Пересекающиеся Миры. Твари. Часть I Глава VIII

Автор:
stargazer
Пересекающиеся Миры. Твари. Часть I Глава VIII
Аннотация:
Это только в криминальных сериалах охранники — сплошь дуболомы стоеросовые, только и способные жрать в три горла и баб тискать.
Текст:

Это только в криминальных сериалах охранники — сплошь дуболомы стоеросовые, только и способные жрать в три горла и баб тискать. Те, кого Сергей Алексеевич отправил с заданием прояснить ситуацию с коттеджами дуболомами не были, правда и охранниками они тоже не были.

Впечатления местных жителей были: а кого и насколько Бог фантазией наделил, оно на второй день стало понятно. Наиболее популярной была версия вмешательства инопланетян в земную жизнь. Почему именно инопланетян? А потому что ничего не надо объяснять. Потому что хрен их поймёшь этих серо-зелёных человесков с огромными глазами. Например, одна тётка даже умудрилась детьми поклясться, мол, своими глазами видела как на коттеджем который после этого рассыпался в прах зависала летающая тарелка. Менее многочисленной, хотя тоже вполне себе популярной была версия кары Божьей. Правда эта версия, по понятным причинам, имела наибольшее хождение среди женщин забальзаковского возраста. Почему? А потому что все хозяева этих коттеджей — вор на воре, вором погоняет, пробы негде ставить. Вот Боженька и покарал.

Были и другие версии, типа, военные сверхсекретное оружие испытывали. А на ком его испытывать? Разумеется на ворюгах. Почему-то, понятно почему, версия о том, что хозяева всех без исключения коттеджей были мздоимцами была стопроцентно единодушной.

Поэтому нужно было сменить не то чтобы район, нужно было изменить характер поиска. И люди Сергея Алексеевича его сменили. Кто-то сказал: колесо — это просто, но придумал его гений. Верно сказано. Вот и среди, если их так можно назвать, исследователей чудес коттеджных такой гений, или около этого, нашёлся.

Все, без исключения, коттеджи находились или в маленьких городках, или в их окрестностях. То есть там, где каждая собака каждую собаку знает. Но это не всё, вернее, не совсем то что надо. В нынешние времена чуть ли не в деревнях есть гостиницы, хоть и маленькие, но есть — ничего не поделаешь, бизнес. То что коттеджи развалили приезжие сомнений не вызывало хотя бы потому, что если бы это сделали местные, сделали бы давным-давно. А где останавливаются приезжие? Правильно, в гостинице, ну хотя бы потому что так проще, чем съёмную квартиру искать. Время для совершения злодейства над коттеджами тоже требуется, в два-три часа не уложишься, поэтому гостиница.

***

По запросу «следопытов» к ним были откомандированы: специалист по составлению фотороботов с соответствующей аппаратурой и гипнотизёр. Со спецом по фотороботам всё понятно, а гипнотизёр понадобился, так сказать, на всякий случай: а вдруг у кого с памятью совсем хреново?

И ведь получилось! Сделанные со слов персонала нескольких гостиниц фотороботы если и разнились между собой, то совсем немного, что можно было отнести на особенности личного восприятия, и что, по факту, являлось не более чем погрешностью.

Разумеется без трудностей не обошлось, На то они и трудности, чтобы без них никак. Женщина, она так устроена, что воспринимает другую женщину как соперницу, с собой сравнивает. Вот здесь-то и пригодился гипнотизёр. Он вводил наиболее сравнивающую сотрудницу гостиницы в состояние транса с тем, чтобы сравнение себя с ней не мешало составлять фоторобот. Нет, это не было тривиальным гипнотическим сном. Женщина не спала, глаза были открыты. Она вполне адекватно реагировала на происходящее, в смысле, говорила: тот, к примеру, нос или не тот. А вот все сравнения и прочие женские фантазии были на тот момент надёжно заблокированы. Каково, а?

***

Если уж самая обыкновенная фотография, на тот же паспорт, иногда способна самым причудливым образом изменить облик человека, чего уж говорить о фотороботе?

Перед Сергеем Алексеевичем, на столе, лежали два листа бумаги самого распространённого формата — А четыре на которых были изображены, судя по причёскам, две молодые женщины. Вообще-то нет, сходство с представительницами прекрасного пола угадывалось сразу, но всё равно от фоторобота веяло чем-то не живым, даже не застывшим как памятник, а ещё хуже.

