Радрадрабен

Автор:
Дмитрий Федорович
Радрадрабен
Аннотация:
Звено тридцать пятое
Текст:

Как всегда после неумеренной пьянки, утро наказывало проштрафившихся. Робин очнулся, тихонько застонал и с трудом провёл рукой по лицу. В глазах было черно.

Черно, впрочем, было не только в глазах. Вокруг царила непроглядная темень. А на руках висели тяжёлые оковы. Граф пошарил вокруг, но нащупал лишь охапку прелой соломы, на которой он лежал, и холодные каменные плиты.

– Что за дьявольщина?! – громыхнул он и тут же схватился за голову: даже это слабое усилие отозвалось диким колотьём в висках.

– А, проснулся наконец… хозяин, – услышал он откуда-то голос Беки, но тоже какой-то сдавленный и хриплый. – Хорошо же нас встретили в твоём Айтере, ничего не скажешь.

– Бека, в чём дело? – глупо спросил Робин в пространство.

– Я и сам бы хотел узнать, в чём дело, – откликнулся тот. – Я проснулся и уже с час не сплю. Обшарил всё, докуда позволяет цепь – везде камень.

– Цепь?

– А что, на тебе нет разве?

– Да есть… А воды ты не находил?

– Находил. Ползи сюда, у меня кувшин рядом. Только осторожней, а то разобьёшь.

Вода помогла. Вдоволь напившись, Робин почувствовал в себе силы осознать ситуацию. И она ему очень не понравилась.

– Похоже, Бека, ты был прав насчёт свиньи, – сказал он. – Знаешь, наглая, грязная, жирная такая свинья. И не одна, а большое-пребольшое стадо.

– Что?! – отодвинулся от него Бека. – Ты, граф, случайно, не того?.. У вас в роду кто-нибудь белой горячкой страдал?

– Может, и страдал, – не стал спорить Робин. – Не в этом дело. А только бьюсь об заклад, это нам рыцарь Роджер свою первую свинью подложил. Не иначе.

– А, вот ты о чём, – успокоенно протянул Бека. – А я уж было подумал – рехнулся граф.

– Это всё у нас впереди, – успокоил его Робин. – Знаешь, где мы?

– Где, где! Догадаться нетрудно.

– Как раз и трудно. Мы в Айтере.

– Удивил. А где ж нам ещё быть, по-твоему?

– Мы в Айтере, – терпеливо повторил граф, – причём в секретных подземельях. Я почему точно знаю – кольцо я на полу нашёл. Вот оно! Когда-то ещё пацаном лазил тут, потерял его, а теперь вот только что нашёл.

– Это превосходная новость, лучшая за последние десять минут. Поздравляю, – съязвил оруженосец. – Надеюсь, кольцо волшебное?

– Вряд ли. Я бы знал. Просто золотое, с алмазом. Здоровенным таким, красивым. Помню, жалел тогда – ужас!

– С алмазом? – заинтересовался Бека. – Это хорошо. Алмазом вполне можно цепь перетереть. Примерно за месяц.

– Вот-вот. За месяц. Это если нас этот месяц кормить будут.

– Будут, – уверенно сказал Бека. – Раз воду принесли – кормить будут. Может, не часто, но будут.

– Ладно, – пробормотал под нос Робин. – Месяц как-нибудь продержимся. А может, подкупим кого. Кольцо-то дорогое! Жаль, что сюда из наших никто не придёт. И мать, конечно, ничего не знает. Ей скажут – уехал, она и поверит.

– Тем более, что ты вчера об этом твердил не переставая.

– Одного я не понимаю, – сказал вдруг Робин. – Почему это нас сразу не прикончили? Какой ему смысл держать нас живыми? Да ещё в самóм замке. Ведь если кто об этом узнает – всё, хана рыцарю Те. Я бы на его месте так не рисковал. Значит, что-то ему от меня надо. А?

– Поживём – увидим, – вздохнул Бека. – А ты пока начинай цепь-то… Выбери, где потоньше – и начинай. Устанешь – я буду.

