Строго на Восток Часть 6

Автор:
Евгений Владимирский
Строго на Восток Часть 6
Аннотация:
После недели пребывания на Дальнем Востоке, в городах Владивосток и Хабаровск поезд везёт меня вместе с другими пассажирами по просторам России, в сторону Москвы. Но моё путешествие на этом не заканчивается. Впереди ждёт город Чита. Да, поскольку, ехать до него почти двое суток, время кажется бесконечным. Оно словно остановилось в бесконечных просторах страны, где от Хабаровска до самой Читы не встречается больших городов, но очень много малоизвестных небольших железнодорожных станций
Текст:

7

Снова в Сибирь

1

После 4 дней пребывания на самом краю нашей страны, в городе Владивосток, на Хабаровск мной было выделено только два полных дня и две ночи. Уже на третий день, как планировал ещё зимой, я стал собираться в дорогу, чтобы ехать дальше.

Поскольку, мой поезд отходил тогда после двух часов дня. Время сбора затянулось. Я много смотрел телевизор, в том числе свою любимую передачу "Умницы и умники", с ведущим Юрием Вяземским, чьи книги ранее читал довольно много. Одним из самых его произведений является повесть "Шут", написанная им ещё 80-е XX века, по ней даже был снят одноимённый фильм.

Только в 11 часов утра я наконец покинул свой гостиничный номер. Но в связи с ранним отъездом, в камеру хранения чемодан сдавать уже свой не хотелось. Время ожидания перед поездом провести решил в одном из залом ожидания шумного железнодорожного вокзала и привокзальном кафе. Полноценной прогулки тоже не вышло, что теперь не расставался с багажом. Поскольку, если его сдавать, то было уже не важно, когда его заберёшь, потому что всё равно брали плату, как за весь день.

Когда же в 14.00 наконец пришёл мой поезд, сообщением "Владивосток - Москва", передо мной возник новый барьер и возник он, когда я собирался проводнице предъявить вместе с паспортом свой билет и пройти в вагон.

"У нас посадка вообще-то за полчаса только", - грубо сказала мне сразу проводница

"И что теперь делать?", - спросил я

"Ничего не знаю, Вам всё на вокзале говорили", - ответила она, а после, как исключение, посадив в вагон, инвалида - колясочника, вслед за которым в вагон прошли несколько носильщиков с вещами и жена того пассажира. Проводница тут же закрыла проход и куда-то ушла.

Таким образом, после нескольких часов ожидания на вокзале, моя мечта пройти в вагон, чтобы сразу переодеться, убрать большую часть вещей в багажный отсек, не сбылась.

Трудно сказать, чем был я тогда не доволен больше: хамством проводницы или тем, что не пустила. При том, что в любом случае билет ей у меня пришлось проверять, когда поезд уже бы тронулся. Но от такого отношения, в начале пути, я сразу стал очень злым. Тем более, что сколько раз до этого на проходящих поездах ездил, всегда садили сразу, как поезд придёт, не выжидая время

В результате, не отходя от своего вагона, я начал спрашивать абсолютно всех про эти правила. Хотя мне на этот вопрос толком никто ответить не могли, даже путейцы, которые занимались в это время сцепкой вагонов. Почему-то когда за полчаса до отправления проводница моего вагона объявилась, чтоб начать проверять билеты, было видно, что ей о моих опросах всё передали и явно этим была очень не довольна.

"Ты уже здесь весь перрон опросил", - сказала она мне со злобой, проверяя мой билет.

Но после посадки меня ждала новая проблема. Вагон этот раз у меня был не плацкартный, а купейный. Да только из-за задержки с посадкой, в него сразу хлынула толпа народу. Шумно было и в моём купе. С трудом разминулся там со своими соседями по местам, чтоб забросить наверх свой чемодан. Потом оказалось, что в моём купе и едет пассажир, которого в вагон заносили на инвалидной коляске, но у его жены было место в соседнем от нас купе. Стали просить меня поменяться. Да ввиду того, что они выходили предстоящей ночью, а мне же теперь нужно было ехать почти двое суток, пришлось им отказать.