Лет двадцать пять-двадцать шесть, может больше, не определишь. Симпатичная, а если немного пофантазировать, даже красивая. Черты лица правильные, признаков порока или вырождения не прослеживается. Вот и всё, что Сергей Алексеевич смог определить глядя на первый лист бумаги.

А эта помоложе, года двадцать три-двадцать четыре, а может ещё моложе, тоже не определишь. Без сомнения это девушка, но, как это, этакой мальчуковой наружности. Вообще-то изображение можно было спутать с изображением мужчины, если бы не глаза. Глаза были на сто процентов женскими — неестественно большими для мужчины.

Сергей Алексеевич смотрел на изображение девушек. Смотрел, пытался представить, как они крушили коттеджи, и не мог представить. Самые обыкновенные девчонки каких на любой улице, пруд пруди. А может это всё какая-то фигня? Может Антон Борисович замутил всё это для того, чтобы втравить его в какое-то тёмное дело? С него станется. Неизвестно, пока неизвестно. Посмотрев ещё с полминуты на фотороботы Иры и Кати Сергей Алексеевич сложил листочки в папочку, а саму папочку положил в сейф.

Да, от Антона Борисовича всего можно ожидать, но что-то, наверное сама душа, подсказывала своему обладателю, мол, не шутит Антон Борисович. Он сам боится этих девиц чуть ли не до икоты, потому и посвятил в это дело его, Сергея Алексеевича. Зачем посвятил? А затем что, хоть никакие они не друзья, но некие, пусть будут глобальными, интересы у них общие. А если общие, то и действовать надо сообща. Да и Вера Александровна Голикова в психушке — это такой факт мимо которого и захочешь пройти, не пройдёшь. Да и Паша, как его там, Паша Премьер — фигура хоть и мелковатая, но не из последних. Более того, в скором времени ему предстояло стать фигурой весьма значимой — министр железнодорожного транспорта, это вам не просто так.

Паша, Павел Николаевич, так кажется. Его шандарахнули именно тогда, когда он вплотную подобрался к одной из этих ведьм, по другому не скажешь. Отсюда вывод: близко к ним не подходить, во всяком случае до тех пор пока не будет выработано эффективное средство борьбы с ними, а лучше средство уничтожения. Но поиски надо продолжать, вряд ли их всего двое, не тот уровень. Конечно их, во всяком случае в городе, не тысячи и даже не сотни, скорее всего десятки. Но именно от того, что их десятки они выглядят гораздо опаснее, нежели если бы они исчислялись тысячами.

Наверное всё-таки к счастью Сергея Алексеевича, а может быть к сожалению, до цветных фотороботов человечество ещё не додумалось. А если бы додумалось, то Сергей Алексеевич без сомнения обратил бы внимание на цвет глаз девушек — ярко зелёный.

***

- Нет. Та, которая Пашу в дурдом укатала по другому выглядит. Её здесь нет. - Антон Борисович положил листочки бумаги с фотороботами Иры и Тани на стол.

- Отсюда вывод…

- Отсюда вывод, - не дав Сергею Алексеевичу закончить фразу продолжил Антон Борисович. - их как минимум трое.

- Думаю, гораздо больше.

- Я тоже так думаю, но от этого не легче.

- Надо искать остальных. За этими, - Сергей Алексеевич показал на фотороботы. - можно наблюдение установить. Глядишь, на кого и выведут. А могут вывести на своё логово. Наверняка они где-то время от времени собираются. Любая более-менее постоянная группа людей периодически собирается, причём, в большинстве случаев в одном и том же месте.

- Мысль дельная. - кивнул Антон Борисович. - Я тоже своих подключу. Но, Сергей Алексеевич, надеюсь ты понимаешь: не ближе километра, фигурально разумеется. - усмехнулся он своей же шутке.

На самом деле насчёт километра Антон Борисович не шутил, просто-напросто он, километр этот, был определён им совсем для другого. Имея, в лицах Верки Пулемётчицы и Паши Премьера реальный опыт общения с этой самой нечистой силой Антон Борисович и не думал отряжать своих людей на поиски других соратниц, а может и соратников, той же Алёны. Антон Борисович планировал установить плотное наблюдение за людьми Сергея Алексеевича, которые, это без сомнения, буквально завтра начнут «просеивать» город через мелкое сито. Ну что ж, пусть просеивают, непуганные ещё, а он. Антон Борисович, будет за этим внимательно следить и делать соответствующие выводы.

