Радрадрабен

Автор:
Дмитрий Федорович
Радрадрабен
Аннотация:
Звено пятьдесят второе
Текст:

Глендавейн осмотрелась. Она находилась у самого подножия одинокой лесистой горы, там и сям живописно изъязвлённой проплешинами. Местность была буколическая и вполне доброжелательная. Где-то неподалёку мирно журчал ручей, старательно пели невидимые в ветвях птицы. Дышалось легко: свежесть воздуха чем-то напоминала Долину Ужасов, только здесь воздух был тёплым и настоянным на густых запахах трав, словно после только что миновавшей грозы.

Прямо из-под ног начиналась тщательно ухоженная тропинка, огибавшая вросший в землю здоровенный валун с выбитой на нём надписью «Добро пожаловать!» и дальше исчезавшая в густом подлеске. Некоторые деревья были в цвету, на других уже висели плоды. Похоже, здесь царило вечное лето, и растительный мир не был вынужден придерживаться чётких сроков плодоношения. Волшебница удовлетворённо улыбнулась и двинулась по дорожке, справедливо рассудив, что куда-нибудь она да приведёт.

Не успела она обогнуть громадный камень, как мимо неё промчалось совершенно непонятное мокрое существо. Маленький полупрозрачный человечек опрометью нёсся вверх по склону, на каждом шагу роняя брызги. Мчался он так стремительно, что не только окликнуть, но даже толком рассмотреть его не получалось. Заинтригованная Глендавейн некоторое время оглядывалась и раздумывала, но, не придя ни к какому выводу, пожала плечами и пробормотала:

– Это ещё не самое странное в жизни.

Однако тут же из кустов выскочил второй такой же человечек, и точно так же, миновав её, умчался вслед за первым. Был он настолько похож на предыдущего, что девушка вначале засомневалась, не тот ли это самый, но когда на тропинку вылетел третий, она решительно свернула в сторону и направилась туда, откуда появлялись эти загадочные создания. Сделать это было легко: нужный путь был весь в сверкающих каплях, словно покрыт росой. Идти пришлось недолго.

На берегу озера сидела древняя-предревняя старуха, занимавшаяся типичной бытовой магией. Пальцы её узловатых рук беспрестанно шевелились, занятые неким невидимым вязаньем, зато рот был свободен, и она оживленно приветствовала Глендавейн:

– Здравствуй, здравствуй, внученька! Ах ты моя умница, пришла бабушке помочь, да?

– Н-не совсем, – откликнулась Глендавейн, настороженно разглядывая старушенцию. – То есть, конечно… А что это ты делаешь?

– Как это что? За водичкой пришла, больше-то некому, милая, все кругом заняты, не подступиться, я уж и Хорганду говорила, да он что, пообещает, да тут же и забудет. Памяти нет совсем, старый стал, да уж… А огород-то сохнет!

Тут руки её сделали движение рыболова, вытаскивающего уклейку, и из озера выскочил очередной водяной человечек, тут же, конечно, умчавшийся. Старушенция, проводив его глазами, улыбнулась так озорно и весело, что у Глендавейн мигом пропала всякая настороженность.

– Меня зовут Глендавейн,– представилась волшебница. – А тебя, бабушка?

– Люди Зериадою кличут. А ты зови бабуля Зера.

– Давай, я тебе помогу, бабуля Зера! – предложила Глендавейн.

Она сосредоточилась, строго поглядела на озеро и чётко, как на уроке, произнесла необходимое заклинание. Тотчас же громадный пласт воды с плеском поднялся в воздух и застыл в ожидании дальнейших приказаний. По поверхности озера покатилась волна, сгибая камыши и пугая лягушек.

– Куда теперь? Дорогу показывай. И ни к чему нам с тобой тут сидеть полдня…

– Зачем это? Что это ты удумала, голубушка? – оторопев, прошамкала старушонка, поглядывая вверх. – Что нам теперь с этакой прорвой делать? Ведь мои-то пострелы сами знают, кому на какую грядку, а этакая силища, поди, весь палисад смоет!

