глаз был смесью страха и ненависти. Эльф догадался, что убил ее старшую сестру.

— Почему ты не выпрыгнула в окно? — Спросил он, оставаясь стоять в дверном проходе.

Девочка недоуменно на него посмотрела, а потом закрыла глаза в самобичевальном жесте.

“И все—таки они не люди” — мелькнуло у Ноэля в голове. Он в два шага приблизился к на его счастье остолбеневшей посудомойке, резко просунул меч ей в подмышку, наверное, порезав нежную кожу руки, и оттолкнул её ногой. Раздался глухой звук падения тела на деревянные доски.

— Чисто, — сказал он, погружая один меч в ножны и разворачиваясь. Маг с воином, расслабившись, повернули к выходу.

К удивлению Ноэля, он почувствовал повышение уровня, и даже ощутил приличное количество опыта сверху. “Достижение миротворец выполнено” — увидел он игровым зрением. Честно загнав все появившиеся очки статистики в интеллект, мечник продолжил скользить по темному коридору, размышляя, что еще может ждать их впереди. “Наверное, когда-нибудь, спустя множество полных лун, я буду вспоминать себя нынешнего и думать: “Разве мог я тогда предположить, как далеко нас всех заведет эта безумная игра…”. Черную глушь затхлого коридора прорезала белизна обнаженных в тихой улыбке зубов.

— Гребанные ублюдки… — тяжело дыша, грохотал массивный мужчина. На его широких плечах болтались два тела, придерживаемые жилистыми руками — юноша и женщина, которых Ноэль убил парой домов ранее.

Они с магом и воином стояли на узкой улочке опустевшего базара.Дул ветер и накрапывал дождь, падая им на головы. Они внимательно смотрели на НИПа, который аккуратно положил своих родных на землю.

Сила — 197, Ловкость — 89, Интеллект — 27.

— Надо бежать, — шепнул Филипп, — один удар, и мы покойники.

— Я думаю, за него сразу пятнадцатый дадут, — сказал Балус.

— Да хоть двадцатый. Вы точно ему ничего сделать не сможете, а я не полезу.

— Рискнем, — не унимался Балус, — вместе мы…

Брошенная на базаре кем-то перекошенная телега натужно заскрипела, когда моб, корчась от напряжения, поднял ее за ось. Мужчина сделал размашистый оборот всем телом и запустил четырехколесный снаряд в игроков.

— Справимся! — Уже кричал Балус, не успевший полностью отскочить с линии огня. Какая-то часть повозки, что теперь валялась грудой ломаного дерева позади, задела орка. Он попытался встать, но раненая нога предательски подогнулась прямо посередине голени, он увидел торчащий край берцовой кости, натянувший штанину.

Невредимый Ноэль замер, обновляя баффы Филиппа на силу и интеллект. Маг тяжело дышал, его трясло.

НИП взревел, выдернул вбитый в землю кол, служивший остовом навесу пустого прилавка, и ринулся к игрокам. Эльф как-то инстинктивно выставил мечи перед собой, готовый в любой момент атаковать. Он очень надеялся, что этого делать не придется.

В лицо НИПа врезался огненный шар, разорвавшись снопом искр. Мужчина замешкался, а у него за спиной уже выпорхнул из огненного марева Филипп, занося ногу для удара. Раздался глухой звук, моб сделал пару шагов вперед, согнулся, но устоял. Филипп, приземлившийся сзади, уже вытянул вперед руку для нового фаербола, как НИП сделал едва заметное движение рукой — и мага отбросило назад на несколько метров. Со сдавленным стоном, будто из него разом выпустили весь воздух, пиромант пропахал своим телом начинавшую сбиваться в грязь землю. С его груди скатился вырванный мобом железный шест.

Еще когда глаза НИПа скользнули назад для расчета броска, танцор смерти уже понял, что лучшего времени для атаки ему не найти. Быстро, как только мог, он помчался навстречу широкоплечему монстру.

Для Ноэля все замедлилось. Он отчетливо для себя отметил, как зеленые зрачки мужчины скользнули по белкам раскрасневшихся от слез и ярости глаз, сфокусировав на нем, эльфе, свой горящий ненавистью взгляд. НИП выставил вперед руку, пытаясь защититься, и хотел развернуть ноги к нападающему, но, видимо, удар Филиппа все же не прошел бесследно, и мужчину пошатнуло. Он постарался устоять, неотрывно наблюдая, как Ноэль, с сосредоточенным до предела выражением лица, уже делает выпад мечом.

Острие клинка разорвало ладонь выставленной перед собой НИПом руки, скользнув дальше, по запястью и предплечью, к плечу, пока не уткнулось в подмышку. Искрой, что разжигает огонь, вспыхнула боль во всей руке моба. Он отдернул ее, и Ноэль, сделав шаг вперед, надавил на эфес всем своим весом, вгоняя клинок между ребер, в легкое. Моб, издав вопль, попытался схватить Ноэля за голову, но эльф успел отскочить, чудом вырвав меч из пут его мускулистой плоти.

НИП выпрямился, грудь его тяжело, со свистом вздымалась. Ноэль мельком глянул на Балуса, отползшего от них на добрые десять метров — испуганное лицо, руки крепко сжимают ногу.

— Х-э-э, — с шумом выдохнул НИП, глядя куда-то поверх мечника. Эльф невольно оценил жизненную силу этого мужчины — очевидно, чтоупасть замертво ему не давало только то бешеное буйство внутри, позволившее минутой ранее зашвырнуть в воздух целую телегу.

— Хм, — губы мужчины скривило подобием улыбки, он повернул голову к Филиппу, который, видимо, лежал без сознания, затем посмотрел на эльфа, — жена и сын… — задумчиво протянул гигант.

После чего резко сорвался с места. Ноэль отскочил в сторону, удивляясь, как НИП еще способен так быстро передвигаться. Став в боевую стойку, мечник уже приготовился к сражению, но моб не сбавил темпа, а побежал дальше, к Балусу, на лице которого в это мгновение застыл животный ужас.

Что хватало мочи, Ноэль припустил вдогонку за НИПом, однако успеть он никак не мог. Беспомощный орк встал и отчаянно пытался ускакать на здоровой ноге, но вот он уже чувствует позади себя тяжелые шаги и шумное дыхание, инстинктивно оборачивается, чтобы хотя бы узнать, как именно он умрет, но свет в его глазах гаснет прежде. От удара Балус отлетает на несколько метров, лицо, смятое огромным кулаком, походит на горный обвал, из расколовшегося лба на него стекает алая кровь.

НИП даже не стал оборачиваться. Он просто закрыл глаза, и через мгновение приятный холод стали эльфийского клинка впился ему в шею.

Ноэль почувствовал удар, как если бы он рубанул мечом по наковальне. Меч не смог разрубить позвоночник.

Мужчина прижал ладонью шею и наклонил вбок голову, чтобы еще больше не раскрывать рану. Его рубаха, ниже груди пропитанная кровью, теперь заливалась еще и фонтаном сверху. Моб, о чем-то подумав, опустил руку. К шуму дождя присоединился звук падающей на землю струи крови. Ноэль прекрасно знал, как сильно может она хлестать, но в этом монстре крови было необычайно много.

— Ну что, ублюдок? — Улыбнулся мужчина, — обломал я ваши куриные ножки.

— Нас много, — зачем-то ответил именно так эльф.

— Много? Ваших перебили почти во всем городе. Скоро от вас останутся одни только воспоминания.

— Как у меня — о тебе? — Сказал, улыбнувшись, Ноэль, удивляясь собственной язвительности. Быть может, сейчас в нем говорит эльф? Он хотел бы думать именно так.

НИП посмотрел ему прямо в глаза. Видно было, что эти слова задели его за живое. Ноэлю стало жалко этого человека. Ему стало его жалко с того момента, как он появился перед ними, неся на плечах трупы своих родных. Даже если все вокруг и впрямь было игрой, сделана она уж очень искусно. И жестоко.

Словно прочитав его мысли, моб ответил:

— Нет. Обо мне ты никогда не забудешь. Потому что слишком слаб. — Он еще раз потрогал рану на шее, потревожив ладонью мясо мышц, которое теперь свободно болталось. Кровь давно уже еле текла, и даже не смотря на то, что она была горячей — шея на ощупь была ледяной. НИП сделал пару неуверенных шагов в сторону Ноэля, но ноги его подкосились, и он упал на колени, уперевшись руками в грязь. По его могучей спине, плотно обтягиваемой мокрой от крови рубахой, пробежала предсмертная дрожь, жилистые руки подогнулись, и он рухнул вниз, хрипом испуская последний вздох.

“Поздравляем тебя, юный герой! Ты достиг 15 уровня! Для дальнейшей прокачки необходимо переместиться в другую локацию, удачи!”

Он сморгнул эту надпись, подбегая к Филиппу. Маг лежал все в той же позе.

— Филипп! — Эльф положил свою руку ему на грудь, и она тут же провалилась внутрь. Удар колом оказался столь сильным, что проломил грудину с ребрами. Маг давно умер.

Игроки заняли всю улицу, куда только хватало глаз. Он размышлял, как именно будет искать в этом месиве лиц мордашку Мирилет, пока уверенно протискивался к штабу авангардистов. На пятнадцатом уровне ощущения были иными, он подсознательно ощущал теперь, что сильнее любого из окружающих. С баффом, конечно же, но сути это не меняло. Ноэлю нравилось ощущать себя сильным и он все сильнее жалел о своем выборе класса. Впрочем, ведь в последней схватке выжил именно он, а не маг или воин. Хотя, конечно, ему просто повезло. Впрочем, может быть, это — классовая особенность?

Народ обступил крыльцо дома с пегасом, вокруг которого по-прежнему стояло оцепление. Проходя мимо согильдийцев, Ноэль отметил на лицах некоторых, самых внимательных из них, удивление, видимо тому, как быстро он достиг максимального для этой местности уровня.

Он решил сначала доложить обо всем руководству, а уже потом разыскать Мирилет. Однако делать этого не пришлось — Мирилет весело болтала в компании Юлии и еще пары девушек.

Гош, следивший за всем обеденным залом, поманил к себе вошедшего Ноэля. Пока эльф к нему шел, орк внимательно разглядывал его игровые характеристики.

— Молодец. Самый быстрый прогресс в игре. — Похвалил его Гош, — как Филипп с Балусом? Где они вообще?

— Они… — Ноэль на секунду замешкался, потому что только сейчас задумался о том, сколько людей здесь знали этих двух, и какие должности они занимали, — они мертвы.

Сиреневая в полутьме гостиницы кожа орка, где должны были расти брови, стремительно поползла вверх.

— Как?! — Воскликнул он шепотом, — вы на кого-то наткнулись?

— Да. Очень сильный моб.

— Как Гектор?

Ноэль невольно улыбнулся.

