Клипер «Фермопилы» − шерстяные гонки. История одного рейса.

Автор:
ЛюбовьТк
Клипер «Фермопилы» − шерстяные гонки. История одного рейса.
Текст:

Встретились на следующий день в небольшом уютном кафе, в центре города. Сэм надел гражданский костюм. Но, хотя на нем великолепно сидели брюки с высокой талией и широкоплечий пиджак, выправка выдавала в нем военного, а походка в развалку − моряка.

Гарнет был измучен:

− Ох Сэмми, эти португальские родственники, от них одна головная боль, Господи, сколько же их! Бабушки, дедушки, тётушки, дядюшки, крёстные непонятно чьи. Каждый по сто раз обнимает, целует. Что за обычаи такие, с каждым нужно выпить за знакомство. А детей сколько, − Джон в ужасе закатил глаза, − Галдят, бегают. Моя голова как чугунок.

− Здесь так принято, − Сэм улыбнулся, понимая с чем столкнулся Джон. Он и сам с трудом принимал эти обычаи больших семей.

Джон мученически вздохнул. Заказали выпивку, и он с удовольствием осушил первую кружку.

– Ну, Сэм, твоя очередь. Рассказывай, как ты жил эти годы? Сколько детей успел народить?

– Детей у меня нет, Джон, и жены тоже.

– Ну?

– Я служу на крейсере «Суффолк». На берегу почти не бываю. Родные меня раз в полгода видят. Да и, если честно, характер мой не для женщин. Им ласку и любовь подавай, а я знаю только как раздавать команды, да наказания нерадивым. Меня младшие чины как огня боятся, не хочу, чтобы ещё жена боялась.

Джон поднял руку, останавливая Сэма:

– Знаешь, давай-ка по порядку. Рассказывай, что произошло на «Фермопилах», после того, как мы с Диггори и его дружком за борт нырнули.

Сэм снова почувствовал в груди боль, такую же как на палубе вчера.

– Сначала я не знал, что делать. Признаться, хотелось прыгнуть за тобой, − начал он.

– Вот ещё, дурь какая, –Джон нахмурился, и неодобрительно покачал головой.

– На марсовой площадке в тот вечер дежурил Стоун, он и позвал остальных. Если честно, я плохо помню ту ночь. Всё словно в тумане, все бегают, меня о чем-то спрашивают. Капитан приказал лечь в дрейф, да где вас было искать, к тому-же задул сильный ветер, такие волны поднялись. Меня отвели в каюту капитана. Там он обо всём расспросил, а после сказал, никому ничего не говорить. Обещал разобраться, когда корабль придёт в Лондон. В той гонке мы проиграли целую неделю. Эти бандиты успели испортить канаты, держащие Грота-галс и Грота-шкот. Капитан Кэмпбелл конечно пытался дать ход этому делу, но его быстро заткнули. Тот лорд, про которого говорил Диггори, оказался очень влиятельным. Никто не посмел возразить ему. Но мне, почти через двадцать лет, удалось восстановить справедливость. Этот старый мошенник-лорд предложил мне участвовать в одной афере. Меня тогда только на «Суффолк» перевели. Так вот, этот лорд Камерон прислал мне письмо с приглашением в своё поместье.

− Прислал письмо с приглашением? – переспросил Джон − Вот так просто? – Он недоверчиво поднял брови.

Сэм улыбнулся:

− Я был представлен ему на банкете, который давала одна судостроительная компания, пришлось постараться, дернуть за кое-какие ниточки чтобы это произошло, − Сэм зло хмыкнул, − примерно через неделю, он и позвал меня. Всё рассказать тебе не могу, но он пошёл дальше чем обычная нечестная игра. Предательство короны ему дорого обошлось. Лорду не помогли ни деньги, не связи. Камерон получил сполна. Я сделал всё, чтобы он навсегда перестал ломать людям судьбы. К сожалению, это не могло вернуть тебя к жизни.

– Но, но, но, мой мальчик! Прекрати меня хоронить, я живее всех живых.