– Ничего не смоет, вот увидишь.

– А, ну-ну…

Глендавейн и Зериада медленно двинулись в путь, ведя в поводу объёмистый водяной пузырь. Видно было, как внутри взблескивающей на солнце водяной массы сновали мелкие рыбки и водяные жуки.

– Непорядок это, – внезапно остановившись, сказала Зериада. – Дай-кось мы вот чего сделаем…

По основному пузырю соскользнула солидная капля, вобравшая в себя перепуганных водяных жителей и, упав на дорогу и приняв форму змеи, шустро уползла обратно в водоём.

– Так-то получше будет, – подмигнула старуха. – Ты, внученька, левый-то мизинчик согнуть забыла, вот лишних карасиков с водичкой и нахватала. Ну, ничего, дело твоё молодое, ещё научишься!

Глендавейн покраснела. И хотя бабуля Зера оказалась явно не из простых сельских колдуний, насылающих град или останавливающих в деревне козий мор, девушка тут же мысленно дала себе слово, что отныне поучать её в волшебстве она никому больше не позволит.

Несмотря на то, что почти вся Гора была покрыта могучим девственным лесом, чувствовалось, что она активно обитаема. Постройки и сооружения не бросались в глаза, а исподволь возникали перед глазами – словно бы сами собой – и вполне гармонично вписывались в окружающий пейзаж. Глендавейн с Зериадой проследовали мимо школы, где детишки различного возраста под руководством кого-то невидимого с улицы изучали основы магических наук; вслед прохожим летели голоса, хором повторявшие что-то вроде «…смысл жизни представляет собой субстрат побудительной мотивации личности в историческом аспекте…». Правда, самая юная слушательница этих курсов волшебства сидела на горшке с соской во рту и по этой уважительной причине в процессе вербального общения участия не принимала.

Весело ухмыляющиеся и горланящие песни рабочие монстры тащили из лесу огромные копны традиционно используемых в колдовстве растений. Эта продукция поступала на сортировку и просушку, а в дальнейшем складировалась в специально отведённых для этого пакгаузах с обязательным документированием и навешиванием ярлыков с указанием места и времени сбора на каждый конкретный стебелёк. В организации работ присутствовал строгий порядок и дисциплина. Даже каждая пчела, собирающая на закреплённом за ней участке мёд, была пронумерована и учтена: на спинке насекомых тонюсенькой кисточкой были выписаны инвентарные номера.

– А вот и мои хоромы! – кивнула старуха на симпатичный утопающий в цветах домик. Его окружала высокая живая изгородь из цветущих кустов жасмина. Из-под деревянной резной калитки на улицу сочился тоненький ручеёк.

Глендавейн отворила калитку и вежливо посторонилась, пропуская хозяйку первой.

Во дворе стояли лужи. По ним как угорелые носились давешние водяные человечки: они, вместо того, чтобы каждому растечься по предназначенному ему участку грядок, играли в горелки.

– Хорганд!!! – завопила Зериада. – Ты чем это, стервец, занимаешься?! Я тебе что велела?! Сейчас же загоняй их в огород!

Никакого Хорганда, однако, нигде видно не было. Зериада продолжала бушевать и, наконец, из погреба выглянула недовольная заспанная рожа.

Хорганд оказался толстым, отъевшимся домовым. Губы его лоснились, словно от блинов с маслом.

– В чём дело? – тяжело зевая, спросил он. – Ну что опять за крики? Это в конце концов даже обидно, хозяйка! Соседи могут подумать, что случилось что-то неприличное. Успокойся! Я тебе уже сотый раз повторяю: если каждую мелочь принимать так близко к сердцу, то не протянешь и жалких пяти веков!