***

- Что-то стало надоедать мне это ожидание. Раздражает. - глядя в окно задумчиво сказал Аркадий Аркадьевич. - Скорее бы. А там…, а там на войне как на войне.

- Аркадий Аркадьевич. - с хитрой улыбкой глядя на собеседника ответила Зоя Павловна. - Нервную систему надо беречь, ещё пригодится.

Аркадий Аркадьевич, хоть и замминистра, а душа простецкая уже было приготовился выслушать от Зои Павловны кучу мудрых, как по части медицины, так и по жизни вообще советов, но не тут-то было.

- А вы не ждите. Сходите к Антону Борисовичу, набейте ему морду и всех делов. Поверьте, полегчает.

- Скажете тоже. - рассмеялся Аркадий Аркадьевич поняв как ловко Зоя Павловна поймала его на его же фразе.

После того как девчата-охотницы поселились в пансионате Зоя Павловна приезжала туда еженедельно, на выходные. Кто знает, может быть она приезжала бы туда и чаще или же вообще поселилась вместе с девчатами. Но в городе был офис, были те кто нуждался в её помощи, так что приходилось, не сказать чтобы разрываться, но всё-таки, почитай жить на два адреса.

- Аркадий Аркадьевич. А почему вы ничего не рассказываете о своём мужском клубе? Трудности? - неожиданно для замминистра спросила Зоя Павловна.

После того, памятного разговора о дальнейшей судьбе новолюдей, в частности, о замене вступления в их ряды посредством однополого контакта на что-то более человечное и не такое мерзкое, наверное получилось так, к этому разговору они не возвращались.

- Вы не спрашиваете, Зоя Павловна, а я, а зачем навязываться? - пожал плечами Аркадий Аркадьевич. Помолчал немного как бы собирая до кучи всё, что собрался сейчас вывалить на волшебницу и продолжил. - После нашего разговора мы буквально на следующей неделе собрались. Собрались, поговорили, и, вы не поверите Зоя Павловна, пришли к единодушному мнению, искать другие способы вступления в клуб.

- Ну почему не поверю? - без малейшей доли иронии ответила Зоя Павловна. - Как раз очень даже поверю.

- Признаться, ломали головы довольно-таки долго. А потом плюнули, и позаимствовали обряд посвящения, мы это так назвали, у масонов.

- У масонов? - удивилась Зоя Павловна. - Почему именно у них?

- Ну не у тамплиеров же? - усмехнулся Аркадий Аркадьевич. - А почему бы и не позаимствовать? Плащи, капюшоны, факелы, светильники, прочая мистическая дребедень. Короче то, что надо.

- Ну и как?

- Ну, - Аркадий Аркадьевич замялся. - пока что особо похвастаться нечем, но, как говорил один из политиков: процесс пошёл.

- А что насчёт партии?

- Насчёт партии, Зоя Павловна, сложнее. Тут факелами и средневековыми плащами не обойдёшься. Решили выделить партию в отдельную организацию. Сами понимаете, рано или поздно об обряде посвящения обязательно узнают. Представляете что начнётся?

- Даже больше чем представляю. - улыбнулась Зоя Павловна.

***

- Да, у нашего друга, Антона Борисовича, появился соратник.

- Кто такой? - с еле заметной тревогой в голосе спросил Аркадий Аркадьевич.

- Некто Сергей Алексеевич. Фамилию не знаю, пока не знаю.

- Знакомая личность. - кивнул Аркадий Аркадьевич. - И что он?

- Да пока ничего особенного. Оправил своих людей по местам разрушения коттеджей, ну чтобы собрать информацию, что да как.

А вот тут, Аркадий Аркадьевич, начинается интересное. - теперь Зоя Павловна замолчала как бы собирая до кучи всё, что хотела вывалить на собеседника. - Нашлась среди них светлая голова, додумалась. Они опросили персонал всех гостиниц в которых останавливались наши девчата и составили их фотороботы.