Граф Айтер даже головой помотал от несуразности происходящего: подумать только, ему, владельцу замка, придётся ковырять каким-то камешком кандалы в своём собственном подземелье! И в придачу ведь совершенно случайно найденным камешком – а ну как проклятое кольцо не попалось бы ему под руку?! Да что говорить – ситуация была абсурдной, противоречащей всякому здравому смыслу. Прямо признать – гадкой была ситуация.

Однако мотание головой не помогло, вызвав лишь лёгкое головокружение и как результат – новый приступ жажды. Деваться было некуда, и Робин, нащупав в темноте место, где оковы казались наиболее слабыми, принялся методично царапать ржавое железо.

Не успел он проделать хоть мало-мальски заметную бороздку, как откуда-то послышалось недовольное кряхтение и звук тяжёлых шагов.

– Иду, иду! – проговорил раздражённый голос с какой-то замогильной интонацией. – Ишь, расшумелись! И чего вам спокойно не сидится, шалопутам… Да иду же!

– Эй, граф, это кто у тебя там? – насторожившись, спросил Бека.

– Это не у меня, – откликнулся Робин. – Это, наверно, охрана… Эй, часовой, слышишь?! Я требую, чтобы сюда немедленно привели эту подлую собаку Те, нагло именующую себя рыцарем!

– Не ори! – отозвался голос. – Молод ещё на меня орать!

Голос этот заметно приблизился, и вдруг прямо перед Робином из стены выступило высокое бледное привидение. Призрак, хотя и был полупрозрачным, слабо светился сине-зелёным светом, и благодаря этому совершенная тьма в узилище сменилась хоть гнилым, но подобием света. Стали видны каменные стены с полосками застарелой копоти от факелов, ржавые кандалы, свисающие с намертво вмурованных в стены скоб и охапки гнилой соломы на полу. Конечно, виден был и сам призрак – здоровенный детина с совершенно отвратными чертами лица, облачённый в призрачные же старинные латы.

– Чего надо? – недовольно спросил он Робина. – Что замолчал? Давай, пошевеливай языком-то!

– Вон оно как! – шепнул графу Бека. – Это, небось, ваш фамильный призрак? Ай да Фрей! Не соврал: сказано – замок со всем к нему причитающимся – так и есть. Ловко сработано, комар носа не подточит!

Надо сказать, появление этого персонажа ничуть не смутило ни Робина, ни Беку. По прихоти судьбы за последнее время насмотрелись они уже небывальщины столько, что каким-то призраком больше или меньше – не имело уже никакого значения.

– Ты кто? – спросил его Робин. – В смысле – кем был при жизни?

Пришедший скривился и уничижающе глянул на графа:

– Великие боги! И он ещё называет себя Айтером! Да любой Айтер – я имею в виду настоящих Айтеров! – с первого взгляда понял бы, что перед ним сам Гийом Айтер, патриарх-основатель родового гнезда!

– Гийом Безобразный?! – воскликнул Робин. – Ой, извини, сорвалось… Не узнал. Да и как узнать – от тебя ведь никаких портретов не сохранилось... А вообще ты очень кстати. Ты нам эти железяки не поможешь снять, предок? – позвенел он цепями. – И ещё ключ от двери нужен. И хорошо бы Роджера Те сюда…

– Нет. Не моё это дело! – отрубил Безобразный. – Вот кошмары ночные ему обеспечить – это я обещаю. С удовольствием. Он у меня волком взвоет, на стенку полезет! А ключи – нет, сынок, такое никак нельзя. Ты сам посуди: я ведь через любую стену прохож – а ключ?! Как мне в руки-то его взять?

– Так, – помрачнел Робин. – С этим, значит, не выйдет. Жаль. Ну а хотя бы весточку передать кому надо сможешь?

– Ты думай, что говоришь! – негодующе взвыл призрак. – Мне ж из подвалов ходу нет! Кстати, в своё время мог бы их и расширить, наследничек, хоть какой лишний винный погребок там… А то теснотища же! Бродишь туда-сюда, как дурак… Да и то только ночью!

– А если кого-нибудь попросить – пусть бы графине шепнул?

