"Берег птицелова" ​глава12 Живая фортуна

Автор:
Итта Элиман
"Берег птицелова" ​глава12 Живая фортуна
Аннотация:
Магреализм, сказка, соверменная проза, любовный роман - все сразу. Эмиль и Эрик отправляются на морскую рыбалку, чтобы сбежать от предсвадебной лихорадки. На пустынном острове они встречают того, кто вовлечет их в расследования и приключения куда более взрослые, чем война с Ветрами Унтара.
Текст:

Она летела в глубоком колодце, наполненном серым туманом, летела медленно, время от времени совершая плавный кульбит через голову. Тело весило сущие граммы.

"Давненько, - подумала Итта. - Теперь гадай, что будет. А потом ещё возвращаться и час в себя приходить. Как некстати. Или напротив, то, что нужно?"

"Выброси из головы все лишнее, сейчас же. Смотри и думай только о главном." - она вспомнила учителя Улена и постаралась сосредоточиться.

Мимо проплывали пугие ундины. Свернувшись в ежиную колючую спинку, или растопырив голые девичьи тельца и выпучив от ужаса глазищи, ундины кружились, как осенние листья, подхваченные ветром.

Острые молнии то и дело вспыхивали возле лица. Тысячи доставучих молний.

Белые ленты струились сквозь туман. Они сплетались, словно ветви в непроходимой чаще, колыхались, как черви, изредка пропуская через себя яркие вспышки.

Нервная система, такая, какую Итте легче всего было представить, материализовалась.

Воздух в колодце иссякал, молнии вспыхивали все нетерпеливее, ярче, норовили стрелять Итте в мочку уха: Слушай, слушай или оглохни, проклятая иттиитка. Она уворачивалась, но движения получались очень медленными, какими бывают во сне. Наконец Итта стукнулась пятками о дно колодца и оказалась в крошечной каморке с четырьмя углами. Здесь было тесно и пусто, но в каждом углу лежало по простому, тяжелому камню.

Под камнями - едва сочащийся свет, очень тонкая полоска. Солнцу было тесно. Золотое, уязвимое, тёплое, оно билось в свою темницу, то тускнея, а то разгораясь ярче. Просило о помощи, молило.

Итта поняла, что надо сделать, обрела плоть и постаралась отодвинуть один за камней. Бесполезно. Он был неимоверно тяжел. Попробовала отодвинуть другой - тоже не получилось, третий - напрасно. Только изломала ногти в кровь. А вот четвертый оказался ей по силам. Уперевшись, собрав всю волю, она заставила пространство послушаться. Камень поддался, отошел в сторону, чуть-чуть, ровно настолько, чтобы солнечный свет разрезал ножом весь бездонный колодец, полоснул, как мечом по Иттиным рукам, и вырвался прочь из-под камня, словно был живым пленным. Желтым шариком, меняющим форму наподобие вылитого в воду масла, свет метнулся вверх по глубокому колодцу. Ослепил и погас в тумане.

Дар редко объяснялся так доходчиво.

В эти моменты всегда приходил он - стук собственного сердца. Громкий и ритмичный. Защита, поставленная учителем Уленом, вложения Итте в голову, срабатывала только в критических случаях. Таких как этот.

Физическое волшебство Древнего мира - маленький, но спасительный сигнал: сложная задача.

…..

Итта рухнула внезапно, как подкошенная, не дойдя до амбара ста метров.

Оглянувшись на звук упавшего тела, Эмиль кинулся к ней, но подхватить не успел. Теперь поздно. Пусть лежит, как есть. Не тормошить, не делать резких движений, не разговаривать - ничего нельзя. Негнущимися от волнения пальцами он задрал заляпанный землёй рукав иттиной куртки, нащупал на запястье синюю веточку вены и задвигал губами, считая пульс. Нос его побелел от напряжения.

- Давненько… - начал Эрик, но Эмиль кратко зыркнул исподлобья, и Эрик сообразил замолчать. Смотрел на запрокинутую голову Итты, на неловко согнувшиеся в коленях ноги, на комья грязи на ботинках. И старался не глядеть в лицо. Оно его пугало. Мертвое, пустое, но ничего не сделаешь. Стой, жди. Ждать парни не любили оба.

Заметь их сейчас кто-то из бандитов, троица была бы беспомощна.

Пять минут прошло, десять, и Эмиль, который уже все передумал и исчерпал весь запас терпения, почувствовал, как пульс Итты затрепетал под его пальцами, забился быстро и требовательно. Глазные яблоки под сомкнутыми веками дрогнули, плотно сжатые губы разлепились, глотнули воздух. Она задышала часто, как если б бежала долгий тяжёлый путь.