–Джон, хвала небесам, но откуда я тогда знал.

– Ты стал жёстким Сэм, в тебе этого не было.

– Я видел много несправедливости.

– Все сталкиваются с ней, но разве злость поможет? Вспомни кривоглазого Диггори и его бесславную смерть. Сэм, не это в жизни главное.

– Ничего нет важнее справедливости и возмездия.

– Похоже ты не понял самого важного. Я прожил счастливые двадцать лет только благодаря Мариане и детям. Вот что такое счастье. Ты думаешь мне легко было, я полжизни в море провёл, а полжизни трясся от одного только вида воды, ночью в поту соскакивал от страха, снилось что замерзаю и тону.

– В тот день я струсил. Разве мог я после этого быть счастливым?

– Сэм, тебе было тринадцать.

– Не имеет значения, – упрямо ответил Сэм.

Но Джон сделал вид что не услышал:

− А вот мне интересно, как ты стал военным.

− Стараниями капитана Кэмпбелла. В Лондоне он привёл меня к своему другу в адмиралтействе − лорду Чарльзу Бересфорду. Мои ирландско-дворянские корни произвели на него большое впечатление. Он даже сказал, что наши предки состояли в каком-то родстве. А так как дядюшка и тетушка дали мне неплохое начальное образование, я легко поступил на службу. Два года на учебном корабле «Британия» − семь кругов ада которые или ломают тебя, или делают высококлассным офицером. Выжить мне помогли полгода службы на «Фермопилах». Конечно кораблем «Британию» можно назвать с натяжкой – два корпуса бывших парусников. Без мачт и такелажа, на постоянном якоре у самого берега реки Дарт. Муштра и плётка – главные учителя. Не думать не о чём, кроме того, что тебе говорят. Исполнять приказы и молчать если не спрашивают.

− Прям служба на «Фермопилах», − мрачно усмехнулся Джон.

− Хуже, намного хуже.

Перед глазами Сэма пронеслись картинки из далёкого прошлого – удар в рынду и грубый голос вахтенного: «Чистить зубы», «на молитву», «отбой». Все по команде, не мешкая не секунды, исполняли приказ, опоздавших охаживали розгами. Сэм, привыкший исполнять приказы молниеносно, был всегда первым, за что одноклассники не очень любили его. Но кое-что сделало его знаменитым среди сверстников. В кругу кадетов были очень популярны кулачные бои, проходившие в заброшенной каменоломне на окраине Дартмута. Спарринг с постоянным соперником Дэвидом Битти стали лучшем развлечением учеников в тот год. Но, в отличии от Битти, Сэм был на хорошем счету у преподавателей.

− С Дэвидом мы после окончания получили назначение на «Александрию». Я не могу назвать его близким другом, − задумчиво произнёс Сэм, − но хорошим товарищем он остался мне по сей день. Хотя его карьера сильно отличается от моей. Но стоит отдать Дэвиду должное, он уже тогда проявлял себя лидером. Ты что-нибуть слышал об Дэвиде Битти? – спросил Гарнета Сэм.

− Откуда, Сэмми? Хотя имя знакомое, может краем уха, или Сэмюель чего рассказывал, − Джон пожал плечами. − Да! Я ведь совсем забыл. Как же я мог, − он принялся снимать что-то с шеи, − Вот! Узнаёшь?

На огромной ладони лежала маленькая серебряная монетка с продетой в отверстие суровой ниткой. Сэм остолбенел:

− Не может быть, Джон, этого просто не может быть!

Эта была монетка его отца. Та, что зацепилась за беседку, которую он кинул вслед Джону.

− Но как такое возможно?

По лицу Гарнета пробежала тень. Он вздохнул, вспоминая:

− Вскоре, после того как я оказался в воде, я рукой почувствовал что-то. Эта малышка удивительным образом застряла в отверстии между деревом и канатом. Я её вытащил, и как только она оказалась в моих руках, появился корабль. Как меня разглядели в темноте одному богу известно.