— Надеюсь, нам никогда не придется сражаться с кем-то вроде Гектора, Гош. Нет, тот был куда слабее.

— Но как ты тогда сумел выжить?

— В общем, пока они отвлекали, я наносил удары. Но атаки моба оказались смертельными.

— Ладно. Расскажешь как-нибудь потом. Мы вот-вот двинемся к площади, а затем к северным воротам, в ту деревню, где квест с волками. В чистом поле ночью, сам понимаешь, ночевать никому не захочется. Дуй на второй этаж, сообщи обо всем нашим.

— А…— Начал мечник, поворачивая голову в сторону обеденного зала.

— За твоей птахой я пригляжу лично, не волнуйся. Глуповата она у тебя, без обид.

Ноэль лишь смущенно улыбнулся и прошел дальше, к лестнице.

— Ноэль!.. О-о, вижу, ты блестяще справился с заданием. Как Филипп с Балусом? — Радостно спросила Лаурен, когда он вошел в гостевую.

— Мертвы. — Сказал он прямо.

Девушка поджала губы и замолчала.

— Что случилось? — Спросил Кадиэл, даже не изменив вальяжной позы на диване. Было в его спокойствии что-то непонятное, и оттого пугающее.

— На нас напал сильный моб. Вместе мы победили, но они погибли.

— Ясно. Характеристики моба.

— Гхм… Ловкость около 80, интеллект никакой, где-то 25, а вот сила - 197.

— 197! — Повторила Лаурен.

— Замечательно. Теперь у нас есть еще и человек, знающийо специфике боя с подобными монстрами. Сколько из этих 197 у него было конкретно в физической мощи, а сколько в прочности, ты сможешь сказать?

— Мне кажется, мы как-то неправильно понимаем значение характеристик. Скорее всего у него все 197 единиц отвечали за физическую силу, но параллельно с этим он был… Думаю, будь я чуть слабее, то даже не смог бы его глубоко ранить.

— Но ведь мы так распределяем характеристики. — Вмешался третий и последний игрок в этой комнате — светлый эльф-охотник, — несколько позиций, и их сумма отображается как “сила”. Кадиэл внимательно смотрел на него.

— Я понимаю, — ответил Ноэль. — Но подумайте логически — возьмем мою ловкость, она складывается из скорости передвижения и владения своим телом, в которое входит фехтование и умение уклоняться. Но если я повышу себе одну только скорость, скажем, на сто единиц, я ведь при этом и фехтовать буду лучше, и уворачиваться. Я ведь быстрее двигаюсь, а, значит, у меня улучшается реакция.

— Но как быть с силой? — Не унимался эльф, — чем сильнее ты, чем больше можешь поднять, тем плотнее твои кости и мышцы, тем, может быть, я не знаю, грубее твоя кожа, тем сложнее тебя ранить? Звучит тоже логично, не может же тварь, которая играючи вертит в руке тридцатикилограммовое копье, иметь такую же тонкую кожу, как обычный лучник или маг.

— Ну с кожей тут все сложней… — Вновь взял слово Кадиэл, — может быть, мы с прочностью перебарщиваем? Может быть она сама поползет вверх за слишком большой силой?

— Мы все развиваем в меру, может поэтому никто еще такого не замечал. — Сказал охотник.

Ноэль, последние 6 уровней методично вкачивавший Интеллект сугубо за счет магической силы и наблюдавший постепенный рост за ней количества маны, был в этом уверен. О чем не преминул тут же сообщить.

— Отлично. — Заключил Кадиэл, — тогда, возможно, нам всем стоит качать только интересующие нас характеристики, кроме некоторых специалистов, — тут он перевел свои серые глаза на Ноэля. Эльф посмотрел на Лаурен, которая, хоть и молчала почти весь разговор, все же выглядела не очень подавленной смертью двух согильдийцев. Кадиэлу с эльфом, видимо, было вообще плевать.

— Когда там уже… — охотник поднялся и вышел в коридор, однако сразу остановился.

— Выступаем! — Донесся до всех голос Гоша с того конца коридора.

— Будешь идти с нами, впереди колонны, Ноэль.— Говорил Кадиэл, медленно вставая со своего ложа, на котором от долгого сидения образовалась приличная вмятина.

Танцор смерти кивнул головой, пропустил вперед гильдмастера, и их первое большое путешествие началось.

В живых осталось триста тысяч игроков. Они собрали примерно половину от этого, другой половине оставалось надеяться только на себя.

Ноэль вызвал игровое время — 02:15:37. Ночь только начиналась. Они уже пересекли площадь и скоро должны были выйти на главную северную улицу, началом которой служили ворота в город. Когда идет многотысячная толпа, это всегда шумно. Игроки говорили друг с другом, спешно знакомились, стараясь заиметь как можно больше связей. Каждый теперь чувствовал у своего горла незримую костлявую руку, готовую в любой момент с силой сжаться, а отсюда и необходимость иметь позади себя пусть и не верных товарищей, но хоть кого-то.

Длинная вереница игроков, что растянулась на многие сотни метров, заметно ужалась, раздавшись в ширину, это позволяла сделать главная улица. Коренные авангардисты вперемешку со спешно принятыми в гильдию наиболее прокаченными игроками растянулись по периметру, зорко блюдя окна ближайших домов. К счастью, НИПы им не мешали.

Ноэль шел вместе с Лаурен и Кадиэлом, позади была та компания из гнома, мужчины с длинными черными волосами и девушки по имени Юлия. Подружившаяся с последней Мирилет была здесь же.

Сейчас это было второстепенным, но эльфа уже, с глубины вторых и третьих дел, мучил вопрос о дальнейшей судьбе Миры. Возможно, ему придется стать ей кем-то вроде старшего брата, совсем на неё забить не получится, совесть не позволит. А чтобы отвлечь от ее задницы лишенных НИПов игроков, нужно будет вообще ее парнем притворяться. Кто знает, может, и Ноэл кто приглянется, и что тогда? Да и сама Мирилет выглядела довольно привлекательной, хотя, конечно…

— Ноэль. — Сказала Лаурен, смотря между спин идущих впереди воинов с охотниками на дорогу.

— Да? — Вырвался он из раздумий.

— Нам нужно сильное командование. Лучшие из лучших. — Она приблизилась к нему, чтобы говорить тише, — большинство игроков в реальности никогда не были за городом, а если и были, то далеко не в тех условиях, которые нам предстоят. Здесь ведь у нас, по сути, все было. Но там, за стенами Аррелиона, мы станем зависеть от водоемов, от удачной охоты и погодных условий. Появится множество новых задач. И в это время нам нужны люди, которые не сломаются. Ты с нами?

Ноэль молча смотрел на луну, выглянувшую из-за разбежавшихся туч.

— Уж не знаю, насколько я крепок, и что могу выдержать, но сделаю все возможное. Я с вами, да. Как баффер.

— И как один из командиров. Ты неглупый парень, Нол. Я это вижу. Кем ты работал в реальности?

— Я из тех, что не помнят.

— О-о… Ну а лет тебе сколько, скажешь? — Улыбнулась девушка.

— Тридцать четыре.

— Ого. Какой взрослый.

Ноэль посмотрел на Лаурен, она явно была удивлена.

— Ожидала меньшего? Самой-то сколько?

— Ну, все вы, темные эльфы, выглядите довольно молодо. Мне двадцать три.

Мечник наклонился к светлой головке заместителя гильдмастера.

— А сколько лет Кадиэлу? — Спросил он шепотом.

— Сорок три. — Так же шепотом и слегка улыбаясь, ответила девушка.

— Это… Уже прилично. Как же он стал вашим главой?

— Старый конь борозды не испортит, — усмехнулась Лаурен, — он был элитным игроком, очень известным в наших кругах. Потом начал комментировать, обозревать, продвигать игры в массы. Собственно, из нескольких таких вот медийных личностей и состоял конкурс на место гильдмастера. Ну, китайцы хотели китайского, русские русского, но в итоге поставили нашего. Кое-кого из остальных претендентов ты видел в гостевой. Гош, например.

— Так вот значит, кто все эти люди. И сколько же лет ему?

— Двадцать восемь.

— Мне казалось, что он старше меня.

— Э нет, старше тебя только Кадиэл, ты уж мне поверь.

— Ладно. Верю…

Он оглянулся на Мирилет, молча шедшую позади. Лаурен обратила на это внимание.

— Твоя девушка?

— Да, — соврал Ноэль.

— Ты ведь спас ее во время вылазки. И уже встречаетесь?

Эльф немного помолчал, раздумывая над ответом.

— Ну, конечно, между нами еще ничего нет, но у меня на неё большие планы.

— Да… Она красивая. — Мечник заметил, как поведение зама стало более сдержанным. Робким.

— А у тебя кто-то есть? — Спросил он.

— У меня-то? Нет, что ты. Как-то не довелось. Есть же куча НИПов, с которыми можно говорить о чем угодно, а потом просто бросить и никогда не вспоминать.

— Больше нет. Теперь парням придется туго.

— Или девушкам.

Ноэль слегка скривил губы, но ничего не ответил.

Когда до ворот оставалось метров двести, их массивные створки начали раскрываться. Кадиэл довольно крякнул. Впереди эльф разглядел несколько охранников, а рядом с ними троих игроков. Предвосхищая его вопрос, Лаурен пояснила:

— И НИПов можно подкупить, как видишь. Хотя, мне кажется, что стражники открыли бы нам и за просто так. Им-то мы ничего не сделали. Наверное.

Несколько мобов все же выползло поглазеть на игроков. Парочка здесь, тройка там, и вот Ноэль насчитал пятнадцать НИПов, почти все — мужчины, которые молча, скрестив на груди руки, потягивая папиросу, не без ухмылок смотрели на тех, кто покидал их город, чтобы больше никогда в него не вернуться. Проходя мимо стражников, Ноэль не cмог разглядеть в их лицах и толику враждебности.

Авангардисты методично вывели игроков за стены Аррелиона, и направились дальше, никого не пересчитывая.

Уже в паре сотен метров от городских ворот Ноэль заметил, что воздух стал гуще. Туман. Все маги огня и света окружили себя аурой своей стихии. К отряду впереди так же присоединилось несколько пиромантов. Холодало.

Вокруг были одни луга, через несколько километров упирающиеся в стену леса. Сначала он думал, что ему показалось, будто бы в нескольких метрах над землей витают огоньки, но потом их стало больше, и, собираясь вместе, они стали напоминать человеческие силуэты, тощие и высокие, но огоньки не полностью выполняли гуманоидный контур, они скорее составляли остов, как созвездия на ночном небе, давая возможность человеческому воображения завершить их образ.

Авангардисты не знали, что это. Те из них, кто раньше бывал за городской стеной ночью, подобное уже видели, но никто так и не решился приблизиться к этим существам. А меж тем Ноэль явственно видел, как эти сверкающие призраки спокойно и величественно шли параллельно им, будто сопровождая. Справа от дороги их было больше, слева шла примерно дюжина существ, когда на другой стороне огни собрались в сорок, а может и во все пятьдесят существ.

