Доктор в России I: Вредная ТАРДИС

Автор:
Altupi
Доктор в России I: Вредная ТАРДИС
Аннотация:
Новогодняя ночь. Десятого Доктора занесло в Россию, на задворки Москвы. ТАРДИС угнали. Дед Мороз исчез.
Текст:

***

Легкие как зектарианские мотыльки девочки планеты Сиган, танцевали на сверкающем полотне Дома Зораен. Мелодия струилась, неспешно, увлекая и маня, так что можно было расслабиться и потягивать кислый гроктвейн из шарообразных матовых бокалов. В таком упоительном состоянии можно пребывать вечность.
Напевная музыка вдруг изменилась, стала резкой, вопящей. Самочки-мотыльки запрыгали, словно кружились не на твердой наливной поверхности, а на огромном механическом батуте. Они подскакивали все выше, а их визг становился все оглушительнее. Барабанные перепонки взбунтовались против неслыханного насилия.

Доктор проснулся, и хотел было прислушаться к своим ощущениям, решить, что бы значил этот безумный сон, но времени у него не осталось. Визжала и вибрировала ТАРДИС. Он вскочил с кровати и прямо в желто-коричневой полосатой пижаме побежал в главный зал. Там творилось светопреставление. На панели управления угрожающе перемигивались ярким оранжевым цветом многочисленные лампочки, пол кренился под разными углами и в разные стороны света. Хотя понять, где сейчас север или, к примеру, восток, было трудно: ТАРДИС вращалась с всевозрастающей силой.

— Что такое? — недоуменно вопросил Доктор и, кинувшись ближе, стал нажимать кнопки, тянуть за рычаги. По мониторам побежали ряды понятных только ему одному цифр и символов. — Ничего не пойму.
Лицо Доктора было напряжено, он вглядывался в видеопанели, уже потянулся в карман за звуковой отверткой, как помещение тряхнуло, вибрация и гул сирены прекратились, осталось только бешеное перемигивание лапочек. Мужчина задрал голову кверху, огляделся, потом направился к двери. Едва распахнул ее, ледяной холод пробрал его до костей, в дверной проем влетели сонмы колючих снежинок.
— Что за?.. — опять риторически выдал Доктор. Он смахнул с лица капли холодной влаги и смело шагнул во вьюжную темноту.
Ноги в мягких комнатных тапочках тут же утонули в снежном бархане, ветер растрепал волосы, но пришелец со звезд даже не поморщился. Его уже затянуло любопытство. Ох, это волнующее чувство: куда же он попал на этот раз?
Сквозь снежную кутерьму виднелись огни.
— Значит, здесь есть жизнь, — констатировал повелитель времени, продвигаясь все дальше. Глаза уже привыкли к темноте, он различил вокруг себя кособокие деревянные постройки. Нос, несмотря на морозную свежесть, уловил тошнотворный запах разложения и мочи. Но Доктор, по привычке не обратил на него внимания. Вперед и только вперед. Его манили новые знакомства.

***
Толик взмахнул початой бутылкой водки.
— Лех, вот ты скажи, что она за баба такая? Не могла елку заранее купить? А я где ее, мать твою, возьму в восемь часов вечера?
— Да, чувак, моя такая же стерва паскудная, — согласился хмельной друган, волоча по снегу алый мешок. — Только вот что, Толян, у меня жидкость дырочку ищет.
— А-а-а, — глубокомысленно промычал Толян. — Пойдем вон за сараи зайдем. Темно, хоть негру палец в жопу суй, самое оно поссать будет.
Они шмыгнули за дощатые хибары, неизвестно кем и когда здесь построенные и не заметили, как в пяти метрах от них, словно ледокол на призрачный маяк, вспахал снежную пелену чудаковатый мужчина в полосатой пижаме. Два друга, поставив пузырь и пластиковые стаканы в снег, окропили сугроб у противоположной от снеди стены.
— Ух, х-харашо, — крякнул Леха, застегивая ширинку под неудобно тяжелым Дед-Морозовским тулупом. — Ща еще один заказ отработаю, и пойдем где-нибудь тебе елку стырим.
— Да где ты ее стыришь? — опять завелся Толян, поднимая бутылку. — Ночь на дворе, говорю.
— Да, хер с ней, чувак, — отмахнулся товарищ. — Смотри, вон! Три метра до сортира не дошли.
Толян всмотрелся в указанном посохом направлении.
— Ни хрена это не сортир, Леша, — он зачарованно зашагал к домику неизвестного архитектора. — Ни хрена, ни «эм-жо».
Дед Мороз последовал за ним. Теперь и он видел, что ошибся.
— Какому педриле, — продолжал Толян, — вздумалось посреди трущоб телефонную будку замандюрить? Иносранную.
— Ни фига она не телефонная. Телефонные — красные, а это — синяя. И надпись видишь — «полис бокс», что значит полицейская коробка, если дословно.
— Ох, ты, блядь, полиглот херов, — беззлобно огрызнулся мужичок. — Откуда она взялась-то?

