И кто его оживит?

Автор:
JusTsaY
И кто его оживит?
Аннотация:
Зарисовка для "Теней прошлого"
Строго 18+. Мерзости, обилие нецензурной лексики.
Текст:

И кто его оживит?

Карлос блевал в углу. Слабак. Час назад как психопат размахивал плазменным дробашом, и вот теперь накрыло. Стефано равнодушно смотрел на его блестящую потную лысину. Лямка от сумки, переполненной ассигнациями, нещадно давила. Он поморщился. То ли от боли в плече, то ли от вида блюющего ублюдка.

- Карлос, завязывай! - рявкнул Альберт. - И так наследил своим ДНК.

Стефано озадаченно взглянул на отливающего в противоположном углу Альберта. Они что, совсем тупые?

- Пошёл, кхм, нах, кхм, борода! - проквакал лысый ублюдок.

Сплюнув ошмётки, Карлос гордо выпрямился и улыбнулся на все двадцать два прогнивших зуба. Правой рукой, на которой виднелись высохшие кляксы крови, он вальяжно опёрся о стену.

- Полегчало? - с насмешкой спросил его Стефано.

- А ты чё такой стойкий, чернобровик? - Карлоса всё ещё пробирала мелкая дрожь, как от отравления. Но по голосу было понятно - очухался.

- Лысина, ты не удивляйся - его ничем не проймёшь, - сказал Альберт, стряхивая последние капли и застёгивая ширинку. Мокрыми пальцами он пригладил длинную - до ключицы - рыжую бороду.

- Ты мне вот что скажи, говна кусок, - продолжил он, - ты архитектора грохнул?

- Мне чё, больно надо? - отмахнулся Карлос.

- Пи*дит, - безразлично сказал Стефано, совсем чуть-чуть сдвинув чёрные как смоль густые брови.

Альберт глубокомысленно изучал груду глины, наваленную по центру сарая от дощатого пола до обугленного чердака. При хорошем воображении груда могла бы сойти за огромного монстра. При очень, очень, очень хорошем воображении. На уровне голов вооружённых дельцов в кривом изваянии зияло отверстие с какими-то символами.

Помещение, в котором скрывались бандиты, представляло собой древнее деревянное строение, чудом уцелевшее среди заброшенных производственных амбаров.

- Как думаешь, эта х**ня в теперешнем виде сможет "ожить"?

- Дык свитку не до пи**ы ли?

- Ты не врубаешься, лысый... Тихо!

За осиротевшей оконным стеклом рамой послышался вой сирен. Патруль, - рассуждал Стефано, - вроде ж основные полицейские силы всё ещё должны гнаться за иллюзией... Он озабоченно взглянул в экран коммутатора. Да, так и есть. Беспокоиться не о чем. Патруль - так, занять молодняк. Или на всякий случай. Те при любом раскладе сюда не полезут. Побрезгуют.

- Лысый, если не врубаешься, чушь не неси, - продолжил Альберт шёпотом, - связь предмета и формы, по сути, может быть определяющей. Где именно та тонкая грань, скажет лишь архитектор, а ты, у**ан, его грохнул!

- Да не всрался мне твой архитектор! - завизжал в бешенстве Карлос.

Полицейская мигалка вспыхнула и затухла совсем рядом. Следом раздался скрип выдвижных дверей и чьи-то шаги по щебёнке. Кретины! - взревел про себя Стефано. Альберт врезал в челюсть Карлосу и прильнул к оконному проёму. Лысый, смахнув кровь с уголка рта и не поднимаясь с пола, взял в прицел дробоша ветхую деревянную дверь - единственный полновесный вход в сарай. Снаружи мелькнула тень. Затем в дверь постучались.

- Стой! - вскрикнул Стефано, но Карлос уже спустил курок.

Старая дощатая дверь вспыхнула и разлетелась на горящие щепки. Дым смешался и пылью и заволок проход.

- Проклятье! - Стефано перемахнул через раму, а секунду спустя влез обратно с брыкающейся девицей в форме. Девица судорожно вырывалась из сковывающего руки обхвата и истерично вопила. Альберт спохватился прикрыть ей рот ладонью. На лице лысого засияла похабная улыбка.