Они горели мягким лиловым, лазурным и золотыми цветами, то распаляясь, то почти затухая, но всегда — горя. Эльф видел, с какими завороженными лицами игроки смотрят на это природное явление, одновременно и боясь, и восхищаясь. Как только толпа начинала шуметь, авангардисты сразу же наводили порядок. Никто не знал, чего можно ждать от ночи.

Призраки с левой стороны вдруг заметно ускорились и перебежали дорогу к своим сородичам всего в каких-то метрах пятидесяти перед лобовым отрядом.

— Стой! — Тут же скомандовал кто-то из передовиков. Голова многотысячной толпы разом встала, но по людям еще прошло некоторое волнение, создаваемое задними рядами, не слышавшими команду.

Один из мобов остановился на дороге. Его тело состояло из лиловых огней, небрежно разбросанных от головы к ступням тремя ломаными линиями. В высоту он был метров пять, не меньше. Ноэль по-прежнему не могу разглядеть, что именно из себя представляют его конечности, но отчетливо видел положение рук и ног.

Призрак внимательно смотрел на них, воздух играл его эфемерной оболочкой, и вот уже через секунду он срывается с места и продолжает свой бег к лугу по правую сторону дороги. Все смотрели на это, затаив дыхание.

Мобы стали с умопомрачительной скоростью гоняться друг за другом, напоминая о том, из чего они сделаны. Постепенно, один за другим они начали терять свой гуманоидный облик и вскоре в темноте над лугом вращался бесформенный разноцветный поток огней. Он набирал обороты и взвивался все выше, пока не превысил в несколько раз своей высотой стрелковые башни Аррелиона. Огни замедлили свой ход и распростерлись в воздухе, формируя гигантский силуэт, и тогда игроки услышали… его голос.

Это было похоже на утробный плач исполинского кита под водой. Звуки эти были медлительными и спокойными, но очень низкими, колеблющими воздух и внутренности наблюдателей. Гигант поднялся с четверенек, выпрямился во весь рост, и там, где проецировалась его голова, зажглись два белоснежных глаза.

Наконец-то Ноэль смог разглядеть, что очертания тела существа образованы сгустившимся почти до состояния воды туманом. При каждом его движении с громадного тела вниз стекали галлоны прозрачной клубящейся жидкости, скапливающиеся под ногами в небольшие облака газа.

Эльф взглянул на авангардистов, которые никак не реагировали. Да и что они могли сделать? Кто-то крепко обхватил его руку, оглянувшись, он увидел перед собой напуганное лицо Мирилет. Невольно его взгляд скользнул на стоящую рядом Лаурен, которая, правда, сейчас смотрела только на монстра.

Призрачное чудовище сделало пару шагов в их сторону, они почувствовали дрожь земли и услышали звуки падения жидкого тумана на сырую от влаги траву. Гигант медлил.

Ноэль почувствовал, как светлая эльфийка прижалась к нему всем телом, а в это время призрак сделал еще несколько шагов к ним и теперь стоял прямо перед ними. Задрав головы, они удивлялись его размерам, видя через всполохи тумана и мириады огней его тела звезды, проклюнувшиеся на ночном небе.

Очередной булькающий звук огласил долины, эльф задумался, почему они прежде не слышали ничего подобного, голос существа должен был разноситься на многие мили. Он почувствовал движение вокруг — игроки в толпе понемногу пятились, а те, что располагались дальше, просто отходили назад по дороге.

— Гасим свет! — Громким шепотом крикнул кто-то в толпе, и понемногу огни над головами игроком потухли. Теперь ночную тьму вокруг разгоняли лишь неведомые созвездиявнутри тела туманного колосса. Почему-то Ноэль не мог разглядеть его характеристик.

Лес вдали содрогнулся от звериного рыка, призрак резко мотнул головой в его сторону и весь изогнулся, как бы прислушиваясь. Рык повторился, тогда колосс развернулся и побежал к его источнику, обдав несколько тысяч игроков волной прохладного тумана, слетевшего с его ног.

Ему понадобилось не больше минуту, чтобы преодолеть расстояние до леса, с низким воем призрак подпрыгнул и, распластавшись, рухнул на верхушки деревьев океаном тумана, от которого те неистово зашатались. Взметнувшийся вверх разноцветный остов призрака рассыпался множеством огней, который разлетелись по черному небу в сотне направлений. Вновь стало темно.

Толпа начинала шуметь, магический свет зажигался, и вот спереди уже слышится команда продолжать ход.

Ноэль погладил свободной рукой по белокурой макушке Мирилет. Девушка покорно его отпустила, но уходить назад теперь не хотела.

— Можно мне идти с тобой? — Жалобно попросила она.

— Нет. Если что-нибудь случится, наша линия тоже вступит в бой. Тебе нужно держаться сзади.

Девушка помолчала. Было видно, что она хотела остаться с ним, но она не была глупой, а потому, кивнув, замедлила шаг, пока не поровнялась со своими новыми знакомыми.

Вдали вырисовывались очертания деревни. Там горел свет.

— Кто-нибудь бывал уже там ночью? — Спросил Ноэль Лаурен.

— Нет. Эта локация лишь условно безопасная,и мы предполагаем, что ночью там могли появляться новые квесты. В которые игрок будет втянутнасильно.

— Деревня большая, но мы ведь все равно ни за что не разместим там всю толпу, — продолжал мечник.

— А нам и не надо всю, — вмешался Кадиэл, который, оказывается, обладал отменным слухом, — разместим руководящий состав и наиболее сильных игроков в домах НИПов, остальные будут жить на улице.

— Но ведь игроки… Не боитесь бунта?

— А что они смогут сделать нам, Ноэль?

— Но их же много.

— Прилюдно убить парочку и мигом поймут, что здесь творится. Не смотри на меня так. — Глава гильдии какое-то время смотрел себе под ноги, потом заговорил, — Ты как никто другой должен это понимать. Вспомни тех сильных мобов-горожан. Они были, можно сказать, воинами. От них можно было убежать. Ну, в теории. А теперь представь такого же сильного НИПа, но мага. Смекаешь? Он же будет ложить наших штабелями. Не убежишь. Не увернешься. Не защитишься. Сейчас они начнут точить на меня зуб за то, что я не дал им крыши над головой, а завтра все равно придет какой-нибудь маг из Аррелиона, а они там есть, мы прекрасно это знаем, и порешит всех нас. Мы все еще в очень нестабильном положении.

— Нам необходимо играть просто для того, чтобы выжить. — Продолжила Лаурен, повернув к Ноэлю голову, — научиться делать хорошую броню, возможно даже с магическими резистами. Решить вопрос с едой и водой. Затем, есть ли в этой игре климатические пояса? Смена времен года? Скорее всего да. что будем делать зимой, когда температура опустится ниже нуля? Они об этом не думают, Ноэль. Об этом должны думать мы.

— Они не тупое стадо, — холодно сказал эльф, — просто еще не сориентировались.

— В том-то и дело! — Горячо воскликнул Кадиэл, и Ноэль наконец разглядел сквозь его хладнокровный образ толику истинного отношения к миру. — Это главное. Вовремя сориентироваться — важнейшее умение в этой игре. Да и в жизни тоже. Если бы не мы — к утру их бы всех перебили. И да — они не тупое стадо. В перспективе из каждого из них можно сделать полезную боевую или поддерживающую единицу. Но это только в наших головах. По факту же сейчас они — низкоуровневые игроки. Читай — мясо.

Ноэль смотрел вперед, на спины передового отряда, за которыми уже виднелись первые дома деревни Гобби. Он понимал, что в словах Кадиэла была логика, да, холодная, но а какой еще она должна быть? И все равно какое-то внутреннее неприятие бурлило в нем, смущая дух. А вместе с ним, на задворках сознания — тайная радость причастности к элитному слою складывающегося общества. Он больше не слабак. А был ли он им вообще когда-нибудь? Никто не спасал его этой ночью, он сам пришел к дому с пегасом, сам обо всем догадался. Впрочем, все это лишь до очередного моба с огромными характеристиками.

Кадиэл шел бодрой походкой, видимо, довольный тем, что эльфу нечего ему возразить. Меж больших двух- и трехэтажных деревенских домов разгорался свет — похоже, там собирался народ. “Этого еще не хватало” — подумал Ноэль.

Приземистый мужчина из передового отстал от своих и приказал основному массиву игроков остановиться, не доходя до деревни. Он забрал с собой нескольких игроков, включая Ноэля и Лаурен.

Всего их было человек сорок — воинов, магов, охотников, бафферов. Зам гильдмастера показывала Ноэлю, кого, в случае сражения, усиливать первым. В числе этих людей эльф с удивлением обнаружил Сильвера, который спокойно шел со всеми навстречу вырисовываемой в темноте кучке НИПов.

Мобы столпились вокруг кого-то, на две головы возвышавшегося среди них. Ноэль напряженно всматривался в этот силуэт, но не мог сказать, кто это, даже несмотря на обилие факелов у деревенских.

Наконец, спустя еще несколько долгих секунд, в их отряде послышались недовольные вздохи. Навстречу им, широко расставив руки с засученными рукавами, вышел мужчина. На нем были просторные штаны, заправленные в высокие грязные сапоги,расстегнутая рубаха на голый торс. Глубокие залысины на лбу и отсутствие щетины придавали его лицу безобидность, и только неподвижный, тяжелый взгляд редко мигающих глаз выдавал его реальные намерения.

Сила — 219, Ловкость — 92, Интеллект — 44. На этот раз конюх Гордвуд выдавать квесты не собирался.

— Великие воины! — Медленно, с наслаждением говорил он, — искатели, герои! Мародеры, воры и насильники.

— Прям все мы? — Взял слово Сильвер. Голос его был ровным и немного надменным, напоминавшим тон самого Гордвуда.

— Большинство вас — уж точно. Это среди всех. А среди тех, что собрались здесь,уж наверняка все. Поголовно. — Некоторые НИПы позади конюха согласно кивнули.

— Если мы такие плохие, тогда зачем ты сам выдавал нам каждый день задания?

— О, это самый интересный вопрос из всех, что ты мог задать. И ответ на него мне не известен.

— Как же так? — Издевался маг неизвестной Ноэлю стихии. — Так может быть завтра ты опять обо всем забудешь и займешься своими конями? Будешь платить нам золото.

Мужчина широко улыбнулся, обнажив желтые зубы:

— Это вряд ли.

— Ну, ничего другого ты сказать и не мог. — Сильвер немного повернул голову, чтобы не упускать Гордвуда из вида. Ноэль начал усиливать его характеристики.

— У меня есть догадки, но проверять мне их неохота, — сказал конюх, — гораздо легче просто вас всех перебить.

— Мы думаем так же, — улыбнулся Сильвер.

