Сумасшествие - грань одиночества. Глава 6. Финал

Автор:
Эдуард Семагин
Сумасшествие - грань одиночества. Глава 6. Финал
Аннотация:
...– Мистер Крейг, вы до сих пор не считаете наше положение критическим? – с изрядной долей сарказма поинтересовался Саймон. – Я все еще мечтаю о той пуле.
Пол бросил на парня тяжелый, недобрый взгляд и произнес:
– Умирая, любой из нас утащит за собою в могилу и другого. Пока мы вдвоем – у нас еще есть шанс. Одиночество в такой ситуации – гарантированная смерть...
Текст:

После ужина у Пола просто слипались глаза, но Саймон явно не собирался спать. Он сидел у огня, погруженный в свои мысли. Капитан не хотел ложиться первый, так как понимал, что сразу же уснет и потеряет контроль над ситуацией.

– Я ничтожество… Я ничего не стою… – внезапно выдал Саймон.
– Почему ты так думаешь? – Пол внутренне подобрался, сон куда–то исчез.
– Как я мог позволить матери улететь на Тархе? Кто я после этого?!
– Насколько я помню, тебе было десять? Разве мог ты тогда повлиять на решение взрослого человека? – безнадежно увещевал его капитан.
– Не только мог, но и должен был! – Саймон вскочил и нервно заметался из стороны в сторону.
Пол облизал внезапно пересохшие губы и решился поговорить откровенно:
– Саймон, та тварь, которая укусила тебя – ядовита. Я уверен. С тобой происходит что–то не то, что–то опасное. Я думаю, нам нужно…
– Я ПОЗВОЛИЛ ей улететь! Понимаете?! – у парня началась истерика. Слезы текли по его грязному лицу, оставляя светлые полосы. Он в отчаянном жесте схватился за голову и на полном серьезе попытался выдернуть клок волос. – Я должен был удержать ее, да хотя бы держать ее за руку и не отпускать…
– Уайт! – рявкнул Пол, тоже вскакивая на ноги. – Это просто выдуманный тобою комплекс вины! Ты ничего не мог сделать! Она приняла осознанное решение.
Саймон взвыл, рухнул на колени и двинул кулаком по камню кострища в опасной близости от огня. Капитан Крейг в ту же секунду очутился рядом и обхватил содрогающееся от всхлипов тело. Прижав к себе парня, он постарался лишить его возможности двигаться, хотя Саймон энергично вырывался.
Спустя какое–то время парень перестал дергаться, а после и вовсе затих. Капитан ослабил хватку и, заглянув ему в лицо, не нашел признаков прежнего буйства.
– Что это вообще было, Пол? – в отчаянии прошептал Саймон.
– Я не знаю. Похоже, яд подействовал на твою психику. Тебя мучает вышедший из подсознания несовершённый поступок детства…
– Но почему накатывает по вечерам? Ведь днем все было хорошо!
– Кто знает… Сознание утомляется и перестает контролировать то, что сидит глубже…
– Но, Пол, это ведь может быть опасно. Для вас…
«В первую очередь, для тебя самого…» – подумал капитан. Он слышал про случаи, когда подобные комплексы вызывали в больной психике навязчивые идеи искупления вины суицидом.
– Саймон, я не знаю, что ответить, – тихо пробормотал Пол. – Давай лучше спать. Завтра что–нибудь придумаем.
Парень кивнул, и они улеглись. Растянувшись во весь рост, Пол почувствовал, как на него снова накатывает усталость. И уже сквозь сон он услышал тихую просьбу:
– Обнимите меня, пожалуйста.
Крейг хмуро встречал рассвет солнца, красноватого из–за пыли в атмосфере. Саймон еще спал, а у капитана уже появилась идея, как бороться с болезнью парня. Он не был уверен, что это поможет, но попробовать стоило.
Он начал тяжелое восхождение к люку корабля. Его интересовало содержимое медицинского отсека, в частности – снотворное. Пол рассуждал так: если обострение приходится на момент наибольшего утомления, то этот момент лучше всего благополучно проспать.
Спрыгнув в люк, он присел отдышаться: хоть жара и спала, но физические нагрузки все равно давались с трудом. Капитан вскоре нашел то, что искал и вернулся в палатку как раз к пробуждению Саймона.
– Очнись, парень, с кем я говорю? – раздраженно крикнул Пол.
– Да?.. – задумчиво повернул Саймон лицо к капитану, стоящему на стволе поваленного дерева.
– Я сказал, было бы неплохо исследовать планету в том направлении, – капитан приложил ко лбу руку козырьком и вгляделся в простирающуюся даль. Кое–где были видны островки голубоватой травы или мха. – Возможно, там климат мягче, и зимой будет не так холодно.
