Таблетки

Автор:
r1meR
Таблетки
Текст:

… 

     На высокой купающейся в ярком свете (имеющем все оттенки многоцветного сладкого драже) сцене выступала высокая девушка (длинные розовые волосы, серебряная пластина на шее, белоснежный плащ раскрытый так, чтобы показать всем острые ножки и переливающее фиалковыми блестками короткое платье). Её воздушный голос обволакивал всех посетителей, невидимой сетью причудливого пения, расслабляющего и успокаивающего или вызывающего и агрессивного, в зависимости от желания посетителей. Голос, несомненно, был чудесным, однако без музыки (дикого ритма наших сердец!), он не мог самостоятельно справляться с очарованием посетителей. 

     Следует добавить, что за сексуальной куклой, привлекавшей внимание всех гостей, своим элегантным пением и нежной игрой с микрофонной стойкой, стоял странный дует. В него входили – гитарист, одетый в вычурный строгий смокинг с белоснежными ниспадающими до плеч волосами, лицо его было скрыто за серебристой без малейшего намёка на отверстия для глаз или губ маской, второй был одет небрежно, короткие курчавые каштановые завитки пенились в поте, когда общая фигура скрывалась за массивной ударной установкой, а лицо в экстазе устремлялось (одновременно скрываясь) вниз. Что же до публики, нет смысла перечислять все расы, находившиеся здесь, отметим лишь, что большинство являлись гуманоидами, удобно распложавшимися за маленькими столика в одиночку или в небольшой компании.

     Песня подходила к концу, девушка, взяв высокие ноты, подвела черту в несчастной истории любви. Одновременно с этим, раздался, словно из неоткуда, громкий безжизненный голос:

     - Только, что звучала песня «Любовный сэндвич» известного маэстро наших сердец сэра Дуслава, в исполнении нежной Элли, – в ответ раздались бурные аплодисменты, – но, к сожалению, её смена подходит к концу, вместо неё встречайте – не менее обворожительную Молли. Спускаясь со сцены Элли, дружелюбно кивнула небольшого роста малышке с короткими голубыми волосами, носившей имя – Молли, при этом пожелав ей удачи.

     - Она нам не помощница, – улыбаясь, ответила та, одаряя подругу ароматом приторных духов и резким запахом метала.

     Проводив свою коллегу взглядом больших и холодных фиалковых глаз, Элли прошла к лестнице и поднялась на второй этаж, направляясь в свою комнату. Зайдя в родное гнёздышко, она сразу же уселась на массивное потертое кресло и смотря в большое зеркало, заставленное многочисленными коробочками и прочим хламом, начала возвращать свою естественную внешность. Первым делом, Элли сняла парик длинных розовых кос, выпустив на волю волны кудрявых каштановых волос. Аккуратным движением она сняла линзы и смыла яркий макияж. Теперь в мутном стекле на неё смотрела зеленоглазая уставшая девушка с непослушными волосами деревенских дурнушек. Открыв одну из стоявших неподалёку коробочек, Элли достала и покрутила в руке безликую бледную и немного продолговатую, словно льдинку таблетку. Внезапно её прервал, раздавшийся сзади голос: 

     - Стой, не глотай её!

     Резко развернувшись Элли, увидела, как напротив неё, на кровати сидит их гитарист. Он, как обычно, оставался в своей бессменной маске, так что, тяжело было определить его истинные эмоции, лишь грубый хрипловатый голос иногда выдавал его тревогу. 

     - Что ты делаешь здесь? – возмущенно спросила Элли, однако, откладывая таблетку. 

     - Я все сейчас все объясню, слушай, я уже давно перестал принимать их. 

     - Ах, а как же ты… 

     - Как же я ещё живой? – в его голосе послышались язвительные нотки. - Как-то раз, я забыл принять эти таблетки, хоть нам и насильно при рождении на этой дрянной планеты в мозги вбивали, что мы обязаны их принимать ежедневно, иначе сдохнем от местного климата, а особенно от воздуха, очень скудного на кислород. Но, наша система, видно недостаточно меня обработала. Когда я забыл их принять, спустя день, осознав всё это, мой разум приготовился к ужасной боли. Ведь я, как и все верил, что таблетки (кои выдаются строго индивидуально для каждого) – жизненно необходимые и если не принимать их в течении пары дней – умрешь. Но, в тот день, не ощутив ничего плохого, я решил попробовать не принимать их ещё день, а потом ещё и ещё. Оказалось, что всё это ложь. Я выжил и могу смело сказать, что они не помогают, а делают лишь хуже. 

     - Ты пьян? Или просто не в себе? Может тебе нужна медицинская помощь? Ты хочешь убедить меня, что вся планета принимает ненужные им таблетки, кои действуют лишь негативно? – возмущено и активно жестикулируя руками спрашивала Элли. 

     - Я не говорил про последнее, – тихо ответил гитарист. Повисло напряжённое молчание. Его прервал мужчина в маске: - Что я могу сказать точно, они действуют как лёгкие стимуляторы, без них я чувствую себя подавленным и угрюмым. Но также, они меняют само восприятие человека. То есть, без таблеток жизнь, конечно, не такая яркая, но зато реальная. 