Итта открыла стеклянные от ужаса глаза, сглотнула вязкую слюну.

- Ты как? - Эмиль поднял ее с земли, посадил удобно, отряхнул мох и иголки с выбившихся из-под капюшона волос. - Говорить можешь?

- Женщина в амбаре. - говорить Итта могла, но тяжело и медленно. - Помоги ей. Эмиль. Пожалуйста. Не поможешь - ее убьют.

- Мы для этого и пришли. Расскажи, что ты видела.

- Некогда. Опоздаешь. Иди. Я посижу тут. Голова кружится.

Эмиль колебался. Неуверенность тлела тенью в серьёзных, карих глазах.

- Милый, хоть раз в жизни поверь мне на слово… - Итта протянула руку и погладила его тёплую колючую щеку. - Ты должен вмешаться. Я обещала. Быстрее! - и снова закрыла глаза.

-Твою ж… - выругался Эрик.

- Ненавижу эти ее погружения! - Эмиль замер на секунду, мотнул головой, отмахиваясь от лишних мыслей и принял решение.

Он поднял Итту на руки и передал Эрику:

- Бери её и скачите в Гавань. До Гавани ближе, там врач.

- А ты? - изумился брат.

- Разберусь с амбаром.

- Почему ты? Один?

- Она попросила меня. У меня хорошая карта сегодня.

- О как! - Эрик подхватил девушку под плечи, чтобы удобнее было нести. - Ладно. Встретимся в Гавани тогда. Но я тебе это припомню. Как на подвиги, так один, а как…

- Эр! - взвился Эмиль. - Хватит трепаться. Я. Тебе. Доверяю. Итту. Скачи уже, балда!

Глубокие погружения иносказательны. Иной раз до самого конца не поймешь, что Итте привиделось. Но других аргументов у Эмиля не было. И потом, он действительно сегодня поймал фортуну, только рассказывать Эрику не стал - не хотел сглазить. Итта, конечно, обо всем догадалась и промолчала. О фортуне не болтают. Это последнему олуху ясно. Потому Эмиль решил больше не давать себе сомневаться и отправился к амбару в одиночку.

- Поступим гуманно, - он поднял с земли палку поувесистее. Пустить в ход меч никогда не поздно.

Возле амбара Эмиль спрятался за деревом и стал ждать момента. Не переставая думать о том, стало ли Итте легче и удалось ли Эрику добраться с ней до лошади, Эмиль нетерпеливо наблюдал троих бандитов, спорящих о чем-то вдалеке, на крыльце дома. Стражник амбара при этом с места не отлучался. Крикнул пару реплик дружкам, хлопая правой рукой по левому предплечью. Язык южан Эмилю был знаком, однако бандиты говорили по-свойски, густо перча и без того короткие предложения руганью и сленгом. Эмиль смог понять только, что дела у кого-то плохи.

Вскоре мужики поплевали табак с крыльца и исчезли в доме. А заскучавший охранник тоже принялся скручивать самокрутку. Вот как раз, когда он уже намуслякал грязные пальцы об обвисшие усы, чтобы слепить слюной тонкую бумагу, позади хрустнула ветка. Мужик встрепенулся коршуном, обернулся, пригнулся и схватился за меч, но дрын достал его черепушку метко. Эмиль ждал такого маневра и сразу целился ниже.

Вот жеж ведьма! Плохо, что охранник его увидел, очень плохо. Чистая работа - это когда никто тебя опознать не сможет. А тут халтура. Самая что ни на есть...

Споря с собственным честолюбием, Эмиль не медлил, он связал мужику за спиной руки, снял с него пояс вместе с мечом и надел на себя. Запихал рукавицы бандиту в рот, чтоб, если очнется, не вздумал орать. Потом отворил засов на двери амбара и вошёл внутрь.

Женщину Эмиль увидел сразу. Как ее кинули на дощатый пол связанную, так она и лежала - неловко, полубоком. Лицо, впечатанное в пол и обмотанное веревкой, она повернуть не могла, глядела из самых уголков глаз. Взгляд был дерзкий, злой, говорящий. С запястий, стянутых за спиной веревкой, сочилась на пол кровь - мерзавцы перетянули. Ноги тоже были крепко стянуты, до синевы тощих щиколоток...

