Самообразование и глубины памяти

Автор:
Finistokl
Самообразование и глубины памяти
Аннотация:
Время от времени Хомяк проводит инвентаризацию прочитанного. И нередко его не устраивают пробелы в моем академическом и литературном образовании. Тогда начинаются обидки и прочие экзальтации. Примечание: тоже написано давно, еще весной 2019.
Текст:

Самообразование и глубины памяти

Хомяк медленно шел вдоль полок Библиотеки. На его носу расположились большие очки в роговой оправе. Передние лапы облачены в черные бухгалтерские нарукавники. Хомяк с трудом удерживал перед собой толстенный раскрытый гроссбух. За ухом пушистика был заложен карандаш, на плечах болталась оранжевая жилетка с надписью «УЧЕТ».

Хомяк продвигался вдоль полок в самой дальней части Библиотеки, отведенной под научно-популярную и академическую литературу. Эта часть фондов граничила с доступной для Хомяка областью Памяти. На полках было много пустых мест, которые наглядно демонстрировали пробелы в моем образовании. Такие же пустые места были и там, куда Хомяк складировал добытые извне истории. Под многими пустотами были прикреплены бирки с именем автора, названием книги и другой информацией. Также порой там обозначалось примерное время возникновения этого пустого места. Когда Хомяк находил бирку со старой датой, он тщательно поновлял на ней надписи и заносил книгу в лист требований.

Это был не просто какой-то там лист или тетрадка. Нет, это был огромный свиток на специальной подставке с колесиками. И судя по толщине, его длины хват, чтобы обернуть по периметру среднюю европейскую страну. От вида этого монументального списка у меня всегда мороз идет по коже и хочется сбежать на край света, где нет никаких источников информации. Но боюсь, что тогда Хомяка разорвет на части от злости и обиды.

Иногда Хомяк находит особо застарелую бирку, переправленную уже не один и не два раза, и тогда он впадает в тихое бешенство. Запись в своем листе требований он производит не обычным карандашом, а пером. Да не простым, а огненно-золотым с оранжевыми переливами. Пушистый явно выдрал его из хвоста заблудившейся Жар-Птицы или залетного Феникса. Имеющее явно огненную природу перышко совершенно не вредит бумаге. Зато оно выжигает громадные красно-золотые буквы в моем сознании.

Я мгновенно вспоминаю о некой книге, о том, что очень давно хотел ее прочитать, и что она мне очень-очень нужна, ну вот прям сейчас. Так нужна, что без нее ложись и помирай. Дураком и неучем. Иногда этот зуд в затылке так силен, что я бросаю все дела, нахожу нужную книгу в любом доступном виде и принимаюсь за чтение, наплевав на все прочие дела. В такие моменты Хомяк деловито поправляет очки и потирает лапки с коварным хихиканьем. Очень хорошо, что подобное зверство он творит не часто.

В области Памяти хранятся не только данные из книг, или запомнившиеся отрывки. Там же лежат пластинки с песнями, к которым прилагается целая история воспоминаний. Моих воспоминаний, связанных с каким-либо текстом, фильмом, песней и прочим. Они не представляют особого интереса для Хомяка. Ему куда важнее то, что возникает в Библиотеке Воображения само по себе. И все же он регулярно проводит здесь инспекцию. Просматривает и перетряхивает некоторые доступные воспоминания.

Порой случается, что за извлеченной на свет фразой из давно прочитанной книги тянется тонкая серебристая нить. Она уходит в стенку, проходит через глубины памяти и скрывается в таинственной тьме, непроницаемой ни для взгляда, ни для света. Эта нить понемногу втягивается в книгу, пластинку или что еще было ее источником, и притягивает за собой нечто еще. Клочок бумаги с парой написанных фраз, картинку, а то и вовсе расплывчатый туманный образ.

Когда этот добытый из неведомого клочок оказывается в загребущих лапах Хомяка, то начинает изменяться. Он растет, раздувается, множится, и в конце концов превращается в книгу. Большую или маленькую, толстую или тонкую, в простом или богатом переплете. Хомяк обычно тут же тащит книгу на свой рабочий стол, дабы поскорее изучить новую историю. Но нередко случается так, что открыть свежую книгу не получается. Это большой удар по нежному хомячьему сердцу. Однако, хозяин Библиотеки стоически переносит удары судьбы. С протяжными и горестными вздохами он ставит книгу на подходящее место и ждет, когда она наконец раскроет свою обложку и скрытые под ней тайны. И когда содержащуюся в ней историю можно будет перевести.

Обычно, учет и инспекция проходят долго, нудно и рутинно. После них Хомяк подкатывает к самой двери Библиотеки свой свиток требований к прочтению. Сам же заворачивается в одеяло и впадает в мини-спячку на несколько дней.

После этой инспекции, к слову, не принесшей новых историй, Хомяк тщательно проверил все окна и двери. Законопатил мхом даже мельчайшие щели, чтобы никто и ничто не пролезло. С немалыми усилиями подкатил свой монументальный свиток к двери. Померил пальцами его толщину. Не поверил, перемерил рулеткой, поворчал, а потом махнул лапой и устало поплелся к гамаку. Рухнул в него, накрылся одеялом с головой и свернулся клубком. Из-под одеяла еще долго доносилось тихое, но сердитое бурчание, всхлипы и редкие жалобы в духе «Никто меня не любит, никто меня не ценит».

Я осторожно заглянул в Библиотеку, увидел мега-свиток списка и обиженного на весь свет Хомяка. Есть только два средства его вернуть в норму. Подсунуть новую интересную историю, или таки вплотную заняться самообразованием. Последнее пойдет на пользу нам обоим. Так что я глубоко вздохнул, мысленно отодвинул свои масштабные планы по ознакомлению с творчеством некоторых мастеров фэнтези, и пометил для себя несколько наиболее привлекательных книг и тем из хомячьего мега-списка. Если это поможет моему пушистому писательскому альтер-эго закончить одну из давно начатых историй, я готов грызть гранит науки с энтузиазмом бобра-стахановца.

Другие работы автора:
0
13
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...
Ирис Ленская №1