После этих слов он начал приближаться к мобу по дуге,за ним последовало несколько магов. Тут же охотники натянули тетивы своих луков и взяли босса на прицел. Дюжина воинов с силой под 140 начали идти к противнику напрямую.

“Самоубийство” — мелькнуло в голове Ноэля. Впрочем, бой с настолько превосходящим противником впринципе ничем другим являться и не мог.

Гордвуд стоял расслабленно. НИПы позади, видимо, вмешиваться в битву не собирались. Ноэль кинул последний бафф на стоящего рядом лучника и стал рядом с ним. Неужели они не понимают, что воины для Гордвуда самые удобные противники? Единственное преимущество перед ним у игроков — скорость. Она есть у магов и танцоров, но никак не у воинов.

Сильвер, являвшийся, видимо, командиром ударного отряда, сделал ложный выпад. Мгновенно в Гордвуда полетел град разрывных стрел и магических снарядов. Тело мужчины, как и Гектора у дома с пегасом, окружило шипящее облако дыма.

— Бесполезно! — Смеясь, выкрикнул он из глубины серого смерча.

Сильвер выждал, пока дымовая завеса немного рассеется, и вспышкой телепортировался Гордвуду за спину. В это время к боссу приблизились воины, кто-то из них запустил в него копье, но оно, попав в бедро, лишь слегка резануло. Выпорхнув из ночного воздуха снопомбелого света, Сильвер рубанул непонятно откуда вытащенным тонким клинком по спине НИПа.

Раздался вопль боли вперемешку с криком ярости. Сильвер тут же отскочил вбок, держа свободную руку вытянутой и что-то в ней кастуя. Гордвуд обернулся и уже сделал шаг по направлению к магу, когда в него разрядили новый шквал снарядов. Однако в этот раз моб был серьезен и лишь прибавил ходу.

— Ты умрешь первым, — сообщил он, делая неожиданно резкий для своих габаритов шаг в сторону мага и уже протягивая к нему массивную руку. Яркая вспышка света на секунду превратила ночь в день, а когда снова потемнело, Сильвер уже стоял рядом с лучниками. Конюх тер глаза и орал, позади стоящие местные тоже удивленно прожмуривали глаза и смотрели на собственные факелы, будто проверяя, точно ли они горят.

Неизвестный пиромант оказался за спиной босса и воткнул ему в лопатку кинжал. Гордвуд тут же обернулся, махнув над макушкой мага рукой. Ноэль видел, как сила игрока перетекает обратно в интеллект. 147… 122… В лицо конюху вылетел язык пламени, вспыхнули остатки волос наголове, но он был неумолим. Несколько мгновений оставалось до отката телепорта, однако пиромант уже встретил удар, размозживший его череп.

Вместе с телом мага на землю глухо упал воткнутый в Гордвуда клинок.

— Бесполезно! — Шепнул Ноэль, — вы его только царапаете.

— Я вроде хорошо его резанул. — Сказал Сильвер.

— Он с такой раной несколько часов бегать будет.

— Значит, нужно повторить.

Босс отбежал назад, к местным, нагнулся к их ногам, начал шарить в темноте, а НИПы ему подсвечивали. Наконец он поднялся и бегом направился к кучке воинов, волоча по земле за собой огромных размеров бревно.

Ноэль видел, как дрогнули фигуры игроков, как дернулись их доспехи и взметнулись мечи. Они разрывались между желанием повернуться и бежать и увернуться, потому что не знали, что именно их спасет.

Широкий свист несущегося навстречу их бренным телам дерева. Если смерть и убивает косой, то именно с этим звуком. Неясно, какая сила должна быть в руке, чтобы одной ладонью сжимать толстенный сруб и бить им наотмашь. Воздух вспорол звук ломающихся костей и доспехов, и в последний свой путь отправились сразу трое воинов. Их изувеченные тела отбросило за границу света от огней магов и факелов НИПов, куда-то в травяную темноту, где они по инерции еще немного проехали и остановились.

Конюх кровожадно захохотал, перехватывая дуб поудобней и делая рывок вперед. Четвертый игрок с вдавленной до позвоночника грудью от удара долетает до последней линии обороны авангардистов — Ноэля с лучниками и магами. Босс ринулся к ним.

— Врассыпную! — Командует Лаурен.

Уже разбегаясь, игроки дали еще один залп по Гордвуду, но он лишь выпрыгнул из завесы с обожженным и уже черным от копоти лицом. Сильвер, в отличие от остальных, попытался обогнуть босса, и у него это получилось — конюх погнался за той порцией игроков, что была с Ноэлем.

До мечника доносилось тяжелое дыхание десятка товарищей, сам он, двигаясь назад спиной, внимательно следил сквозь ночную черноту за каждым движением противника. Гордвуд приблизился совсем близко, и эльф отскакивает в сторону. Тяжелое бревно выбивает из земли комья грязи, которые задевают их ноги и норовят попасть в лицо. Уцелели. Босс делает замах, но игроки уже успели отбежать, и он никого не заденет. Мужчина разжимает пальцы, икусок древесины весом под центнер с глухим, но до боли неприятным звуком обрывает еще несколько жизней. Раздаются стоны тех, кто умер не сразу. Их черепа Гордвуд раздавливает ногой.

Теперь он, наверное, будет его кидать все время. С близкого расстояния увернуться невозможно. Новый залп из луков и конвертирующих браслетов — на этот раз моб прикрыл глаза рукой и согнулся. Темноту позади него взрыли пучки света, НИП вскрикнул, а из облака дыма, что его окружало, выскочил Сильвер, держа в руке двуручник. На убывающей силе он изловчился и метнул окровавленный эшток в вынырнувшего из дымящегося марева босса. Меч вошел в его грудь на несколько сантиметров, но тут же выпал под весом собственной тяжести.

Увернувшись от летящего в него бревна, маг устремился к стоящим поодаль игрокам. Ноэль смотрел на высокую фигуру конюха, позади которой виднелась стена людей, орков, эльфов и гномов, надеющихся на них. Считающих их сильными. Если Гордвуд сейчас развернется, сколько сможет убить? Эльф прекратил об этом думать, боясь, что НИП как-то учует его мысли. К счастью, моб лишь снова взвалил бревно на плечо. Новый залп, и в этот раз конюх уже попытался увернуться, однако большая часть снарядов все же достигла цели.

Его лысый череп почернел от сажи. Рубаха со штанами превратились в тлеющие лоскуты ткани, играющие на ветру. Кожаные сапоги бывшего квестмастера расплавились и плотно облегали голени. Между ног болтался мешочек кожи. И все же даже с изрезанной спиной, с кровоточащими рытвинами от разорвавшихся стрел и волдырей, мужчина все еще держал голову прямо.

“Чудовище” — в который раз мелькнуло в голове у эльфа.

Конюх сделал несколько шагов, а затем, крикнув, метнул бревно, как бросают копья, к ближайшим игрокам. Движение было таким сильным, что НИПа даже немного повело вперед. Дуб летел, словно ястреб. В мгновение ока он сшиб одного воина, прорыв его спиной землю. Босс взял эшток, которым его ранил Сильвер, смотревшийся вдлинной руке совсем как одноручный, и снова ринулся в бой.

Игроки теперь старались держать как можно большую дистанцию между врагом, поэтому сразу же принялись убегать, но мощные ноги конюха с такой силой толкали его вперед, что постоянно сохранять ее не представлялось возможным.

Видя, что сейчас погибнет кто-то еще, мечник бросился наперерез Гордвуду. Эльф нагнал его только под самый конец, когда тот уже заносил меч для удара. Ноэль вытянулся и резко вонзил один из мечей в бедро конюха, насколько позволяла их разница в силе. И все же на несколько сантиметров вглубь ноги клинок вошел, мечник мгновенно его выдернул и отскочил. Босс закончил свое движение, ни по кому не попав, и лишь потом рывком обернулся.

Подгадав, что конюх будет не бить мечом, а в последний момент отпустит его рукоять, танцор смерти заранее сделал движение вправо, так что двуручник Гордвуда просвистел слева.

В это же мгновение за его спиной появился Сильвер. Ноэль заметил, что маг телепортируется гораздо быстрее пиромантов, видимо, из-за стихи света. В худых руках Сильвера был уже новый двуручник, с зазубринами. Появившись на этот раз не в воздухе, а на земле, он со всей силы полосанул конюха по боку. Маг выдернул клок мяса из живота босса, но вытащить меч так и не смог, оставив его болтаться в торсе Гордвуда.

— Агх! — Не вытерпел босс, сжав до треска зубы и выдирая сталь, так мучившую его плоть.

Новый залп, обдавший Ноэля жаром. Теперь игроки курсировали вокруг босса, как стайка быстроходных рыбок вокруг неповоротливой акулы. Дымовая вуаль вращалась, разгоняемая ветром, но конюх все еще стоял в ее эпицентре.

В игроков, что стояли за спиной Гордвуда, вылетел камень, проломивший грудь невезучему лучнику. Игроки стали отходить друг от друга, чтобы стоять не так кучно. Новый камень, на этот раз задевший плечо воина. Бедолагу несколько раз перекрутило в воздухе, после чего он осел на землю и упал ничком без сознания. Рука была на месте, но вряд ли она теперь соединялась с телом костями.

Отходя по дуге, Ноэль увидел Сильвера и еще двух магов, сжимающих в руках двуручники и копья. Глаза мага, смотрящие на него, слегка светились бледно-желтым светом, как луна. Танцор мечей все понял, повысил свою скорость, убирая бафф с силы, и направился к боссу. Еще двое танцоров, видимо, тоже поимали взгляд Сильвера.

Гордвуд улыбнулся, когда увидел, что кто-то сам к нему идет. В руках у него были два камня размером с футбольный мяч. Он сделал замах, и первый промелькнул мимо них, едва не задев. Очень рискованно было не сбавлять бега, ведь тогда уклониться от броска вообще становилось невозможным — слишком быстро летели камни, можно было лишь заранее отклониться в какую-то сторону, и надеяться, что не пронесет.

Когда конюх, улыбаясь, делал второй замах, сбоку от него вспыхнул огонь, из которого вылетело копье. Гордвуд успел выставить свободную свободную руку, и острие копья прошло ее насквозь, слегка высунувшись с противоположной стороны.

Босс швырнул камень в пироманта, тот прыгнул и упал на землю, кажется, невредимый. Едва моб сделал шаг к нему, как новая пасть огня за спиной выпустила из своих недр очередного мага с двумя двуручниками, тоже с зазубринами. Он рубанул ими сверху вниз по буграм гордвудских трапеций и отступил, оставив мечи висеть в плену стальных мускулов. С воплем моб начал трясти туловищем, отчего рукояти мечей принялись со звоном биться друг о друга, но из спины так и не выскользнули. Первый маг, все-таки уцелевший, вскочил и побежал прочь, конюх ринулся за ним. Когда он уже протягивал окровавленную руку с торчащим из нее трёхметровым копьем, пиромант растворился в облаке горячего пламени.

