Игры Высших

  • Жаренные
Автор:
Shvedok
Игры Высших
Аннотация:
6(Месть)
За всё когда-нибудь приходится расплачиваться. А вы готовы к этому?
Текст:

Рано утром вся кавалькада выметнулась за ворота. Повозку, в которой спал вор, за ненадобностью оставили. Ехавшие верхом шесть эльфов, два человека и одна полукровка, передвигались сегодня быстрее, чем вчера. До появления Габриэллы следующую ночь рассчитывали провести в лесу. Теперь же, сделав всего одну остановку, они успели въехать в ворота Шапстантена фактически перед самым их закрытием.

Отряд без промедления направился к центру города, в гостиницу. После размещения Лайлах с двумя своими эльфами куда-то исчез. Когда он, спустя где-то час, проследовал в свою комнату, Габриэлла пыталась запихнуть в себя мясо, тушеное в горшочке. Это был заказ Алка. Он же и вина приказал принести и стаканы. Налил и один подвинул Габи.

— Пей!

Для него самого это был уже второй кувшин. Женщина поковыряла в горшочке деревянной ложкой. Поинтересовалась:

— А ты не слишком много пьешь? Такое ощущение, что ты пытаешься залить неприятные воспоминания.

Алк провел пальцем по своей бородке. Зло хмыкнул:

— Нет, ты точно ненормальная! Сама по уши в дерьме, а меня жалеть пытаешься.

Габи отпила глоток из стакана, поморщилась.

— Я хотя бы знаю, за что.

Алк зло блеснул на нее черными глазами. Допил залпом свой стакан и выбрался из- за стола. Поднялся наверх.

Габриэлла удивленно посмотрела в след Тар'Трасу, ей было странно видеть его в таком состоянии. Обычно этот человек всегда был доволен собой и жизнью. Она отпила еще вина. Терпкий сладковатый вкус густо-красного напитка был непривычен и не вызывал удовольствия. Но у Лайлаха ее пристрастие к пиву вряд ли вызовет восторг. Фи! Какая безвкусица — аристократка, предпочитающая плебейские напитки!

Задумавшись, женщина не заметила, как Алк появился вновь. С хмурым видом он опять уселся за стол и наполнил свой стакан.

— Иди... Хозяин зовет. — В голосе ни следа насмешки.

Он вообще стал странно к ней относиться после того, как увидел, во что она может превращаться. Габриэлле не нравился Алк. Слишком часто он выказывал черты характера, вызывающие у нее стойкую неприязнь к этому человеку. Явно было, что чувства их взаимны. При встречах Тар'Трас частенько отпускал на счет Габи и ее отношений с вором скрабезные шуточки и двусмысленные замечания. Она в долгу тоже не оставалась. Все было просто и понятно. Теперь же легкость их отношений куда-то пропала.

После заключения договора Габриэлла была обязана выказывать свое почтение Лайлаху и не смела теперь и слова ему поперек сказать. Это было чертовски трудно. Но вытерпеть можно многое, если знаешь, ради чего.

Можно было отрываться на Алке. Благо, на его счет не было сказано ни слова. Но он, внезапно, враз поменялся — стал через чур серьезно относиться к женщине. И это угнетало, даже злило — слишком смахивало на жалость.

Распаленная своими мыслями, Габи быстро взбежала по ступеням. Но на верху замедлила шаг, а перед самой дверью остановилась. Лайлах явно что-то замыслил на ее счет. При мысли о том, что он хочет получить и за что посчитаться, почувствовала, как волна жара ударила в голову. На несколько долгих секунд даже все звуки исчезли. Когда женщина смогла взять себя в руки, она несколько раз глубоко вздохнула, успокаивая скачущее сердце, толкнула дверь. Закрыла ее за собой и осталась стоять на пороге, ожидая, что скажет кузен.

Дождь, сделавший днем передышку, вновь монотонно забарабанил по крышам в темноте. Этот звук вызывал меланхолию и легкую тоску. Лайлах же, как и все эльфы всегда остро чувствовал настроение природы. Сейчас он стоял у окна, хоть за клубящейся там сырой мглой и нельзя было ничего рассмотреть, и повернулся ни сразу. Вдоволь налюбовавшись ее отражением в стекле, Лайлах с легким насмешливым удивлением констатировал:

— Быстро пришла!