Вроде с проблемой этой разобрались быстро. Вскоре наконец-то мне удалось переодеться в лёгкую одежду, убрать свой чемодан. Оставил около стола только свою посуду и еду. Когда же наш поезд тронулся, нежданно негаданно объявились ревизоры, которые зачем-то стали регистрировать паспортные данные всех пассажиров. При том, что когда я ранее изучал железнодорожную теорию, мечтая быть проводником, там было чётко сказано, что ревизоры не должны причинять неудобства пассажирам. Тем более, что все данные о билетах пассажиров, всегда имелись у проводников. К тому же, что делали они это, когда проводница проверила у всех билеты. Естественно, подобное поведение ревизоров мне сразу показалось очень странным. Но вроде с их уходом из нашего вагона проблемы как бы закончились. Хабаровск наконец меня провожал в дальний путь.

На последующих этапах своей поездки, я садился на поезда ещё три раза, но нигде больше открыто не встречался с ревизорами и даже их не видел, хотя конечно они были. А проводники вагонов других поездов сильно удивлялись, когда им рассказывал о том, как меня в Хабаровске не хотели сразу садить, заставляя выжидать время, что в последствие, при посадке, спровоцировало давку в купе, с другими пассажирами.

Да в тоже самое время, покидая Хабаровск и не зная, чего мне ждать после таких сюрпризов, всё же пересилил себя и к этой проводнице как-то подошёл сам, чтоб узнать об этом. На что проводница говорила, что города, где мне предстояли очередные пересадки, такого уже нет.

"Понимаешь, я бы сама рада посадить была, но в Хабаровске реально правила такие, видимо, что вагоны новые прицепляют к составу", - говорила проводница мне в своё оправдание.

Её слова мне казались убедительными. Но только мной так и не понималось, чего же она так испугалась, когда узнала, что я на перроне устроил опрос прохожих и путейцев об этих правилах.

Я тогда был в роли путешественника и туриста. Всё знать сразу не мог. Возможно, что на вокзале Хабаровска могли быть такие правила. Тогда чего бояться, если эта проводница была права? Позднее, выступая уже на местном телевидении, в своём родном городе, где рассказывал про это путешествие, я тот же самый вопрос, правда, за кадром, задал также репортёру, когда он меня спросил о не приятных случаях в поездке. И репортёр удивился этому не меньше меня. Ведь, правда, чего было бояться, если на самом деле якобы правила такие.

2

Я ехал на поезде "Владивосток - Москва", постепенно покидая Дальний Восток, но, не заканчивая, при этом, своё путешествие. Несмотря на то, что теперь легко мог этим поездом добраться сразу до дома, ехал вовсе не домой, а в Читу, город, связанный с рождением моего дедушки, по линии моей мамы, Владимира Ароновича Струпинского и его сестры Бэлы. Хотя, по словам сестры моего дедушки, ей было всего 4 года, когда они уехали из Читы. Тем не менее, когда она узнала, что я собираюсь совершить такое путешествие, попросила переслать после фотографии ей этого города.

Возможно, вспоминались мне тогда из него и черно-белые открытки, которые в детстве смотрел, будучи в гостях у родителей своей мамы, да что-то ещё. Планируя эту поездку, сразу знал, что туда обязательно заеду.

Сменив плацкартный вагон на купейный, я отдыхал на привычной мне уже с плацкартных вагонов других поездов, верхней полке, которая казалась значительно длиннее, чем в отсеке "купе" плацкартного вагона. Если в плацкартном мои ноги часто высовывались из-за полки, приходилось их немного сжимать в коленях. То в купейном вагоне, я не мог ногами дотянуться до соседней стенки купе.

Но всё же большую часть времени предпочитал проводить, стоя в коридоре между дверями других купе.

Народу в вагоне было много. Здесь можно было встретить корейцев, пассажиров с детьми, вахтовых рабочих и даже деловых бизнесменов. Многие из них ехали сравнительно недалеко, но были те, кто готов был преодолеть весь маршрут поезда "Владивосток - Москва" от начала до конца.