Бафферы в это время подобрались к боссу почти вплотную, их разделяли какие-то метры. С той стороны, где у Гордвуда кровоточил бок, возник Сильвер. Наконечник копья, который он вогнал в рану, светился красным. Раздалось шипение и конюх взвыл от боли. Сильвер отошел к танцорам.

Мужчина выдернул из живота копье, окропив землю своей дымящейся кровью. Затем, не выпуская древка из ладони, он этой же рукой вытащил второе копье. Несколько пальцев на продырявленной руке теперь не сгибались, но он все равно завел ее за спину и, приподняв рукояти мечей, вытащил их из себя. Все его тело было одной большой раной, кровоточащей и почерневшей.

Ноэль взглянул на стоящего рядом Сильвера — он часто дышал, тонкие губы его высохли, черты и без того тонкого лица еще более заострились. С натугой сглотнув несуществующую слюну, маг повернулся к мечнику. Желтые фонари его огней светили все тем же ровным внутренним светом.

Гордвуд сделал шаг, ноги его подкосились, и он воткнул в землю копья, чтобы на них опереться.

— Ублюдки… — Пророкотал он, смотря в сторону группы Ноэля. Квестмастер перевел взгляд на жителей деревни. Мужчины и женщины в простых одеждах, с вилами и факелами смотрели на него глазами, полными ужаса. Кто-то плакал. Между людьми кое-где виднелись дети. Они теребили в ручках края родительских рубищ и молча наблюдали за неизвестным им взрослым, который почему-то сражался один. Гордвуд ласково улыбнулся и, кажется, на мгновение перестал чувствовать боль, что глодала каждый сантиметр его тела. Он выпрямился. Голый. Обгоревший. Измазанный запекшейся кровью, на которую то и дело натекала свежая. В него давно должны были выстрелить, но уставшие игроки лишь молча наблюдали за действиями моба, уже не боясь ничего, превратившись в сплошной рефлекс.

Гордвуд зажал большим пальцем раненой руки, который еще работал, второе копье, и начал медленно идти к танцорам смерти с Сильвером. Они начали пятиться, а остальные игроки тем временем смыкали полукольцо позади босса. Вдруг конюх побежал. Ноэль с остальными разбежались в разные стороны, но квестмастер ни за кем из них не погнался, он направился дальше, к основной массе игроков, что стояли на дороге и наблюдали за боем.

— Нет! — Выкрикнула Лаурен, стремглав бросившись вдогонку. Все остальные последовали её примеру.

— Телепортируйтесь! — Кричал Ноэль Сильверу, глядя за спину Гордвуда на несколько фигур, вышедших вперед из людской массы.

— Двуручи остались там, — выдохнул Сильвер, — времени нет. Есть только вы.

Ноэль и бегущий рядом танцор-человек кивнули. Сильвер схватил их за руки и ночь превратилась в день.

Свет не ослеплял. Ощущение было, словно у тебя яркий прожектор, и ты освещаешь им все, сам оставаясь в тени. Они мгновенно преодолели почти весь путь до конюха. Снова оказавшись на своих двоих, танцоры бросились вперед, оставив позади мага. Благодаря этому рывку они нагнали босса, чья скорая и тяжелая поступь напоминала приближение табуна.

Ноэль сделал знак соседу и выдвинулся вперед. Коротким выпадом он вонзил клинок Гордвуду в поясницу, но тот лишь стал двигаться еще быстрее. Выносливости в этом монстре было непомерно много. Тогда эльф выбросил в сторону второй меч, высоко поднял оставшийся над головой и что было сил рубанул по голени конюха, которая в этот момент как раз поднималась вверх. Явственное ощущение погружения меча увенчалось хлынувшей из раны кровью, босс замедлился, но продолжил бежать, сильно прихрамывая.

— Бегите! — Крикнул эльф стоящим впереди людям, в отсветах огней над которыми он разглядел фигуру Кадиэла. Перерубленное ахиллово сухожилие квестмастера не позволяло ему более вставать на носок правой ноги, но этого было недостаточно.

Мужчина перехватил копье и не глядя ткнул за спину. Ноэль подставил меч и оно проскользнуло по нему сверху. Толпа игроков впереди начала убегать с дороги, но было уже слишком поздно.

Ноэль снова приблизился для атаки, в этот момент Гордвуд наотмашь махнул копьем за спину. Эльф рывком прильнул почти к самому боссу, и древко только слегка коснулось его.

До стремительно образовывающейся расщелины в море разбегающихся игроков оставалось метров десять, когда НИП занес здоровую руку с копьем вверх. Мечник понял, что сейчас произойдет, и вновь вонзил в него меч,на этот раз под колено.

Не поведший и мускулом Гордвуд, обратившийся в одно сплошное намерение, с громким надсадным рыком бросил копье в людей. Ноэль не смог уследить за ним в темноте, лишь услышал вопль впереди. Конюх взял второе копье в здоровую руку и помчался дальше, сворачивая в сторону ближайшей стайки игроков, показавшихся ему наиболее слабыми.

Сердце Ноэля неистово билось, но он этого не чувствовал. Оглядываясь на бегу, он увидел поспевающего к нему танцора и Сильвера, позади них виднелись уцелевшие авангардисты.

Впереди раздались крики — Гордвуд методично, совсем не так, как во время битвы, орудовал копьем, быстро пронзая всякого, до кого успевал дотянуться. Он походил на вылезший из мясорубки труп гладиатора, но все еще был жив. Несколько мгновений танцор смерти просто безропотно наблюдал, как босс убивает их.

Наконец, он очнулся, подбежал к конюху и рубанул того по левой ноге, снова в нижнюю часть голени. В этот раз квестмастер отреагировал. Он стал разворачиваться, и Ноэль тут же дал заднюю. Увидев, что ударом до него уже не дотянуться, босс вновь перехватил копье для броска, плечо его уже завелось назад, когда прямо ему в лицо прилетел сгусток света.

Несмотря ни на что, копье пролетело в нескольких сантиметрах от руки Ноэля. Он рухнул в траву, тяжело дыша. Босс сделал к нему пару неуверенных шагов, как на него обрушился новый шквал стрел и снарядов. Атаковали не только подоспевшие наконец авангардисты ударного отряда, но и те боеспособные, что остались с основной частью. Вынырнувшие из темноты два воина позади Гордвуда несколько раз вонзили ему в спину свои пики.

Некогда веселый громадный мужик, любовно чистивший своих лошадей и выдававший нелепые квесты на поиск у торговцев изящных сбруй, отправлявший своих сыновей учить неумелых игроков верховой езде, а иногда и сам присутствующий на конной площадке, мыча что-то нечленораздельное, вывалился из облака дыма и пара, чтобы наказать своих обидчиков, но ноги его подкосились и он рухнул перед воинами на колени. Копейщики ткнули, кто куда. Один вошел в исполосованный живот, другой в шею. Не став выдергивать оружие, они приложились к древкам, пытаясь загнать наконечники еще глубже, а затем уперлись в них сбоку и принялись двигать в стороны, растягивая и разрывая раны Гордвуда.

Вдруг босс схватился руками за ввинчиваемые в него копья и выдернул их из себя с такой силой, что человек с орком отлетели назад. Разжав ладони, квестмастер не шелохнулся. Когда подбежали еще пятеро воинов, окружая его, Гордвуд поднял лицо вверх.

— Ничто не кончено, — прохрипел он, улыбаясь, и грузно рухнул наземь.

С двойственным, неясным чувством Ноэль смотрел, как пятеро воинов с жидким звуком вонзают в Гордвуда холодную сталь. Его тело ритмично двигалось каждый раз, когда кто-то из них с усилием выдергивал из окровавленного месива его спины назад свое оружие, словно в чудовищном, адском танце.У него не было ненависти к конюху. Иногда судьбы переплетаются в узлы, которые не распутать, освободив все нити, а только разрубить. Кто выживет — большая загадка. Они выжили, а Гордвуд нет. Только и всего. Ничего личного. Личного ничего.

— Хватит. — Вынырнул из темноты Сильвер, — он мертв.

Воины отошли. Все из тех, что не участвовали в битве. Их опущенные руки подрагивали, а глаза не могли выбраться из пут распластавшейся на земле гигантской фигуры знакомого НИПа.

— Сильно он вас потрепал. — Сказал подошедший Кадиэл. — Нужно еще разобраться с деревенскими мобами. Потянете?

— Потянем. — Сказал один из танцоров, бежавших вместе с Ноэлем.

— Пойдем туда все, вряд ли это теперь опасно. — Сильвер смотрел на игроков, медленно обступающих их полукругом. Широкая колонна, занимавшая дорогу, превратилась в хаотичную живую массу.

— Все-таки не будем пытаться прогнать? — Спросила Лаурен, смотря на гильдмастера. Мужчина отвлекся от созерцания трупа и пошел по направлению к деревне, давая людям окружить Гордвуда со всех сторон и вдоволь насладиться зрелищем. Ноэль поднялся и заковылял к собирающимся в кучку авангардистам.

— Нет, не будем. — Продолжил глава, — мы ведь не хотим, чтобы они к нам вернулись, когда мы спим.

— Но как отреагирует Аррелион? — Спросил кто-то.

— Мобы знают, в какую сторону мы пошли. И согласись, глупо было быдумать, что мы обойдем деревню стороной и пойдем дальше. Даже если мы никого не тронем, за нами либо все равно придут, либо все равно не придут.

Сильвер тяжело провел рукой по лбу, заглаживая назад грязные от пота и земли пепельные волосы.

— Над каждым действием приходится думать. Не для этого мы все сюда пришли. — Сказал он непонятно кому.

Гильдмастер хмыкнул. Остальные молчали.

Ноэль смотрел на Мирилет, на играющие языки пламени в ее глазах. Посреди деревни Гобби горел костер. Высокий и дымный.

Они потеряли двадцать шесть человек. Дотащив тяжеленного Гордвуда и швырнув его к остальным трупам, обложенным хворостом, игроки почувствовали, что определенный этап их новых жизней теперь позади. В темноте сверкнула пара новых огней, скользнувших к груде изуродованных тел и зажегших ими пламя облегчения. И нового страха.

Иногда со стороны леса долетал волчий вой, но его никто не боялся. По всем самым выдающимся точкам деревни распределили дозорных, которые в случае опасности должны были бежать в центральный дом, где несли пост сильные бойцы. Сильвер вызвался дежурить первым.

Как и говорил Кадиэл, почти все дома были отданы авангардистам и наиболее высокоуровневым игрокам. В оставшиеся дома запихнули случайных людей.

— Вы вон в том, — Лаурен указала пальцем на большой трехэтажный дом, видимо, какого-то богатого купца.