В амбаре пахло яблоками, квашеной капустой и мышами. Дневной свет проникал в щели между досками стен, отбрасывая на пол, на холщовые мешки и на круглобокие бочки белые, ломающиеся по поверхностям вещей, полосы. Запыленное окно тоже давало свет. Эмиль видел каждую ворсинку на заляпанной кровью веревке, каждую каплю холодного пота на остром, с горбинкой, носу пленницы, видел брызги грязи на джинсовых грубых штанинах, и видел багровый синяк под правым глазом. Видел шляпу, широкополую, потрепанную, обычную серую мужскую шляпу, брошенную кем-то прямо рядом с ее лицом. Захоти он знать, догадался бы и о том, что здесь происходило несколькими часами раньше. Увидел бы, как четверо здоровяков типа того, что отдыхал у входа, принесли женщину сюда, швырнули, пнули ее в живот от досады, что нельзя поглумиться по серьезному, по-мужски, а кто-то даже врезал ей кулачищем в лицо. Заметил бы Эмиль и то, что женщина молода, моложе его, уж точно. Непременно заметил бы, если бы это было важно.

Но он спешил, а потому выхватил королевский клинок и быстро перерезал веревку на руках. Хрупкие, побелевшие ладони безжизненно обмякли.

- Это пройдёт, - сообщил он, - но пощиплет изрядно.

Затем Эмиль освободил от веревок лицо, обнаружил еще один синяк на костлявой скуле.

- Ты дурак? - спросила женщина сразу. - Недоумок местный?

- Я бы так с кондачка не шёл с козырей, - Эмиль даже улыбнулся. Не смог удержаться и не восхититься выдержкой. - Много их в доме?

- Стаю маркели видал? Вот столько же!

- Считать не умеешь что ли? - с иронией спросил Эмиль, расправляясь с веревками на ногах.

- Тринадцать обученных головорезов. Один из них маг. - Она села, потянулась к шляпе и неловко нацепила её на спутанные в паклю светлые волосы. - А вас сколько?

- Я один.

- Ха. Ты точно идиот. Ты же даже не маг.

- Нет. Я лучше.

- Они сейчас привалят все сюда и увидим, насколько ты лучше. Вечная Гора, почему мне так везёт на дураков?

- Во-во. Этот вопрос актуален всегда. - Эмиль уже собрался помочь женщине встать, как во дворе послышались крики, топот и лязг мечей. Все-таки заметили его в окно. Не успел. Вот жеж ведьма лысая!

- Пожалуйста! - фыркнула пленница. - Актуальнее некуда. Какой план, долговязый?

- Десять секунд подумать.

- План - огонь.

- Прячься! - Эмиль подскочил к пыльному окошку, прилип к нему. Фортуна тихо спала в кармане. Но был и тот, кто любой фортуне мог фору дать. Эрик на резвой Мароне стоял посреди двора. Малыш держал уздечку одной рукой, а Итту, переброшенную через седло, как пленницу - другой. Лицо Итты скрывал капюшон.

Чёрные мужики валили из дома, точно пауки из раскрытой коробки. Здоровенные войны, патлатые, усатые, злющие и при мечах.

Эмиль отлично знал своего брата, и только ведьме одной известно, почему Эмиль всякий раз удивлялся его выходкам и самоуправству.

Умница Марона красиво прогарцевала по двору - разок, чтоб без наглости, так же грациозно развернулась и дёрнула прочь по дороге.

Бандиты заметили не только Эрика с минимой пленницей наперевес, но и распахнутую дверь амбара.

Они все поняли так, как хотел Эрик. Взревели грязными ругательствами и рванули к лошадям. Но двое все-таки побежали к амбару.

- Вот жеж ведьма-то! Вот жеж! - в сердцах прохрипел Эмиль. - Я же сказал - прячься! Быстро за бочку! На самом деле, что за день дураков!

На этот раз пленница не стала острословить, доползла до бочки и спряталась за нее.

Эмиль тоже упал на пол, где был - у окна. Схоронился за мешками с картошкой.

У дверей амбара послышались шаги. На бесчувственного охранника обрушилась грязная ругань и даже разъяренные пинки. Затем бандиты вбежали в амбар. Половицы скрипели все ближе. Эмиль не дышал и обеими руками сжимал по рукоятке меча. Свой и бандитский. Пока искателей двое - он справится. И тут не до договоров с моралью. Придется рубить сразу насмерть, второго шанса не будет. Эмиль приготовился спружинить с колен, надеясь на свой необычный рост и эффект неожиданности, чтобы выиграть две секунды; рассчитал, где должны оказаться бандиты, и как быстро перерезать горло одному, а следом, с разницей в те самые две секунды - второму. Но шаги замерли. Бандиты, видимо, осмотрели порезанные веревки, потом перекинулись парой ругательств. Да уж, Птицелов не соврал насчет запретных словечек.