– Кого просить? Этот ублюдок Роджер везде верных людей понатыкал. Даже вон Бердрехта капитаном пожаловал, чтобы в кордегардию спровадить! И винищем спаивает, чтоб не лез, куда не надо…

– Так что, никак?

– Никак, – наотрез отказался Гийом Безобразный. – Вот ежели графиня сама сюда спустится, тогда так и быть, скажу.

– Если спустится, я и сам сказать могу...

– Не пойдёт она в подвал, – подал голос Бека. – Ни ночью, ни днём. Не пустит её Те, он сейчас, поди, с подземелья глаз не спускает.

– Я и не говорю, что пойдёт. Я говорю – ежели.

– Так что, нам тут так и сидеть, по-твоему? – вскипел Робин.

– Я же сижу! – отпарировал призрак. – И ничего! Привыкнете. А то, глядишь, – он деловито потёр руки, – и помрёте тут… Веселей будет! Эх, и славно заживём!

– Помереть мы всегда успеем, – отказался Робин. – Тут спешить нечего. Ты вот что, отец-основатель, встань вот сюда, повыше, и светись поярче. Всё нам видней будет. Или у тебя какие дела?

– Я свои дела давным-давно переделал, – огрызнулся патриарх. – Теперь вот чужие приходится, – однако на указанное место встал.

Так они и сидели – Робин методично чиркал алмазом по наручнику кандалов, Бека закрыл глаза и, казалось, уснул, а Гийом Безобразный монотонным глухим голосом бубнил бесконечный рассказ о славных деяниях многочисленных Айтеров, то и дело сбиваясь на велеречивое восхваление добрых старых времён – в противовес временам нынешним, мелочным и никчемным.

Однако спустя какое-то время вдалеке вновь послышались шаги – на этот раз гулкие, уверенные, явно слышался добротно подкованный военный сапог. Похоже, что по лестнице в темницу спускалось сразу несколько человек.

– Гийом, прячься! – скомандовал Робин. – И не вздумай голос подавать. Нечего им знать, какие у нас гости бывают.

Призрак скользнул в стену, и вокруг узников вновь сомкнулась непроглядная тьма.

Лязгнул засов, и на стенах заплясали неверные отсветы факелов. Оказалось, в гости пожаловал сам рыцарь Те. И что удивительно – кроме двоих сопровождающих его солдат, за ним в дверь протиснулась какая-то женщина.

– Айтер! – окликнул Робина Роджер Те. – Ты уже очнулся? Если нет, то просыпайся. Я буду с тобой говорить.

– О чём? – меланхолично откликнулся Робин. – О том, что намерен выставить мне какие-то условия, а я вынужден буду на них согласиться, потому что у меня нет выбора? Зря стараешься. Графства ты не получишь. Айтеры не договариваются с негодяями, лишёнными чести.

Те дёрнулся, но тут же взял себя в руки.

– Я хочу предложить тебе нечто большее, чем твоё убогое графство, – глухо сказал он. – Половину моего состояния – и сейчас, а не в наследство. А я богат, Робин, очень богат!

– Вот как?! – удивился граф. – И для этого меня нужно было заковывать в цепи?

– Нужно, – кивнул Те. – Я не хочу, чтобы у тебя был выбор. Если ты откажешься, то умрёшь. Это я тебе обещаю твёрдо.

– Н-да, – хмыкнул Робин. – Что-то чересчур заманчиво. И поэтому рискну предположить, что в этом предложении наверняка есть ещё один маленький, но обязательный пунктик, за который очень богатому рыцарю не жаль хорошенько заплатить. Я угадал?

– Угадал.

– И что же я должен буду сделать? Отдать тебе Радрадрабен?

– Нет, граф, – покачал головой старый рыцарь. – На это я не замахиваюсь. Ты просто должен будешь жениться на моей дочери.

– Что?!

– Ты должен будешь жениться на Клементине – и взамен получишь…

– Постой! Но ведь она замужем!

– Уже нет. Она вдовствует уже три дня... Как раз сегодня ночью она сама привезла нам эту скорбную весть.

