Невозможные метаморфозы. Часть 1. Конец Света, первый день

Автор:
Green_tea
Невозможные метаморфозы. Часть 1. Конец Света, первый день
Аннотация:
Пример развития вирусной пандемии из нашего самого ближайшего будущего…
Текст:

Невозможно придумать того,
чего бы уже не было, нет или не будет…
(Аксиома)


Над Гудзоном медленно, тяжело, словно нехотя, поднималось солнце, и ничего в этом не было ни необычного, ни тревожного. С завидной регулярностью оно встает так уже многие тысячи лет. Хотя, как сказать, солнце могло ведь и не взойти. Известно, что вероятность любого события (или не события) отлична от нуля. Сначала над темной океанской водой показалась бордово-красная, почти кровавая полоска, переходящая в светлые нежно-розовато-оранжевые тона. Устремляясь ввысь, они становились все темнее, постепенно оборачиваясь сгущающими оттенками фиолетового цвета вплоть до чернильного. А тот уже растворялся и терялся в первозданной, незамутненной черноте бескрайнего неба. И вся эта красочная панорама нарождающегося дня плавно, почти неуловимо для глаза расширялась и поднималась все выше и выше, заодно, словно рыболовная сеть, вытаскивая из водной пучины упирающееся солнце. Сюрреалистическая картина восхода завораживала, пленяла, заставляла восторженно трепетать сердце. И только мрачные силуэты угловатых каменных наростов Манхеттена обезображивали эту благостную картину. Они грубо вспарывали беззащитное небо, больно внедряясь в его нежную и прохладную плоть.
Вот так тихо и обыденно начинался этот день, первый день конца света. Не того пресловутого библейского Конца Света, бесконечно долго, с каким-то мазохизмическим предвкушением ожидаемого всеми, а настоящего, рукотворного, но такого же неумолимого и беспощадного. Он явился миру внезапно, без прелюдий и предисловий в воскресенье девятого января две тысячи двадцать второго года, начав свое победное шествие, как и все более-менее знаменательное в последние годы, с Нью-Йорка.
Одновременно сразу в нескольких районах города возникли вспышки ужасного заболевания, приводящего в течение двух-трех дней страшных мучений к неминуемой смерти. Уже в первую неделю Нового Апокалипсиса счет жертв пошел на тысячи, все морги и больницы были переполнены. Многих несчастных не успевали довозить до лечебниц, они погибали по дороге и их бросали в машинах прямо на улицах. Все центральные магистрали были забиты этими импровизированными гробами на колесах. Трупы и еще агонизирующие и еще пока жители города лежали на проезжей части, на тротуарах, газонах скверов и парков. Нестерпимые боли и судороги заставляли обезумевших бедняг принимать замысловато-неестественные позы. Вконец обессилевшие они затихали, уткнувшись в свои же кровавые рвотные массы и только рубиновые ручейки крови, словно маленькие юркие змейки, выбегающие из ноздрей несчастных, свидетельствовали, что еще несколько минут назад эти трупы принадлежали живым людям. Несмотря на прохладную погоду, в воздухе появился все усиливающийся сладковато-приторный трупный запах, парализующий волю и вызывающий тошноту и головокружение. Из подвалов, подворотен, трущоб повылезали полчища крыс, которые по-хозяйски шныряли среди трупов, разборчиво обнюхивая их потемневшие и осунувшиеся лица. Нарастала всеобщая паника, и живые начали откровенно завидовать мертвым. Уцелевшие горожане устремились на окраины, торопясь покинуть этот зачумленный город, в одночасье решивший стать гигантской братской могилой.
Конечно, власти, как могли, пытались успокоить население. В городе было введено чрезвычайное положение. На установление порядка бросили воинские подразделения. Но все было тщетно. Смертоносная зараза уже вышла из каменных джунглей Нью-Йорка и ринулась в другие города и веси. Телевидение, радио, Интернет, мобильная связь еще работали, но с все более и более частыми перебоями. Они были заполнены сообщениями и советами, как вести себя в данной ситуации, призывами не поддаваться панике, обещаниями, что вот-вот причина страшной эпидемии будет установлена, все получат вакцину, все нормализуется и все будет хорошо, как прежде. Но нет, не будет, уже никогда не будет как прежде. Новый, до сих пор никому неведомый чудовищный монстр вырвался на свободу и совсем не собирался успокаиваться на достигнутом.
А тем временем медицинские светила под эгидой Всемирной организации здравоохранения судорожно бились над загадкой, что за напасть поразила город и уже реально угрожает всему миру? Анализ собранных данных привел к противоречивым выводам. Возбудителем оказался достаточно известный вирус лихорадки Эгона, а типичная клиническая картина полностью подтверждала этот факт. Отличием было лишь очень быстрое развитие смертельного исхода, в течение двух-трех суток, тогда как при классической лихорадке больные умирали обычно на седьмой-десятый дней заболевания. Но главным противоречием стал молниеносной характер распространения инфекции. Да, известно, что лихорадка Эгона - это очень опасное заболевание, в большинстве случаев приводящее к летальному исходу. Но эта инфекция распространяется преимущественно контактным путем, в результате непосредственного соприкосновения человека с пораженными тканями больного, его выделениями или кровью. Но здесь такого и близко не было. Эпидемия распространялась веерно, первые единичные случаи отмечены в центре города у сотрудников одного из офисов на Шестой авеню, затем, через несколько часов очаги заболевания были зафиксированы и в других частях города. То есть, эпидемическая цепочка, как таковая, напрочь отсутствовала. В обычных условиях инкубационный период составляет двое-трое суток, сейчас же интервал между первыми локальными вспышками эпидемии не превышал нескольких часов. Значит, произошло одновременное заражение многих непосредственно не связанных между собой людей от различных источников или другими словами имеет место массированная, тщательно спланированная биологическая атака.
