ОТКРОВЕНИЯ СУДНОГО ДНЯ. Глава 6. Мрачные сны – вещие сны?

Автор:
kimmeriec
ОТКРОВЕНИЯ СУДНОГО ДНЯ.  Глава 6. Мрачные сны – вещие сны?
Аннотация:
Основная часть.
Текст:

                        Глава 6. Мрачные сны – вещие сны?

Катрин Денёв проснулась от собственного крика. Но сон, ужасный сон не отпускал, несмотря на то, что ее соседка по номеру Софи Лорен трясла ее за плечи, будто грушу. Нет, ни Катрин, ни Софи на самом деле не носили имен знаменитостей. Но так уж заведено в ашраме матушки Анни, что всякая девушка, ступившая на землю ашрама должна забыть свое имя и свою историю, и взять себе вымышленное имя, которым ее и будут именовать в ашраме. На самом же деле Катрин звали… нет, пока не будем раскрывать ее инкогнито. Возможно, когда-нибудь она сама раскроет его.

Но вернемся к Катрин. Ее состояние можно охарактеризовать как: поднять подняли, а разбудить не разбудили, потому что глаза упорно не хотели раскрываться. Но неожиданно ситуация вовне изменилась. Софи перестала трясти Катрин и только удерживала за плечи, а на лоб Катрин (Ого, какой горячий!) легла чья-то прохладная ладонь. Впрочем, Катрин сразу поняла, что это ладонь матушки Анни.

- Милая, что же ты так кричишь? Весь ашрам разбудила.

- Матушка, опять началось, - и Катрин залилась слезами.

- Что началось? Кошмары вернулись? – уточнила матушка Анни.

- Д-да, - выдавила Катрин.

- Ну, давай успокойся и расскажи, что снилось. А дальше мы решим, что это было.

Собственно, год назад Катрин и приехала в ашрам, потому что ее мучили кошмары. Это были катастрофы вселенского масштаба с многочисленными жертвами, что очень мучило Катрин. Многочисленные беседы с матушкой Анни, медитации под ее руководством и другие упражнения раджа-йоги успокоили Катрин. Кошмары исчезли, жизнь казалась прекрасной. Девушка даже занялась своим хобби – рисованием. Благо их ашрам возвышался над знаменитой индийской рекой Брахмапутрой, воспетой еще Николаем Рерихом.

Когда девушка пришла в себя и открыла глаза, она наткнулась на внимательный взгляд матушки Анни, который буквально пронизывал ее на всю глубину.

- Вот и славненько. Ты пришла в свое естественное состояние. И это хорошо. А теперь рассказывай свой кошмар. Когда поделишься им с нами, тебе останется намного меньше. Помнишь это правило?

Катрин кивнула и начала рассказ.

- Снится мне, что мы всем классом отмечаем выпуск. В Париже, на Сене. Делаем это на прогулочном катере, который заранее арендовали наши родители. Веселье бьет ключом, что неудивительно при обилии спиртного. Правда, было, в основном, вино. Вот мы прошли мимо острова Сите, на котором расположен Собор Парижской богоматери, впереди показалась Эйфелева башня. Но она еще за поворотом реки, так что видна одна верхушка.

- И в этот момент… в этот момент, - слезы навернулись на глаза Катрин, - нет, я не могу.

- Успокойся, Кати, успокойся,- проговорила матушка Анни, - это же просто сон. Да, жуткий, кошмарный… но все равно это сон. Так что рассказывай, и ничего не бойся. Мы рядом с тобой.

Девушку передернуло от воспоминаний, она судорожно повела плечами.

- Мы уже прошли на катере остров Сите, как вдруг земля по обе стороны Сены вздулась, будто ее что-то снизу подпирало, берега приподнялись и рухнули с невероятной скоростью.

- Подожди, - вмешалась матушка Анни, - рухнули? Куда они могли рухнуть? Ведь они и есть земля. Как можно рухнуть ниже земли?