Парень сидел, опершись спиной на гигантский ствол, всецело погруженный в себя. Капитан заметил это, осторожно спустился вниз и присел рядом.
– Эй, парень, а ведь то, что я сказал – важно для нас!
– Простите, Пол, но, кажется, меня это совершенно не интересует…
– Ах, не… – Пол задохнулся от возмущения. Он не знал, как реагировать. Раздосадовано сплюнул и поднялся на ноги.
– Бери дрова. Нужно перетащить их за сегодня.
– Что это такое? Зачем мне таблетки? – недоуменно и раздраженно спросил Саймон, когда Пол решил провести свой эксперимент.
– Я думаю, что так будет лучше для тебя, – стараясь не потерять терпения, проговорил капитан. – Тебе и самому следует признать, что далеко не все в порядке.
– Уберите это, я не болен! – презрительно процедил парень и демонстративно отвернулся.
– Еще и как болен! – прорычал Пол. – Если понадобится – я впихну тебе их в глотку силой!
– Только попробуйте, – оскалился на него Саймон. – Неужели не видите – я в порядке!
Капитан задумался. С одной стороны, сегодня вечером Саймон и впрямь выглядел лучше, да и вел себя сравнительно адекватно, но с другой – он считал, что это может быть лишь затишьем перед бурей, следствием сильной усталости. Да и хотелось все же окончательно убедиться в пользе или бесполезности снотворного…
– Все, Пол, глупый разговор. Перестаньте. Я ложусь спать.
Капитан пожал плечами и согласился.
Саймон перевернулся с боку на бок уже раз тридцать за последние десять минут. Пол долго терпел его лихорадочную возню рядом с собой, и, наконец, не выдержал:
– Сколько можно представлять, что ты на сковородке, парень?
С этими словами он вскочил и принялся что–то искать на ощупь.
– Пол, я не могу спать. Пол, не злитесь, – этот жалкий голос, это доведенное бессонницей до предела тело заставили сердце капитана сжаться. Он, наконец, нашарил пузырек со снотворным и протянул Саймону пару таблеток.
– Надеюсь, тебе поможет заснуть.
– А нет ли таблеток, которые помогают спать без сновидений? – спросил парень, глотая лекарство.
– Не умничай. Лучше вырубайся скорей.
– Если бы вы видели такие сны, как я, вы бы заговорили по–другому, – грустно проговорил Саймон. – Я в них совсем не похож на человека… Мое сознание будто находится в чужом теле…
Пол присел рядом, удивленно слушая бессвязное бормотание.
– Эти малиновые птицы… Они как будто ждут нашей смерти. Я вижу их во снах, но знаю, что они реальны. Они все время с нами по–соседству, просто, пока мы живы, мы им не интересны. А еще я иногда чувствую их сильную тоску, они скорбят о своем умирающем мире… И эти чувства невозможно вынести одному человеку…
– Какие еще птицы? Смею напомнить – тебя укусила змея, и ты… – Пол все еще не оставлял попыток вычленить из галлюцинаций толику здравого смысла.
– Все живое на этой планете – единый разум. Похоже, я стал его частью, но я не хочу это видеть! – слезы текли по лицу парня, но он этого, казалось, даже не замечал. – Их мысли раздирают меня, их печаль затопила все мое сознание, а жестокость… заставляет просыпаться в холодном поту…
– Да что, на хрен, за птицы? Цивилизация этой планеты, что ли? Они разумны?
Но вопросы Пола так и остались без ответа – Саймон плавно соскользнул в глубокий сон.
Остаток ночи прошел более–менее спокойно.
Подобное происходило, увы, с регулярностью. Вот уже целую неделю они спали по ночам лишь урывками. Капитан Крейг очень хотел надеяться, что то небольшое количество яда, попавшее в кровь парня, не вызвало необратимых изменений в психике. Что, в конце концов, организм справится. Что эти ночные кошмары – признак выздоровления.
Капитан хотел верить в это. Но ему не удавалось.
– Саймон?..
Капитан живо расстегнул молнию спального мешка. Сквозь щель в брезенте пробивался свет утреннего солнца. Парня в палатке не было.
Пол встал, привычным жестом похлопал себя по поясу, проверяя, на месте ли пистолет. Его не покидало странное беспокойство, он и сам себе не мог объяснить, откуда взялось дурное предчувствие. Саймон мог выйти к реке, к кораблю, мог просто пойти прогуляться, в конце концов. Но Пол, почему–то, в это не верил.
