Кукушкины слезки (Глава III)

Автор:
Влад Костромин
Кукушкины слезки (Глава III)
Аннотация:
Продолжение нашумевшего мистического триллера "Змеиный узел"
Текст:

III

– Вы не понимаете, как я рискую, – худой парень в застиранном халате просительно заглядывал в глаза. – Меня же уволят, или даже посадить… могут…

– Не бойтесь, – Андрей Иванович кашлянул в кулак, – за решеткой тоже люди живут.

– Короче, Склифасовский, – Володя приобнял санитара за плечи, – мы даем сотку баксов, а ты нам этого дурика. Идет?

– Вы думаете, что легко пациента забрать? – возмущенно пискнул санитар. – Там куча бумажек на него…

– Еще сотка, – перебил Володя. – Соглашайся, Петя, ченч выгодный. Иначе, – демонстративно зевнул, – мы к твоему главврачу подкатимся, а ты так и будешь щелкать клювом.

– Доллары лучше, чем нож в печень, – негромко сказал Андрей Иванович.

Петя вздрогнул и покрутил цыплячьей шеей, будто воротник халата стал вдруг тесен.

– Время неспокойное, – сочувственно добавил следователь, – всякое случается. Я как из СИЗО вышел, – оглянулся, – так все хожу и вздрагиваю. За решеткой спокойнее было…

Санитар снова вздрогнул и невольно оглянулся на дверь черного хода.

– Ну ты не пугайся, – бывший участковый покровительственно похлопал Петю по скрытому халатом плечику. – Мы тэбя нэ больно зарэжэм.

– Да ты не боись, паренек, – Андрей Иванович веско похлопал по второму плечу, – сейчас такой бардак в стране, что всем не до одного психа будет.

– Сейчас на воле психов больше, – кивнул Володя и подмигнул Пете. – Скоро вообще психов из дурдомов выпустят: свобода, равенство, братство. Гуляй рванина – жри опилки. А так ты денежку заработаешь на новые ботинки.

– Хорошо, – дрогнул голосом «белый халат», – я его приведу. Но деньги вперед, – просяще смотрел на следователя, угадав в нем главного.

– Утром стулья – в обед деньги, – тяжело усмехнулся Андрей Иванович, – или вечером – деньги, а на другой день утром – стулья.

– Не волнуйся, Гиппократ, – вступил Володька, – не обманем. Веди человека и все будет хорошо.

– Хорошо, я сейчас, – вывернулся из лап бывшего участкового и неверными шагами пошел к двери.

Открыл, оглянулся на пороге, скрылся внутри.

– Володя, ты ему доверяешь? – Андрей Иванович отвернулся от унылого здания, осматривая убогие окрестности.

– Брата моего двоюродного одноклассник, – нехотя объяснил Володя. – Знает, что в случае чего мы его достанем.

– Тяжелые тут у вас времена наступили.

– Вы про что?

– Форменная работорговля: всего за двести долларов можно человека купить. Торговцу «черным деревом» Себастьяну Перейро такое и не снилось.

– Хорошая книжка, – кивнул бывший участковый, – мне в детстве нравилась. И кино тоже.

Дверь открылась, Паша воровато озираясь вывел одетого в пижаму и тапочки бледного парня с застывшим лицом.

– Привет, Виталий, – Володя шагнул навстречу и протянул руку.

Виталий проигнорировал руку, все так же невидяще глядя вперед.

– Чего это с ним? – Володя поводил перед лицом Виталия ладонью. – Ослеп что ли?

– Я откуда знаю? – Паша пожал узкими плечами. – Я не доктор. Видать обкололи чем-то.

– Он кони не двинет без химии?

– Не должен, – взгляд Паши заметался. – Давайте деньги и я пойду.

– Сейчас, – Володя достал из внутреннего кармана куртки серо-зеленые купюры. – История болезни где?

– Я до истории болезни не доберусь, – залебезил Паша, – не могу я!

– Человека из дурки легче вывести, чем бумажку вынести? – удивился Володя.

– Мне человека легче, – Паша испуганно тряс головой. – Отдайте деньги, мне пора. Меня могут хватиться…

– Отдай ему деньги, – Андрей Иванович сплюнул в грязь. – Пускай проваливает.