– Почему вдовствует?! – начал было Робин, но тут же осёкся и внимательно посмотрел на старого рыцаря. Клементина Те, за глаза называемая Горящей Шкурой, была скандально известна всему Побережью необузданным женским темпераментом, и два её законных мужа последовательно успели зачахнуть от супружеского истощения – так, по крайней мере, поговаривали злые языки. А вот теперь, оказывается, и третий… Ну-ну.

– Вижу, ты понял, – бесцветным голосом сказал Те. – Не спеши меня обвинять, юноша. Я всего лишь стараюсь быть хорошим отцом. Мне нужно пристроить дочь. Я уже стар.

– Я выберу сам, на ком мне жениться, – отрезал Робин.

– Она красива, – с усилием сказал Те. – Она из благородной фамилии.

– Я сказал – нет!

– Тогда я вынужден буду убить тебя, – тяжело уронил рыцарь. – Видят боги, как мне этого не хочется!

– Погоди-погоди! – подал голос Бека. – А может, тут я как-нибудь сгожусь?! Я так смекаю, дочка у тебя видная, приданое хорошее… В общем, я согласен!

Робин в изумлении вытаращился на него, но не успел и слова сказать, как вперёд выступила сама Клементина:

– А ты кто такой? – подбоченясь, вопросила она. – Кто ты такой, чтобы предлагать союз знатной даме?! Ты граф, князь, герцог или хотя бы какой-нибудь задрипанный баронишка?

– Вот заодно и стану бароном! – не сдавался Бека.

– Баронами не становятся заодно, – фыркнула Клементинка. – Тем более, когда у меня на примете появился один симпатичный графчик…

– Выброси из головы такие мысли, – строго сказал Робин. – Роджер, если в тебе осталась хоть капля благородства – вели принести сюда мой меч, и разрешим наш спор, как подобает мужчинам. Одному из нас не место в Айтере.

– И я даже могу сказать, кому, – пискнул из своего угла Бека.

– Я же говорил тебе, дочь моя, что будет именно так, – яростно проворчал рыцарь, но Клементинка не обратила на него никакого внимания.

– Будет так, как хочу я, – капризно оттопырив губку, шепнула она, обжигая Робина томным и зовущим взглядом. – Пусть нас оставят наедине, и через два часа граф Айтер на коленях будет умолять меня стать его супругой… Ну?!

– Ладно, – играя желваками, бросил солдатам Те. – Уходим. И заберите отсюда этого… Недобарона. Будет орать – заткните рот. Но не убивать… Пока. Я не хочу огорчать будущего зятя.

Солдаты молча и сноровисто освободили Беку от цепей, но взамен крепко стянули ему руки за спиной верёвкой.

– Прощай, граф, – выдохнул тот, кривясь от боли в перетянутых кистях. – Надеюсь, твоя смерть будет не в пример приятнее моей.

– Проваливай! – прикрикнула на него Клементинка, отбирая факел у одного из солдат и решительно выталкивая его из камеры.

Робин с кривой усмешкой слушал, как затихает эхо шагов поднимающихся по лестнице людей. Клементинка же, медленно облизнув блестящие полные губы, посмотрела на графа страстным и зовущим взглядом, от которого по спине Робина пробежали мурашки. Клементинка была дьявольски хороша собой – и прекрасно сознавала это. И если бы не образ Глендавейн, стоявший перед его глазами, неизвестно, чем бы закончилась эта атака, тем более, что Клементинка вдруг оказалась совсем рядом, тяжёлый её плащ сам собой соскользнул вниз, и оказалось, что под плащом у неё ничего нет. Горячие умелые пальцы забегали по груди Робина, нащупывая завязки камзола, и граф, сам не понимая как, вмиг остался без рубашки.

– Ой, что это? – вдруг воскликнула Клементинка, наткнувшись на крохотный свисток, так и висевший на груди графа – сам он и позабыл об этом подарке несуществующего бога.

– Не тронь! – крикнул граф, но было поздно – Клементинка ловко отскочила, держа изящную серебряную вещицу. Граф дёрнулся было за ней – но натянувшаяся цепь рванула его назад.

– Сейчас же отдай! – зашипел он. – Дай сюда, тварь подлая!