Дым рассеялся, и в проходе показалась чья-то оторванная нога.

- Успокойся, слышишь, - глухим низким голосом сказал Стефано девице. Та подчинилась.

Стефано отбросил её в дальний угол и наставил на служительницу закона лазерный дезинтегратор. Карлос поднялся и ловко закинул дробаш на плечо.

- Фу, чёрт! - досадливо сплюнул Лысый. - Сраная эльфийка!

Из-под косматых растрёпанных волос чётко проглядывались заострённые уши. Стефано вопросительно посмотрел на Альберта, дескать, чего это он?

- Ты сатри, чернобровик, какую дрянь нам судьба подсунула, - бородач поморщился, - давай её сразу в расход.

Эльфийка испуганно косилась на развороченный проход.

- Альфред, не мешай работать! - хладнокровно осёк подельника Стефано и обратился к девице. - Другая патрульная машина как далеко отсюда? Кому-то успели об этом месте что-то сообщить? Эй, слышишь? Я с кем разговариваю?!

Эльфийка забилась в угол, глубоко дышала, озиралась, но молчала в тряпочку.

- С таких уродов ничё не возьмёшь, зря стараешься, - убеждал Альберт. - Ущербная раса - такую ни разговорить, ни изнасиловать.

- Нам нужны заложники, - настаивал Стефано, не поворачивая голову к бородачу. Его горделивый стан возвышался над подельниками, будто статуя Великого над приземистыми прохожими. Он не отрывал глаз от эльфийки и не видел, как за его спиной Карлос игрался с дробовиком: то подкидывая в руках, то нацеливая на девицу.

- Тили-тили, трали-вали, образину ща мы расстреляем, - приговаривал тот.

Стефано резко развернулся и с размаху врезал по скалящейся роже.

- Ты чё, вааще ох**л? - прохрипел Карлос и, оправившись, направил на обидчика ствол. Кровь тонкими струйками стекала из носа и разбитой губы.

Стефано не шелохнулся. Лишь чуть повёл густыми бровями.

- Да не стоит оно того! Слышь, чернобровик! Таких скотов пачками можно гасить, не убудет, - не унимался Альберт. Но вмешиваться не собирался.

- Чё, у**ище, не стрёмно самому-то за такую мразь жизнь положить? - голос Карлоса неожиданно дрогнул.

- Борода, а ты не подумал, что, если дело с Големом прогорит, на чём-то надо будет смыться? Полицейская тачка за углом. Но на ней ты никуда поехать не сможешь. А она может, - Стефано, чуть покосившись на девицу, сказал спокойно, со знанием своего дела.

- Если только нас вместе с тачкой не размажет об ближайшую стену, - возражал Альберт.

- Не размажет. Она жить хочет.

Альберт недоверчиво смерил взглядом заложницу. Её огромные глаза ошарашенно бегали от одного подельника к другому.

- Лысый, по ходу дела он прав. Слышь, опускай ствол. Лысый!

Карлос трясся как в лихорадке и дробовик не убирал. В глазах его сверкнула безумная искра, и он… спустил курок. Плазменная картечь впилась в тело Стефано, отбросив его к дальней стене. В воздухе послышался запах горелой плоти. Ассигнации как конфетти взмыли к потолку из переполненной сумки.

- Еб**ат! - заорал Альберт и бросился на Лысого. Тот без сопротивления отдал ему оружие, издал нервный смешок и снова начал блевать.

С дробовиком в руках Альберт кинулся тушить горящие ассигнации.

- С*ка! Дебила кусок! А если манускрипт задел?! Бл*!

Бородач сорвал сумку с тела и начал топтать тлеющие участки. Из прострелянных дырок обильно посыпались ценные бумаги.

- И зачем, спрашивается, грабили того чёртового кабалаиста, чтобы так просто про**ать главное сокровище? - причитал Альберт, копаясь в бумагах.

И вот среди ассигнаций показалась изумрудная шкатулка. Она была цела, не считая копоти. По периметру на ней красовались причудливые символы, аккуратно вырезанные и покрытые позолоченной краской. Сбоку находилась обыкновенная защёлка, отстегнув которую Бородач смог легко раскрыть шкатулку. Внутри в объятьях белоснежной подкладки лежал свёрток древнего пергамента. Рядом со свёртком, на распахнутой крышке буквально сиял изящный иероглиф - совершенно такой же, как и над отверстием в уродливой статуе.

