Линия жизни. Глава тридцать третья. Снова в СИЗО

Автор:
Владислав Погадаев
Линия жизни. Глава тридцать третья. Снова в СИЗО
Аннотация:
Внезапно дверь распахнулась, в помещение ворвались четверо здоровенных амбалов и начали за ноги - как дрова - сбрасывать заключённых на пол и выкидывать из камеры.
Текст:

По возвращении в СИЗО нас троих поместили в камеру для осуждённых. Камера располагалась на третьем этаже другого здания и была узкой, как коридор. Вдоль длинной стены тянулись двухъярусные нары. Такие же были и с торцевой стены. Шконки оказались полностью забиты осуждёнными, ожидающими отправки в лагеря. Народ всё время менялся: одни уходили на этап, другие приходили на их место, получив свои срока.

Постепенно мы втроём – за время следствия и суда Вася уже стал совершеннолетним, а потому содержался вместе с нами – заняли места на верхнем ярусе у окна, закрытого железными жалюзи. Стоял разгар лета, в камере совершенно нечем было дышать. Народу было так много, что люди лежали вповалку друг к другу, а иногда и на полу, когда мест на нарах уже не хватало. На ночь дверь в коридор открывали, оставляя только решётку, чтоб обеспечить хоть небольшой приток воздуха, иначе спать было бы просто невозможно.

После отбоя свет выключался, оставалась гореть только  лампочка над дверью. Переговариваться и даже перешёптываться  запрещалось категорически.

Однажды ночью кто-то из зэков этот порядок нарушил. Вертухай, дежуривший в коридоре, был, видимо, из породы садистов: не говоря ни слова, он захлопнул дверь камеры. Буквально через двадцать минут дышать стало абсолютно нечем, тело покрылось липким потом. Заключённые начали кричать: 

- Откройте дверь!

Так продолжалось примерно полчаса: мы задыхались, но орали…

Внезапно дверь распахнулась, в помещение ворвались четверо здоровенных амбалов и начали за ноги - как дрова - сбрасывать заключённых на пол и выкидывать из камеры. А в коридоре и на лестницах вплоть до первого этажа в две шеренги стояли охранники, которые с кулака на кулак гнали людей вниз по лестнице – туда, где располагались боксы для временного размещения вновь прибывших. В них и закидывали провинившихся: заполняли один бокс, тут же открывали другой – и туда забивали очередную партию. Бить старались так, чтобы не оставлять следов, но иногда кое-кто получал для ускорения и сапогом пониже спины. Мы, конечно, защищались, как могли – локтями, руками – навыки бокса всё-таки помогали. Но, тем не менее, без синяков и повреждений не обошлось. А кому-то отбили копчик, печень, почки.

Рано утром нас возвратили в камеру. После ночи, проведённой на ногах, люди валились на нары и тут же засыпали. Во второй половине дня пришёл прокурор по надзору, но мы уже были научены, поэтому жалоб на условия содержания не последовало…

Тем не менее, спустя непродолжительное время всех нас полным составом перевели в другую - шестьдесят третью - камеру в связи с начавшимся плановым ремонтом помещений.

Мы с друзьями выжидали, когда пройдёт кассационное заседание по делу, после которого нас раскидают по зонам.

Первого августа я получил передачу – постаралась бабуля - ведь на следующий день был мой девятнадцатый день рождения! Утром, перед завтраком, раздербанили посылку. Только приступили к трапезе, как открылась кормушка, и вертухай выкрикнул: 

- Погадаев, с вещами на выход.

Быстро скидав свои нехитрые пожитки в сидор, я попрощался со всеми. Следующая встреча с друзьями могла состояться не раньше, чем через четыре года и три месяца, если, конечно, не произойдёт ничего экстраординарного.

+3
47
22:12
+1
если, конечно, не произойдёт ничего экстраординарного.

вот здесь время повествования нарушено, бросается в глаза. может, как-то перефразировать?
Загрузка...
Илона Левина №2

Другие публикации