Вырвав купюры из руки Володи, Паша юркнул в дверь и захлопнул ее за собой.

– Он же как робот, – Володя с сомнением смотрел на парня, – ничего не понимает. И прикид этот…нас же первый же гаишник задержит.

– Одежду придется купить. Поедем на ближайший рынок. Деньги у тебя остались?

– Есть чуток, – Володя скривился и, взяв парня за локоть, повел к дыре в заборе, через которую они попали на территорию, – но я тоже не Скрудж.

– Ты Диккенса читал? – удивился следователь.

– Какого еще Диккенса?

– У него в повести «Рождественская песнь» скупого героя-богача зовут Эбенезер Скрудж.

– Не знаю насчет Эбе, тьфу, не выговоришь, а я про Скруджа Магдака, что утка в мультфильме. Американском[1].

– Да, многое поменялось, – Андрей Иванович задумчиво почесал щеку.

Перед «девяткой» в ряд стояло четверо крепких парней. Спортивные костюмы, джинсы и кожаные куртки, короткие стрижки. Высокий блондин небрежно поигрывал нунчаками. Мужчины остановились. Виталий все так же механически шел вперед и замер лишь едва не уперевшись в плечи парней.

– Нехорошо, – рыжий парень со сломанным носом улыбнулся, блеснув железной фиксой.

– В чем дело? – мягко спросил следователь.

– На чужой территории шустрим: больных воруем, медицину обижаем. Нехорошо.

– Вы кто такие, молодые люди? – спросил Андрей Иванович.

– Мы это, как их, блюстители порядка, – ответил фиксатый. Остальные довольно загоготали, будто гуси, впервые выпущенные из хлева, где братались со свиньей, на нежную весеннюю травку, – следим за порядком тут, на районе, короче.

– Мы порядок не нарушаем, – сказал Володя.

– Это нам решать, мы тут основные.

– Ты кто вообще такой?

– Я? – парень оглянулся на товарищей. – Я то? – ткнул себя в грудь большим пальцем. – я Андрюху Лукьян. Меня тут каждая собака знает. Упырь мое погоняло. Слышали?

– С собаками и общайтесь, молодой человек, – холодно сказал Андрей Иванович, – они для вас вполне достойные собеседники. А мы спешим, извините.

– Дядя шутник, хи-хи-хи, – Лукьян затрясся в мелком смехе.

Парни снова довольно загоготали.

– Ты чего, Лукьян? – Володя начал терять терпение. – Попутался? Хочешь что-то предъявить?

– Короче так, – Лукьян кивнул, – вы человечка обидели хорошего. С вас штука баксов за обиду.

– Сколько?! – вырвалось у Володи.

– Штука, – Лукьян стал серьезен, – баксов.

– У нас нет столько…

– Нет? – Лукьян вновь оглядел свою дружину. Дружина подобралась: стоящие по краям достали ножи-выкидухи, блондин резче крутанул нунчаки. Лукьян торжественно вытащил засунутый сзади за ремень потертый ПМ. – Если нет у.е., решим по-другому. Тачило ваше?

– Допустим… – сказал следователь.

– Тогда мы его забираем в уплату долга. Ключи гони.

– Не пошел бы ты?! – сорвался бывший участковый.

– Ключи!!! – Лукьян нервным движением навел ПМ на Володьку.

– Молодой человек, может не стоит?.. – Андрей Иванович сделал незаметный шажок вперед, поближе к бандитам. – Мы же разумные люди, мы всегда сможем договориться, – еще один мелкий шажок.

– Не о чем мне с вами базарить, лохи! Ключи!!!

Забытый всеми Виталий внезапно повернул голову и ударил Лукьяна лбом в висок. Раздался сухой костяной треск. С изумленным лицом Упырь упал на колени, а затем медленно завалился вперед. Правый кулак Виталия врезался в челюсть блондину. Следователь прыгнул вперед, ловя вооруженную ножом руку в захват и ломая ее отработанным приемом. Ударом в затылок погасил истошный крик покалеченного.