В этот миг снаружи раздался топот копыт. Кто-то крикнул возле двери, после чего шаги быстро удалились в обратном направлении.

- Сиди пока! - громким шепотом велел Эмиль женщине, подождал, пока две лошади проскачут мимо (это те, избежавшие смерти от его мечей парни, решили присоединиться к погоне за Эриком), и только потом скомандовал: - Все. Бежим отсюда!

- Бежим - не очень подходящее слово, - с иронией заметила женщина, когда Эмиль вытащил ее из амбара, и поволок за угол, в лес. Ноги ее онемели и отекли - она едва ковыляла.

- Тут могли остаться другие бандиты, - тараторил Эмиль ей на ухо. - Или эти вернутся, если сообразят, что их надули и начнут тут вынюхивать. Тебе надо дойти до моей лошади. Постарайся.

- Мне это выгодно?

- Зависит от того, что ты натворила. Но в любом случае, сейчас не твоя очередь выбирать. - Эмиль понял, что разговоры не помогут, поднял её на плечо и понёс. Было легко. Рыбачка весила в полтора раза меньше Итты.

- Поставь меня сейчас же, придурок! - попыталась возражать пленница.

- Понабралась словечек, - не зло хмыкнул Эмиль. - Скоро поставлю. Тут недалеко.

Панго ждал и ждал довольно нетерпеливо. Ведь Марону увели, а его бросили, как не волноваться? Эмиль цокнул своему коню, мол, я тут, все нормально, не шуми только, друг, усадил рыбачку прямо на переднюю часть седла, а сам запрыгнул сзади.

- Буду держать тебя. Уж не гневайся.

- С чего это?

- Твои руки вряд ли сегодня удержат меч, меня или уздечку. Так что, день не только дураков, но и близких контактов.

- Остряк?

- Не особо. Но такой настрой помогает держать ситуацию. Сама же знаешь. Поехали, проверим кое-что.

Он осторожно повёл коня через густой лес и вышел на большую дорогу подальше от развилки. Свежих следов не было. Ни одного, направленного в сторону дома.

“Они скачут в Гавань и ведут чужаков за собой. - Понял Эмиль. - Лишь бы только все обошлось до топи. Дальше бандиты их потеряют, им не найти тропу. Встретимся, наваляю ему за цирк с Иттой. Потом. А пока, да хранит их Солнце!"

Рыбачка не сразу поверила, что этому длиннющим, сухопарому парню с острым языком и двумя мечами удалось обойти погоню.

- Ну, и кто ты такой наглый будешь? - спросила, наконец, она. - Полицай?

- Меня зовут Эмиль. А ты, стало быть, Польга.

- Вот и познакомились. Расскажешь, может, все-таки, куда все ведьмины шавки рванули?

- Может и расскажу. Потом. Сейчас бы ускориться.

Эмиль вел Панго лесными тропами, хитро петляющими вдоль дороги. Вздумай бандиты вернуться и проверить направление на Долину Зелёных Холмов, им не попалось бы ни намека на следы беглецов, аж до самого березняка, где Эмиль все же вынужден был пересечь дорогу, и то лишь для того, чтобы спуститься по тропинке к ручью. А там, вдоль старых коровников, через мельницу в обход, к дому.

Осенний день короток и обманчиво полуденное тепло. К ночи, скорее всего, ожидай заморозков. Обратный путь оказался долгим, по лесным тропам галопом не поскачешь. Девушка дремала. Эмиль крепко держал ее поперёк пустого живота и тактично помалкивал. Хотя вопросов у него накопилось на целый реферат по стратегии. Во-первых, что значит маг? Сказочки какие-то, но не похоже. Во-вторых лексикон девицы был вовсе не простонародный, а дерзость так чисто рыбацкая. Острословие рыбакам свойственно. А вот откуда изящные обороты и ясный ум - загадка?

Ну и, в третьих, горб. Небольшой, как кочка на ровной спине. Эмиль пару раз дотронулся как бы невзначай - твердый и глухой, словно полый. Не то чтоб Эмиль имел опыт на этот счёт, но подозрение испытал неприятное. Не брезгливое, нет, скорее раздражение исследователя, которому суют под нос неприятные ответы.