- А вот по ходу и ответ на вопрос связи сути и формы. Слышь, Лысый, а мы неплохо на**али убогий народец на их у**ищного защитника! Лысый, э, Лысый, ты чё там? - сказал он, подбирая манускрипт.

Копаясь в бумагах, Альберт так увлёкся, что не замечал ничего вокруг.

- Руки так, чтобы я их видела! - услышал он женский голос.

Когда бородач поднял глаза, перед ним предстали сгорбившийся Карлос и эльфийка, что приставила служебное лазерное оружие прямо к сверкающему кожаному черепу подельника. Дробовик был прислонён к стене, и тянуться за ним бесполезно - не успеет. Как они так проморгали её обыскать?

- Не лепи х**ню, детка, - вякал Лысый, - опусти ствол.

- Заткнись, выродок! А ты, - обратилась она к Альберту, - руки за голову! Лицом к стене! А теперь ме-е-едленно сделай шаг в мою сторону. Я ЧТО тебе сказала?!

Бородач не отпускал свитка из рук, но свиток-то её совсем не беспокоил. Другое дело - дезинтегратор, засунутый за пояс на спине, о наличии которого она верно угадала. Главное, - решил Альберт, - сбить девку с толку. Стрелять она не собиралась, иначе бы уже завалила обоих. Но и провоцировать не стоит. Потому повернулся лицом к стене.

- Солнце, не кипятись! - обратился к эльфийке Бородач, чуть обернув голову. - мы нормальные пацаны и тебя не тронем. Как тебя зовут?

- Заткнись, мразь! Ты оглох?! Я сказала тебе медленно двигаться в мою сторону!

- Прости, сладкая, нервы, да и ранение в ноге, - Альберт изобразил хромоту, - медленно не получится. Так как тебя зовут? - нужно оттеснить дуру к центру, да так, чтобы оказаться возле изваяния и воспользоваться свитком.

- Элизабет.

- Элизабет, ты же понимаешь, что в таком положении мы никуда не придём. Может просто поговорим об этом? - Альберт продолжал пятиться.

- Убить бы вас прямо тут! Но вы должны понести всю ответственность перед законом!

- Перед законом, детка? А где он был, когда мою матушку продавали в рабство? Ты прикинь, её ежедневно насиловал такой же ущербный и у**ищный народец, как ваш!

- Расист, да? Радикал? Любите искать проблемы там, где их нет, а затем возводить в Абсолют! - эльфийка отступала и не знала, как приструнить Бородача.

- Дорогуша, я вот не привык опускаться до прелюбодеяния с мразью, но в твоём случае сделаю исключение. Если сейчас же не сдашься!

- А НУ СТОЯТЬ, СКАЗАЛА, ИНАЧЕ ПРИСТРЕЛЮ! - с надрывом завопила Элизабет, и Бородач на мгновение замер.

- Сладкая, давай разойдёмся мирно. Ни ты, ни я умирать не хотим, - Альберт сделал ещё один уверенный шаг. Больше и не потребуется. Вот оно, отверстие, испещрённое иероглифами, только рукой дотянуться.

- Элизабет, ты же не убийца. Ты же не такая, как мы, - Бородач неспешно повернулся к эльфийке, якобы желая взглянуть ей в глаза.

- Видишь, у меня нет оружия, - Альберт развёл руки. - А ты же не будешь стрелять в безоружного человека?

- Тебе, урод, не побоюсь башку прострелить, - Элизабет перевела лазерный пистолет с потного лысого затылка на Бородача.

Альберт ехидно улыбнулся. Не будет она стрелять, даже если он выкрутит перед ней изящное па! Когда хотят убить - убивают, а не вопят об этом. Свиток в дырку, и дело с концом. И с наживой и с легендарным стражем. Ради такой роскоши не зазорно и макрухой заняться.