Они обошли вокруг.
— Какой-нибудь нувориш притаранил, а потом выкинул, — предположил Леха, сдвигая ватную бороду на шею. — Вон и следы есть.
— Ага, только в одну сторону. Он на ней с неба упал что ли? — Толик потянул за ручку, дверь легко открылась. Он заглянул внутрь и ахнул, потом вошел, поманил кореша за собой. Леха тоже округлил глаза, но, как рачительный хозяин, прикрыл за собой дверь, чтобы не выстудить хату.
— Да она внутри больше, чем снаружи, — выдал Алексей и едва сдержался, чтоб не перекреститься.
Озираясь по сторонам, они подошли к пульту управления.
— Дискотеки что ль здесь проводят? — спросил Толик, трогая пальцем кнопочку, подмигивающую зеленым. — Я понял, это замаскированный подпольный стриптиз-клуб. Или казино. В пещере.
— Какой, на хер, пещере? — Лёха хмыкнул, обходя комнату по периметру, рассматривая стены. — Мы в Москве, придурок.
— Тогда нанотехнологии. Невидимое поле. Что они там в своем Сколково разрабатывают?
— Айнд… адронный коллайдер скажи еще, — осмеял друга Дед Мороз, вернувшись к панели управления.
— Тогда только подпольный клуб, — выдал Анатолий и ткнул большую красную пимпочку.
— А бабы тогда где? Ой!
Пол завибрировал. Мигание огоньков ускорилось, по дисплеям замельтешили строчки данных. Комната стала стремительно вращаться, раскачиваясь из стороны в сторону, как страшный сон алкоголика.
— Что это? ЧТО ЭТО??? — завопил Толян, пытаясь удержаться. Схватился за какую-то рукоять, она резко уползла вниз. Вращение замедлилось. Толик схватился за другую — и она сдвинулась с места. — Что за фигня? Это не белая горячка, Леша? Не белочка? Я ж тяпнул-то немного, совсем малость, грамм триста пятьдесят всего. Л-лёха!
А Лёха сам пытался удержаться, дергая за разные рычаги. Под ватным костюмом всё взмокло, борода мешала, валенки, будь они неладны, и еще мешок с подарками куда-то делся. 

Их мотало, вертело и трясло…

***
Доктор шел на звук, на запах. Пахло палёным. А еще хвойным. И мандаринами. Звук… Звук был ужасным, если честно. Не музыка, а какое-то отвратительное бум-бум-бум. Но что может быть прелестней чужой культуры, даже на первый взгляд примитивной. А еще голоса. Разные. Сонм голосов на фоне бум-бум-бум. «Что ж, удивительно», — решил Доктор, держа нос по ветру. Ветер, кстати, был пронизывающим и колючим. Но разве он помешает Десятому исследовать новый мир.
Снег уже стал утоптанным. Идти стало легче, правда одна тапочка потерялась, а босая нога замерзла. Но это не стоящие внимания мелочи.
За темным переулком сияло электрическое зарево. Доктор вынырнул из тени и увидел это чудо. Высоченное, конусообразное, сплошные черточки желтых, зеленых, синих, красных струящихся огней. И веточки в мелких иглах.
Он остановился, задрав голову вверх, любуясь завораживающим зрелищем.
— Эх! — зачарованно выдохнул он. — Ёлка! Это Земля! Земля!
— Посторонись! — гаркнул голос. В спину грубо толкнули, что повелитель времени чуть не упал. Сзади вырулила тетка необъятных размеров в светлом полушубке и сапогах, с вязаной шапкой на голове, поверх которой был повязан белый в аляповатых цветах платок с бахромой. Следом за ней, обтекая его, стайкой или ручейком понеслись галдящие дети, все как один закутанные с ног до самой макушки.
— Эй, дядя!
— Поберегись!
— Что встал!
— С Новым годом, бомжара!
Детки унеслись к ёлке, обтекли ее и где-то скрылись.