“Геть-геть, дурочки! Чтоб вас ведьмы драли!” - какая-то баба возле мельницы истошно кричала на коз. Польга встрепенулась, как испуганная птица, проснулась, и, не сразу вспомнив где она и что с ней, дернулась из рук Эмиля. Потом сообразила, нахохлилась, притихла и наконец, подала голос:

- Ты того мужика у амбара убил?

- Нет, - отозвался Эмиль. - Вырубил палкой.

- Ну и зачем тебе это?

- Работа. А ещё я страсть любопытный. Расскажи мне про мага, раз проснулась.

- Любопытный и хитрый. Только и я не дура. Вопрос за вопрос.

- Торгуешься? Отчаянная. Что ты хочешь знать?

- Куда ты меня везешь?

- Домой. Приведем тебя в порядок.

- И?

- Это уже следующий вопрос.

Она злорадно хохотнула:

- Ладно. Значит про мага. Этот вонючий оплевок читает мысли. В душу лезет, чтоб все про тебя узнать. Только я его не пустила в себя. Кукиш ему, а не мои мечты. Понятное дело - он меня избил. Крепко бить и насиловать наемникам не велено. Но так, для острастки.

- Зачем ты им?

- Так тебе все и расскажи. Моя очередь. Что ты будешь делать со мной? Отпустишь к моей команде? Они тебя наняли?

- Нет. Команда твоя тебе не защитник. Сдам тебя службе местной.

- Полицаям?

- Ты заслуживаешь ранга повыше и мозгами пошибче. Гильдии сдам, пусть они решают.

- Ясно. Ты просто охотник. Промышляешь этим?

- Никогда так не думал. Но честно говоря, да. Вот ты приплыла из Южного королевства. Верно?

- Дураку ясно.

- Нарушила закон.

- К ведьмам закон, когда жить хочется.

- Понимаю. И все же нарушила. Что еще? Воспитывал тебя мужчина. Видимо, рыбак.

- Трепло треплищенское этот Тит. И ведь не злой же парень, по большому счету.

- С Титом-то все ясно, а вот с тобой - нет. Вижу некоторое логическое несоответствие. Пираты, да ещё целым отрядом, за простыми девочками не бегают. Посему вопрос...

- Хватит вопросов. Мне неинтересно уже. Раз ты меня полицаям сдашь, с ними и буду говорить.

- Обиделась? Зря. Скажи лучше, знаешь что с хуторянами стало? Там работников человек двадцать. Где они все?

- Без понятия. Меня привезли и сразу в гостиницу поселили.

- А как ты поняла, что тот телепат тебе в голову лезет?

- Так чай моя голова, не чужая.

- А девушка? Которая тебе в голову лезла и обещала помочь. Её ты пустила?

- Ещё и девушка? Ахах. - Невесело рассмеялась пленница. - Знаешь, следователь, вот вырезают, вырезают древние народы. А толку? Вон у вас тут телепатов больше, чем у нас оборотней.

- Нет. Оборотней у серных ведьм - отряды. А телепат на моей памяти до сегодняшнего дня был только один. И то, не телепат, слышатель. Редкая птица, да.

Польга поежилась, то ли от холода, то ли от своих мыслей:

- Все равно... - тихо возразила она. - У вас за это не убивают...

И замолчала. Эмиль тоже растерял пыл. Оставшиеся вопросы показались ему незначительными. И единственное, что по-настоящему волновало, это то, чтоб тот маг как можно дольше не познакомился с Иттой.

Домой они прибыли уже затемно.

Поздно вечером, почти ночью, Эмиль сел за стол, налил себе чаю, крепкого, с листом мяты, как любил.

Всё, что следует сделать завтра, уже было решено и оговорено. Но он все-равно думал, а потому не мог спать.

Думал о разном. О том, к примеру, что несправедливо делать вид, будто после падения Древнего мира древних народов и не осталось вовсе, несправедливо и то, что в других землях к ним относятся, как к скоту, а в их прогрессивном и уютном Северном королевстве об этом принято помалкивать. Он не в первый раз об этом думал, и не во второй.

В университете Эмиль учился музыке, как было заведено в семье. Но там же, в Туоне, он посещал вольным слушателем лекции по истории Древнего мира, да заодно прочитал об этом все, что нашёл в библиотеках королевства, и, что уж врать, не только легальную литературу. Эмиль понимал, как непросто все устроено и что с кондачка проблему не решишь. Но размышлять об этом ему никто не мешал, вот он и размышлял.