Манускрипт как влитой уместился в углублении. Главное сейчас, - подумал Альберт, - чтобы створками или другим каким-нибудь механизмом руку не прижало. Но нет - тишина. Ни шевеления, ни шипения, ни другого признака того, что магия сработала. Груда глины оставалась грудой глины.

- Ну чё там? - любопытствовал Карлос.

- Нихера, - задумчиво ответил Альберт, - может что-то не так делаем?

- Дык если Голем кабалаистов, вроде ж и его оживить кабалаист нужен, не?

- Лысый, а давай ты попробуешь!

- Ты чё, сдурел? Нету во мне и грамма этой у**ищной крови! Да и, слышь, проблемка есть, - Карлос указал на пальцем на Элизабет. Она совсем стушевалась, не зная как себя повести.

- Хм, возможно у неё родственники есть из этих? - размышлял вслух Альберт. - Ущербные ж е**тся с кем попало. Грязное семя где-то да наверняка проскакивало. А нам много и не нужно, так?

Эльфийка, повинуясь инстинкту (что-то в словах Бородача звучало особо угрожающе), вытянула руку и спустила курок. Но её опередил Карлос: тот вцепился в неё, и выстрел ушёл в молоко. Удар коленкой по причинному месту позволил ей высвободиться и броситься к выходу. За раскуроченной дверью она споткнулась об изувеченное тело напарника. Мрази ещё ответят! - пронеслось у неё в голове. Но тут над самой макушкой, едва не задев, просвистела плазменная дробь. Не надейся, Элизабет, - сказала она себе, - живой ты им не нужна! Пригнувшись, она что было мочи пустилась к машине: добраться до салона, и спасена! Совсем рядом вздыбился фонтан из щебёнки. Сволочь!

Машину поставили неудачно - под углом и капотом к сараю. Нормально не укрыться. Да и антигравитационная тяга оставляла огромную прореху между землёй и транспортным средством. Правая фара взвизгнула и рассыпалась на осколки, разметая снопы искр. Хорошо хоть не задел, косоглазый. Замок на двери с водительской стороны не капризничал - за долю секунды распознал отпечаток пальца Элизабет. А вот дверь такой же проворностью не отличилась. Как бы нехотя отлипла от магнитного запора и поползла вверх. И снова фонтан из щебёнки совсем рядом. Нога подкосилась. Резкая боль от ожога. Плазменная картечь-таки задела. Элизабет рухнула, но тут же поднялась. Сейчас не до ранений! Вот он - салон, стационарная рация, зажигание. В лобовое стекло ровно по серёдке угодил выстрел (и что-то прошмыгнуло справа). Эльфийка непроизвольно вжалась в сидение - будто только чудом её дробью не изрешетило. Выдержало стекло. Но тут что-то (или кто-то) с силой дёрнул её за волосы. Бородач выволок Элизабет из машины прямо из-под неспешно опускающейся двери.

- ПОДОНОК, ОТПУСТИ! - завопила она.

Альберт, насвистывая какую-то мелодию, тащил Элизабет за волосы обратно к сараю.

- Ну чё, сучка, куда намылилась? - брызгал слюной Карлос, размахивая над головой дробовиком, как знаменем. Как смертоносным слепым и бездумным знаменем свихнувшегося бандита.

"Хоть бы, пожалуйста, дробовик сам бы выстрелил ему в голову!" - промелькнуло у Элизабет в ту короткую секунду, когда боль не затуманивала мысли.

Альберт "подвёл" эльфийку к изваянию, скрестил на груди руки, тупо уставился и спросил:

- Ну?

Элизабет стушевалась. Никогда, НИКОГДА нельзя идти на поводу у вооружённой сволочи, как говорили в учебке. Даже в мелочах. Тем более в мелочах. Заговорить, ввести в ступор, оттянуть - всё что угодно, но не вестись.

- А что это тебе даст? - прохрипела Элизабет.

- Ха, ты посмотри на неё, лысый, она ещё тут вопросы задаёт. Нет, детка, так не пойдёт. Либо ты делаешь, что тебе говорят, либо мы отрываем от тебя по маленькому кусочку. Уяснила?

- Да, с*ка, не твоё дело, что нам Широков поручил! – прогнусавил Карлос.

Широков бы одним из криминальных воротил.