- Я не знаю куда. – Вымученно улыбнулась Катрин. – Только берегов не стало, а воды Сены хлынули в город. В считанные минуты в тех местах, где была земля, осталась одна вода… и ничего больше. Даже острова Сите, мимо которого мы проплыли, не стало. Причем, погружение было настолько глубоким, что все знаменитые здания, Собор Парижской богоматери, Дворец Правосудия и другие исчезли.

- Но может быть, было сильное землетрясение, и они разрушились? – Вмешалась Софи. Любопытство девушки взяло верх, она понимала, что Кати очень тяжело, но против природного интереса, она была бессильна.

- Может быть, и землетрясение, - потухшим голосом ответила Катрин. – Я не знаю, я ничего не знаю.

- Если землетрясение, то должны были обрушиться мосты. Ты видела, что сделалось с мостами? – донимала Софи.

Катрин задумалась, даже наморщила носик.

- Да, ты права, Софи. Перед нами как раз был один из мостов. Точнее, должен был быть. Но я его не помню… не видела.

- Но ты-то жива, осталась в своем сне? – Не уставая, задавала все новые вопросы любопытная девушка.

- Ты знаешь, Софи, помню последнее ощущение – будто меня кто-то вытаскивает из того катера, на котором мы плыли… и все пропадает.

- Ну, вот видишь, это просто сон, из тех, что мучили тебя год назад.

- А я думаю, что это не просто сон. - Вмешалась матушка Анни.- Скорее, это ностальгия по дому. Ты ведь уже год как на чужбине. Вот тебе и стали сниться сны про родину. Естественно, в привычном для тебя стиле – в виде кошмаров

- И что же мне делать? – удрученно спросила Катрин.

- Как что? Собрать вещи и съездить во Францию, в Париж, покататься на прогулочном катере, успокоиться… и если появится желание, возвращаться в ашрам, - грустно улыбнулась матушка Анни.

- Так я начну собираться?

- Не сейчас. На дворе глубокая ночь. Вот придет утро, а оно, как известно, вечера мудренее. Тогда и решим твою проблему.

- А сейчас всем спать, - непререкаемым тоном приказала матушка Анни. – Спать до утра, не меньше.

При этом она положила свою прохладную ладонь на лоб Катрин. Глаза у той стали закрываться сами собой, и она заснула глубоким сном без сновидений.

***

Утро началось с суматохи. Сбежались, наверное, все девушки ашрама, и каждая пыталась вставить свои пять копеек в плане советов, что же нужно взять Катрин с собой, а что брать не надо. И только сигнал на завтрак разогнал эту толпу, потому как прием пищи в ашраме – дело святое.

Во время завтрака к Кати подошла девушка, дежурившая по ашраму и сообщила, что после завтрака ее ждет матушка Анни. Потому Катрин постаралась как можно быстрее расправиться с завтраком, хотя, честно говоря, он и был-то совсем мизерным. После чего направилась к комнате матушки Анни. Нужно сказать, что ашрам матушки Анни в чем-то был похож на обыкновенный барак, сложенный из камней, которых в этой местности было предостаточно. Основной вход в здание делил ашрам на две неравные части. В правой части были комнаты послушниц, а в левой, залы для медитации и занятий йогой. Там же были комнаты руководства ашрама, в частности, матушки Анни.

Пока Катрин шла к комнате матушки Анни, в этой самой комнате происходил серьезный разговор между самой матушкой Анни и девушкой, которую в ашраме все знали, как начальника службы безопасности. Собственно, вся служба безопасности и заключалась в этой невысокой, но ладно скроенной девушке лет двадцати пяти.

- Дина, тебе предстоит серьезное задание. Похоже, девушка, взявшая себе имя Катрин Денёв, является Кассандрой Судного Дня. Поэтому на тебе лежит задача охранять ее днем и ночью, не давая приблизиться к ней потенциально опасным личностям.

