Свет

Автор:
Осколок Ветра
Свет
Аннотация:
Золото часто оказывается углём, а занятия, на первый взгляд глупые — единственно настоящими.
Текст:

Жизнь начинается с боли.

Боль преследует человека всю жизнь: душевная — от неразделённой любви, непонимания и разбитых надежд, физическая — от пожирающего суставы артроза.

Боль двигает человека вперёд, она же — отбрасывает назад.

Обычно из неё черпает силы и смерть...

Боль — острая, точно кинжал, пульсирующая где-то за левым глазом, настигла меня поутру.

Я хотела подняться с кровати, но... продолжала лежать. Теперь я была не участником, а свидетелем собственной жизни: под жарким одеялом потела спина, за окном пели птицы, а сквозь пыльные стёкла, стекая по шторам, вливался в комнату Свет.

Внезапно, я вновь получила контроль над собой и попыталась пошевелиться. Правая часть тела не двигалась — ни рука, ни нога. Тогда я всё поняла, похожее случилось и с мамой.

Вот только... мама была вдвое старше меня...

Ползти к телефону?

Идея не показалась разумной. Я не в волшебной стране. Меня никто не будет спасать, делать трепанацию и удалять гематому. На мою жизнь всем плевать, и давно, вероятно — с рождения...

Отдать отпущенные часы зловонным коридорам и грязной каталке?

Ну нет!

Была и другая причина не пробовать биться за жизнь — букв и цифр я больше не знала. Мысли не облекались в слова, лишь чередой озарений вспыхивали яркие образы. Значит, компьютеры, телефоны, и обычные надписи остались в мире людей, а в моём — был лишь Свет, плещущийся на полу. Оставалось лежать, подводя итог, вызывая в памяти самое ценное — то, чему я отдала свою жизнь...

Ценное не вспоминалось.

Вспоминались Володины губы и первые школьные поцелуи. Луг за оврагом и речка. Солнце, бабочки, запах травы...

Что ещё?

Совсем ничего.

Я не могла вспомнить ни одного эпизода с работы, на которую отправлялась каждое утро, в дождь или в снег, как ни старалась. Исчезло в тумане личико умницы-дочки, давно покинувшей эту страну. Голос мужа, с которым мы прожили двадцать лет — пока его не убила опухоль, превратился в собачий лай — я утратила понимание человеческой речи. Звериные звуки искажали родное лицо, оно ускользало, плыло и меняло черты.

Ну а Володино, виделось в мельчайших подробностях, ведь он больше молчал, взяв мою руку в свою, тёплую и шершавую. Слова не нужны, когда смотришь на плывущие по реке облака...

После таких посиделок я мчалась домой — рассказать, что мечтаю быть лётчицей, а может быть — самолётом, резвящимся в солнечном океане над белыми гребнями облаков. Родители улыбались, покручивая пальцами у виска. Забыв про глупые облака, я стала кем-то другим. Кем — я больше не знала. Но Свет — тот что над тучами, всегда меня помнил, и сам спустился за мной.

Володя бежал к себе — смотреть, в свою очередь, как мать прикладывает палец к виску. За красавцем профессорским сыном тосковало полшколы, а он...

Я была самой обычной девчонкой, а что до семьи...

Володя, забыв про дурацкие облака, женился на Светке — красотке и умнице. Поступил в институт. Всем было ясно: его ждёт блистательная карьера, счастливая жизнь.

Вышло иначе. Светка начала изменять, Володя запил... Как проронил мимоходом пожарный инспектор: «Заснул с непогашенной сигаретой, обычное дело».

Хоронили его в закрытом гробу, в памяти он остался навсегда молодым...

Образы, образы, и новое бессловесное озарение: «А кто похоронит меня?». Никого, ни одного человека вокруг давно уже не было.

Если по какой-то случайности квартиру вскроют не поздно, то медики, обследовав труп, объявят причиной смерти сосудистую аномалию.

А я знала истину... Но больше одиночества не было, такого понятия вообще не существовало.

Свет растёкся по комнате, Он был везде, и всё было Им. Никакой отельной «меня», никаких автономных «вещей», никакого разобщённого, враждебного «мира».

И озарение: повреждена область мозга, ответственная за восприятие границ. Задняя верхняя теменная доля. Та, что атрофируется, когда монахи годами неподвижно сидят в молитве и медитации.

Странно, что я это знаю... Кто я по профессии? Медик? Учёный?

Впрочем, это уже совершенно не важно...

Вот о чём пишут во всех этих книжках! Цепью картинок пронеслись девяностые: мрачные люди в замызганных куртках, роющиеся в эзотерической макулатуре. На обложках флейтисты — синекожие, будто с планеты Пандора, мудрые гуру и многорукие существа. А за ними — тот самый Свет.

Его я узнала...

Но всё же, в бушующем океане энергий виделись отдельные волны. Единение было неполным.

— Готова отдать? — Свет мог говорить. Без слов, яркими вспышками озарений.

— Что?

— Как это, что? Картину, конечно. У тебя ничего больше нет, и не было никогда. Но даже она не твоя, ведь Краски ты получила на время.

— Нет у меня ничего!

Наглая ложь, Картина была. Но было неловко за то, что на ней нарисовано. Ведь вдалеке я заметила и другие Картины — на них мчались в космос ракеты, учёные стояли возле реторт, вставали в атаку полки. А на моей был только синеглазый мальчишка, река, да стрекозы. Будто я никогда не взрослела!

Но почему? Может и я совершала открытия или спасала больных!

К тому же я слышала от людей, что за Картины ставят оценки, вроде как в школе. Старался — получи заслуженную пятёрку, а поленился — садись, «два». Вёл себя плохо — зови-ка родителей! А не исправишься — учись второй год...

Но в этих вопросах Свет непреклонен.

— Она есть у каждого. Надо отдать... Навсегда.

Будто был выбор! Конечно, я всё отдала: ослепительность солнца, нежность травы и пух облаков.

Свет не делал оценок, а только сказал:

— Это всё.

И никуда не позвал...

Неудивительно, ведь кроме Него ничего во Вселенной и не было. Никогда и нигде.

Я это видела — теперь, когда Он был так близок. Видела, что всегда была Им.

Страх исчез.

Я сама позвала:

— Ну, иди же ко мне...

Свет откликнулся, забурлил и стал подниматься всё выше и выше, пока волны не захлестнули кровать, целиком растворяя меня в лежащем над тучами солнечном океане.

+4
104
12:11
+1
Под таким ракурсом смерть прекрасна.
Автору аплодисменты! bravo
12:13
+1
Спасибо!
13:26 (отредактировано)
+1
Написано красиво, возможно даже реалистично. Помнится, а реанимации и очнулся из света, может так оно и есть, но у меня было и это ( ни рука, и нога), даже матом выругаться не получалось. Спас мобильник в кармане с той стороны, где рука шевелилась, набрал первое, что было в списке. Дочка, я мычу в трубу, а она поняла, что мне плохо и примчалась… в общем к вечеру уже и разговаривал jokingly
20:56
+1
возможно даже реалистично

Лев Гурский (Арбитман) в своей рецухе отметил, что описанное слишком нереалистично, поэтому рассказ — говно. Он не знал, что у героини есть прототип. Женщина выжила после обширного инсульта и описала свои ощущения.
www.koob.ru/taylor_jill/
21:00
так я о том и говорю
Загрузка...
Михаил Кузнецов

Другие публикации

Удачная сделка
Estellan 18 минут назад 0
Супстанция
AY 3 часа назад 1