– Вы чего? – единственный оставшийся на ногах «блюститель» испуганно попятился и уперся в «девятку». – Вы это, не беспредельте тут, – выставил перед собой нож.

Рука дрожала и нож качался как маятник.

– Вас кто прислал? – Андрей Иванович шагнул вперед.

Парень посмотрел на него и пропустил от Володьки мощный удар ногой в пах. Выронив нож, согнулся со сдавленным стоном. Володька ударил ногой сбоку в голову. Парень затих на земле.

– Веселые тут у вас времена, – Андрей Иванович подобрал ПМ, выщелкнул обойму, посмотрел. Сняв с предохранителя, передернул затвор, понюхал ствол. Вставил обойму обратно, поставил на предохранитель, положил пистолет в боковой карман. – Веселые… Это что за ребятишки?

– Рэкетиры местные, скорее всего. С торгашей дань собирают, – Володька начал собирать ножи и нунчаки.

– Я догадался, что не в казаки-разбойники играют. Тут они что делают?

– Паша капнул и решил нас на бабки развести.

– Понятно, – следователь обошел Виталика и посмотрел в его пустые глаза. – А парень молодец. Значит, не такой уж овощ, как кажется. Ладно, сажай его в машину и поехали, пока к этим «блюстителям» подмога не подоспела. Или, не ровен час, настоящие стражи порядка подкатят.

– Карманы проверьте, – сказал Виталий и посмотрел на следователя, – вдруг что-то интересное.

– Заговорил, – изумился Володя. – Очухался.

– Я же не немой, – Виталий зло пнул в голень блондина. – Вы собирались мне одежду покупать?

– Ну… – Володя покосился на следователя.

– Собирались, – ответил Андрей Иванович.

– Вон тот вроде по комплекции подходит, – подошел к поверженному Андреем Ивановичем, присел и перевернул тело лицом вверх. – Экономика должна быть экономной, – расстегнул молнию кожаной куртки.

– Да ты мародер, братец, – Андрей Иванович присел возле блондина и начал умело обшаривать его.

– Трофеи, – Виталий бросил курку на капот и начал снимать с бандита кроссовки. – Не своруешь, где возьмешь? Как говорил мой дядька, – поставил снятые кроссовки рядом и расстегнул молнию на джинсах лежащего.

– Неплохо, – следователь обнаружил на голени блондина охотничий нож в ножнах и сунул его в карман. – Володя, а где твой братец?

– Не знаю, – обыскивающий еще одного лежащего Володя пожал плечами. – Может по нужде отошел?

Открылась дверца, из машины выбрался Игорь.

– Тут я. Круто вы их.

– Угу, – Виталий поднял на него взгляд. – Чего стоишь? Помоги штаны снять.

– Ты что, в его штанах будешь ходить? – удивился Игорь.

– Твои мне длинные будут, – без тени улыбки объяснил Виталий, – а его в самый раз.

Совместными усилиями сняли джинсы.

– Поносил, дай поносить другому, – нервно хохотнул Игорь.

– Слышь, – Виталий положил джинсы на крышу «девятки» и крепко взял Игоря за плечо, – меня пустой треп раздражает. Усек?

– Усек я, понял, – Игорь попытался высвободиться, но Виталик держал крепко.

– Оставь его в покое, – сказал Володька, выкладывая на капот содержимое карманов гопников, – это у него нервное.

– Лечиться надо, – Виталий оставил Игоря в покое и содрав пижамную куртку бросил на обнаженное тело. – Вон туда можешь сходить, – показал в сторону больницы, – там одно место вакантное, – штаны полетели за курткой, упав на нее крест-накрест.

Виталий подошел к машине и начал одеваться в трофейную одежду.

– Хорошая шутка, да? – Игорь посмотрел на товарищей.

– Угу, – Виталий одел на футболку куртку, застегнул наполовину молнию. – Вы чего так долго, Андрей Иванович?

– Меня самого только выпустили.

– Тюрьма, – Виталий кивнул каким-то своим мыслям.

– СИЗО…

– И кто вы теперь?

– Никто, – Андрей Иванович развел руками, – без работы, без документов, и дома.