— А еще кто с нами? — Спросил Ноэль.

— Я, Шил — ты его видел, потом познакомлю, остальных не знаешь.

— Хорошо, просто дом огромный.

— Да. — Зам главы приблизилась к эльфу. — Тебе выделена комната со здоровенной кроватью.Пользуйся на здоровье.

Ноэль улыбнулся. Сейчас ему было плевать, кто будет лежать рядом с ним. Хоть сам Гектор. В сон не клонило, сознание оставалось ясным, но он прекрасно знал, что отрубится, как только коснется чего-то мягкого.

Кровать была действительно огромной, на ней свободно поместились бы еще два человека. Тем лучше. Ноэль разулся, стянул с себя липкую от пота одежду и лег на кровать, чувствуя, как с поверхности кожи испаряется раздражающая влага. Он не смотрел на Мирилет, лишь слышал шорох упавших с нее одежд. Дернулось одеяло, девушка быстро под него юркнула. Эльф лежал, не накрывшись, наслаждаясь прохладой тоненькой струйки воздуха, текшейиз приоткрытого окна.

Повисла тишина, с каждой минутой все более напряженная, пока наконец танцор не услышал со стороны вайты, как он мысленно называл всех светлых эльфов, мирное сопение. Он повернул голову. Девушка спала, укрывшись почти с головой. Золотистые волосы ее разметались по подушке, местами скрадывая лицо. Цветок пухлых губ размеренно подрагивал во время дыхания, на мгновение её пышные ресницы дрогнули, личико исказила гримаса неудовольствия,она медленно стянула с себя одеяло, оголив упругую грудь и плоский, почти втянутый живот, перевернулась на спину и задышала свободней.

Ноэль почувствовал, как тряпки, служившие ему нижним бельем, становятся тесными, и отвернулся. Все же инстинкт размножения — один из главных. Свинцовая, нет, дубовая, как бревно Гордвуда, тяжесть легла на эльфа, на его веки. Он не заметил, как все вокруг погрузилось в черноту, и как в нее провалился он сам.

Солнечный свет скользнул по лицу, проникая сквозь тонкую кожу век апельсиновой теплотой. Сквозь последние остатки дремоты прорезались голоса на улице. Мирилет рядом не было. “Дети не любят спать” — подумал Ноэль, и содрогнулся от двусмысленности этой фразы, доступной только ему.

Как ни странно, в деревни было не так уж много народа. По улицам, конечно, бродили скопления игроков, у стены их дома стояла небольшая группа, но той сотней тысяч, что вчера заполонила всю Гобби,не пахло.

— Где люди? — Спросил он Лаурен, которую нашел на первом этаже за столом, заваленным книгами. На ней была серая рубаха из тонкой ткани и грубые коричневые штаны, заправленные в сапоги. Ноэль впервые видел ее без доспехов.

— Ушли в лес за едой. И за опытом. — Девушка перелистнула страницу.

— Мирилет ты не видела?

Уголок губ замглавы дернулся.

— Ушла вместе со всеми. Она очень слабая. Интересно, как она выживала до сих пор?

— Везло... — Ноэль подошел ближе, — что это за книги?

Лаурен тяжело вздохнула.

— Пособия по садоводству и земледелию. Знаешь, кто такой аграрий?

— Разумеется. И ты собираешься этим заняться?

— Что ты. Я просто их смотрю, из любопытства. Кто-то должен будет проштудировать это от корки до корки. Охота — это хорошо, но нужен хлеб, яйца, молоко. Почти во всех домах есть пристройки с птицей и животными. Их всех тоже надо бы кормить и размножать.

— Но так же нам надо идти дальше. Становиться сильней.

— Это да, но не всем же. Сперва нужно, чтобы большинство игроков получили пятнадцатый уровень, тогда уже Аррелион будет нам не так страшен. Наверное.

— Ты про заброшенные кварталы? — Спросил Ноэль.

— Не только. Правитель. Наверное, не сломайся игра, мы должны были бы попасть к нему на аудиенцию ближе к концу прохождения. Не знаю.

— Мы хотели сходить во дворец, но так и не нашли времени. Дни пролетали слишком быстро.

— Туда не пускают, — Лаурен закрыла книгу, — просто запертые ворота и стена по всему периметру.

— А телепортироваться?

— Ага. Маги не могут перенестись в место, которое не видят, Ноэль. Да и даже если бы могли, забраться на стену тоже не позволяет невидимая преграда.

— Очень интересно, кто там.

— Может, когда-нибудь узнаем. — Девушка сложила книги ровной стопкой. Переплеты их были старые, корешки местами порвались, но из страниц кривой лесенкой торчало множество закладок, будто кто-то любовно перечитывал каждый вечер любимые места.

Ноэль задумался.

— Что? — Не выдержала Лаурен.

— Что в средневековой деревушке забыла кипа книга по земледелию?

— Ну, мы же не знаем, чей это дом. Он отличается от остальных. Какие тут были НИПы. Жаль, что наши в деревне редко появлялись. Надо будет поспрашивать у игроков, может, кто бывал здесь раньше. А впрочем, какая разница?

— Неужели изначально было предусмотрено, что нас выкинут из города и мы придем сюда?

— Вряд ли. Я думаю, теперь игра кончилась. — Девушка потянулась, — ни дружелюбных неписей, ни квестов. Это больше не игра.

— Предугадать, что моральный облик людей, запертых в искусственном мире, обезобразится, не так уж и сложно.

— Ого, так ты признаешь, что мы в игре? Прогресс.

— А разве я когда-тоэто отрицал? Я убил столько мобов.

— У тебя всегда такой взгляд, когда с тобой говорят об этом, будто ты делаешь одолжение. Мол, “Да-да, это все игра”, но сам в это не веришь. Думать, что ты убиваешь мобов, а не людей, гораздо легче. Но все равно как-то гадко на душе, правда? — Девушка скривила губы в грустной ухмылке, и Ноэль вдруг почувствовал, как расстояние между ними сокращается. Они познакомились только вчера, а она, казалось, уже готова говорить с ним о чём угодно.

— Ну… Я ведь почти ничего не помню, поэтому точно сказать не могу. Но на 90 процентов уверен, что всё происходящее нереально.

— Не всё… — Тихо сказала Лаурен.

— В любом случае, может быть, ничего мы не выбираем. Я не могу поставить себя на место НИПов. Не могу понять, почему они были настолько злы к нам. Гектора понимаю. Гордвуда понимаю. Но не тех, кто нападал на своих же постояльцев. Не знаю. Как-то я себя странно чувствую.

— Как и все мы. Посмотри, сколько ты спал. Часов пять? Мы и того меньше. Я-а-ах, — Лаурен зевнула, — вообще не выспалась. Но разве можно спать, когда все вокруг такое живое и… сочное?

— И громкое. Где спали люди? На земле, что ли?

— Да. На земле, на траве. Несмотря на еще моросивший ночью дождь, укрывались и спали.

— Интересно, можно ли тут простудиться… Ладно, что мне делать?

Лаурен показала кухню, где его дожидались яичница и кусок жареного мяса. Рядом стояла кружка воды.

— Спасибо…

Лаурен рассмеялась.

— Да ладно тебе. Принимай как должное. Слава отважным! И безрассудным.

— Вчера мы все рисковали, — сказал Ноэль, отправляя еду в рот.

— Да, но сражались, по сути, всего несколько человек. Обидно, что опыт получили те добивалы. Интересно, где конкретно откроется область для получения новых уровней. — Девушка прислонилась к стене, скрестив на груди руки.

— Обидно, что мы оказались такими слабаками. — Ноэль мягко ввел нож в мясо.

— Да…

После завтрака Ноэль шатался по деревне, задавшись целью пройти каждую ее улицу. Прежде он догадывался, что она довольно большая, но конкретных размеров все же не представлял. Помимо тех ветхих домишек, где обитали НИПы с заданиями, обнаружилась куча приличныхдвух- и трёхэтажных средневековых вилл. В ихархитектуре было что-то от древних крепостей.

“Вряд ли тут жили те простые крестьяне, которых мы вчера перебили”, — думал Ноэль, взбираясь по узкой тропинке, ведущей в палисадник одного из таких домов. Высокая дверь была раскрыта. Эльф медленно вошел внутрь — впереди был длинный коридор, залитый дневным светом, который все же не мог сделать уютными стены из серого кирпича. Мечник специально шел громко, чтобы предупредить о себе, если тут кто-то был. Он прошел пустую гостиную с камином, кухню, помещение с наваленными друг на друга до самого потолка клетками, устланными перьями, несколько комнат с роскошными туалетными столиками — всюду валялись матрасы с сеном, а где-то и просто несколько сбитых в кучу тюков соломы. Кое-где валялась грубая одежда, снятая с крестьян.

Ноэль прошел до большого овального окна, выходящего на улицу, где коридор поворачивал влево. Вдоль его стен, покрытых деревом, было вырезано несколько окошек поменьше. В конце коридора виднелась полуоткрытая дверь, от прикосновения Ноэля мягко скрипнувшая.

В глубине небольшой комнаты, заставленной полупустыми книжными шкафами, в кресле-качалке сидел человек в черном камзоле, из-под длинных полов которого выглядывали когда-то желтые, а теперь выцветшие до пастельных тонов штаны из парусины. Голова мужчины была уперта в руку, длинные серые волосы свободно свисали. Застыв, Ноэль расслышал его тихое размеренное дыхание.

Мечник собирался уходить, когда тёмный эльф, дремлющий в кресле, поднял голову. Это был Сильвер.

— Не спится? — Спросил он тихим голосом.

— Нет. — Подтвердил Ноэль.

— Это проблема. Кто-то должен спать днём, чтобы сражаться ночью. Например — тёмные эльфы вроде нас.

— Да… Сегодняшней ничего не происходило?

Сильвер выпрямился, оттолкнулся ногой, и кресло размеренно закачалось.

— После своего часа дежурства я пошел к дороге на Аррелион. Там, где мы шли, снова мерцали огни.

— Я не уверен, что это были мобы. Может быть, местное природное явление? Как шаровые молнии, или спрайты. Только слегка посложнее.

— Нет, — возразил маг, — это был определенно моб, просто пока мы не готовы к контакту с ним. С ними.Но у него был ум, и он помчался в чащу, как только услыхал зверя. Я думаю, забреди в поле ночью всего пара игроков, утром мы бы нашли только их кости.

— Этот мир враждебен. — Вздохнул Ноэль, рассматривая собеседника — Странная у тебя одежда.

Маг поправил пуговицу на груди.

— Ребята здесь нашли. Отдали мне. Теперь мы донашиваем за НИПами.

— Здесь явно жили не крестьяне.

— Согласен. Смотри. — Сильвер ткнул пальцем на разбросанные книги. —“О движении небесных тел”, “О ядах и лекарствах”, “О свойствах металлов”, — читал он названия.

Брови Ноэля непроизвольно скривились.