Капитан быстро поднялся и вышел наружу. В обозримом пространстве Саймона не было. Пол бросился к реке, но уже на подходе к ней увидел, что там тоже пусто. Корабельные коридоры встретили капитана лишь гулким эхом.
Он не знал, что думать, мозг тщетно искал логические объяснения произошедшему. Саймон пропал. Потерялся на чужой планете, и этому явно способствовал укус той проклятой твари. Он полностью дезориентировался.
Если парень покинул палатку ночью, а потом шагал без остановки в произвольном направлении, то он прошел уже более двадцати километров, а это значит, что шансы найти его резко сокращаются. Пол понятия не имел, в какую сторону его увел больной рассудок.
Для начала капитан приказал себе успокоиться. Паника застилает сознание и не дает сконцентрироваться, поэтому Пол заставил себя наскоро позавтракать, продолжая лихорадочно размышлять.
Куда бы он пошел, если бы захотел уйти? Берега реки и худосочная роща деревьев слишком открытое и достаточно исследованное пространство, где потеряться невозможно. Значит, остаются горы на востоке.
Капитан принял решение отправиться на поиски. Если Саймон не отдавал себе отчета в своих действиях, то он беспомощнее ребенка. Возможно, ему даже нужна медицинская помощь, поэтому Крейг взял в дорогу несколько концентратов и аптечку. Он запрещал себе думать о том, что Саймон вряд ли отыщется. Он мог выбрать совсем другую дорогу. А мог и утонуть. Но допускать такие варианты означало признать свое поражение и чудовищное одиночество, поэтому Пол заставлял себя верить в лучшее.
Капитан шел быстро, чтобы согреться и наверстать упущенное время. Через несколько часов непрерывной ходьбы почва практически полностью стала каменистой. Песок встречался все реже, уступая красноватому сланцу.
Случайно обернувшись налево, Пол заметил нечто такое, что окрылило и подстегнуло его. Пробежав пару шагов в сторону, он увидел небольшой островок песка среди камней, где явственно можно было рассмотреть человеческий след.
– Я на верном пути!.. – не смог сдержать радость Пол, но звук собственного голоса в мертвой тишине испугал его. Это прозвучало так некстати, что капитан поклялся больше не открывать рот. Теперь он зашагал еще быстрее, то и дело, озираясь по сторонам.
В таком темпе он прошел еще час. Уверенность постепенно таяла, но капитан не сдавался. Внезапно камень под ногами вновь сменился песком, и Пол увидел нестройные следы Саймона в паре метров от себя. Капитан шел по этому следу пару минут, а затем остановился, как вкопанный.
Следы Саймона обрывались. Песчаная дорога была довольно широкой, поэтому он точно не мог свернуть. Но его так же не было здесь, поэтому капитан был озадачен сверх меры. Однако даже не это было самым странным. В том месте, где исчез след парня, лежало нечто невероятное. Пол присел и непонимающе уставился на ярко–малиновое, потрясающе красивое перо длиной в человеческий рост.
Капитан потерял дар речи. Он не был уверен в том, что это перо не галлюцинация. Он не решился коснуться его, просто сидел и бездумно таращился на находку, а мозг выстраивал ему возможные образы чужеродной формы жизни.
Он не мог понять, почему пернатые существа, населяющие планету, ни разу не попались им на глаза. Хотя тут же на ум пришли воспоминания о странных ночных звуках, о шелесте крон деревьев и о том предмете, найденном в роще. Их опасались? Их изучали? Разумны ли эти создания? В последнем Пол почти не сомневался.
Исходя из размеров пера, обитатели планеты огромны. Пол не мог знать их намерений, но он уже понял взаимосвязь между пером и обрывом следов.
Капитан, наконец, осознал, что давно плутает между скал. Проходы становились все уже, и внезапно Пол понял: эти скалы отделяют его от жителей планеты, они надежно укрыты непреодолимым для человека препятствием. Только сейчас он с ужасом понял, что, скорее всего, Саймон пропал навсегда.
Осознание собственного бессилия пришло нескоро. Лишь наступление вечера отрезвило Пола. С трудом найдя выход из каменного лабиринта, хромая и спотыкаясь, он двинулся обратно, ориентируясь на вспышки закатных лучей на обшивке корабля.
Саймон Уайт сидел напротив и улыбался. Языки пламени освещали неровным светом его лицо и отражались блеском в широко распахнутых глазах. Казалось, он ждет ответа.
– Что? – пробормотал Пол и вздрогнул. Иллюзия рухнула. Отсветы костра плясали по противоположной стене. Он был один, совсем один на этой чертовой планете, и неясно, что сейчас с ним было: нервный сон или что–то хуже? Опаснее? Сумасшествие?