Кати не знала, что в комнате решается ее судьба. Девушка ни о чем не подозревала, мечтая о поездке домой.

- Анни, вы хотите сказать, что Судный День близок?

- Судя по последнему сну Кати, ближе, чем нам кажется. Я ей порекомендовала лететь домой. Но у меня ощущение, что она туда не долетит. Потому выбирайте маршрут с пересадкой в Москве. Там тебе все знакомо, есть места, где остановиться и переждать неприятности… если они начнутся.

- На кого я могу рассчитывать? - Все тем же деловым и равнодушным тоном, спросила начальник службы безопасности.

- Карл будет тебя встречать внизу, под горой. С машиной. Он же довезет вас до Дели. Остальная группа Ордена Креста уже в Москве на конспиративной даче. С этого момента ты являешься руководителем группы. Никаких предварительных условий тебе не ставлю, потому что совершенно неизвестно, что ждет человечество впереди. Так что решения будешь принимать на месте, сама или вместе с группой.

- Я поняла.

- Так, вот еще что. Тебе нужно новое имя.

- Зачем?

- Ни к чему Катрин знать твое настоящее имя. Да и остальным тоже.

- А если я в Москве встречу знакомых?

- Ты забыла искусство иллюзии?

- Нет.

- Ну, так в чем вопрос? Набросишь на себя в Москве некий образ, который будет тебя скрывать… и все. Ну, так что насчет имени?

- Если можно, я выберу имя нашей актрисы Любови Орловой. И под нее же сделаю иллюзию.

- Интересная мысль. Я согласна. Но ведь и Карлу нужно новое имя.

- Я подумаю, пока будем спускаться.

- Хорошо. Ну, вроде бы обо все поговорили. Остальное, на твое усмотрение. О, слышу сандалики Кати…

В это время в комнату матушки Анни постучали.

- Да, да, войдите.

На пороге показалась Катрин Денев.

- Матушка, вы меня вызывали?

- Да, Кати, вызывала. Хочу сообщить, что тебя в дороге будет сопровождать…

- …Любовь Орлова, - встряла Дина. – Прошу любить и жаловать.

- О, вы русская?

- Да, из русской эмигрантской семьи. Можно сказать, пятое поколение русских эмигрантов во Франции.

- Так вы тоже из Франции? – обрадовалась Кати.

- Да, и тоже из Парижа, как и вы, Кати.

В разговор вешалась матушка Анни.

- Любовь давно просила отпуск, чтобы съездить в Париж, повидать родственников. Так что, ваше желание, Кати, совпало с желанием Любови, потому я не смогла ей отказать. Собирайтесь и отправляетесь по готовности.

- Матушка, я, в общем-то, уже собралась, - сообщила Кати.

- Вот и прекрасно. Тогда назначаю выход через полчаса. Тебе хватит Любовь?

- Вполне.

С тем и разошлись.

Кати, в принципе, собралась в дорогу до завтрака. Осталось лишь сменить местную одежду на дорожную, которая одновременно являлась одеждой европейского типа. Да, в ашраме все девушки и даже матушка Анни ходили в сари различных цветов. Многие носили браслеты на руках и даже ногах.

А матушка Анни носила роскошное колье с серьгами в тон

Впрочем, такое богатство было доступно не каждой девушке. Вот и Катрин носила сари гораздо проще.

Сев на кровать, Катрин задумалась о том, что же ей надеть в дорогу? Конечно, вещей было немного. Но все равно хватило бы на серьезный багаж. Кати вспомнила, как она нанимала носильщиков, чтобы ее вещи донесли до границы расположения ашрама (дальше мужчинам дорога была заказана). А потом таскала в гору чемоданы и баулы вместе с подоспевшими послушницами. Сейчас же она собиралась в отпуск. Пусть на месяц или два. И, естественно, все вещи тащить обратно, было ни к чему. К тому же дома родные докупят те вещи, что ей захочется. Заодно обновит гардероб.