А пока шел «мозговой штурм», эпидемия «нетипичной» лихорадки Эгона лавинообразно обрушилась уже на другие штаты, города, страны. Аналогичные вспышки почти одновременно появились в Мексике, Канаде, а также в Европе и Азии. Создалась непонятная, угрожающая, катастрофически тупиковая ситуация…
***
А за два дня до начала вышеописанных событий, в пятницу седьмого января, мистер Фрэнк Джонсон, владелец консалтинговой компании, приехал в свой офис раньше обычного, так как днем планировалось заседание совета директоров, и надо было подготовиться и поработать с документами. Он включил компьютер, посмотрел почту. Ничего интересного, но что это? Письмо от старого партнера с пометкой «Срочно, строго конфиденциально». Текст состоял всего из нескольких слов: «Посмотри вложение, не пожалеешь». Прикрепленный файл, озаглавленный «Загляни в свое будущее и ужаснись», представлял собой забавный анимационный ролик про кота. Сначала экран был абсолютно черным, потом начал освещаться беспорядочными яркими разноцветными вспышками в виде точек и полос, затем окрасился в темно-синий цвет и появился черный кот. Забавное животное глядело мерцающими зелеными глазами, потом как бы ухмылялось и скрывалось в черном ящике, захлопывая за собой крышку. Через секунду ящик открывался, и тут уже были варианты: или ящик оказывался пустым, или из него выскакивал невредимым кот, или же он там обнаруживался бездыханным. Да это же комикс на тему кота Шрёдингера – знаменитого парадокса квантовой механики, - сообразил Фрэнк. Несмотря на весьма ограниченный набор вариантов, как Джонсон ни старался, ему ни разу не удалось угадать результат вскрытия ящика. Это интриговало, пробуждало азарт. Он не на шутку увлекся, потом решил порадовать этим немудреным аттракционом свою дочь и ближайших сподвижников и отправил им ролик по электронной почте.
После обеда Фрэнку что-то стало нездоровиться, он позвонил дочери, с просьбой забрать его вечером из офиса. Она поблагодарила отца за интересный ролик, но сообщила, что утром уже получила аналогичный файл от своей подруги. Это известие Фрэнка несколько озадачило. Но его самочувствие уже настолько ухудшилось, что ему было совсем не до подруг дочери. Он с трудом сделал свой доклад на совете директоров и в заключение, чтобы немного позабавить собравшихся, показал ролик, сопроводив его словами:
- Сейчас нам этот чудесный кот предскажет, что нас ожидает в ближайшем будущем.
По закону подлости при первом же вскрытии ящика кот оказался издохшим. Результат повторился и при втором и третьем заходах. Фрэнк попытался перевести этот им же самим созданный неприятный инцидент в шутку, но у него уже не хватило сил. Внезапно он схватился за голову и рухнул как подкошенный на пол. Все бросились на помощь, секретарша вызвала врача. Джонсона увезли на каталке и отправили в госпиталь. Собравшиеся расходились в гнетущей тишине, молча обмениваясь тревожными взглядами. Во всем этом ощущалось что-то зловещее, и предчувствие их не обмануло.
В госпитале у Фрэнка поднялась температура до сорока градусов, появился сильный озноб и нестерпимый зуд по всему телу. Ни на миг не оставляли жесточайшие головные боли, боли в мышцах и суставах. Ко всему этому присоединились диарея и неукротимая рвота кровью. Но, несмотря на интенсивную терапию, состояние пациента только ухудшалось. Сознание стало спутанным, он бредил и постоянно звал дочь.
Но ему и в голову не могло прийти, что дочь находится в соседней палате и ей ничуть не лучше, и что она переживет отца на какие-то считанные часы. Ночью почувствовали себя плохо и все остальные участники злополучного собрания. Утром их также всех доставили в госпиталь, где они в течение ближайших суток и скончались в ужасных муках…
***
А за полтора года до этого, в июле две тысячи двадцатого года, в Нью-Йорке произошло другое знаменательное событие, но оно в отличие от первого осталось практически никем не замеченным.
Солнце тихо и неумолимо клонилось к закату. Океанские волны, одна за другой, с той же неумолимостью, вкрадчиво шурша, накатывались на берег. Серж, худощавый тридцатилетний брюнет среднего роста, с гладко зачесанными назад волосами и небольшими залысинами, в очках в тонкой металлической оправе, лежал на горячем мелком песке одного из пляжей Брайтон-Бич, лениво думая, чем бы ему еще заняться. Валяться надоело, но и вставать смертельно не хотелось. Порывы ветра вздымали пыль и обрывки газет и гоняли их по пустынному пляжу. Один из газетных лоскутов, назойливо шелестя, застрял в ногах Сержа. Попытки освободится, путем судорожного дерганья ногами, оказались безуспешны. Чертыхаясь, он схватил рукой бумажный ком, и уже хотел было зашвырнуть куда-нибудь подальше, но что-то его вдруг остановило. Непроизвольно развернув обрывок, он увидел текст на кириллице, приглядевшись, понял, что это фрагмент какой-то русской газеты и стал с интересом его рассматривать. Это было интервью некоего русского ученого. Серж впился глазами в текст.