Полу хотелось кричать. Впервые в жизни он, видавший виды космолетчик, подготовленный к любому повороту судьбы, впал в отчаяние. Мысли о Саймоне и своем одиночестве никогда не дадут ему покоя.
Эту ночь он провел у костра.
Эпилог
Старший связист крейсера «Пассат» ворвался в рубку.
– Разрешите доложить, капитан!
– Докладывайте.
– Наша станция приняла сигнал SOS. Сигнал очень слабый, но мы сумели вычислить сектор, откуда он исходит. Какие будут указания?
– Насколько удален источник сигнала? – нахмурил брови капитан Форд.
– В одиннадцати часах лёта. Источник находится на планете.
Капитан повернулся к экрану, который точно передавал картину окружающего пространства. Пару секунд поколебавшись, он вздохнул и, вызвав через коммуникатор штурмана, приказал рассчитать новый курс с учетом полученных данных.
Корабль возвращался на родину из продолжительного рейса. Экипаж уже больше года не ходил по твердой земле. Но проигнорировать сигнал бедствия капитан не имел права. Оставалось лишь надеяться, что вынужденная задержка не продлится слишком долго.
Форд запросил из базы данные о планете 093845b: древняя мезопланета, по размеру в полтора раза меньше Земли, со слабой, преимущественно метановой, атмосферой. Индекс подобия едва дотягивает до 0,78. Практически лишена флоры и фауны, а также цивилизации – разумная жизнь негуманоидных птериксов здесь погибла давно, предположительно, естественным путем. Этот сектор космоса еще толком не был изучен, поэтому сведения оказались весьма скудными. Капитан потер красные глаза – он не спал предыдущую ночь, поднятый по тревоге: корабельная система вентиляции дала сбой, и неполадку устраняли всем экипажем.
Судя по всему, в эту ночь ему так же не придется спокойно спать.
– Для начала облетим ее один раз по экваториальной орбите на высоте сто километров, – отдал распоряжение Форд. – Затем выберем место для посадки. Просканировать местность на трещины и хрупкие пласты почвы. Вы запеленговали местонахождение источника сигнала?
– Так точно капитан.
– Приступить к выполнению.
Через пять часов облет был закончен и командир выбрал безопасное место для посадки в ледяной пустыне, невдалеке от заметенного желтоватым снегом корабля Пола Крейга.
– Какова температура за бортом?
– Минус тридцать два с половиной, капитан.
– Мне нужно пять добровольцев для исследования.
Их выискалось втрое больше: людям осточертело сидеть в замкнутом пространстве и они были рады любой возможности пройтись по земле под открытым небом.
– Определитесь, кто идет, а кто остается. Затем надеть защитные костюмы – температура слишком низка. Стратегия будет такова…
Пятеро добровольцев в течение получаса добрались до останков корабля: их здорово тормозил встречный ветер, и облепляющий маски оранжевый снег. Первое, что они заметили по пришествии, была опустевшая, брошенная палатка около корпуса корабля.
Это заметно охладило пыл спасательной экспедиции, но решение осмотреть корабль никто не отменял.
Внешний люк был закрыт. Без особого труда люди откинули его, и глазам предстала печальная картина. Стены шахты между внешним и внутренним люками были исписаны мелким, убористым почерком. Капитан корабля подробно вводил возможных спасателей в курс произошедшего. Он досконально описал ситуацию, а так же привел полные данные, касающиеся рейса.
В самом конце обнаружили короткий список фамилий экипажа корабля:
1. Пол Крейг, капитан
2. Лайон Смит, бортмеханик (погиб при посадке)
3. Саймон Уайт, ассистент (пропал без вести)
В первом же коридоре парни обнаружили труп капитана, прекрасно сохранившийся из–за низких температур и отсутствия бактерий. Пол Крейг сидел, прижавшись спиной к стене, в парадном капитанском кителе и новой фуражке.
Кто–то из исследователей выключил радиостанцию, чтобы не сбивать с толку другие корабли: торопиться было уже некуда.
– Ребята сняли с капитана именную бирку, сэр. Похороним его, бортмеханика и можем продолжать полет. Боюсь, больше здесь делать нечего. Пропавший без вести ассистент наверняка погиб.
– Я буду присутствовать на похоронах. А пока можете заняться расчетом курса.
Через пару часов «Пассат» стартовал, унося с собой на Землю единственное, что осталось от погибшего экипажа – имя планеты, капитанскую именную бирку и фотографии исписанных стен корабля.
+1
23
23:39
+1
Все умерли. Или не все? Как печально!
07:56
+1
Остается простор для фантазии читателя.
Благодарю!
Загрузка...
Светлана Ледовская №1