– Как и я, в общем, – взял с капота найденный Володькой паспорт, открыл, прочитал вслух:

– Костромской Владислав Викторович. Похож? – показал бывшему участковому фото в паспорте.

– Ну… – Володька скептически поджал губы, сравнивая фотографию и лицо Виталика, – с натяжкой, конечно, можно сказать, что похож. Если уши подрезать и волосы перекрасить. Но если сильно не приглядываться, то вполне прокатит.

– Значит, милиция дала добро, – Виталий спрятал паспорт во внутренний карман куртки и, подхватив с капота нож, сунул в боковой карман. – Куда вы теперь?

– Мы вообще-то вместе, – улыбнулся Володька.

– Я вижу, что вы вместе, не слепой, – серьезно сказал Виталий. – Поэтому и спрашиваю, куда вы теперь. Вместе…

– Виталий, – Андрей Иванович решил попытаться направить беседу в нужное русло, – мы хотим вернуться в Карловку.

– Зачем?

– Найти убийцу Андрея.

– Это дело давнее, а там полдеревни убийц. Лучше вам держаться от них подальше.

– Убийство не должно оставаться безнаказанным.

– Вы не смогли их наказать когда были следователем КГБ, – Виталик не мигая смотрел в глаза следователя. – Что вы теперь им сделаете?

– Я могу собрать доказательства и…

– Вас пристрелят, когда вы появитесь в деревне, – Виталик отвернулся. – Просто на всякий случай или что бы отомстить за убитых.

– Это не так просто.

– У вас кроме этого пистолета оружие есть?

– Нет…

– А там полно, вы сам видели…

– Ты возвращаться не хочешь? – прямо спросил Андрей Иванович.

– Не хочу, – вновь повернулся к следователю, – но вернусь. У меня там тоже должок остался…

– Так что мешает с нами вместе? – удивился Володька. – Вместе веселее и надежнее.

– Здесь у меня тоже небольшое дельце есть. Надо завершить его.

– Мы могли бы тебе помочь. Да, Андрей Иванович?

– Что за дело? – спросил следователь.

– Был у меня сосед по палате. Надо одному человеку привет от него передать.

– Вместе передадим. Ты адрес знаешь?

– Знаю, – Виталий внезапно шагнул от машины, упал на правое колено и ударил правым кулаком в затылок поверженного Володькой. Не спеша снял с руки часы, одел на свою руку, встал, обернулся. – «Электроника», давно такие часы хотел.

Мужчины переглянулись.

– Трофеи, – плечо Игоря нервно дернулось.

– Угу, – шагнул обратно, опершись рукой о капот, прыжком перемахнул его и, открыв дверцу, сел на переднее пассажирское сидение. – Поехали, время идет.

– Он его не убил случайно? – тихо спросил Игорь.

– Хочешь проверить? – поморщился Володька, собрав с капота оставшиеся трофеи и рассовывая по карманам.

– Нет, – Игорь покачал головой.

– Тогда садимся и уезжаем, – решил Андрей Иванович. – Нечего тут глаза мозолить.

– А Паша? – спросил Володька.

– Что Паша?

– Это же он на нас навел, гнида. Проучить надо. Заодно деньги заберем, нам они нужнее.

– С Пашей поквитаемся в другой раз, – следователь сел в машину. – Пока есть дела поважнее.

Игорь уселся за руль, Володька составил компанию следователю.

– Куда ехать? – Игорь посмотрел на Виталия.

– Сейчас, – Виталий вытащил заткнутую за солнцезащитный козырек ручку и на обороте найденной в кармане квитанции написал адрес. – Туда езжай.

– Это где? – Игорь покрутил бумажку.

– Я откуда знаю? – Виталий пожал плечами. – У нас в больнице уроков географии и кружка юных краеведов не было.

Игорь оглянулся на мужчин.

– Езжай, там спросим, – принял решение следователь, – у прохожих.

«Девятка» покатила, подпрыгивая на разбитом асфальте.

После многочисленных расспросов до адреса добрались лишь во второй половине дня.

– Во двор не заезжай, – Виталий отстегнул ремень, – нечего светиться. Я сам зайду. У тебя инструмент есть в машине? – посмотрел на Игоря.