…что же тогда, по-вашему, жизнь?
В. Зернов: Несомненно, жизнь – это способ существования информации.
Корр.: Как интересно! А не могли бы вы пояснить эту мысль?
В. Зернов: Попробую сделать это на примере вирусов. В среде обитания человека, так называемой ноосфере, существует три основных типа вирусов: биологические, компьютерные и социальные. Два последних типа вирусов обязаны своим появлением человеку. Всех их можно отнести к живому по признакам адекватной реакции на окружающую среду, способности к репродукции и автономному существованию по отношению к прародителю. Биологический вирус - результат, ответ биологического макрообъекта на влияние среды (внешней или внутренней). То есть, по отношению к клетке, вирус вторичен. Большая часть вируса - информация, вещественно проявленная в виде ДНК или РНК. Среда обитания - биологические клетки. Среда переживания - внеклеточное пространство, в том числе и окружающая среда. Непременные качества – репродукция - заражение и потребление ресурсов клетки. Компьютерный вирус создал человек, и по отношению к макроорганизму – человеку, этот вирус вторичен. В основе компьютерного вируса информация, вещественно проявленная в виде электрических или магнитных зарядов. Среда обитания - среда компьютера. Среда переживания - различные виды носителей (в т.ч. магнитные носители, лазерные диски, флэш-накопители и т.д.). Непременные качества - потребление ресурсов компьютера, репродукция - заражение. Социальные вирусы - назовем их идеями, их прародитель - человек. В основе данного вируса - информация, вещественно проявленная в среде мозга человека. Среда переживания - различные виды носителей, и в том числе бумага. Непременные качества - потребление энергии человека, репродукция - заражение. Таким образом, в основе всех типов вирусов - информация. Все они - живые. Понимание живой природы информации, информации, которая может автономно существовать, размножаться, используя различные виды носителей, может служить не только пищей для теоретических рассуждений, но и дать в дальнейшем немало полезных практических результатов.
Корр.: Не могли бы Вы уточнить, что это за результаты?
В. Зернов: Здесь просматривается много перспективных направлений, правда, их последствия сейчас очень трудно предсказать. Одним из наиболее заманчивых и фантастических прорывов является принципиальная возможность перехода одно вида вируса в другой. Вот мы, например, нашли способ конверсии компьютерного вируса в инфекционный…

Далее текст отсутствовал. На другой стороне газетного обрывка был какой-то кулинарный рецепт.
«Черт возьми!» - вскрикнул Серж. Все, что подспудно владело им в последнее время, сконцентрировалось в этом несчастном клочке бумаги. Вот оно, к чему он шел всю жизнь! Вот ключ к решению всех его проблем. Теперь-то он точно знает, что ему делать. А, интересно, кто такой этот Зернов, фамилия кажется знакомой, неужели это Володька, его однокашник? О, да этого просто не может быть! Феноменально! Двойная удача, никогда ему еще так не везло в жизни…

+3
108
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...
SoloQ

Другие публикации