- Заткнись, - рявкнул на подельника Альберт.

- А откуда ты знаешь, что будет, если Голем проснётся? Что вообще его может разбудить? - шептала Элизабет. Громко говорить не было сил. - Страж народа, о котором вы знаете только свою ненависть, почему он должен встать на вашу сторону? Вы в курсе, в чём сердце этого народа? Культура и философия. Вера и ценности. Пласт поколений, протянувшийся сквозь общество. Что оно для вас? Для тебя? Ты считаешь, что и во мне могут ютиться его корни, но так ли это? Ты подвергнешь себя риску из-за догадки? А если Голем - мститель?

- Или раб, - закончил за эльфийку Альберт. - Хах, прям такая тайна? Дорогуша, мне срать на ваше этническое прошлое. Мы пошли на риск ради мощной штуковины, которую необходимо опробовать в полевых условиях. Догадки, да, не прокатят. Но не ты, так другого опробуем. И ваааще, хорош п**здеть - ваш род такой же древний, как и кабалаисты. У вас всяко больше шансов сойтись где-нибудь в народной оргии. Прошлое вспомнила тут, бл**ь!

- А может это ты скоро станешь тёмным прошлым! Что если Голем примет мою сторону?

- Умничка ты моя! В этом случае я тебя тут же прикончу! - улыбнулся Альберт и потянулся за дезинтегратором, заткнутым за пояс.

- И ты думаешь вот так, под дулом у виска я вообще что-то буду для тебя делать?

- Милочка, у тебя просто...

- А-а-ай! Достали! - заревел Карлос. - Я щас ей просто отниму ногу. Посговорчивей будет!

Широкими шагам лысый ублюдок приблизился к эльфийке, пнул ей по больной ноге и вплотную приставил к ней ствол дробаша. Элизабет перехватило дыхание. Вот-вот её превратят в калеку! Она машинально взглянула в дверной проход, не виднелась оттяпанная нога напарника. Не поскупятся!

Вместо выстрела взревел Альберт:

- Ну?!

Элизабет поддалась. Опёршись об изваяние, поднялась на здоровую ногу, потянулась к отверстию со свитком. Слегка коснулась... ничего. Вытащила из углубления и засунула вновь... Хоть бы ничего не было, хоть бы ничего не было! Она хотела жить! Она, она...

Ничего не произошло. Глиняный монумент хранил молчание.

- Бл**ь, - сплюнул Альберт, - не прокатило.

- В расход? - квакнул Карлос.

- Да погоди ты, успеем, - досадно проворчал Бородач. - Э, слышь, Лысый, может ты попробуешь?

- А нахрена? Я чем-то от тебя отличаюсь? Нет у меня в роду уродов!

- А ты попробуй. Выгорит, можешь гордиться собой.

Элизабет глубоко дышала и не слышала их спора. Перед глазами до сих пор стоял проклятый манускрипт.

- А чё бы и правда и нет? - Карлос выпрямился, перехватив дробаш правой, левой потянулся к проёму. За долю секунды он выполнил ту же самую операцию, что и Элизабет, и опять ничего не случилось.

- Я ж тебе толдычил! - лыбился Карлос, выставляя гнилые зубы.

- Ну, зато теперь точно знаем, - Альберт трепал рыжую бороду. - Есть мысли, чё дальше делаем?

- Да х** его знает. Давай эту в расход пустим.

- Подожди, Лысый. Я вот подумал, часто ли ты эльфиек в жизни встречал? Я имею в виду, неужто не интересно, что у них там под формой? Всё ли как у людей, или чё-то другое?

- Блин, Борода, это ж стрёмно! Это ж как с животным!

- И пох. Чё, кто-то узнает? Да и с животными бывает не так плохо...

- Ты чё... Бл*, ну ладно, уговорил.

- Тащи её сюда. Тока свиток вынь - нехер, чтобы он тут без присмотра болтался. Вещь-то дорогая!

Карлос прислонил к стене дробаш - освободить руки. С*ка ж ещё наверняка рыпаться будет. Пускай, что с виду неживая - его не обманешь. Предвкушая, он правой рукой потянулся за свитком, схватился и...