– Не отда-а-ам! – дразнясь, протянула капризная красавица. – Вернее, может, и отдам, но только после того…

– Не смей! – закричал Робин, видя, что Клементинка поднесла свисток к губам. – Не смей, дура! Ты не знаешь…

Клементинка ядовито улыбнулась ему и, картинно сложив губки, дунула. Раздалась нежная трель, резко контрастирующая с мрачной обстановкой темницы.

Словно порыв вихря промчался по камере, пламя факела мигнуло и вновь выпрямилось. Однако больше никаких изменений не происходило.

Ошеломлённый Робин почесал затылок, осознавая, что коварный Фрей обманул его – вместо ожидаемой пустыни вокруг всё так же возвышались мрачные чёрные стены, и никуда не девшаяся Клементинка вызывающе крутила на пальчике тонкую цепочку со свистком.

– А мне это нра-а-авится!.. – пропела она, вновь приближаясь к Робину. – Как ты необуздан, мой дорогой! Это меня та-ак возбуждает!

Похоже, на свете просто не существовало вещи, не способной возбуждать любвеобильную Горящую Шкуру. Робин яростно дёрнулся – и вдруг осознал, что далеко не всё сохранилось так, как было прежде. Только что сковывавшие его кандалы бесследно исчезли. А на перевязи появился верный Истребитель.

– Фрей!!! – завопил он. – Прекрати свои издевательства! Я знаю, что ты сейчас на меня смотришь! Убери эту… – и вдруг осёкся.

В камере появилось несколько новых персонажей. Это был Бека, ошеломлённо вращающий глазами, и Роджер Те – тоже явно озадаченный. Но самое главное – третьим был сам Робин!

Клементинка разочарованно фыркнув, подняла и набросила на плечи плащ – не слишком, впрочем, торопясь прикрыть свою восхитительную наготу. Она немного растерялась, не в силах выбрать из раздвоившегося предмета её домогательств нужную кандидатуру.

– Добро пожаловать, моя богиня! – пришёл ей на помощь тот, второй Робин. – Вижу, что ты преуспел, рыцарь, – обратился он к Робину-первому. – Что ж, я доволен. Фактура превосходна. И сколько экспрессии! Сколько непосредственности!

– Это ты, Фрей? – неуверенно спросил Робин. – А… А чего ради такие превращения?

– А того ради, – отрезал несуществующий (или теперь уже существующий?) бог. – Контракт помнишь? «Для предоставленной по договору супруги непременно должны быть обеспечены условия, на которые она рассчитывала при вступлении в брак», – процитировал он. – За кого она рассчитывала выйти замуж? За графа Айтера. Вот ей граф Айтер. И вся сопутствующая обстановка, естественно. Замок. Слуги. Финансы. Ну и так далее. Всё честно!

– Ага… А эти, – кивнул Робин в сторону Беки и Роджера, – эти тоже – сопутствующая обстановка?

– Это неважно, – отмахнулся бог. – Должны же быть свидетели от каждой из заинтересованных сторон. Если понадобится – пригласим ещё.

– Нет, граф, – встрял опомнившийся Бека. – С этим парнем явно можно иметь дело. Рекомендую! Ты бы знал, из какой дыры он меня сейчас выдернул! У-у-у, гад! – замахнулся он на Роджера Те. Тот брезгливо отодвинулся и ничего не сказал.

– Так, значит, я свою часть договора выполнил? – удивлённо спросил Робин. Как-то уж слишком быстро и счастливо оборачивались события, а он давно научился не слишком-то доверять судьбе.

– Выполнил, выполнил, – подтвердил Фрей.

– Ну, – глубоко вздохнул Робин, – а теперь я бы хотел получить Радрадрабен!

– Получить Радрадрабен? – криво усмехнулся Фрей. – Экое нетерпение, право! Ну, хорошо... Но подумать только – Радрадрабен в руках смертного! Что ж, возможно, это даже занятно…

Он прищурился, завёл глаза под лоб, что-то вычисляя в уме, и щёлкнул пальцами.