В первую ночь моего следования вагон покинули трое моих соседей по местам в купе, где я остался абсолютно один, отдыхая на своём верхнем спальном месте. Наверное ехал так всю оставшуюся ночь и полдня, когда на какой-то из станций сел в моё купе не молодой уже человек, одетый в солидный деловой костюм. Да только, кто он такой, узнать, увы, не удалось, потому что большую часть времени он проводил в вагоне - ресторане.

После уже вечером, на станции "Могоча", моими соседями стали двое машинистов электровоза, ехавшие на обучение в Читу. Один из них сразу рассказал, что наш купейный вагон не совсем настоящий, а переделанный из бывшего плацкартного. Определил он это по приваренным в некоторых местах к стене, железным рейкам. И вагон действительно был не новый. Возможно, вследствие его старости, когда на второй день моего следования из Хабаровска в Читу проводница пылесосила весь вагон, у неё слетела с петель дверь в проёме между входом в основную часть вагона и его служебными помещениями. Пришлось пассажирам помогать этой грубой проводнице, испортившей за день до этого мне настроение, ставить дверь на петли назад. Вскоре присоединился к этому и я, случайно выйдя тогда из своего купе. Вроде дверь эта размеров небольшая была, но оказалась такой тяжёлой, что даже несколько молодых сильных людей, не смогли её сразу поднять.

При этом, мой вагон считался не просто купейным, а вагоном повышенной комфортности. Имелось в нём два биотуалета, которыми можно было пользоваться даже во время стоянки поезда, кондиционер, а также в стоимость билета данного вагона входило разовое питание: завтрак, обед или ужин по выбору. Выбранное после меню официант приносила прямо в купе из вагона - ресторана. Также я отметил в нём, что, закрывая в первую ночь дверь своего купе, после почти не слышал то, о чём говорили между собой, пассажиры других купе, стоящие тогда в коридоре.

Сразу вспомнился купейный вагон поезда "Нижний Тагил - Санкт-Петербург", в котором мы с мамой 18 лет тому назад ехали до Питера. Так там слышимость была настолько сто процентная, что стоило мне сказать кому-то из других пассажиров лишнее слово, мама сразу, подозвав меня в купе, делала замечание.

Касаемо станций, на которых делал остановки мой поезд, за почти двое суток пути между Хабаровском и Читой, в этом направлении не встречалось больших городов. Даже Благовещенск остался в стороне, куда шло ответвление от Белогорска. В тоже время здесь можно было встретить, в начале пути не менее известный город Биробиджан - главный город в Еврейской автономной области, расположенный в двух часах езды от Хабаровска. Потом на следующий день вечером была остановка, на станции "Ерофей Павлович", названной в честь землепроходца Ерофея Павловича Хабарова, станции "Скороводино", "Магадачи", в городе Могоча и множества других остановок, которые сейчас уже не вспомнить. Где-то мы стояли 20 и более минут, где проезжали с остановкой меньше, чем за 5 минут. Не редко было и то, что поезд гнал на большой скорости, без остановок, по полтора, два часа и более.

Пейзаж за окном вагона практический не менялся. Реки сменялись горами, горы реками и крутыми поворотами поезда, то вправо, то влево. Если бы не смена названий железнодорожных станций, могло показаться, что поезд идёт по кругу. Менялись со станциями и пассажиры моего вагона.

8

Ты помнишь, как всё начиналось.

"Кем ты будешь, когда вырастишь?", - спрашивали меня родители в далёком детстве. "Путешественником", - гордо отвечал я. Все смеялись, не воспринимая мои слова серьёзно. И в чём-то они были правы. Ведь на путешествиях деньги заработать было почти невозможно. Тем не менее, прошло с тех пор много лет. Я закончил учиться, сменил после окончания института немало работ и стал рабочим в обычной городской дорожной службе. Зимой, летом, осенью, весной - все времена года приходилось работать на улице, убирая снег, мусор и выполнять другие виды работ, кроме укладки асфальта. Так работал тогда уже около 6 лет. Но именно во время работы в этой городской дорожной службе, я фактический и сделался тем путешественником, которым был к моменту начала поездки на Дальний Восток.