– Аспид! – простонала Зериада. – Зарезал! Как есть зарезал! Ну-ка живо бери молоток и марш на огород!

Продолжая инертно оправдываться, Хорганд зашевелился и действительно добыл откуда-то большой деревянный молоток на длинной ручке, после чего пугнул человечков, загоняя их за дом: там под жарким солнцем в образцовом порядке поспевали различные овощи.

Вереница легкомысленных созданий, еле касаясь ногами земли, прыснула прочь. Глендавейн во все глаза смотрела, как осуществляется полив, а посмотреть действительно было на что.

Водяные человечки, похоже, в неподвижности находиться не умели. Они всё так же легко носились по грядкам, не причиняя, впрочем, им никакого вреда. Подошедший Хорганд неодобрительно смотрел на это, сморщив нос, и вдруг, изловчившись, изо всех сил треснул кого-то из пытавшихся проскочить мимо молотком.

Человечек словно взорвался. Разлетевшиеся брызги равномерным слоем покрыли небольшой участок морковной грядки, а Хорганд, брезгливо отряхиваясь, перешёл на сухое место.

– Видала, как надо? – гордо сказала сияющая Зериада. Похоже, она умела в один миг переходить от крайней возбуждённости к полному умиротворению.

– Восхитительно, – иронически откликнулась Глендавейн.

Она взглядом распластала припасённый пузырь над всей поверхностью огорода и затем легонько подула вверх. Тотчас же пузырь превратился в тучу, из которой хлынул дождь. Не ограничиваясь этим, волшебница наколдовала целый фейерверк молний, которые, попадая в цель, вызывали среди человечков тот же эффект, что и хоргандовский молоток.

– Вот и всё. Пошли отсюда, – небрежно сказала она. – А то ещё промокнем.

Хорганд уважительно поглядел на неё, крякнул, но ничего не сказал. Зериада тоже казалась очень довольной.

– А что ты ещё умеешь, внученька? – спросила она.

– Разные вещи, – сдержанно ответила Глендавейн. – Так сразу рассказать трудно. Можно, я у тебя несколько дней поживу, бабушка?

– Да живи сколько хочешь!

– Спасибо, – поблагодарила Глендавейн, думая о чём-то своём. – Спасибо.

Внезапно из тучи вывалилось полупрозрачное жабообразное создание, тяжело шлёпнувшееся на взрыхлённую землю – так, что грязь так и брызнула во все стороны. Уродец сидел в образовавшейся яме и источал такие потоки слёз, по сравнению с которыми наведённый из тучи дождь можно было считать средней по интенсивности засухой. Правда, не орал: то ли не умел (в водной среде орать не очень-то научишься), то ли просто испугался в незнакомой обстановке.

– Ах ты, да это ж мы сынка самого водяного зачерпнули! – всплеснула руками Зериада. – Ой, как нехорошо получилось-то, и я, беда старая, недоглядела! Тот уж, верно, хватился, лютует теперь... Поди теперь объясни, что нечаянно! Вот ведь незадача…

Глендавейн, сдвинув брови, шагнула вперёд. Тут же жабьего сынка подхватило, сплющило и сложило несколько раз наподобие конверта. У попытавшейся было протестовать Зериады отвалился язык, а кинувшийся на помощь хозяйке домовой был безжалостно превращён в большого почтового голубя с кокетливым розовым бантиком на лапке. Конверт – уже с написанным адресом – был немедленно всунут голубю в клюв, и Хорганд, не успев опомниться, уже летел по направлению к озеру. Последнее, что он слышал, были обращённые к Зериаде слова Глендавейн:

– Вот и всё; а язык у тебя сейчас новый вырастет…

-- продолжение следует --

+2
46
10:50
+2
круто замешано laugh
03:48
+2
да уж, вот где страсти-то огородные!
06:58
+1
дык в огороде самыя страстя завсигда wink
Загрузка...
Лара Шефлер №1

Другие публикации