Все они теперь стояли в тайной комнате замка, перед знакомым Робину до мельчайших подробностей гранитным алтарём, застеленным куском старинного бархата. А на бархатной зелёной поверхности покоилась небольшая шкатулочка из тёмного дерева, украшенная по бокам незатейливой резьбой. Видно было, что шкатулка имела весьма почтенный возраст: кое-где отшелушился лак, твёрдая древесина была тронута шашелем.

– Вот Радрадрабен, – буднично сказал бог.

Робин протянул руку к шкатулке, но Фрей жестом остановил его:

– Радрадрабеном можно воспользоваться только один раз. Зря открывать не советую.

– Но он там, внутри?

– Прошу убедиться.

В руку графа ткнулась бечёвка с болтающимся пальцем Шараха. Тот непроизвольно сжал её в кулаке, и палец, качнувшись, указал точно на шкатулку. И продолжал указывать, когда Робин, памятуя о случае со лже-Радрадрабеном Суза, дрожащей рукой несколько раз обвёл рукой вокруг алтаря. Сомнений не оставалось: Радрадрабен, заветная цель всех его странствий, был перед ним!

– А что это такое – Радрадрабен? – вдруг спросила молчавшая до сих пор Клементинка.

– Могущественнейший артефакт, – охотно пояснил Фрей. – Приносящий счастье и удачу владельцу одним своим существованием. А если им воспользоваться по-настоящему, то он может выполнить практически любое желание.

– А какой он?

– Ну, этого никто не знает. Радрадрабена, дорогая, никто никогда не видел.

– Даже ты?

– Даже я, – неохотно признал Фрей.

– Хочу Радрадрабен! – радостно заявила Клементинка.

– Что?! – опешил бог. – Но… Но Радрадрабен только один!

­– Как один? – переспросил Робин. – Ты ж говорил…

– Врал! – вдруг встрял Бека, ненавидяще глядя на Фрея. – Врал он! И вообще, он не имеет никакого права Радрадрабеном распоряжаться!

Возникла неприятная пауза, когда бог, Которого Нет и бродяга молча пожирали друг друга глазами.

– А я хочу Радрадрабен! – капризно выпятив губу, повторила Клементинка и даже притопнула ножкой. – Хочу, хочу и хочу! Мне обещали замок со всеми причитающимися вещами, я сама слышала!

Вновь повисла неловкая пауза. Даже Роджер Те досадливо сморщился и отвёл глаза.

– Ладно, – с видимой неохотой согласился Фрей. – Что ж, Радрадрабен – твой. Но ты к коробке даже и пальцем не притронешься, уж я прослежу.

– Как?! – воскликнул Робин. – А как же я? А как же договор?!

– А что договор? – пожал плечами бог. – В договоре сказано: обеспечить замок Айтер артефактом, известным как Радрадрабен. Я и обеспечил. Разве нет?

– Так это не тот Айтер! – в запальчивости закричал Робин. – И ты это прекрасно знаешь!

– Может, и не тот, – согласился Фрей. – А в контракте что, указано, какой именно?

Робин и Бека растерянно переглянулись. Рука графа непроизвольно легла на рукоять меча.

– Не вздумай, – шепнул Бека, уже погасивший свой горящий взор. – Ничего ты ему, гаду, не сделаешь. Обернётся каменной кучей – только меч сломаешь.

– Вот-вот, – подтвердил Фрей, проницательно глядя на графа. – Так что не дури, граф. Остынь. Мы с тобой после потолкуем. А сейчас – пошли-ка наверх, мне жениться пора! Пир ждёт, невеста истомилась, – он ненатурально хохотнул и игриво подмигнул графу. – Приглашаю всех!

Робин умел проигрывать. Сцепив зубы, он последовал за Фреем и Клементинкой, рука об руку поднимавшимися по знакомым ему до боли ступеням Айтера – последовал, не пытаясь больше прибегнуть к разрешению ситуации с помощью меча. За ним тенью двигался Бека, а замыкал шествие насупленный рыцарь Те, за всё время так и не проронивший ни звука.

-- продолжение следует --

Другие работы автора:
+3
28
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...
Анна Голубенкова №1

Другие публикации