Сэм ошарашенно глядел на Джона. Сердце билось так, как никогда, даже в самый сильный шторм. Ничего не соображая он выдавил из себя:

− Монета спасла тебя?

− Меня спас ты, когда бросил беседку, а твоя монета напоминала, что в мире есть удача.

− Ох, Джон, я столько лет казнил себя.

− Ну так с этой минуты прекращай. Повесь на шею эту красавицу. Мне она принесла много счастья, очередь за тобой.

− Ну так с этой минуты прекращай. Повесь на шею эту красавицу. Мне она принесла много счастья, очередь за тобой. −Джон решительно сменил тему, – А твои родные, Сэм? Живы ли дядя и тётя?

– Живы и здоровы. Да я тебя с ними познакомлю. Сегодня они нас ждут на обед, тётушка готовит свое знаменитое жаркое.

− Обед? Где?

− Да, ты же не знаешь. Теперь они живут в Лиссабоне. Тётушка Урсула родом отсюда. Её старший брат владел гостиницей в городе, и завещал всё тётушке. После его смерти мои сюда и перебрались; продали паб, а здесь уже вложили деньги в гостиницу. У них неплохо идут дела, я их часто навещаю.

– Как они управляются одни? Тяжело небось.

– Им помогает Элизабет, – глаза Сэма заблестели.

– Кто она?

– Воспитанница. Когда дядюшка с тётушкой переехали пятнадцать лет назад, они взяли к себе сироту, девочку десяти лет. Детей у них нет, я вырос и давно уже не жил с ними. Элизабет им как дочь.

– Да ты никак её любишь? – заметив блеск в глазах Сэма, заулыбался Джон и хлопнул его по спине.

Сэм не ответил, лишь кивнул головой.

– Так что ж не женился?

– У меня стояли другие задачи в жизни.

– Какие? Мстить за мою смерть?

– Джон, ты не понимаешь, я должен был наказать Камерона.

– Да кто втемяшил в твою глупую голову эту чушь?

Сэм поспешно перевёл разговор:

− Как на счёт моего предложения, дядюшка и тётушка просто мечтают познакомиться с тобой.

Джон одобрительно кивнул.

− Идти не далеко, всего несколько кварталов, ты не против прогуляться пешком? – спросил Сэм.

− Будет хорошо проветрить мозги перед знакомством с твоими родственниками, особенно с Элизабет. Кстати, лорда ты наказал, я живой, не пора ли тебе разрешить себе стать счастливым, как думаешь?

− О чем ты? – Сэм напрягся.

– Ты знаешь о чём. Сдаётся мне, твоя Элизабет ждёт, когда ты сделаешь ей предложение.

– Как тебе в голову пришла эта фантазия? Ты даже не знаешь Элизабет.

Джон ухмыльнулся и хитро прищурился:

− Она замужем?

− Нет.

− А лет ей я так понял уж где-то двадцать пять?

− Ну, да.

− Так почему она до сих пор не вышла замуж?

– Я никогда не думал об этом, возможно никто не пришёлся ей по сердцу.

– Или тот, кто пришёлся, как последний балован ищет в море призраков.

– Джон, черт возьми, всё не так просто. К тому же, позавчера к ней посватался соседский лавочник, он не очень умён, но богат. Думаю, у них всё сладится.

– Она дала согласие?

− Сказала, что ответит сегодня вечером. Думаю, скажет да.

− Послушай совета старого друга. Сейчас ты покупаешь кольцо, и сегодня же, слышишь − сегодня же, делаешь Элизабет предложение, – Джон яростно рубанул воздух ладонью. − Так мы идём выбирать кольцо?

Сэм подумал и наконец решился:

– Да. Я знаком с хозяином ювелирной лавки, думаю, она уже открыта, – он с надеждой посмотрел на Джона, в одно мгновение из сурового, жесткого офицера став тринадцатилетнем Сэмом.

– Идём, хватит болтать. Больше дела, меньше слов. Где твой ювелир? − Джон был непоколебим. 

0
14
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...
Станислава Грай №1

Другие публикации