Габи постаралась не обращать на его подначки внимания, произнесла медленно, но без запинки:

— Вы что-то хотели, ла'дрэ?

— Надо же? — вновь "удивился" эльф. — Какая покорность и почтительность! Впервые вижу тебя такой. — Он коснулся кончиками изящных пальцев левой стороны своей груди. — Здесь не печет?

Вопрос был риторическим, и Габи промолчала, глядя не на кузена, а в пол.

Лайлах и сам видел, что женщина не позволила себе проявить неуважение в голосе. Договор Ладони являлся не только соглашением, которое было не возможно нарушить, если только не возникало желание умирать в муках пару дней, при этом находясь в полной ясности сознания, но так же его можно было назвать изощренной пыткой. В случае с Габи контролю подвергались лишь действия, мысли и чувства оставались свободными. Существовал и другой договор — в нем коррекции подвергались эмоции. Но в этом случае разумное существо быстро превращалось в амебу. Лайлах не этого добивался. Ему хотелось сбить спесь с самоуверенной девчонки.

Только сейчас эльфу не давало покоя еще одно желание. Габи ждала, но вопрос Лайлаха застал ее врасплох.

— Если я сейчас прикажу рассказать все о хаал'ла'тах? Тебе придется повиноваться.

Габи испуганно уставилась в глаза брату и отчаянно замотала головой. Жестко отказалась:

— Нет!

-- Ты должна подчиняться мне!

— Нет! — теперь уже прохрипела Габриэлла.

Она пошатнулась, оперлась спиной о дверь. Левая сторона груди с отпечатком Ладони начинала гореть, словно ее жгли изнутри. Лицо побледнело, лоб покрылся испариной. Требование эльфа испугало женщину по-настоящему. Она знала, насколько он может быть упрямым в желании достичь своей цели, но ее уста были запечатаны клятвой, нарушить которую она не могла ни при каких обстоятельствах. И если кузен и дальше будет упорствовать в своем желании, то до Лабиринта она не доедет. Через пару часов процесс наказания Ладонью станет необратимым, пламя охватит ее тело, медленно выжигая все внутри. И Лайлаху тогда не останется ничего другого, как вернуться за Гаем.

Ноги ослабли, и женщина медленно опустилась на колени. Боль чуть отпустила. Стал рассеиваться туман перед глазами.

Лайлах опешил. Он знал, что испытывает его кузина. Каждый посвященный на практике получал полные знания о каждом договоре.

— У тебя ненормальное стремление к самоистязанию?! Хочешь умереть?!

— Не могу... сказать...

— А Гай?

— И Гай... умрет в... Лабиринте. Ничего не скажу...

Ее скрутил новый приступ. Лайлах понаблюдал, как она корчится, и в раздражении прошипел:

— Все! Хватит! Ничего не хочу слышать ни о ла'тах, ни о их трижды проклятых носителях!

Он отвернулся.

Боль стала стихать. Помогая себе руками, Габриэлла почти поднялась с колен, но не удержалась и тут же уселась на пятую точку, привалившись к двери. Немного отошла и поднялась. Хрипло поинтересовалась:

— Что-то еще, ла'дрэ?

— Сиди здесь!

Ногой заставив ее убраться с дороги, Лайлах вышел. Хлопнул дверью.

Габи подошла к окну. Уткнулась горячим лбом в стекло. Монотонный шелест дождя проникал в комнату, заползал в голову, навевая тоску. Знобило. Она закуталась в одеяло и села в кресло. Привычная жесткость меча вжалась между лопаток, даря чувство защищенности. Облегчение от того, что боль отступила, почти стерло все другие эмоции. Женщина была опустошенной. Постепенно пригрелась и задремала.

Проснулась от звука открываемой двери. Вот ее захлопнули, в замке повернулся ключ. Так не хотелось открывать глаза! Но долг! — будь он трижды проклят...

Габи выпуталась из одеяла и поднялась. После сна свет масляной лампы под потолком резал глаза. Лайлах остановился перед ней, долго всматривался в лицо. Что желал увидеть в нем? Признаки того, что она вновь проявит непокорность к его желанию? Он протянул руку и коснулся ее шеи под косой. Всегда прохладная, если не сказать холодная, ладонь на разгоряченной коже — физическое ощущение вспышки, больше похожей на боль, чем на ласку. Габриэлла вздрогнула. Его тихий напряженный голос:

— Посмотри на меня!