- А оденусь я под хипстера. – Надумала Кати.

Она достала затертые джинсы, футболку с Микки Маусом, широкополую шляпу, кожаную байкерскую куртку (на случай похолодания или дождя), на ноги мокасины. Оделась, покрутилась перед напольным зеркалом, которое было в каждой комнате (девушки все-таки живут!), сняла куртку и привязала ее к рюкзаку, а вместо нее надела рубашку в клетку навыпуск.

Она не знала, какая сейчас мода и уместна ли ее одежда? Кати не любила классический французский стиль. Элегантный и сдержанный, но девушка предпочитала практичность и удобство. Возможно, это не всегда было актуально, но Катрин не волновало, что подумают о ней прохожие. На то они и прохожие.

Ну, все она была готова. Улыбнувшись себе в зеркале, Кати подняла рюкзак и вышла в коридор. Любовь ждала ее у выхода. Увидев Катрин, она надела свой рюкзак, поправила лямки себе и Кати и вышла из здания. Кати – за ней. Идя сзади по узкой тропинке, спускающейся к тому месту, где можно подъехать на машине, Кати присматривалась к тому, как одета Любовь. Та была одета в джинсы, но вместо футболки на ней была широкая блуза зеленого цвета и широкими рукавами, что удивило Кати. Зачем такие сложности? Кати еще больше удивилась бы, узнай она, что под широкими рукавами Любови были спрятаны два кинжала… на случай нападения. А на широком поясе (что тоже удивило бы Кати) были еще всякие штучки не менее смертельного назначения.

Любовь была несколько старомодна. Но понимала, что однажды ей придется отказаться от холодного оружия в пользу пистолета и пестрой сложного кроя – более удобной одежде.

За время спуска девушки вели разговор ни о чем, стараясь познакомиться поближе, перешли на «ты». А еще Кати узнала, что сокращенное имя Любови – это Люба.

По пути они любовались суровыми красотами гор, каменными россыпями, которые при неосторожном движении могли превратиться в каменные обвалы. Так за разговорами они вышли к площадке, на которой стоял внедорожник, но явно не западной и даже не японской сборки. Подойдя ближе, Кати обратила внимание на надпись на запасном колесе автомобиля. Она прочла «PATRIOT»… и ничего не поняла.

- Люба, а почему автомобиль называется «патриот»? - И она указала на надпись на автомобиле.

- Это автомобиль, сделанный в России. А там очень любят патриотизм.

- Так что и водитель из России?

- Да, и зовут его Иван Чапай, сокращенно, Ваня. Он кондовый русский, а не как я из эмигрантов. Родом из Москвы. Но понимает и разговаривает на всех более-менее значимых европейских языках. Так что проблем в общении с ним не будет.

В это время из кабины с водительского сиденья вылез парень. На вид ему было столько же лет, сколько и девушкам. И одет был соответственно: в джинсы, футболку и тяжелые ботинки на толстой подошве. Непослушный вихор дыбился над головой, несмотря на старания Ивана пригладить его. Черты лица были правильные, глаза внимательно смотрели зеленым цветом радужек глаз. Рот был небольшим, но и не маленьким. В общем, Иван сразу понравился Кати – он походил на плохого парня, на которых так западали девушки.

Ознакомились быстро. Иван оказался радушным и словоохотливым. К тому же, джентльменом. Потому как первое, что он сделал, это снял с девушек их тяжелые рюкзаки и упрятал в открывшийся багажник автомобиля. После чего элегантным жестом пригласил девушек рассаживаться.

- Где он такому политесу обучился? – шепнула Кати на ухо Любе.

- Скажу по секрету, Иван из древнего графского рода. Так что манеры у него еще те, - ответила Люба. Кати удивилась еще больше. Встретить в этой глуши графа и потомка графов было чем-то нереальным.