– Полная сумка в багажнике. А что?

– Возьму напрокат, если ты не против.

– Не против, но зачем? Дверь ломать будешь? – покосился на мужчин.

– Человек с инструментом не вызывает подозрения ни у кого, – Виталий открыл дверцу.

– Я с тобой пойду, – вылез из салона Андрей Иванович.

– Уверены?

– Уверен, вдвоем сподручнее.

– Смотрите, а то мало ли… – пожал плечами, – можете потом пожалеть.

– Если я не пойду, а с тобой что-нибудь случится, то пожалею наверняка.

– Я с вами, – Володька выбрался следом.

– Как хотите, – Виталий подошел к багажнику. – Игорь, открой.

– Я открою, – Володька открыл багажник. – Вот сумка, выбирай.

– Пойдет, – открыл, посмотрел внутрь, вытащил отвертку с красной рукояткой. – Неплохая отверточка, – положил в карман, – у меня такая была. – Закрыл сумку, вынул из багажника, перекинул ремень сумки через плечо. – Все беру.

Бывший участковый закрыл багажник. Виталий открыл дверцу, протянул руку к лежащей сзади кепке с надписью «Аdidas».

– Я возьму?

– Бери, – разрешил Игорь и нервно поежился.

Спасибо, – одев кепку, Виталий низко надвинул козырек, скрывая лицо от нежелательных взглядов. – Идем.

– Какая квартира? – спросил следователь.

Виталий молча сунул ему бумажку.

– Значит, нам туда, – определил Андрей Иванович. – Тот подъезд.

Возле подъезда на покосившейся лавочке сидела одинокая старушка.

– Здравствуйте, – сказал Андрей Иванович.

Виталий и Володька кивнули.

– Здравствуйте, люди добрые. Вы к кому? – старушка блеснула синевой совсем не старческих глаз.

– Вы из какой квартиры? – вопросом на вопрос ответил следователь.

– Двадцать пятая, а что? – насторожилась бабушка.

– А зовут как?

– Марья Ивановна, а вам зачем?

– Подозрение на утечку газа.

– Ох ты ж господи, – прижала руку ко рту. – А что же делать?

– Идите домой и ждите, сидите тихо. Мы после проверки к вам заглянем, проверим.

– Ой спасибо.

– Газ не зажигайте, – добавил Володька.

– Понимаю, понимаю, – мелко закивала Мария Ивановна и засеменила к подъезду. – И свет нельзя? – оглянулась на крыльце.

– Ни в коем разе, – Володька сделал страшные глаза, – ни свет, ни газ, ни телевизор, ни телефон.

– Искра может вызвать детонацию воздушно-газовой смеси, – солидно подтвердил Андрей Иванович. – Запритесь дома и ждите.

Дождавшись, пока старушка скрылась за обшарпанной дверью второго этажа, поднялись на четвертый.

– Тут, – Виталий кивнул на коричневую железную дверь, украшенную бронзовым номером.

– Так кто там? – шепотом спросил Андрей Иванович.

– Урод один…

– Ясно… бить будешь?

– Буду…

– Понятно. Тогда так, ты туда, – указал Володьке на пролет выше, – я вниз, – снял с плеча Виталия сумку. – Ты звони. Когда откроет, тогда будем действовать по обстоятельствам.

Виталий позвонил. Потом позвонил еще раз.

– Кто там? – спросил приглушенный дверью голос.

– Здравствуйте, я Марии Ивановны внук.

– Что вам надо?

– Вы нас заливаете.

– Что ты сочиняешь, парень? – дверь открылась. На пороге стоял крепкий мужчина, одетый в шлепанцы, спортивные брюки и белую футболку с надписью СССР. – Никого я не заливаю.

– У нас в ванной вода с потолка хлещет.

– Хочешь, сам пройди и посмотри. Только тапки обуй.

– Сейчас, – Виталий шагнул в квартиру и рукояткой зажатой в кулаке отвертки апперкотом врезал по челюсти хозяина. – Обязательно одену, – добавил пошатнувшемуся мужчине слева мощный крюк в челюсть. – Не волнуйтесь, – ударил ногой в голову упавшего.