Габи подняла взгляд. Глаза Лайлаха светились из под упавших на лицо волос от неестественного возбуждения. Словно он что-то принял. Вновь принялся рассматривать ее лицо, стискивая пальцами шею. Тем же напряженным голосом, но отстранёно, словно обращаясь невесть к кому, поинтересовался:

— Неужели стерпишь? Даже не попытаешься воспротивиться или хотя бы какую-нибудь гадость сказать?

Габи проглотила вязкую слюну. Кровь замедлила свой бег по венам. Сердце бухало тяжело, с натугой, пытаясь протолкнуть через себя эту загустевшую массу. Сейчас женщина больше напоминала куклу, чем живого человека. Эльф провел по ее лицу раскрытой ладонью. Оттолкнул.

— Раздевайся!

Габи отступила еще на шаг. Взялась дрожащими руками за свои ремни. Стала расстегивать. Тело будоражил страх перед тем, что должно произойти, но с примесью ненормального желания испытать унижение до конца. Она выложила на лавку оружие и рядом бросила одежду.

Лайлах облизнул пересохшие губы.

— На живот.

Габриэлла легла, накрыв голову руками. Эльф не спеша разделся. Молча лег сверху. В его действиях не было и намека на нежность или любовную ласку. Только жесткое овладение. Желание объяснить, как можно яснее, кто теперь хозяин. Объяснить и наказать. Когда все завершилось, так же молча поднялся, одел брюки. Его гибкое жилистое тело поражало своей белизной. Особенно в контрасте с обветренной и загоревшей кожей Габриэллы. Он откинул с лица длинные темные волосы и сел в то же кресло, где до этого дремала его сестра.

Пытающая забыться Габи внезапно почувствовала едва уловимый противный приторно-сладкий запах, который невозможно было ни с чем спутать. Она подняла голову. Лайлах держал в руках пузырек с черной тягучей субстанцией — вытяжку из семян клихта. Он глотнул из склянки, заткнул и небрежно бросил ее на стол. Убрал из кресла одеяло, скомкал и швырнул его на кровать. Расположившись поудобнее в освободившемся кресле, он закатил глаза и застыл. Словно впал в спячку. Обманчивое впечатление. Клихт был наркотиком, высвобождающим скрытые резервы, заставляя организм работать в полную силу и блокируя страх. Мечта наемника. Только одна неприятность — человека выжигало за год. Эльфы очень быстро регенерировали, но в конце концов клихт и их заставлял расплачиваться за пагубную привычку.

Габи скривила губы и отвернулась, закутавшись в одеяло по самые уши. Она не плакала очень давно. В Семье ее учили терпеть боль, но не учили терпеть унижения. Наоборот — учили НИКОГДА их не терпеть. Но она больше не была частью Семьи. И, возможно, ей давно уже следовало бы пересмотреть свои приоритеты.

Габриэллу душили слезы. Лайлах попользовался ею, словно вещью и забыл. Будто и не он столько времени добивался ее расположения. Женщина была абсолютно уверена, что он тоже не получил никакого физического удовольствия от полового акта. Словно необходимую работу выполнил. Удовлетворил ли он при этом свою попранную гордость? — тоже был вопрос.

Когда Лайлах, проведя ночь в кресле, решил наконец-то включиться, Габриэлла уже сидела на постели полностью одетая. Рукоять неизменного меча так же торчала над плечом.

Не смотря на то, что утро уже вступило в свои права, в комнате было темно. Тучи густым слоем покрывали осеннее небо. Масло в лампе выгорело полностью. Но эльф видел не хуже, чем в полнолунную ночь. Золотистые глаза мягко светились в темноте, под все еще не закончившимся действием клихта. Он облизнул сухие губы. Насмешливым взглядом окинул сестру.

— Ты когда-нибудь расслабляешься?

Его голос звучал тягуче и неспешно. Она парировала в ответ:

— Когда мы виделись последний раз, перед тем, как уйти из Семьи, ты еще не страдал подобными пристрастиями.

Габи не удержалась от подначки, и грудь обожгло моментальной болью, словно предупреждение.

Лайлах улыбнулся в темноте, видя, как она вздрогнула.