Люба села рядом с Иваном, Кати на заднее сиденье, и едва хлопнула дверь за Кати, машина рванула с места, резко разгоняясь. И это на горной дороге, которая вьется серпантином. Но чем дольше машина мчалась по серпантину, тем спокойнее становилось Катрин. Иван вел машину быстро, но уверенно. Ни одного лишнего жеста. И машина проходила опасные повороты впритирочку, что указывало на мастерство водителя.

Через два часа серпантин закончился. Сначала выскочили на грунтовую дорогу, которая скоро перешла в асфальтовую. Иван прибавил газу, и машина понеслась еще быстрее.

Иван и Люба все это время молчали, смотря на дорогу, потому Кати, устав от мельтешения за окном, стала дремать… и заснула. Разбудили ее уже ночью в каком-то небольшом городке, в котором была гостиница под стать городу, такая же небольшая, но уютная, которая обслуживалась самим хозяином гостиницы и его семьей. Разносолов не было, но ужин из овощей под местным соусом и душистый чай разморили Кати. Потому после ужина она едва доползла до койки, сбросила одежду и залезла под одеяло.

На следующий день выскочили на трассу, ведущую на Нью-Дели. Иван гнал машину на грани фола. Останавливались только на заправках, где и перекусывали. Ну, конечно, фастфудом, что явно не нравилось Кати, но на безрыбье… Потому она смирилась, понимая, что это временные неудобства.

Уже ночью въехали в Нью-Дели и по окружной дороге помчались в аэропорт. Впрочем, Кати ничего этого не видела. Укачанная дорогой, она мирно спала на заднем сиденье, благо при ее росте можно было улечься во все сиденье с удобствами.

В аэропорту Иван обвешался, как елка, рюкзаками девушек, не забыв и свой багаж, который тоже был в рюкзаке, после чего он и Кати пошли к стойке регистрации, а Люба - выкупать забронированные билеты. Уже рассвело, до отлета оставалось пару часов, потому нужно было торопиться. Впрочем, все обошлось без неожиданностей. И за полчаса до отлета путники попали в так называемый «отстойник», где, немного подождав, погрузились в аэродромный автобус, который повез их к новенькому Аэрбасу компании «Аэрофлот». Места достались справа по проходу совсем недалеко от входа. Ребята быстренько засунули в багаж свои рюкзаки и уселись, пристегнув ремни.

Полет проходил нормально. Но где-то за час до посадки в пассажирский салон вышла старшая стюардесса, которая на трех языках: русском, французском и английском сказала:

- Уважаемые пассажиры, особенно те, кто использует данный рейс в качестве пересадки на рейсы во Францию. Для вас важное сообщение.

После этого включился телевизор, и диктор взволнованным голосом стал сообщать, что во Франции произошло сильное землетрясение и многие районы затоплены. Кати увидев картинку наводнения, вскрикнула и... потеряла сознание. Впрочем, это заметили только Иван и Люба.

- Ну, и что будем делать? – Озадаченно спросил Иван.

Люба пощупала пульс Кати, приподняв веки, посмотрела на зрачки глаз. После чего недовольно проворчала:

- Что, что, переходим на план «Б».

- Это как?- Полюбопытствовал Иван.

- Включаем у Кати «режим зомби» и везем на нашу дачу.

Иван не знал, что такое режим «Б», и, тем более, что такое «режим зомби», но он привык доверять напарнице… особенно в экстренных случаях. Поэтому он только наблюдал за действиями Любы, которая стала производить какие-то манипуляции над головой Кати.

В принципе, после посадки Кати вела себя вполне адекватно, потому они спокойно прошли таможенный и пограничный контроль. А так как вещи были с собой, путники поспешили на выход. Оружие не нашли. И хотя Люба и Иван были опытны в этих делах, волнение присутствовало каждый раз. Единственное, что удивило и насторожило Ивана – это глаза Кати, они были пустыми, взгляд отсутствующим. Но зацикливаться на этом Иван не стал – на даче разберется. У здания аэропорта быстро нашлось такси, водитель которого согласился (правда, за большие деньги) отвезти их в Подмосковье, где была дача, о которой говорила Люба.

