Воробышек

Автор:
vladimir.sedinkin
Воробышек
Аннотация:
Примерка платья, милая болтовня, сплетни и сарказм. Последний приём семьи Блер.
Текст:

– Ах, Милочка, вы даже представить себе не можете, что мы тут пережили. Всё-таки ваша провинциальная жизнь хоть и скучна, зато спокойна. А у нас всё время что-то происходит. То мода в столице меняется, быстрее чем мы обновим гардероб, то вводят запрет на торговлю с Южным королевством и все приличные дамы остаются без кружевного нижнего белья, обходясь местным убожеством, а то вообще в правительстве заводится реформатор. Да, да, всего пять лет назад всё могло рухнуть в тартарары, – притворно закатывая глаза, графиня, активно обмахиваясь веером вышагивала перед постаментом в центре примерочной, бросая гневные взгляд на портних. – Этот герцог... этот мужлан, хотел разрушить всё во что мы верим, всё к чему мы так привыкли. И ему почти это удалось.

– Маман, да баронессе совсем не интересно слушать эти истории, – лениво перебила графиню её старшая дочь – высокая брюнетка с вытянутым лицом, разглядывая свои длинные ногти на руках. – Что было, то было. Обошлось же.

– А вот и нет. Пусть послушает.

Бросив очередной уничтожающий взгляд на портних, с целью поторопить их, графиня сдула волосы, выбивающиеся из причёски, и заговорщицким тоном произнесла:

– Этот герцог, этот бывший солдафон, хотел приравнять нас аристократов к этим грязным, вонючим крестьянам. Вы только представьте себе, милочка, чтобы я прогуливалась по одной улице с простонародьем, а мои дети ходили с ними в одну школу и даже сидели в одном классе.

Хрюкнув, старшая дочь графини вытянула ножку в изящной лакированной туфельке, полюбовалась на неё и сказала:

– Это уж совсем безумие. Однажды на окраине столицы, когда мы возвращались с виконтом из его загородного поместья, наша карета остановилась на перекрёстке. Было скучно, я смотрела в окно, и мимо прошёл крестьянин с неопрятной бородой и его сын. Они катили тачку с какими-то овощами, наверное на рынок...

– Ой! – вскрикнула я, больше от неожиданности, чем от боли, когда иголка одной из портних коснулась моей кожи.

– Ну ты, дура! – заорала на женщину графиня, а затем свернув веер ударила её им по лицу. – Глаза раскрой!

– Извините, ваша светлость, но вы же сами просили нанести последние штрихи прямо перед ужином, – портниха склонилась в низком поклоне, руки её дрожали. – Мы пришили кружева и ленты, но баронесса немного похудела после последней примерки и мы вынуждены...

– Как смеешь ты оправдываться, несчастная! Опусти глаза, извинись и продолжай свою работу. Моли бога, чтобы баронесса не осерчала на тебя!

– Извините меня, ваше сиятельство, я не нарочно, – слеза скатилась по щеке развернувшейся лицом к постаменту женщины и пересекла красную полосу на скуле оставшуюся от удара.

– Ничего страшного. Продолжайте, пожалуйста.

– Фи! Как вы мягкосердечны баронесса, – подала голос со скамеечки у окна младшая дочь графини – коротконогая пышка с непослушными волосами-пружинками. – С ними надо пожёстче, они другого не понимают. Неужели в вашей провинции с быдлом так мягкосердечны?

Девушка прижимала к груди миниатюрного пекинеса, чем то похожего на хозяйку. Собачка тихо поскуливала от крепких объятий, но выбраться не пыталась.

– Ладно, будем считать инцидент исчерпанным. Раз уж вы, милочка, так хотите, – графиня снова развернула веер и начала обмахиваться им. – Что ты там говорила про виконта, карету, крестьян, дорогая? Продолжай.

Старшая дочь графини ухмыльнулась, попытавшись поставить подножку одной из портних мечущейся вокруг постамента, продолжила:

– Так вот маменька, у мальчишки и крестьянина были ужасно неопрятные руки. Грязь прямо под ногтями! Представляете, себе насколько они невежественны! А уж сидеть с ними в одном помещении, ходить по одной улице... нет уж, увольте.

– Может быть, они только что сняли овощи с грядки, да и постоянная работа с землей делает руки...

– Хи, хи, хи!

– Ха, ха, ха!