— А я уж испугался, решив, что ты сломалась. Но ты все так же не почтительна к своему ла'дрэ. Хочешь попробовать? Ты ведь знаешь, как клихт усиливает боевые способности.

— Нет, — тихо прошелестело в ответ.

— А если я прикажу?

— Клихт... сведет с ума ла'тах, и не известно, во что тогда превращусь я.

Эльф поднялся и стал одеваться.

— Ла'дрэ еще что-то нужно от меня?

Комнату постепенно заполнял рассеянный свет утра. Лайлах быстро облачился в тонкую рубашку переливчатого зеленого шелка, поверх которой накинул куртку из мягкого материала, похожего на замшу. Он явно спешил куда-то или хотел создать видимость, но при прозвучавшем вопросе движения рук стали не такими стремительными. Эльф медленно застегнул одну пуговицу... вторую...

— Я был в Шри-ку-Йинн два года назад. Там впервые пришлось попробовать эту дрянь... Я и в Лабиринт пошел бы сам, но ты же знаешь — мне туда ход заказан! А ты так любезно согласилась разрешить эту мою проблему.

Начав говорить спокойно, Лайлах под конец разозлился на себя за свою откровенность и грубо бросил:

— До обеда — свободна! Меня не будет. Что надо, у Алка спросишь.

Он обулся. Накинул плащ и вышел. 