     - Я не понимаю. 

     - Давай выйдем на улицу, эти стены имеют очень хороший слух на такие вещи, действие вчерашней таблетки уже спадает и думаю, ты тоже сможешь кое-что заметить, – предложил, вставая мужчина. 

     - Том, я тебя знаю уже довольно давно, но мне очень тяжело воспринимать всё это всерьёз, – тихо сказала Элли. 

     Однако, она всё-таки накинула белоснежное пальто и молча пошла за гитаристом. А угрюмая в своем бледном одиночестве таблетка так и осталась лежать на столе. Выйдя из клуба, их взгляду предстала узкая улица, окрашенная в дешевые краски неоновых вывесок, однако все здания стояли крепко и выглядели опрятными. Том взял Элли за руку и провел в одно из ответвлений, где не было никого.

     - Я до сих пор ничего не понимаю, Том. Все выглядит, как обычно, – сказала Элли освобождая свою руку.

     - Внимательно посмотри на мой костюм, на его детали, например, на манжеты, – попросил Том.

     Элли уставилась на белоснежно-чистые манжеты. Прошла минута, она уже хотела отвести взгляд, однако кое-что изменились. Манжеты вдруг плавно налились, став грязно-серыми и неряшливо разорванными, как одежда оборванца. Элли удивленно перевела взгляд на Тома и неожиданно вскрикнула. Идеальный смокинг резко стал рваным, как одежда бродяги, а маска была покрыта многочисленными царапинами мелких тонких зубов. Элли в ужасе перевела взгляд на кристально чистые в своей мраморной белизне стены. Их не было вообще. Элли села, обхватив свою голову руками, ей стало плохо, голова неистово болела, а земля грозила уйти из-под ног. Она попробовала потуже укутаться в свое пальто, но на его место нашла лишь оборванную грязную тряпку, кою с омерзением мгновенно откинула прочь. Том подошел и присел возле неё, он протянул к ней руки, сказав:


     - Теперь ты видишь? Именно поэтому я пошел к тебе, зная, что лишь ты способна мне поверить и отрезвиться от действия таблеток. Нам нужно сваливать из этой проклятой планеты, как можно быстрее, – окончил Том, держа за руку Элли и заставляя её подняться. 

     - У меня есть знакомый в космопорте, давай зайдем, заберём наши вещи и свалим отсюда к чертовой матери.

     Элли ничего не ответила, в её глаза плескалась ядовитая смесь страха и отчаяния. Она послушно пошла за Томом, даже не понимая, что он сказал. На обратной дороге её становилось всё хуже. Изящные в своей неуклюжей подростковой грации здания превратились в мерзких стариков, заменив яркие неоновые огни на бледно-синее сияние мертвых фонарей. Элли же становилось всё хуже, ей вдруг очень захотелось принять таблетки и забыть всё это. Подойдя к своему «дому», они обнаружили его в таком же состояние полного упада, а высокая и элегантная вывеска грозила свалиться на голову, тяжело держась на ржавых металлических заклёпках.

     Войдя внутрь они оказались лицом к лицу с полицейскими андроидами во главе одного сонного детектива, который о чём то шептался с их хозяином, харизматичным пожилым чернокожим мужчиной средних лет, одетый (на удивление наших отрезвившихся приятелей) опрятно. Как только дверь захлопнулась за Элли и Томом на них все уставились, а детектив с кривым зубами, потирая недельную щетину, усмехнувшись, сказал:

     - Какой приятный сюрприз, наш приятель сам явился к нам. Взять его, – обратился он уже к трём угрюмым, как грязный снеговик с чёрными пустыми пуговками-глазами андроидам. 

     Том в ужасе попятился назад, отступая под неумолимым медленным натиском жестяных фараонов. Он кинулся к двери, но обнаружив что она не открывается под его натиском, хотел броситься к черному ходу, однако, кольцо андроидов уже плотно окружило его. Неожиданно Элли кинулась к ним, пытаясь оттянуть ближайшую жестянку за холодную металлическую голову – бессмысленно. Тогда она с силой ударило андроида ногой, после этого он всё-таки обернулся и сильно оттолкнул девушку. Отлетев на два метра, Элли сильно ударилась об барную стойку, на секунду потеряв сознание. Прейдя в себя, она обнаружила, что её голова словно пропиталась острой болью, а ржавая пластина, покоившаяся на нежной шейке, поломанная лежала в сторонке. Девушка прикоснулась пальцами к мягким волосам и охнула от боли, обнаружив на пальцах теплый вишневый сироп. Подняв взгляд, Элли увидела, как Тома уже крепко связали андроиды. Собрав все свои чувства – ярость, отчаяние и возможно, любовь. Она попыталась встать, но резко опустилась от оглушающей и всеобъемлющей боли в висках.

     - Нет, Том, нет… - простонала она. Детектив в это время подошел к неё, с интересом подобрал ржавую по боках пластину, потом внимательно посмотрел на неё, после чего приказал одному из андроидов:

     - Её тоже заберите. 