- Час от часу не легче! - в сердцах Аркадий Аркадьевич припечатал ладонь к столешнице. - Что собираетесь делать?

- Пока ничего. - пожала плечами Зоя Павловна, а затем хитро так, как умеет только она, улыбнулась и добавила. - Ещё не придумали.

***

Наверное первый раз, ну разве что за исключением того периода детства о котором Антон Борисович ничего не помнил, перед ним стояла задача решить которую он не мог. И точно также, перед ним был противник победить которого он не мог, даже ценой собственной жизни не мог. Это была такая ситуация против которой протестовал не только разум Антона Борисовича, но и, что удивительно, его душа. Видимо и разум, и душа никак не могли признать своё бессилие и смириться, да, именно смириться с существованием того, кто был им не по зубам.

А с другой стороны… Стоп! А с другой стороны, является ли эта неведомая нечистая сила для Антона Борисовича врагом? Нет, не является. Более того, она даже каким-нибудь там соперником или же конкурентом не является. От внезапного прозрения Антон Борисович аж вспотел, аж руки затряслись, насколько это было неожиданным?

Почему он так взвился против этих девиц? А не почему. Взвился он по древнему принципу: наших бьют. Да, и Вера, Вера Александровн, и Паша отошли в мир сумасшедших, ну и что? Действительно, собственно говоря, ну и что? Есть ли смысл с шашкой наголо истошно крича что-то непонятное переть в атаку? И неважно, что атака убийственна, что перед тобой неравный противник, потому что танк. Дело не в этом.

Жизнь, и не только свою, но и человеческую вообще Антон Борисович воспринимал как некое подобие войны. А на войне, как известно, без потерь не бывает. Вот Вера с Пашей и есть те самые потери, те самые героически сложившие головы, в данном случае разум, в борьбе со всеми подряд неизвестно за что.

И что самое интересное, и замечательное — такие выводы Антон Борисович сделал чуть сместив угол обзора проблемы? У этих волшебных баб к нему претензии есть? Нет! А были? Не было!

Верка пострадала? Сама виновата. Язык слишком длинный, а голова не в меру дурная, если уверовала в свою чуть ли не святость и безнаказанность. Паша Премьер? Тут да, сам бы он до такого ни в жизнь не догадался. Тут грех на Антоне Борисовиче, правда грех совсем маленький, даже микроскопический.

Паша, он дурак, причём дурак от Природы, и какая разница что неплохо образован? А у дурака судьбинушка одна — сломать себе шею, причём где угодно, на то и дурак. Вот он её и сломал. И, кстати, сломал для Антона Борисовича весьма удачно, без ущерба. Неизвестно чего бы он начудачил будучи министром железнодорожного транспорта.

Так что, ответ на вопрос: кто виноват ясен — Антон Борисович не виноват. А что делать? А ничего не делать. Ну конечно же не совсем ничего. Не иначе ведомый какими-то неизвестными Антону Борисовичу силами он подключил к делу Сергея Алексеевича, и как сейчас выяснилось обеспечил себе замену. Этот, Сергей Алексеевич, не успокоится. И хорошо, пусть не успокаивается. А Антон Борисович будет внимательно следить за действиями его людей и заниматься имитацией деятельности в том же настроении. Прежде чем даже шевельнуться в сторону этих девиц и проявить хоть какую-то активность нужна информация, причём любая, бесполезной информации не бывает. Вот Сергей Алексеевич её и обеспечит.

***

- Мэлс Зарт. - негромко сказал адет Морх в угол помещения.

Буквально секунд через пять, как будто за дверями ждал, в помещение вошёл молодой рил.

- Мэл Зарт, - обратился старший рил к вошедшему. - какова эмоционально-психическая обстановка в ареале обитания биоинкубаторов?

- В пределах допустимого, адет Морх.

- Хорошо. - старший рил кивнул головой, хотя из этого кивка было совершенно непонятно доволен он ответом или кивнул в силу воспитания. - В последнее время отклонения были?

- Да, адет Морх, были, совсем недавно.

- Какой процент биоинкубаторов находился в эмоционально-психическом состоянии превышающем обычное?

- Тридцать два процента биоинкубаторов, адет Морх.

- Хорошо. Вы свободны.

0
20
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...
Светлана Ледовская №1

Другие публикации