Пергамент зашипел. Запёкшиеся кляксы крови правой на руке Карлоса задымились и, - невероятно, - словно бы ожили. Лысый хотел было выдернуть руку, но её как пригвоздило. Ссохшаяся кровь на коже вдруг забурлила и стала стекать куда-то в проём. Карлос как следует рванул и высвободился. От рывка он не удержался и рухнул на задницу.

Иероглифы вокруг отверстия засияли, как если бы были вырезаны на корпусе растопленной печки. Притом этот жар будто неудержимо распалялся, а сияние становилось ярче. Вдруг символы потухли, и затрясся дощатый пол. Изваяние начало осыпаться. Сперва песчинки, затем целые глиняные пласты отваливались то тут, то там. А под ними виднелся рельеф диковинной формы. Словно шелуху кто-то соскребал изнутри. Наконец обрисовалось нечто огромное, метра в три в высоту и два в ширину. От объёмистых плеч вниз до самых коленей (если так можно назвать выпуклости на ногах гиганта) опускались толстенные руки. Торс напоминал три плотно состыкованных друг с другом бетонных прямоугольных плиты разного размера. Всю эту махину держали широченные ступни. Шеи у Голема не было - полукруг головы сразу же врастал в плечи. На нём же зияли два небольших отверстия. Будто глазные орбиты без глаз.

Голем не двигался, но трясся. Словно его телом завладел непроизвольный спазм. Или бессознательный инстинкт, какой бывает у животных, выбравшихся из воды на берег и вытрясающих влагу из шерсти.

Бандиты смотрели на всё это дело не шелохнувшись. Только Элизабет додумалась отползти подальше. Вдруг орбиты зажглись огоньками. Такими же, как на иероглифах. А из проёма, поглотившего свиток, раздалось утробно:

- ТЫ!

Звук был очень знаком подельникам. В нём чётко слышались нотки голоса архитектора. Но, очарованные превращением глыбы в стража, застыли на месте. Ни один, ни второй ничего не предприняли даже когда Голем поднял ручища, развёл их и прихлопнул наконец Карлоса, будто комара. Ручища сомкнулись с оглушительным хлопком, оставляя от Лысого только мокрое место на кривых несуразных ножках. Нижняя его часть ещё чуть-чуть простояла, затем обмякла и плюхнулась на пол. Вместе с ней начал сыпаться и сам Голем. Груды и стыки трескались и одна за другой отваливались от туловища. Торс с отверстием распался последним и предстал в таком виде, будто был алтарём для свитка.

Альберт присвистнул:

- Вот это я понимаю, мощь! А врал-то как: не я, да не я вальнул архитектора. П*дор. А ты что думаешь, детка?

Бородач повернулся и нашёл Элизабет совсем не в том запуганном состоянии, в котором ожидал увидеть. Опёршись спиной о стену, она держала двумя руками огромный дробаш и целилась в него. Это так не шло её хрупкому образу!

- Дорогуша, а с чего ты взяла, что Лысый не отстрелял все...

Раздался выстрел, изрешетивший Альберта насквозь.

- С того, подонок.

С четверть часа Элизабет не находила в себе сил подняться на ноги. Она не отрывала взгляда от изображенного смертью лица Стефано. Оно до боли было знакомым. Разве не он значился на доске почёта, как один из лучших оперативников отдела по борьбе с магическими преступлениями? А сейчас это важно? Сейчас нужно добраться до машины и вызвать отряд зачистки. Сейчас нужно встать и выйти из этой братской могилы. Да-да, сейчас, сейчас...

-2
55
21:34
Капец. Вам это нравится? Дело ваше.
Одного не понимаю, вы русский, сочиняете особый мир, почему в нем англоязычные имена? Вам проще описать психологию англосаксов чем славян? Это же каким образом? Или вы родились и выросли в их среде и воспитаны на их культуре? Если так то ладно, вы их знаете и вам виднее.
Не смог прочитать вашу работу, на втором абзаце заклинило. Уж извините.
21:58
Трэш тоже имеет право на жизнь)
Ps: забавно, но к концу как раз-таки слегка затрагивается проблема расизма)
12:44
Шо та действий маловато наскучило
Загрузка...
Сергей Ярчук №1

Другие публикации