     - Нет, она ни в чём не виновата, это всё я! – прокричал Том, извиваясь как умирающая змея, в крепких безжизненных объятиях андроида. 

     Словно уже мёртвая, Элли меланхоличном смотрела, как к неё подходил жестяной слуга закона. Он не спешил, медленно приближаясь всё ближе и ближе. Элли чувствовала себя, словно героиня бульварных романов, где та бесстрашно лежит на холодных рельсах, (прекрасна в своем отчаянии) в ожидании своего последнего поезда. Наконец-то, андроид подошел и протянул к ней свою корявую руку, дотрагиваясь к виску. Резкая вспышка. Тьма…

…      

     Первым делом, Элли сняла парик длинных розовых кос, выпустив на волю волны кудрявых каштановых волос. Аккуратным движением она сняла линзы и смыла яркий макияж. Теперь в мутном стекле на неё смотрела зеленоглазая уставшая девушка с непослушными волосами деревенских дурнушек. Она уже хотела протянуть руку и взять одну из мраморных таблеток, но её остановила то, что их там не было, вместо них стояла неестественно опрятная и нетронутая, как девственница в грязном борделе коробочка зелёных таблеток, от коих шел тонкий аромат лишайника. Элли резко вспомнила, что произошло. «Это был сон, ужасный сон», – прошептала она. В смятении чувств Элли встала и решила, найти Тома. Однако, боль ударом молнии пронзила её нежное тело. Элли упала на пол и пролежала некоторое время без сознания. Немного прейдя в себя, она решила всё-таки принять таблетку. «Это всё Том, ублюдок, я сейчас умру из-за него! Нужно принять эту чёртову таблетку», – хотела прокричать, но не в силах сделать даже это, хрипло прошептала девушка. Трясущимися руками Элли поднесла зеленоватую капсулу ко рту. Проглотив её, она вновь потеряла чувства. 

…      

     Это уж точно сон, осознанный, но не подлежащий контролю. Фрагменты летали и переплетались между собой, будто осенние листья на ветру. Очень интересный сон, про какого-то андроида, детали правда не разглядеть, но формы его кажутся миниатюрными и нежными. Ах, ещё всё от первого лица. Кажется, это всё-таки не беззаботный сон, так как невдалеке от этого андроида лежит её платье и пальто. А сам робот, почему-то носивший идентичную одежду, лежит на железной койке погребенный в холодном и безжизненном мраке высоких стен. Слайд. Андроид на операционном столе, смертоносная пила приближается всё ближе и ближе. Пробуждение.

…     

     Первым делом, Элли сняла парик длинных розовых кос, выпустив на волю волны кудрявых каштановых волос. Аккуратным движением она сняла линзы и смыла яркий макияж. Теперь в мутном стекле на неё смотрел кто-то другой. Элли протянула и медленно осмотрела свои руки. Это была не она. Может она и есть тот робот. Возможно, кошмар оказался ожившими воспоминанием, который пением сирен тянет её ко дну. Боль, опять ужасная боль. Бедная девочка согнулась в кресле. Тихо плача, она думала: «Почему я страдаю, как человек, но не могу умереть, как андроид». Когда боль немного спала, она посмотрела на столик и обнаружила 3 коробочки с таблетками, к знакомым двум добавилась новая с розоватым оттенком. Резко открыв её, Элли начала судорожно поглощать все таблетки. Вслед за этим, наступил черёд зелёной коробки, а потом и белой. Но не успела они опустошить последнюю, как цветная радуга ударом эфемерных волн опрокинула Элли обратно в небытие. 

…      

     Темнота и мгла. Мгла и темнота. Чёрная бездна была всем, а её тело на фоне этого бесконечного падение, выглядело мелким мусором в открытом космосе, лишенном звезд. Медленно покачиваясь в мягком вакууме, у неё не было мыслей, кроме одной: «Неужели я наконец-то умерла?». Спустя века Элли заметила вдалеке высокую фигура Тома. Он неспешно приближался к ней, покорив себе послушное Ничто. Приблизившись, она увидела, на нём сверкавший в своей божественной чистоте смокинг и его лицо без маски, на коем мягкие губы и серые глаза приветливо улыбались ей. Постепенно Элли растаяла в них, став водой в бурлящем водопаде любви, пылающим солнцем среди желто-глазах пустынь и просто всем.

Другие работы автора:
+1
96
В целом — понравилось, хотя с концовкой мне не совсем понятно unknown
Есть замечание относительно «электрогитариста». Насколько я знаю — никто не делит гитаристов на электрических или акустических — они все гитаристы.
И я никогда не видел и не слышал о гитаристах играющих в перчатках jokingly
Всего Вам хорошего! rose
18:57
Спасибо за замечание! Исправил. Насчёт концовки, я хотел, чтобы каждый воспринимал её по своему, кто-то найдёт в ней избавление от ужасной боли и желанное забвение, а другой — очередное затмения рассудка, после коего всё начнется сызнова.
Комментарий удален
Комментарий удален
18:38
извини(
Загрузка...
Mikhail Degtyarev