Развернул руку, насаживая на отвертку метнувшуюся из комнаты тень. Овчарка жалобно взвизгнула и заскулила у ног, зализывая внутренности, вывалившиеся из распоротого брюха.

– Не стой в дверях, – Андрей Иванович отодвинул Виталий и, выхватив пистолет, бесшумно прошелся по квартире. – Пусто, – выйдя из кухни, резюмировал он. – Зови Володю.

Виталий выглянул в подъезд и махнул рукой. Лейтенант поспешно зашел в квартиру.

– Нихрена себе у вас тут побоище. Бой в Крыму, все в дыму…

– Хорош трепаться, – прервал следователь. – Что с ним дальше делать будем? – посмотрел на Виталия.

– Дальше – больше, – Виталий достал из сумки скотч. – Помогите мне.

Совместными усилиями тело заволокли в комнату, усадили в кресло, примотав: руки к подлокотникам, ноги к ножкам.

– Слабонервных просим удалиться, – Виталий заклеил рот пленного куском скотча и начал копаться в сумке. – Беременные женщины и дети будут очень недовольны.

– Ты что с ним собираешься делать? – слегка побледнел Володя.

– Поговорить с ним, – Виталий достал механическую дрель и набор сверл, удовлетворенно кивнул и, выбрав сверло, начал зажимать в патрон.

– А это тебе зачем?

– Что бы разговор лучше шел. Ты, чем задавать глупые вопросы, принеси лучше стакан воды.

Володя посмотрел на следователя, Андрей Иванович кивнул. Лейтенант вышел из комнаты.

– Ты уверен? – спросил Андрей Иванович. – Еще не поздно…

– Поздно, – Виталий дважды хлестнул пленного тыльной стороной левой ладони по щекам. – Вы сами решили в этом участвовать.

– Сам… – следователь задумчиво потер левую щеку.

Володя принес воду и протянул стакан Виталию.

– На него вылей.

– Я там вот что нашел, – лейтенант показал пузырек с нашатырным спиртом.

– Еще лучше, – Виталий взял пузырек и, открутив крышку, сунул под нос связанному.

Вскоре хозяин квартиры пришел в себя. Обвел налетчиков мутным взглядом, дернулся и замычал.

– Сказать что-то хочешь? – Виталий закрутил крышечку и бросил пузырек в сумку.

Мужчина закивал.

– Молодец. Подержи, – сунул дрель лейтенанту. А мы поболтаем, – в руке Виталия появился нож. Щелкнуло выскакивая лезвие. – Я сейчас сниму скотч. Закричишь – отрежу ухо. Понял? Кивни.

Мужчина кивнул. Виталлий резким движением оторвал скотч со рта жертвы и сунул кусок Володе:

– Сверни и в сумку. Теперь с тобой, – ухватил жертву за ухо. – Говори.

– Ребят, вам деньги нужны? – с надеждой спросил связанный.

– Деньги всем нужны, – кивнул Виталий.

– Так я вам дам, – заискивающе улыбнулся, – не вопрос.

– Много?

– Все, что есть, отдам…

– Где они? – Виталий не выказывал ни волнения, ни интереса.

– В холодильнике лежат, в морозилке. Там пакет из-под молока, в нем деньги…

– Проверь, – велел Виталий Володьке.

Андрей Иванович кивнул, подтверждая приказ. Бывший участковый ушел на кухню.

– Неплохо живешь, – Виталий обвел взглядом комнату. – Магнитофон, телевизор. Цветной?

– Цветной. Можете забирать.

– Надо же, я таких и не видел… Импортный?

– Да, «Сони», японский. Берите его и видик берите и музыкальный центр…

– Я и слов-то таких не знаю.

Вернулся Володя и показал пачку купюр:

– Тут доллары и марки и наши.

– И что, не жалко? – Виталий взял у лейтенанта дрель заглянул жертве в глаза.

– Берите, все берите. Жизнь дороже.

– Не волнуйся, возьмем, – Виталий подтянул гнутоклееный стул и повернув спинкой к жертве, уселся на него, положив подбородок на спинку. – А про жизнь ты хорошо сказал, я запомню. Только ты сначала нам расскажи, как эти деньги заработал. Хорошо?