— Полезные книги. Как раз для людей, которым приходится выживать, — продолжал Сильвер.

— Именно. Удачно, правда?

— Да… — Маг закусил указательный палец, о чем-то думая. — Хорошо сражался, — сказал он вдруг, — смело и осторожно.

— Не только я.

— Не только ты. Мы ко многому ещё не готовы. Нужно будет тренироваться. Неплохо было бы изловить какого-нибудь сильного, но не особо умного моба, посадить его на цепь и периодически выпускать. Только не знаю, где взять такую цепь...

— Почему ты главный в ударном отряде? — Не выдержал Ноэль. — Ты же маг света. Саппорт, по сути.

Сильвер улыбнулся, но это была не улыбка гордости, а какая-то радость собственным мыслям.

— А ты видел, как вчера действовала боевая магия? Огонь, водяные стрелы? Пока наиболее действенно рубить оружием в ближнем бою, световики будут наиболее эффективны. Ну а почему конкретно я… — Маг откинул голову, будто на потолке были изображены его воспоминания.

— Изначально я был сам по себе. Потом, на второй день, когда все ещё ходили в апатии, я качался где-то в окрестных лесах. Набрел на группу игроков, сражавшихся с Болотным Медведем. Они ничего не могли с ним сделать, и он задрал одного из них. Авангардисты вообще славятся тем, что лезут на мобов не по зубам. Наблюдая за их битвой, я углядел слабое место босса. Вместе мы справились, хотя я тоже чуть не погиб. Ну и с тех пор Кадиэл назначил меня генералом армии игроков.

— Армии игроков?

— Да. Мы обязательно должны создать ее. Натренированную, дисциплинированную, верную. Ты с нами? — Жёлтые глаза Сильвера скользнули с люстры на Ноэля. Мужчина смотрел, не моргая.

— А вчера я не дал ответа на этот вопрос?

— Вчера мы все боролись за существование, это другое. Как только появится хоть какая-то определенность и стабильность, многие размякнут. Да. Найдут себе хорошенькую девушку, построят дом, и будут жить припеваючи, надеясь, что кто-то, вроде нас, разберется, если что. Кто знает, насколько огромен этот мир, может, мы не прошли еще и сотой процента. А ведь большинство из нас уже перебито.

— Я тебя понял, — ответил Ноэль, — тогда — да, я с вами. К тому же, возможно, пройдя игру, мы наконец-то сможем выбраться.

— Именно, — тёмный эльф наконец моргнул, переводя взгляд куда-то в пол, на свои босые бледно-синие ноги, аркады голубоватых вен на изогнутых ступнях.

От тяжелого удара сверху задрожал потолок. Сильвер закатил глаза, оттолкнулся ногой и поглубже вжался в кресло, пряча руки в широкие рукава камзола.

— Увидимся вечером, может быть. Прикрой, пожалуйста, дверь, и скажи этому троллю не греметь.

Идя за линией последних домов, шурша высокой травой здешних необъятных лугов, эльф наконец вспомнил, что хотел посмотреть количество выживших. Концентрируясь, он с удивлением обнаружил все тот же онлайн, точных цифр он, конечно, не помнил, но игроков по-прежнему было чуть менее трёхсот тысяч. Интересно, что бы это значило. Вряд ли те НИПы, что с удовольствием их убивали, оставшихся вдруг решили не трогать. Значит, они ушли. Но куда?.

Аррелион был громаден. Из-за того, что первый и последний респаун игроков состоялся в северной части города,там все и осели. Восточные врата вели к реке, терявшейся на горизонте. Западные тоже выходили на дорогу, походившую на ту, по которой они добирались в Гобби. Южные же ворота, по сути, противоположные деревне, находились так далеко, что Ноэль их и не видел ни разу, поскольку Аррелион был сильно вытянут с севера на юг.

Гадая, что лежит по ту сторону известной им на данный момент карты и желая поскорее выспросить это у Лаурен, Ноэль, дошедший почти до кромки леса, услыхал отголоски людской речи. Через несколько минут меж стволов деревьев, изрезанных тенями от предполуденного солнца, показались игроки.

В группе людей, эльфов, орков и гномов, что устало плелись после охоты, громко смеясь и предвкушая вкусный обед, мечник разглядел белокурые волосы Мирилет. Рядом с ней, держа на плече труп огромного кабана, шел орк. Ноэль ступил под тень дуба, желая дождаться игроков и вместе с ними дойти до деревни.

Когда они прошли вперед и танцор влился в их веселую толпу, орк что-то пробасил и смачно хлопнул Мирилет по выпуклой попке. В ответ девушка лишь звонко рассмеялась.

Он молча шел вместе с группой, потрескивая валежником. Взгляд его неотрывно глодал обтянутые грубой тканью ягодицы, чья хозяйка никак не отреагировала на столь вульгарное прикосновение. Ноэля обуяло несколько чувств, и он с облегчением отметил, что среди них не было ревности. Какой-то толикой своего сознания он все же опасался однажды захотеть эту девочку и начать думать о ней, как о своей, но теперь, когда пришло время проверки этого чувства, он с успехом её провалил.

Мечник думал о другом. Знает ли этот орк реальный возраст Мирилет? Знает ли Мирилет, что взрослые мужчины делают с женщинами, которые им нравятся? Хотя, конечно, уж теперь-то она знает. Ноэль напряг память. Тринадцать лет… Постепенно он уверился, что в этом возрасте, по крайней мере так было в его детстве, он уже знал все об отношениях между мужчиной и женщиной. Наверное, нынешние дети узнают о сексе вообще еще до школы. Впрочем, может быть, так было всегда?

Досадуя собственной возможно неправильной оценке девушки, эльф вместе с тем радовался шансу избавиться от неё. Может, она и не такая слабая, какой показалась при первой встрече, но думать о ком-то ещё, кроме себя, в нынешнем положении ему не хотелось.

Они вошли в деревню, и Ноэль сразу же исчез за ближайшим домом, окольными путями следуя к центральному в Гобби дому, который наверняка кишел авангардистами.

Полтора часа ушло на то, чтобы разыскать Лаурен. Оказалось, она была все в том же доме, закрепленном за ними. Она сидела за тем же столом, уткнувшись в книгу.

— Все же зацепило садоводство? — Спросил Ноэль, выглядывая из-за дверного проема.

— А? Нет, что ты. — Встрепенулась Лаурен. — Это какой-то роман. Довольно интересный.

— Не удивлюсь, если где-то в этом мире есть книга про нас.

— Вполне возможно. — Улыбнулась девушка. — Ты к себе?

— К тебе.

Девушка слегка повела плечом. Ноэль отметил, что в последнее время стал замечать поразительно много мелких жестов. Неужели еще одна особенность его расы?

— Слушаю.

— Что за южными вратами?

— Мы не знаем. Вернее, непосредственно за воротами небольшой лес, кончающийся точно такой же дорогой, как сюда, в Гобби, но что за ним – неизвестно.

— Одной загадкой больше.

— Мы хотели туда сходить. Думаю, неважно. Будто бы мы знаем. что на западе с востоком. Не знаем. Не доходили.

— А я уж надеялся, что там окажется что-нибудь необычное. Хотя, если подумать, что может быть необычного в мире магии и монстров.

— Да. — Лаурен заломила уголок книги, прочитанной почти наполовину, и подняла голову к Ноэлю.

— Ты ел?

— Нет, я же не охотился…

Лаурен закатила глаза.

— Ты и не должен охотиться, Ноэль. Наша добыча крупнее. Прости, но кроме того же мяса и яиц пока ничего нет.

— Издеваешься?

Лаурен улыбнулась.

Он с жадностью поглощал пищу, здорово проголодавшись на свежем воздухе. Она стояла у окна, разглядывая проходящих мимо людей. Меж тем многие решили обедать на улице, на траве, в которой провели ночь.

Дверь распахнулась, и в проходе показалось острое лицо, обрамленное белокурыми волосами. Ноэль узнал его. Это был тот охотник, что сидел на втором этаже в Пегасе.

— Привет, Шил. — Лаурен посмотрел на танцора, — это как раз…

— Угу. — Пробурчал мечник. Я вспомнил.

— Да. Будем знакомы. — Бросил эльф. — Сегодня ложимся спать пораньше. Завтра утром идем глубоко в лес. Группа Ганса обнаружила какую-то пещеру. Говорит, лес там сильно меняется. В плохую сторону. Похоже, новая локация.

— А это не в той же стороне, где Болотный? — Спросила Лаурен.

— Нет. Это северо-западное направление, а Медведь на востоке. Кадиэлл теперь ходит возбужденный, будто в той пещере может быть что-то полезное.

— Ну да. — Хмыкнула замглавы. — Опыт же — это так, фигня.

— По мне так куда полезней найти парочку топоров и молотков с гвоздями. И лопат.

— А что, ни в одном доме не нашлось? — Удивился Ноэль.

— Нашлось, конечно, но мало. И людей мало. Никто не соображает, как и что делается. Еще бы. Почему-то никого не волнует, что через неделю окрестности будут завалены дерьмом. Нужны выгребные ямы. Хорошо хоть с водой никаких проблем, спасибо магам.

— По-моему, ты преувеличиваешь, — тихо сказала замглавы.

Одна из золотистых бровей Шила взметнулась вверх.

— Преувеличиваю?! Вот ты куда срать ходишь? Во двор, правильно? От НИПов, которые тут жили, неплохой нужничок остался. И мы все туда ходим. Глубину ямы под сортиром знаешь? А знаешь, что будет, когда она наполнится? А я тебе скажу — будем бегать, как и остальные, в лес. А если кого-то приспичит ночью, а кого-то обязательно приспичит, в лес его никто не пустит, и он пойдет в другие дома. А утром мы идем на охоту сквозь дерьмовые поля и кусты измызганной говном травы. — Лаурен покраснела. Шил тяжело вздохнул, — «Париж захлебывается собственным нечистотами», — сказал он, смотря в пустоту. Ноэль невольно улыбнулся с подмеченного им контраста — белокурый юноша, мысленно занятый самыми грязными житейскими вопросами.

— Как они дерьмо-то выкачивали, местные эти? Почему я раньше об этом не задумывался… Лопатами, что ли. — Бурчал себе под нос охотник. — Ладно. Надо поговорить с магами. В общем, вас я предупредил, будьте готовы. Пойдем большим отрядом. Адье. — Тихонько хлопнула дверь за вылетевшим на улицу вайтом.

Лаурен отвернулась, уставившись в окно.

— Я тоже во двор хожу, если что. — Неожиданно для себя сказал Ноэль.

— Дурак, — сквозь смешок выговорила девушка.