Другие работы автора:
+3
201
20:13
+1
хорошо описан комплекс неудачника, браво bravo
20:19
+2
Спасибо! Приятно))) yahoo
Эм… Хотелось бы сперва уточнить — это часть чего-то большего? С самого начала на читателя вываливается вагонище безликих персонажей и бессвязных событий: кавалькады, повозки, воры, кони, Габриэллы… Если это не часть, глава чего-то большего — сложно понять, что происходит.
12:21
+2
Видимо, да. Цыфра 6(шесть) в аннотации об этом говорит. Ну, и предыдущие публикации автора — тоже )
15:58
+1
Да. Это небольшая повесть. Первые главы тоже у меня выложены. Спасибо.
15:59
+1
Вы правы. Спасибо.
12:37
+3
«Фактически» -очень некрасиво и ненужно.
«Через чур».Сразу две ошибки.
Есть в этом нечто садо-мазохистское. Но вырванный из контекста отрывок непонятен и раздражает.
Нужно, видимо, читать все произведение.
16:01
+2
Конечно, нужно читать все. Но не факт, что у людей есть желание. Спасибо.
13:44
+3
Что-то я запутался, кто кому кто. Если Габриэле брат эльф то по логикеи она эльф. Или она и есть полукровка? Кроме имён есть ещё непонятные обращения: " лайлах, ла'дрэ и т. д. Все это делает чтение трудным и не комфортным.
Где-то читал что для удачного сюжета автор должен использовать три ситуации в рассказе:
1-я необычные обстоятельства и обычные персонажи
2-я обычные обстоятельства и необычные персонажи
3-я обычные персонажи и обычные обстоятельства — уже проигрывают и вытягиваются техникой написания, талантом автора
4-я необычные обстоятельства и необычные персонажи ( это ваш случай) тут только оригинальность сюжета иначе читатель заскучает. И учитывая тот факт, что в большинстве своём современные начинающие авторы (90%), используют именно 4-ю ситуацию, создать оригинальный сюжет очень трудно. И я понимаю как трудно вам. Присоединяюсь к мнению предыдущих критиков, вашу работу можно оценивать только в целом виде но не этого отрывка. Я осмелюсь дать вам совет, пишите каждую часть как самостоятельное произведение со своей за вязкой, кульминацией, ращвчщкой и прочими законами жанра. Вот как делают сериалы, там каждая серия — законченный сюжет. Но связаны общими персонажами и обстоятельствами. В этом случае читать каждую часть вашей работы будет интересно. Вам удачи.
16:05
+1
Спасибо. Лайлах это имя эльфа, а ла'дре — «мой господин». Я его писала сплошным текстом, просто деля на абзацы. Но оказалось, что в таком виде я его не могу выкладывать на некоторых ресурсах. Пришлось делить.
Ладно… Буду исходить из того, что это глава и в предыдущих объясняется, кто все эти бессчетные люди, где все происходит, и какого шайтана они творят. И кто кому брат-сват-деверь-внук-сестра… Ппц…
Субъективно: обожи, что за бульварная дешевка с романтизацией недо-БДСМа в псевдо-толкиеновских декорациях?
Объективно: если вы намеренно ориентировались на определенную непритязательную ЦА – у вас прям отлично вышло, все на своих местах, очень убедительно. «Некогда объяснять, раздевайся!» Ну, а что еще нужно-то? Эльфы, господины, сиськи, наркота, угнетение – бессмысленное и беспощадное.
Если вы все же вдруг желаете повысить литценность – лучше поменьше пустых истерических диалогов и бессмысленных действий — и побольше красивой визуалки, особенно мест действия, и мотивации героев.
И… где секас-то? Где, собсно, процесс унижений? В смысле «все свершилось»??? Это я за этим такой длинный текст читал?? Обманывать ожидания читателя – сие есть грех смертный!
При любом раскладе есть куда совершенствовать язык, местами топорненько даже для бульварщины.
«Допил залпом свой стакан» — пьют не стаканы, а то, что в них.
«Осталась стоять на пороге» — громоздко, можно бы «замерла на пороге»
«повернулся ни сразу» — НЕ сразу
«начинала гореть», «стал рассеиваться», «была опустошенной» — тоже неуклюже, лучше «вспыхнула», «рассеялась», «ощущала опустошенность». Поменьше «стало-было-начало», куча этих паразитов в тексте.
«Глаза Лайлаха светились из под упавших на лицо волос от неестественного возбуждения» — светящиеся глаза не так криповы, как волосы, упавшие от возбуждения… И какое возбуждение неестественное, интересно? Это вроде очень даже естественное явление.
«Пытающая забыться Габи» -чивой??
«Рукоять неизменного меча» — а бывают изменные мечи-трансформеры?
16:27
+2
Спасибо! Я постараюсь учесть все советы. В изначальном варианте у меня главы отсутствовали вообще, но оказалось интернет в таком вине не хочет принимать). Произведение очень давнишнее, я его много раз забрасывала.
14:07 (отредактировано)
+4
— Нет, ты точно ненормальная! Сама по уши в дерьме, а меня жалеть пытаешься. Что-то жалости я не увидел выше, больше на нотацию было похоже. Ну, Алк, на то и «алк» — оправдывает данное ему имя, странно удивляться, что излишне закладывает за воротник.
Тар'Трас — это имя смутно ассоциируется у меня с Джоном Картером. Не знаю, даже, почему unknown, но это просто лирика и не имеет отношение к Сковородке.
Не очень понравилось: "… Габриэлла пыталась запихнуть в себя мясо...", знаю, так говорят, но применительно к девушке, как-то не звучит.
И ещё: " Его гибкое жилистое тело поражало своей белизной..." Мне кажется, после произошедшего, тело будет не «поражать», а вызывать отвращение. Поражать из другой линейки чувств. Но это я просто придираюсь. Может не так уж всё и плохо было, не лезть же в душу?
20:13
+1
Спасибо! Она конечно женщина, но больше мужского поведения. По сюжету Лайлах не только её двоюродный брат, но и несостоявшийся муж. Так что это больше не процесс унижения, а попытка насильно получить то, чего не смог добиться.
20:48
+1
Ох, мне б, в таком случае, чего-то попроще eyes
20:58
+1
Извините, не могу))) У меня наверное все герои стоят в очереди к психиатру laugh
Фрагмент чего-то большего. По нему трудно оценить, что представляет собой целое. Выставленный на прожарку текст можно оценить положительно с некоторыми замечаниями. Некоторые эльфийские (?) термины, названия и имена труднопроизносимы. Атмосфера близкородственного скрещивания (кузен всё-таки, сиречь двоюродный брат) не добавляет приятности чтения. Хотя кто знает, каковы обычаи у эльфов. Есть несколько грамматических ошибок: «через чур» правильно пишется «чересчур», «на верху» как наречие – слитно, «отстранёно» – через два «н» (кстати, если не использовать букву ё, то не использовать нигде). В остальном вполне добротно.
20:15
+2
Спасибо за указание ошибок))). А насчёт родства, я знала двоюродных брата и сестру, которые вступили в брак.
Загрузка...
Илона Левина №2