***

Кати просыпалась с трудом. Что-то цепко держало ее во сне. И она буквально продиралась сквозь невидимые преграды. Конечно, можно было сдаться и продолжать спать, тем более, что кошмары на время отступили, но что-то беспокоило Кати, требовало проснуться.

Раскрыв глаза, Кати обнаружила себя в незнакомой комнате. Причем настолько незнакомой, что это насторожило Кати. Стены дома были выложены целыми стволами деревьев. Да и все вокруг, даже кровать были из дерева. В головах было окно, и когда Кати в него глянула, то и там увидела сплошной лесной массив. От увиденного голова закружилась. Пришлось помотать головой, чтобы слегка встряхнуть себя. Откинув одеяло, весьма оригинальной расцветки (все будто в разноцветных заплатах), Кати опустила ноги с кровати. Кто-то ее раздел. О, она была лишь в нижнем белье, а ее одежда лежала рядом на стуле. Голова вновь закружилась от резких движений, что заставило Кати опереться руками о постель и замереть.

Прислушавшись, она услышала шум, идущий из глубины дома. Поэтому одевшись, девушка пошла на шум.

Иван и Люба сидели в креслах в зале, смотрели последние новости и тихо переговаривались. Внезапно оба почувствовали чужое присутствие в комнате и разом оглянулись. На пороге комнаты стояла Кати и с расширенными от ужаса глазами смотрела на телевизор. А там как раз передавали последние сообщения о произошедшем во Франции.

Люба резко вскочила, и почти бегом подскочила к Кати. После чего взяла ее за плечи, и чуть ли не силком привела к креслу, на котором сидела сама. В него же она и усадила безвольную Кати. Иван же пультом выключил телевизор. В комнате повисла гнетущая тишина. Наконец, Кати подняла голову.

- Мне кто-нибудь объяснит, что произошло во Франции?

- А ты готова услышать правду? – Спросил Иван.

В самом деле, а готова ли она? Чем больше над этим думала Кати, тем больше росла в ней уверенность, что готова. Она посмотрела на Ивана, потом на Любу.

- Рассказывайте.

Люба посмотрела на Ивана. Тот кивнул и начал рассказ.

- Ты что-нибудь слышала о большом адронном коллайлере? Его еще называют ЦЕРН (CERN) - Европейская организация по ядерным исследованиям.

- Да слышала, конечно. Он расположен где-то на границе Франции и Швейцарии.

- Правильно. – Кивнув, и обрадовавшись, что хоть это не предстоит объяснять, продолжила Люба. - Так вот, судя по последним известиям, ученые затеялись создать в ЦЕРНе миниатюрную черную дыру.

- И создали, - почти шепотом высказала догадку Кати.

- Похоже на то. Хотя, что там произошло неизвестно и сейчас. Как неизвестно, что же открыли ученые. В общем, четыре дня назад, ближе к вечеру, что-то в ЦЕРНе пошло не так. Что-то, повторю, еще неизвестно что, вырвалось из лабораторий ЦЕРНа, разрушив центр полностью. Все кто был в центре, погибли. При этом нужно учитывать, что ЦЕРН находился на глубине семидесяти – ста пятидесяти метров. И вот именно на этих глубинах это нечто двинулось в общем направлении на северо-восток, уйдя, в конце концов, в Атлантику. В результате, та территория Франции, через которую двигалось это нечто, опустилось на пятьдесят - сто метров, и было затоплено водами океана. Попутно это нечто «слизнуло» Англию и Уэллс, а также резко сократило площадь Ирландии.

Люба говорила все это очень просто, как будто рассказывала о погоде. Но сердцебиение Кати все учащалось, а в горле пересохло.

+1
50
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...
Анна Голубенкова №1