– Фью, фью, фью!

Закатились от смеха аристократки.

– Да плевать нам на их руки. Лишь бы делали, что им приказывают, да не высовывались.

Графиня резко повернулась ко мне, и будто вспомнив что-то, вскинула указательный палец правой руки вверх.

– Да я же не дорассказала. Так вот, герцог, словно обезумел и выступив перед парламентом покусился на святая святых – право владеть крестьянами. Представляете милочка, он предложил нам отпустить всех наших работников с участками земли в обмен на какие-то копейки, которые простолюдины должны были бы платить нам за аренду.

Аристократка так разволновалась, что покраснела, сделавшись совсем некрасивой.

– Успокойтесь маменька, а то вас удар хватит, – поплотнее прижав собачку к груди, от чего у животного глаза вылезли из орбит, произнесла младшенькая, что-то усиленно пережёвывая челюстями. – Папенька же всё решил, в лучшем виде.

– Ну да, – задумчиво закусив тонкую нижнюю губу, от чего её лицо стало хищным, согласилась графиня с дочерью. – Решил. Зарезал герцога в собственной постели, перебил всю его челядь и сжёг его родовое гнездо. Что заслужил, то и получил.

– Говорят так горело, так горело! – поддержала разговор старшая бросив огрызок яблока в одну из портних. – А братики наши тоже себя неплохо показали!

– Да всю работу папенька сделал, пока они игрались с дворовыми девками и служанками! – сыто икнула младшая, наконец-то перестав жевать. – Даже прирезать дур нормально не смогли, упустили. Потом пришлось в поле на них охоту устраивать. Пиками, да саблями колоть и рубить.

Графиня громко потопала ногой по блестящему паркету, напоминая портнихам о времени, а затем, скользнув взглядом по замершей в неудобной позе баронессе (то есть по мне) жалостливым тоном произнесла:

– А что это вы так побледнели милочка моя? Устали стоять? Лица на вас прямо нет. Ничего, ничего эти неумехи скоро закончат. Дышите глубже, а то поникли словно воробышек.

– Воробышек! Хи-хи-хи! Ха-ха-ха! – прыснули от смеха дочки графини.

Сделано это было вроде как с соблюдением правил приличий, в ладошку, но специально так, чтобы услышала приезжая баронесса.

– Цыц! – лениво оборвала их графиня, спрятав ухмылку за развёрнутым веером. – Насчёт братьев, младшая, ты не права. Это дочка герцога, эта дикарка, виновата в том, что дворня сумела разбежаться. Правда, недалеко.

– Вы видели её?

– Что за глупость, конечно, нет! – графиня снова сдула локон волос со лба и удивлённо взглянула на баронессу. – Мне рассказывал муж.

– А что она сделала?

– Выскочила из окна и пырнула в бедро бедного виконта кинжалом. Не смертельно, но переполох подняла.

– Да, да! Мне рассказывали, что девчонка сумела добежать до утёса, чудом уворачиваясь от выстрелов, и там вместе с одним из папиных солдат рухнула вниз! – вскочив со скамеечки, младшая, подпрыгнула азартно на месте, от чего пекинес хрюкнул и ещё больше выпучил глаза. – Говорят, столько крови было!

– Поделом ей! – сказала старшая, тщательно расправляя оборки на платье. – Каков отец, такова и дочь. Пусть горят в аду.

Портнихи сделали последние стежки и, закончив свою работу, отошли в сторону, ожидая дальнейших распоряжений.

– Ну как вам наряд баронесса? Если эти криворукие дуры вам больше не нужны мы отпустим их, – произнесла графиня, похлопывая свёрнутым веером по ладони.

– Изумительно. Спасибо вам девушки...

– Вы слишком добры милочка, – неодобрительно прервала её аристократка. – И здесь, и в кухню сегодня зачем-то спускались, чтобы помочь прислуге. Помощь им не требуется, только кнут и дисциплина. Впрочем, давайте поторопимся, гости уже собрались и ваше представление не за горами. Посмотрите, как у нас тут встречают молоденьких барышень и надеюсь, не забудете замолвить за нас словечко, когда мы соберёмся в ваши края. У моего мужа есть там интересы.