– Ребята, – голос мужчины поменялся, – забирайте деньги, забирайте все, что хотите, и уходите. Я сделаю вид, что вас не было.

– Пугать начал? Значит, разговора не получится?..

– Парень, ты хоть понимаешь, куда лезешь?

– Вот и расскажи мне, а я послушаю и подумаю.

– Да ты знаешь, кто я?!

– Почем мне знать, кто ты? Я пришел поговорить.

– Пошел ты!

– Хам, – Виталий, внезапно перехватив дрель, ударил задним упором сбоку в колено жертвы.

Мужчина дернулся и заскрипел зубами от боли. Продолжая глядеть ему в глаза Виталий снова ударил дрелью туда же.

– Твою мать! – сдавленно прошипел мужчина. – Больно же!

– Нехорошо так про маму, – Виталий встал со стула, положил на него дрель, и ударил сидящего в колено ногой. Цепко ухватил за челюсть, гася крик. – Скотч, – посмотрел на сообщников.

Помявшись, Володя достал из сумки и протянул Виталию скотч.

– Ты у нас все расскажешь, – Виталий залепил рот жертве и, снова усевшись на стул, приставил сверло к бедру плененного, – даже то, чего не знаешь. Ты у меня будешь петь как Петроний ранним росистым утром перед рыбалкой, – начал не спеша вращать ручку, сверля бедро.

По брюкам потекла кровь, глаза пытаемого залила боль, запахло мочой.

– Ты чего? – Володя дернулся остановить пытку, но Андрей Иванович цепко прихватил его за руку и вывел в коридор:

– Тут постой. А лучше поищи пока документы, – вернулся в комнату, закрыв за собой дверь.

Виталий не терял времени даром и сейчас уже прибивал гвоздем-соткой левую стопу хозяина квартиры к паркету:

– Как говорил мой дядя: можно украсть все, что не приколочено к полу. Теперь тебя украсть нельзя, – напоследок небрежным ударом молотка раздробил большой палец и встав, поставил стул напротив пытаемого. Уселся, наклонил голову, утвердив глаза на уровне глаз мужчины. – Ну что, будем изображать партизана на допросе в гестапо? Учти, я много книжек про немцев прочитал, как они наших героических партизан и подпольщиков мучили. Фашисты проклятые! – молоток врезался в многострадальное колено.

Мужчина что-то промычал.

– Говорить хочешь?

Мужчина лихорадочно закивал.

– А мне уже не интересно, – подтянул сумку, заглянул внутрь. – Что у нас тут еще есть? что мы еще можем применить?

Мужчина извивался и мычал, бился затылком об обтянутую кожей спинку кресла.

– Обратите внимание. – Виталий обернулся к следователю, – бьется головой о спинку, долго воет – в общем, всячески пытается уйти от ответа.

– Хватит, – твердо сказал следователь, – пускай скажет.

– Пускай, – легко согласился Виталий и содрал скотч. – Пой, птичка, не стыдись.

– Вы не знаете, на кого наехали! Вас же живыми закопают!

– Тут еще гвоздь есть, – показал Виталий. – Можно член его к креслу приколотить. Да? – посмотрел на жертву. – Попробуем?

– Хрен с вами!!! Я скажу, я все скажу!!!

– Погоди, – Виталий шлепнул мужчину тыльной стороной ладони по губам. – Магнитофон вон у тебя в шкафу, – встал, взял магнитофон. Повертел, хмыкнул, нашел «Запись» включил, поставил на стул. – Теперь рассказывай. У меня после психушки с памятью что-то стало…

– Что рассказывать?

– Что ты делал с детьми из детдома?

– Продавал…

– Детей? – не понял Андрей Иванович.

– И самих детей, особенно девочек. И на органы: на Западе очередь на пересадки и многие годами ждут, и готовы платить деньги…



[1] «Утиные истории» – американский телевизионный мультсериал, созданный «The Walt Disney Company». https://ru.wikipedia.org/wiki/Утиные_истории

+3
66
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...
Варвара Дашина №1