Линия жизни. Глава 53. Встреча выпускников

Автор:
Владислав Погадаев
Линия жизни. Глава 53. Встреча выпускников
Аннотация:
Помню квадратные глаза начальника колонии подполковника Маленковича, растерянность и недоумение на лицах всех других, сидящих на сцене!
Текст:

В водовороте всех этих событий прошли два года, которые в моей жизни были, наверное, решающими, ведь то, какую дорогу я выбрал тогда, определило всю мою дальнейшую судьбу.

Неожиданно получил приглашение (не повестку, заметьте) в такой-то день, к такому-то часу прибыть с паспортом в ИТУ-2, мою незабываемую «Двойку».

Связавшись со своими «однополчанами», узнал, что они получили точно такие же приглашения, причём, только те из них, кто твёрдо обосновался в жизни или производил такое впечатление. Это были Игорь Иванюк – Хохол, Боря Жернаков – «коробейник с Невского», Коля Козловский – бывший боксёр, Коля Мишунин – Мишуня, Валя Зайцев – студент УПИ, Володя Зубков и я.

Оказывается, Администрация отслеживала жизненные успехи своих бывших воспитанников и, дабы этот положительный пример благотворно повлиял на нынешних питомцев, организовывала такие «встречи выпускников». Приём, безусловно, неглупый, так как в колонии содержались первоходки – те, кто отбывал срок впервые - имевшие все шансы вернуться к нормальной жизни. А ведь, попадая туда, многие ставят на этой самой жизни жирный крест и дальше катятся по наклонной. Так что в этом вопросе я Администрацию поддерживаю.

Прибыли мы все вовремя, шмонали нас не слишком дотошно, так что водку – сувенирчик для корешей – пронести сумели. Правда, я обо всём этом узнал, только покинув стены колонии.

Саня Любимов на тот момент ещё находился в зоне, но уже знал, что на днях его должны освободить.

Того, что происходило дальше, я не забуду никогда.

На сцене сидят начальник колонии, все начальники отрядов, преподаватели школы, воспитатели.

Нас предупредили, что будут вызывать по одному, и мы должны будем рассказать, как устроились в жизни, чего добились. Прекрасный воспитательный приём. Представьте, выходят люди, которые совсем недавно были зэками и отбыли немалые срока, люди, которых почти все присутствующие хорошо знают, знают о них практически всё, люди, сумевшие переломить судьбу! Смогли они – смогут и другие. Именно к этому и нужно стремиться – вот такая установка…

Наконец, дошла очередь и до меня. Сказать, что волновался страшно – значит не сказать ничего! Полный зал, и большинство очень хорошо меня знает. Более того, многие из них – мои кореша. И вдруг весь зал начинает подниматься! Помню квадратные глаза начальника колонии подполковника Маленковича, растерянность и недоумение на лицах всех других, сидящих на сцене!

Оказалось, что все соревнования по боксу освещались по радио – радиоприёмники в колонии доставали правдами и неправдами – и зэки были в курсе всех моих спортивных удач. А тут ещё поступление в институт, один из самых престижных в городе! Видели бы вы счастливые глаза моих бывших преподавателей, особенно учительницы физики, когда я рассказывал, как, поступая в институт, дважды сдал её предмет на пятёрки!

Прошло уже почти пятьдесят лет, а у меня перед глазами до сих пор стоит картина, как поднимается весь зал, который, оказывается, всё это время болел за меня, радовался моим успехам и переживал мои поражения. В моей жизни были разные моменты: когда я проигрывал и выигрывал, когда был прав и неправ, когда меня хотели урыть, и когда мне самому жизнь казалась невыносимой – но я вспоминал тех зэков, что верили в меня…

Никогда не забывал, даже когда чего-то достиг в этой жизни. 

И не забуду до самой смерти!

Выходит, такие встречи нужны не только тем, кто сидит, но и тем, кто освободился, чтобы утвердить их в правильности выбранного направления?!

Спустя некоторое время я снова получил предложение появиться в колонии, но уже не с воспитательной, а с производственной целью. Инициатором был Боря Бриксман. Дела в цехе опять пошли неважно: никто не мог обеспечить ту производительность и экономию материала, которые были при мне. Вот и возникла идея пригласить бывшего "выпускника" на работу в ИТУ-2 в качестве вольнонаёмного. У меня же была одна проблема: жильё. Бабушка сдавала просто катастрофически – её срочно нужно было забирать с Платины. Да и братья продолжали жить у Васи, которому и самому приходилось нелегко. Кроме того, он был всего лишь дядей, а я – единокровным братом.

В колонии об этом прекрасно знали, поэтому к переговорам подготовились основательно: мне показали комнату площадью пятнадцать метров в жилом доме рядом со зданием облсуда. Да, это был весомый аргумент! Я дал согласие и поехал подавать заявление на увольнение.

+3
80
15:16
+2
Прочла с удовольствием, спасибо, Владислав! Думаю, что ТАМ находиться без веры, что на воле сложится всё хорошо, просто не выжить, ни морально, ни физически…
Обязательно сложится! Тем более с такой поддержкой)
13:06
+1
13:28
+1
Похоже, что тюрьма никого не меняет. Хороший человек остаётся хорошим, а плохой — плохим?
В комментариях к какой-то из глав уже поднимали эту тему. На мой взгляд, тюрьма — как лакмусовая бумага — ярче проявляет черты личности, сильного — закаляет, а слабого может сломать. Вот только воспитать порядочного человека из подлеца не может совершенно точно! По крайней мере, я такого не встречал. Да и психологи, наверное, подберут подходящее обоснование, ведь характер человека к этому возрасту уже практически сформирован.
16:51
+1
Надеюсь, и хорошего перевоспитать в подлеца тоже не возможно.
Сложно это все́. Одна ласточка весны не делает, и человек, единожды совершивший подлость, не может, наверное, считаться записным подлецом. Вопрос в том, какие выводы сделает он из своего поступка. Вот они и помогут понять, кто он на самом деле. Подлецом можно быть и не нарушая УК.
Я думаю, подлец — тот, для кого очередная подлость — лишь средство достижения цели, а цели эти могут быть совершенно любыми.
Короче, сплошные повторы и однокоренные слова, но, как говорится, без вариантов)
Загрузка...
Дмитрий Петелин