Кивнув, я ещё раз взглянула на себя в зеркало и постаралась придать своему лицу выражение лёгкой тревоги и смущения. Ну что там должна чувствовать молодая провинциальная баронесса, оказавшись в столице? Сделать это было нелегко, ненависть и азарт мешали мне насладиться кринолиновым чудом на моей талии, всеми этими рюшечками, бантиками и прочей ерундой. Адреналин будоражил, и по-настоящему меня волновали только две вещи – кинжал в моём правом рукаве и маленький пистолет на левом бедре.

Спустившись с постамента, я улыбнулась этим мразям в женском обличии, хотя мне показалось, что улыбка моя превратилась в гримасу.

Нет, дочь герцога Уайта не погибла, упав с утёса, и кровь на камнях принадлежала солдату пытавшемуся схватить меня. Я выжила, изменилась до неузнаваемости и стала... сильнее. Воробышек? Может быть тогда, пять бесконечно далёких лет назад. Сегодня нет. Я пришла отомстить за смерть моего отца, которого убили спящим, испугавшись дуэли с ним и клинка в его крепкой руке, за смерть старого Портера, который приносил мне сладкий чай с утра столько, сколько я помнила себя, и нежно обнимал, когда я плакала, разбив коленки уткнувшись в его живот, за гибель ещё тридцати наших слуг оставшихся преданными до конца и не пожелавших покинуть отца в минуту опасности.

Шаг за шагом, я двигалась навстречу своей мести. Каблучки моих туфель цокали по каменному полу с оттисками фамильного герба моих "добросердечных" хозяев – вепря с обломанным клыком и так некстати вспомнилась тёплая улыбка отца, размахивающего свитком с речью для парламента.

– Дочка, я обязательно добьюсь своего! Добьюсь, и старый Портер ещё прогуляется по Королевскому саду. Вот увидишь! Жизнь изменится. Должна измениться!

Нет, папочка не прогуляется. Безобидного старика повесят прямо во дворе замка под хохот и улюлюканье представителей "золотой молодёжи" королевства. Они не хотят перемен и готовы ломать, жечь и убивать только бы оставить свой мирок неизменным. Многочисленная семья Блер сегодня исчезнет, и сделаю это я. Убьёт их не мой клинок и пистолет, это всего лишь меры предосторожности, а жадность и неумеренность – яд, которым я щедро полила еду, посетив кухню. Слуги под страхом смерти не касаются яств хозяев, а значит выживут. Остальные умрут быстро, но не обещаю, что без мучений.

Дойдя до огромных двустворчатых дверей, по сторонам которых застыли слуги в золотых ливреях и париках, мы остановились. Критично оглядев меня, графиня выстроила за собой своих дочерей и, вскинув подбородок, приняв жеманную позу, торжественно произнесла:

– Милочка, наступает ваш звёздный час. Наш род в родстве с королевским, а значит, все двери будут распахнуты перед вами. И не забудьте глубокий книксен.

Двери медленно приоткрылись, и в глаза мне ударил яркий свет и фальшивые улыбки нескольких десятков напыщенных, уверенных в собственной безнаказанности и безгрешности аристократов.

Воробышек уже здесь. Приветствуйте его. 

Другие работы автора:
+3
67
11:04
Ай да Воробушек! thumbsupХорошо написано!
«Кивнув, я ещё раз взглянула на себя в зеркало и постаралась прИдать своему лицу выражениЕ лёгкой тревоги и смущения. Ну что там должна чувствовать молодая провинциальная баронесса (запятая) оказавшись в столице? Сделать это было нелегко, ненависть и азарт мешали мне насладиться кринолиновым чудом на моей талии, всеми этими рюшечками, бантиками и прочей ерундой. Адреналин будоражил (запятая) и по-настоящему меня волновали только две вещи – кинжал в моём правом рукаве и маленький пистолет на левом бедре».
11:07 (отредактировано)
+1
Спасибо. Исправим.
06:42
Это тот самый случай. Дело не в многочисленных ошибках, а в неловком владении словом. Не всё так ужасно, конечно, но мелкие штришки дают понять, что текст хрестоматийно среднего уровня. Именно твёрдый середнячок, к которым относятся 90% сетевых текстов.
К сожалению, я не нашёл здесь авторского стиля. Есть попытка стилизации, и только. Хотя нет, ещё масса шаблонов. Ни содержание, ни исполнение не сумели выделить рассказ из серой массы таких же безликих текстов.
10:17
Спасибо за ваше мнение.
Загрузка...

Другие публикации