Где-то прямо под стенами в траве засели кузнечики, и чем темнее становилось вокруг, тем сильнее они трещали. В комнате веяло прохладой. Ноэль провел рукой по своему животу, задержавшись на кубиках, выдающихся вверх из-под тонкой кожи. Затем он напряг свою руку и пощупал её — с момента респауна он стал мускулистей. Уровень? Параметр силы? Кто его знает. Он напряг пресс и со всей силы ударил себя. Ничего.

Шил и Лаурен уже наверняка видели третий сон, но мечник никак не мог заснуть. Просто лежал, смотря в потолок и распластавшись по всей кровати.

Мирилет пришла только утром. Ноэль умывался во дворе, обнаженный по пояс.

— Привет, — сказала девушка, проходя во двор.

— Привет, — Ноэль внимательно осмотрел её, но ничего необычного не заметил. — Где ночевала? Ночью на улице довольно прохладно.

— Да я… Я нашла друга. Он очень хороший. Сказала, что мне девятнадцать. А ему двадцать один. Он орк. Воин.

— Какой уровень?

— Двенадцатый.

— Что ж. Полагаю, теперь у тебя новый защитник.

— Похоже на то. — Тихо сказала Мирилет.

— Ты все еще можешь ночевать в моей комнате, мне все равно. Главное не води сюда своего друга. Поняла?

Вайта кивнула.

— А ты идешь на охоту? — Спросила она, когда он окатил себя новой пригоршней воды.

— Можно и так сказать. Могу не вернуться. Так что очень хорошо, что ты себе кого-то нашла.

Мирилет опустила глаза.

— Послушай, — начал Ноэль, — не знаю, что ты себе думаешь, но я правда рад. Я не питаю к тебе тех чувств, что испытывает к тебе твой орк. Ты мне годишься в дочки.

Эльфийка округлила глаза.

— Я не знала, что… ты такой взрослый. А сколько тебе?

— Тридцать четыре.

— Моей маме столько же!

— Видишь. Я как твоя мама.

Позади Мирилет из дома выскочил один из авангардистов и поплелся к туалету.

Мечник еще раз плеснул водой, провел мокрой рукой по вороным волосам, заглаживая их назад с высокого лба.

— Отдыхай.

— Волнуетесь? — Спросил Шил, когда они завтракали.

— Не особо. — Лаурен отломила краюху хлеба и отправила себе в рот.

— Я волнуюсь. — Признался Ноэль.

Еще двое авангардистов, имена которых мечник узнал пару минут назад, ели молча, поскольку оставались в деревне.

— Я тоже, приятель. Кто его знает, что там будет сидеть внутри. Снова ни шагу назад, только вперёд. Ненавижу, что нам приходится рисковать шкурой, но страшно горжусь этим образом жизни. Жизни авантюриста.

— За этим мы все и пришли сюда. — Сказала Лаурен.

— Неправда. Не только за этим.

— За этим в том числе. Но, увы, разработчики явно перестарались.

— Мне их даже немного жалко. Как только мы выйдем, они разорятся и рассядутся по тюрьмам. Интересно только, по каким статьям.

Ноэль откинулся на спинку стула, уставившись на ошметки яичницы.

— Думаю, они не доживут до суда.

Все согласно промолчали.

Возле центрального дома столпились авангардисты, ряды которых пополнились сильными игроками. В центре ломаного круга людей стоял человек в неказистой броне, высокий, как и все воины, но слегка сутулый, из-за чего он казался узким в плечах. У него был угловатый череп с глубоко посаженными глазами и выпирающими скулами, готовыми, казалось, прорезаться сквозь кожу. Завидев Лаурен, он по-змеиному улыбнулся и перевел взгляд к людям.

— Что ж, похоже все в сборе. Можем начинать. Моё имя Андерсен. Я отвечаю за подготовку к миссии. Собственно, никто не знает, какое дерьмо ждет нас в той пещере, поэтому готовиться нужно ко всему. Но кое-что я все же придумал. Если вдруг внутри пещеры будут небольшие проходы, то вы со своими копьями и двуручниками там облажаетесь, поэтому я собрал у магов их короткостволы, прицепите себе на всякий случай.

Все наконец поняли предназначение ряда метровых мечей, прислоненных у стены. Здесь были и прямые, и замысловатые изогнутые клинки. Ноэлю досталось нечто наподобие гладиуса, хотя и его собственные мечи были не особо длинными.

— Выдвигаемся. — Скомандовал Кадиэлл. — Чем быстрее придем, тем лучше.

В составе отряда мечник отметил наличие всех классов и всех стихийных магов. Это было разумно. Неподалеку шагали танцоры смерти, и Ноэль вывел у себя в сознании их характеристики. Они заметно превосходили его в скорости и силе, мечник ожидал это увидеть, но невольно задумался, какая разница образуется между ними уровню к тридцатому, и насколько он станет зависим от других. Мелькнула мысль не все вкачивать в интеллект, а хотя бы треть оставлять на основные характеристики. Нужно сказать Кадиэллу позаботиться о прокачке других танцоров.

Тем временем они вошли в шумный лес, поскрипывающий соснами. На часах всего 6:15, и солнце еще не успело разогнать рассветную свежесть. Игроки тихо переговаривались друг с другом, Шил обстоятельно что-то рассказывал гильдмастеру, показывая руками в воздухе геометрические фигуры, Лаурен беседовала с даркой-пиромантом, из знакомых Ноэля шел молча только Сильвер.

Мгновенно почувствовав на себе взгляд танцора, маг света слегка улыбнулся ему. Вскоре он сам подошел к Ноэлю.

— Как настрой?

— Волнуюсь, но не боюсь.

— Правильно. Бояться, по сути, нечего. Даже если всех нас сегодня убьют, это ничего не изменит.

— Не самое лучшее время для философии, Сильвер.

— Отнюдь. Считай это напутствием командира.

— Тогда почему ты не скажешь его остальным?

— Не поймут. Особенно Кадиэлл.

— А я, значит, пойму?

— Ты уже понял.

Ноэль с шумом выдохнул воздух.

— Первым делом баффай меня, как обычно. Потом смотри по обстоятельствам. Если противников будет много, то про меня забудь. Нет смысла усиливать того, кто боеспособен лишь пару секунд. Тогда дело будет за воинами и боевыми магами.

— Понял.

— Хорошо… — Сильвер хотел было что-то сказать, но то ли передумал, то ли забыл.

Спустя полтора часа воздух стал прохладней, а лазурное небо поднялось над их головами, отодвигаемое исполинскими деревьями. Стало темней, хотя солнце давно взошло.

— Они не говорили, что лес тут настолько другой. — Сказал мечник, подойдя к Лаурен.

— А ведь мы еще не пришли.

Танцор разглядывал необъятные стволы деревьев, чьи корни уходили теперь не в пышный подлесок, а в сырую жирную землю, лоснящуюся холодом. Казалось, прикоснешься к ней, и руку тут же обожжет мороз.

Воздух пропитал тягучий запах древесной смолы и мокрого железа. Игроки заметно притихли, водя головами по сторонам. Даже скрипы качающихся деревьев звучали в этом месте на тон ниже.

Наконец, кроны вверху сплелись друг с другом настолько тесно, что добрая половина света сюда не пробивалась.

— Вот здесь мы вчера остановились. — Сказал дарк-охотник с короткими волосами, которого звали Ганс.

Группа встала. Эльф вытянул руку вперед, указывая на что-то промеж деревьев. Ноэль поднялся на цыпочки и разглядел между шеями согильдийцев холм размером с дом, в котором своей чернотой зиял широкий вход.

— Хорошо. — Забасил Кадиэлл, — Замолкаем и глядим в оба. Воины по периметру, остальные в центр.

Подойдя вплотную к пещере, группа разделилась надвое, став по обе стороны от входа.

— Рами, Нат, Кловис, Гель — остаетесь тут.

Два воина, охотник и маг кивнули.

— Если не вернемся через час, бегите в деревню. По поводу того, что делать потом… — Кадиэлл смолк, оглядывая каждого. — Собирай новую группу, вдвое больше этой, и под утро приходите снова.

— Ну, кто первый? — Спросила, потирая руки, Лаурен. От пещеры веяло холодом.

Повисшую тишину и переминание трех десятков ног нарушил не менее холодный голос Сильвера.

— Я. — В его руке вспыхнул свет.

— Нет. — Отозвался Андерсен. — Лаундер и Корвиг, вы видите в темноте, так что первыми будете вы. Сильвер будет прямо за вами, не бойтесь. Все равно, в случае чего, он телепортируется вперед и вступит в бой.

— Так и сделаю, — подтвердил маг.

— Потом Болан с Фердигом. — Продолжил Андерсен. — Затем Ноэль. Дальше неважно. Посмотрим еще, какие там проходы. Все маги светят. Смотрим на потолок и под ноги. Сзади идут еще двое темных, вы, Кимси и Скот. Держетесь руками за одежду впереди идущих, а сами следите за нашим тылом. Все поняли?

Сильвер подошел к двум воинам, мягко обняв их за плечи и толкая в пещеру. Ноэль примкнул почти вплотную к Фердигу с Боланом — двум оркам — и вошел в темноту скалы.

Внутри было действительно холодно. С потолка то и дело капала вода, ледяными иглами пронзая череп, пологие стены черного камня поросли серым мхом, который сочился белесоватый жидкостью. К счастью, а может, и к сожалению, но пещерный проход оказался довольно широким, шире входа, поэтому за Ноэлем игроки шли уже по четверо.

Звуки их шагов отражались от стен и уходили вверх, под темные своды. Один пиромант нес копье, на острие которого поддерживал пламя, освещавшее потолок. Ноэль заметил, что водяной ковер, окутывающий пещеру, движется. Вода текла вперед, а значит, они спускались под землю.

— Кажется, пещера уходит вниз. — Сказал он идущему рядом Андерсену. — Вода течет.

— И правда, — воин уставился себе под ноги. — Странно, я совсем не чувствую наклона.

— А может, его и нет. — Отозвался Сильвер.

Пещера начинала петлять, по-прежнему не давая развилок. Они осматривали каждый валун, проверяли глубину всех луж, натекших в каменные борозды. Растительности на стене становилось все меньше, а воды вокруг все больше. Она струилась по стенам, крупными каплями ударяла о каменистый пол. Пещера все больше походила на подводную.

Спустя десять минут воздух, осязаемый из-за переполнявшей его влаги, подернуло легким сквозняком. Вода под ногами совсем явственно утекала вперед, огибая сапоги игроков прозрачными порожками.

— Стой. — Сильвер вытянул ладонь, усиливая свет.

В десяти метрах впереди потолок резко спускался вниз голой от мха стеной, с которой на игроков хищно ощерилась клыкастая пасть змееподобного монстра, выбитая в скале аляповатым барельефом. В стороны от нее чернели два прохода.

Они отходили под одинаковым углом и внешне ничем друг от друга не отличались, но в правый ход, журча, утекала вода, а в левом сквозил ветер, которой они недавно ощутили.

Другие работы автора:
0
69
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...
Станислава Грай №1