Понятно, что пришёл к этому не сразу. Предпосылки начались в 2012 году, когда во время сплава, на Алтае, по реке "Песчаная", после причаливания нашего катамарана на ночлег, в один из дней пути, девушка - руководитель мне сделала замечание:

"Что ты со всеми не работаешь в постановке лагеря, тебе что лень что ли, не хочу слышать твоих оправданий".

Хотя я лентяем тогда не был, просто хотелось отдохнуть после долгого дня плавания по опасной реке. Эти слова на меня так подействовали, что стал думать отказаться от сплавов и многодневных лесных походов, в пользу культурного отдыха с гостиницами. Тем более, что с каждым днём сплава, когда мы чуть ли не ежедневно преодолевали на реке опасные пороги, рискуя перевернуться, мне всё больше и больше становилось не понятно: "Зачем я буду кому-то что-то доказывать, пытаться быть лучше, рискуя заработать какую-нибудь серьёзную травму, а то и вообще жизнью?"

Не понимал людей, кто стремился после попасть ещё на более опасную реку, до которой надо было добираться больше двух дней на поездах и других видах транспорта. В результате, вышло, что после двухнедельного путешествия по Алтаю, на сплавы больше не ходил.

Где-то через год со мной случилась другая история, когда познакомился с девушкой из соседнего города, а после нескольких месяцев с ней встреч, поехал в Санкт-Петербург. Да только, как оказалось после - только для этой поездки девушке был и нужен. Затраты на всё недельное путешествие по Петербургу легли полностью на меня и моих родителей. У девушки же этой денег было так мало, что они быстро закончились. В результате, я через несколько дней нахождения в Санкт-Петербурге стал думать о том, как бы вообще не разориться и к концу поездки не остаться без копейки в кармане. Родители девушки денег ей вообще тогда не дали и всяческий ещё до начала путешествия, старались тянуть их также с меня.

Только к сожалению, девушка все мои старания не оценила и буквально через две недели после нашего возвращения домой, позвонила и сказала, что хочет расстаться. Говорила, что я якобы слабоумный, а она не такая.

Поскольку, я стоять за себя тогда лишь учился, то достойного ответа за всё, фактический дать, увы, не смог. Расстались и расстались.

Очень скоро оказалось, что и мой лучший друг, которому доверял, как родному брату, почти 8 лет, оказался вовсе не другом. Наша дружба держалась, потому что я на многое закрывал тогда глаза, в том числе когда вместо поддержки в не простой ситуации, этот друг часто либо молчал или принимал нейтральную позицию. Даже когда, при этом страдал сам. Со временем это всё становилось всё больше и больше. "Друг" наглел. В какой-то момент, я про себя отметил, что он так деградирует, будто бы в его характере прогрессирует какая-то неизлечимая болезнь.

Когда после очередной раз, он меня сильно подставил, моему терпению пришёл конец. Хотя этот друг долго ещё не понимал, что же такого сделал, почему я не хочу общаться с ним больше?

В тоже самое время, после расставания с девушкой, отец мне как-то за ужином косвенно намекнул, что пора бы уже попробовать поездить в одиночку, денег меньше потратишь и удовольствия больше получишь. Причём, он говорил это не очень явно, не настаивал, открыто не предлагал. Тем не менее, намёк на то, чтобы попытаться начать путешествовать одному, заметил довольно сразу и через несколько месяцев после решил попытаться съездить один на три дня в Казань. Благо, что летом из оплачиваемого отпуска использовал только две недели. Оставшиеся две недели отпуска решил сразу потратить осенью.

Поездка в Казань прошла довольно успешно и в ней я учился преодолевать неуверенность в себе по время путешествий на поездах дальнего следования, самостоятельно гулять по большим городам, надеясь только на себя. Подводя после её итоги, понял, что путешествовать одному не так уж и плохо.