В основном, чтобы не думать об Итте и об Эрике и о том, получилось ли у них добраться до Тигиля. Бандит, даже маг, если верить Польге, с даром, похожим на Иттин - не тупой охранник - попробуй его обмани.

Эмиль волновался, а потому совсем позабыл о своей фортуне, а когда вспомнил, обругал себя:

"Дятел. Сидишь тут в конфликтах теории и действий. Она же жутко проголодалась. И вода!"

Он шумно стукнул стулом и пошёл за тулупом. Вернувшись, осторожно запустил руку в глубокий карман, достал оттуда колючий спящий комочек и бережно положил на кухонный стол.

Пугая ундина только делала вид, что спала. Оказавшись с свете керосиновой лампы, она сразу развернула игольчатую спинку, без всякого стеснения показывая Эмилю крохотное голое девичье тело, аккуратные розовые груди, кругленький, мягкий животик и то, что под ним. Ради кокетства поморгала большими глазами, зевнула маленьюсеньким ротиком и потянулась совершенно по-человечески.

Эмиль расплылся в улыбке. Буря в его голове ненадолго утихла.

Сначала он налил ей воды в жёлтое блюдце с белыми полосками, но потом передумал и сообразил удобную чашечку из красной бутылочной крышки. Достал из комода бумажный пакетик с сушеной земляникой и устроил фортуне пир.

Ундина уселась голой попой на стол, ухватила двумя ладошками земляничку и принялась смущенно есть. Одной ягоды оказалось достаточно.

- Спасибо, выручила меня сегодня, - поблагодарил Эмиль.

Щеки ундины зарумянились. Она встала, шаркнула ножкой, давая понять, что быть для Эмиля фортуной - мечта всей её жизни.

Потом маленькое существо сделало пару шажков и, застенчиво обняв руку Эмиля, прижалось к большому пальцу щекой.

- Ну-ну, давай без нежностей. - Эмиль освободил руку, осторожно почесал крошке животик. - И что мне теперь с тобой делать? В лес отпустить или на хозяйстве в доме оставить?

Пугая ундина расширила и без того большие глаза, мотнула головой, побежала к краю стола и, ловко спрыгнув на кинутый в кресло тулуп, быстро забралась обратно в карман. Только высунулась чуток, чтоб подсматривать.

- Добро. - Продолжая улыбаться, Эмиль протянул крошечной девочке несколько сморщенных ягод прозапас. - Прокатимся, раз желаешь. Только чур не ныть, если в море укачает.

Он затушил керосинку и разлегся прямо на кухонном диване. Подставил под торчащие ноги табуретку, накрылся тулупом. Ноги и спина гудели, зад он тоже с непривычки отбил об седло. Без Итты в спальню идти не хотелось, а на кухне усталый парень отрубился сразу. 

… 

* Дорогие друзья, до конца первой части книги осталось немало глав, но почти все они написаны, только в черновую. Благодаря вам я стала работать быстрее и с огоньком. Поэтому, хоть проды каждый день теперь не будет, но я постараюсь выкладывать как можно чаще. Очень хочется дописать историю. Спасибо вам огромное за поддержку и помощь!

(Эмиль Травинский принимает решение. Иллюстрация автора)

+3
179
Мы терпеливые, подождем wink
19:43
+2
blushjokingly
Большое спасибо!
20:02
+2
О! Я нашла как иллюстрации можно лепить. yahoo
Хорошо рисуете bravo
21:41
+2
Спасибо)
07:37
+1
Как красиво, ещё и иллюстрации!
11:49
+2
Спасибо! Иллюстраций не очень много пока. Но то, что есть буду подкладывать. Жаль нельзя их уменьшить. Эта, к примеру, не должна быть такой огромной)
rose
14:22 (отредактировано)
+1
«Солнцу было тесно. Золотое, уязвимое, тёплое, онО билось в свою темницу, то тускнея, а то разгораясь ярче».
«Потому Эмиль решил больше не даВАть себе сомневаться и отправился к амбару в одиночку».
«Самая что ни НА ЕСТЬ...»
«Споря с собственныМ честолюбием, Эмиль не медлил, он связал мужику за спиной руки, снял с него пояс вместе с мечом и надел на себя».
" — Спасибо, выРучила меня сегодня, — поблагодарил Эмиль".
Могла что-то пропустить, уж очень увлекательная история. Спасибо!
Да ещё и с картинками!
16:07
+1
Дорогая Светлана! Спасибо вам огромное!!! Все исправила, и еще нашла)))
Идем дальше)
rose
Загрузка...
Светлана Ледовская №1