Доктор недоуменно смотрел в сторону исчезнувших особей человеческого рода, догадка яркой вспышкой озарила его мозг.
— Россия! — он едва не запрыгал. — Это Россия! Это не Британия! Не Лондон!
От изумительного предчувствия скорых открытий по телу разлилась сладкая дрожь.
— Хватит дрожать, мужик, — голос опять был женским и тоже грубым.
Доктор едва успел обернуться, как ему в руки впихнули пакет, а на плечи накинули тяжелую красную мантию, или плащ, или пальто.
— У нас Дед Мороз звездой накрылся, — перед ним стояла Снегурка, в серебристой шубке, шапке, остроносых сапожках, с длинной переброшенной на грудь русой косой, смолила сигарету. — Пьяный, небось, в сугробе валяется. А у нас дети. Детдомовские. Ты пожалеть должен. Щас резко надеваешь эти шмотки и изображаешь Дедулю. От тебя не убудет.
Она выкинула бычок под ноги, взяла из пакета бороду, нацепила на Доктора. Потом нахлобучила парик и отороченную ватой красную шапку. Тайм-лорд с восхищением смотрел на нее и позволял делать всё, что вздумается. Интересный она была экземпляр, ай, какой интересный!
— Немой что ли? — спросила девка. Доктор закивал. — Блин, тока этого не хватало. То-то я смотрю, костюм у тебя странный, как из Кащенко. И босой. Послал тебя господь на мою голову, ну, а другого искать некогда.
Снегурочка вытащила из мешка невысокие валенки, кинула перед ним на снег. Пустой пакет отшвырнула в сторону.
— Удивительно, — проговорил Десятый, медленно обувая валенки. Он еще не мог поверить в удачу. В кои-то веки не Лондон.
— Смотри, костюм не замарай, — предупредила русокосая. — Иначе башку отверчу.
Вовремя. Из-за ёлки выпорхнула та же стайка малышей, с победным криком: «Дед Мороз!» понеслась к Доктору, подхватила под белы рученьки и увлекла под ёлку. Сразу, откуда ни возьмись, образовались ряженые, потом цыгане, доктор был готов поклясться, что с ними был медведь! На площади стало многолюдно. Пели, танцевали, рвали баян. Повелителя времени закружили, завертели в хороводе. Кто-то сунул ему в руки стакан.
— Пей
Доктор радостно опрокинул в себя, уже потеряв ориентировку во всех этих раскрасневшихся мелькающих лицах. Он был счастлив! Ему будет что рассказать! Новые впечатления! Он так любил новые впечатления! А мир всё кружился вокруг яркой электрической ёлки.

***
Толик очнулся на полу, кое-как собрал себя в кучу. Башка раскалывалась, и страшно хотелось выпить. Но прежде всего — друг.
Алексей валялся справа от него, на спине, раскинув руки-ноги звездочкой. Тулуп Деда Мороза распахнулся, являя Толяну синий свитер и ватные, синие же, штаны. Борода перевернулась и теперь выглядела как растрепанная косичка, парик и шапка слетели, открывая приличную лысину.
— Лёха, Лёх… — осторожно позвал Толик и аккуратно пнул товарища ногой. — Лёх, ты живой?
Лёха подскочил, потом сел, обхватил голову руками.
— Водка есть?
Толик осмотрелся: была ж у него бутылка, когда они залезли в эту будку. Точно.
— Вот она, родимая, — выдохнул он, — под диджейский пульт закатилась, не разбилась, слава богу.
Леха наклонился, вытаскивая сорокоградусную, потом взболтал, откупорил и приложился к горлышку.
Анатолий проглотил слюну, так громко, что…
Дед Мороз с трудом оторвался от бутылки, крякнул, занюхал рукавом, протянул почти пустую тару корешу. Тот молча взял, вылакал всё до дна.
— Эх, — Толян облизал губы, рыгнул, — хороша была. Надо бы еще разжиться.
— Ага, и выбираться отсюда пора, — добавил Алексей, вставая, нахлобучивая парик с кепкой, подпоясывая расхристанный тулуп.

Толик подошел к двери, покачнулся, толкнул от себя. Дверь распахнулась в жаркий летний день. На заднем плане была залитая палящим солнцем безлюдная площадь, каменные строения, неработающий фонтан, что само по себе неправильно, а на переднем… Лёха подошел и теперь пялился через его плечо.
Тихо зажужжали сервомоторы, конструкция повернулась, наводясь, словно глаз, задергалась лампочка, заскрежетал металлический голос…
— Уничтожить!
От неожиданности Толик захлопнул дверь.
— Допился, бляха муха, — прошептал он, приваливаясь к стенке спиной.
— Ты тоже это видел? — тихо спросил Дед Мороз, приваливаясь рядом.
Друзья мгновенно переглянулись.
— Так это не «белочка»? — обрадовался Толик, вскакивая на ноги.
— Тогда чё это за херня? — возмутился Леха, распахивая дверь настежь. Видение не исчезло. Ни солнечный день, ни конусообразная жестянка. — Где зима?! Где Новый год, твою мать?!
— Уничтожить! — опять зажужжали сервомоторы, и Лёха, каким-то чудом (!) успел отскочить за приборную панель: лазерный луч жахнул в противоположную стену.
— Закрывай!
Толяна не понадобилось упрашивать. Он выпрыгнул на улицу, схватился за ручку и захлопнул дверь. Второй выстрел пришелся в нее, с наружной стороны, но материал выдержал.
— Это ч-что за Гр-ромозека был? — спросил Алексей, выползая из-под консоли.
— Ты бы еще «Ну, погоди!» вспомнил, — съязвил его товарищ, тыча пальцем в дымящееся закопченное пятно на стене. — «Заяц!» — «Волк!»
— А чё, похож…
Они сели на пол, Лёха снял с себя Дедморозовскую шапку, утер пот со лба. Приплыли, называется.

+1
49
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...
Жанна Бочманова №1

Другие публикации