Когда прошёл год после той злополучной поездки с девушкой в Санкт-Петербург, я твёрдо решил, что пора попытаться съездить куда-нибудь на большое расстояние, где в одну сторону на поезде было ехать не меньше двух суток. Сначала хотел в Киев, но из-за начавшихся тогда на Украине военных действий, поехал в Иркутск, где формировалась экскурсионная группа на озеро "Байкал". До Иркутска я тогда ехал на поезде три ночи и два дня абсолютно самостоятельно, в толпе незнакомых пассажиров тесного салона плацкартного вагона.

Только в Иркутске уже встретился с группой, с которой после путешествовал всю неделю. Помимо путёвки на озеро "Байкал", я тогда доплатил за три ночи в гостинице Иркутска, чтоб после перед обратным поездом, погулять по городу самостоятельно.

Но возвращение домой из этой поездки меня уже не могло остановить. Я стал придумывать всё больше и больше новых вариантов путешествий внутри России. При этом, почему-то не хотелось выезжать за её пределы, даже в дружественные страны Белоруссию и Казахстан. Моя география путешествий внутри России была тогда очень обширна. Посетил Кавказские минеральные воды в Ставропольском крае, включая Пятигорск, Кисловодск, Ессентуки и Железноводск. Был на Домбае, столицы Чечни - городе Грозный, Крыму, Нижнем Новгороде, Волгограде, Астрахани и многих других городах. Даже в Санкт-Петербург возвратился одним летом, да и там каждый день утром куда-то выезжал.

За неделю пребывания последний раз в Санкт-Петербурге, съездил на один день в Великий Новгород, Выборг, Кронштадт, крепость Орешек, в Шлисельбурге и другие интересные пригороды, города, что рядом с Питером, которые, на мой взгляд, заслуживают не меньшего внимания.

Когда срок моего пребывания в Санкт-Петербург подошёл к концу, поехал не домой, а на три дня сначала в Ярославль, с заездом в Ростов Великий и на один день в Кострому. Правда ездил в такие поездки не больше, чем на две недели. Но эти недели были довольно познавательные, потому что не мог сидеть долго на одном месте, стараясь побывать, помимо основного города, где обычно базировался одну неделю в какой-либо гостинице, в других городах, что были рядом.

По сути дела после лесных походов и сплавов по рекам, сменился только ночлег в палатке на ночлег в гостинице, да походная одежда на парадную. В остальном же я по-прежнему оставался бродячим туристом, скитающимся по городам нашей страны.

Поездка по городам Сибири и Дальнего Востока летом 2018 года, была уже неизвестно, какая по счёту. Но в тоже время она была самая длинная по количеству дней из всех предыдущих моих путешествий за все 10 лет. Когда после окончания института, работая в археологической экспедиции на Приобском месторождении нефти, в 60 километрах от Ханты-Мансийска, пробыл ровно три недели.

Теперь, спустя 10 лет, было примерно также. Лишь с той разницей, что мной уже никто не руководил, и ехал я не в группе, а абсолютно один.

Касаемо транспорта своего следования, почти всегда использовал поезд, изредка прибегая к автобусу и самолёту. При этом, чтобы проехать в купейном вагоне, сразу не могло быть и речи. Да даже когда покупал билеты на 8 поездов, которыми планировал пользоваться в процессе путешествия по Сибири и Дальнему Востоку, изначально брал плацкартные вагоны. Лишь когда дело дошло до покупки билета на поезд из Хабаровска до Читы, принял окончательное решение брать купе, чтоб как-то снять напряжение после стольких переездов. Но когда узнал, что за 90 суток до отправления, верхние полки в купе стоят почти одинаково с плацкартными, а иногда плацкартный стоил даже дороже купейного, на все последующие три поезда брал исключительно купейные вагоны.

В день наступления отъезда, я смело вошёл на путь путешественника и, посетив города: Тюмень, Омск, Новосибирск, Владивосток и Хабаровск, спустя две недели пути, постепенно приближался к городу Чита, столице Забайкальского края, бывшей Читинской области.

0
24
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...
Анна Голубенкова №1

Другие публикации