​Кладбищенский рассказ

Автор:
Никита Дубровин
​Кладбищенский рассказ
Текст:

Старый Альберт обитал на кладбище.

На первый взгляд, странное место для обитания, но если подумать, что тут такого? Есть даже свои преимущества – тишина, природа и так далее. Кладбище было очень симпатичное – оно располагалось в сосновом бору. Песчаные дорожки золотом петляли между стройных стволов и изумрудных от травы пригорков. Мертвецам должно было быть очень уютно.

Как и Альберту.

Вообще-то, он не всегда жил среди склепов. Изначально его домик стоял рядом, у самой ограды. То есть, он стоял на своем месте даже еще раньше, когда кладбища и в помине не было. Потом городские власти присмотрели соседние земли под погост. Покойников-то надо куда-то девать.

Альберт был не против. Кладбище – не стадион и не аэропорт, а что до суеверий, то этой болезнью Альберт никогда не страдал.

Затем кладбище стало расширяться. Город рос, расстраивался, расселялся, соответственно, и покойников образовываться в нем стало больше. Забавно, что в одно время санитарные нормы были одинаковыми (пока они еще существовали): и мертвым и живым полагалось минимум по восемь квадратных метров на каждого. Кладбище расширялось во все стороны, пока на севере и западе не уперлось в берег моря, а на юге – в другое кладбище, для вещей, то есть в городскую свалку.

Оставался восток.

Так и вышло, что домик Альберта очутился в окружении могил и памятников. Поначалу городские власти как-то озаботились по этому поводу, но потом махнули рукой: что со старика возьмешь? Насильно в те годы переселять было уже не принято.

Всю эту историю мне сам Альберт и рассказал, потому что кроме него ее уже, наверное, никто и не помнит. Альберт стал местной достопримечательностью – чудаковатый старикан, живущий среди отошедших в мир иной. Забредавшие на кладбище в поисках поминальных рюмок бомжи иной раз подначивали его («Что, привыкаешь к обстановке, папаша?»), но незлобиво. Альберт и не обижался.

Он вообще никогда ни кого не обижался. Для обитателя кладбища он был на редкость жизнерадостен. Все называли его по имени, запросто. Даже дети никогда не говорили ему ни «дядя Альберт», ни «дедушка Альберт», и он, судя по всему, был вполне таким обращение доволен. Родители иной раз искоса посматривали на то, что их отпрыски бегают (куда!) на кладбище пить чай (с кем!) с чудаковатым стариком, но дети быстренько знакомили их с Альбертом, и все вставало на свои места – от общения с Альбертом взрослые попросту таяли.

Сам-то я небольшой поклонник прогулок по кладбищам. Ни дневных, ни ночных, никаких. Но к Альберту я заходить люблю, хоть и не таю, как некоторые.

Вот и сегодня вечером заскочил. Кладбище, как всегда, было похоже на пустую картонную коробку, в которую кто-то смеха ради насыпал кучу осенней тишины. Вечер старательно заклеивал мне глаза пластырем холодного ветра, а шуршащие листья устраивали на текучих дорожках фестивали дервишей. Темно было, словно в пустом бензобаке о трактора, только подмигивали где-то лампадки и прянично светили окошки альбертова домика.

Но дорогу я, конечно, все равно нашел.

Альберт открыл мне, как только я очутился на крыльце.

- Я тебя еще издали заприметил, - сказал он. – заходи.

- Это я с удовольствием, - ответил я. – Чаи гоняем?

- А как же, - сказала спина Альберта, приглашающе уходившая в гостиную.

Я зашел.

Альберт никогда не гонял чаи в одиночестве, поэтому я был уверен, что кто-то у него гостит.

Но там!...

У него ведь там!...

Нет, они, конечно, странными не были, ведь на кладбище дело было. Но все равно!

Я чуть корни в пол не пустил от удивления, а Альберт, как ни в чем не бывало, налил себе чайку, болтая с одним из призраков о погоде. Дескать, осень, хоть и теплая, но уже все равно не то, да и ветерок холодает с каждым днем.

Я не выдержал.

- Альберт, можно тебя на минутку? – спросил я с порога.

Альберт удивился. Но вышел-таки.

- Ты чего? – спросил он. Ему хотелось обратно, к призракам..

- Да у тебя ж там призраки! – Я чуть не орал.

- Ну и что? Ты их боишься, что ли?

Я как-то растерялся.

- Н-нет, но... Они ж не живые!!!

Альберт совсем удивился. Удивление выползло из морщинок в уголках его глаз, сплясало польку на носу и веселой маской закрыло все лицо, свисая на плечи.

- Ну, ты даешь, сынок.... На себя-то посмотри!!! Вы ж все уже десять лет как померли, я один остался после эпидемии. Давай пошли в гостиную, а то обидятся и растают.

Пришлось пойти.

А что делать? Растают ведь...

Другие работы автора:
+4
130
07:57
+2
bravoзамечательная идея, только буковки лучше проверить drink
10:37
+1
Атмосферно очень. Один нюанс, хотя я возможно придираюсь к авторской лексике, но есть много мест, где хорошо бы переставить слова и тогда текст будет читаться намного легче.
Например:
Песчаные дорожки золотом петляли между стройных стволов и изумрудных от травы пригорков
Песчаные дорожки петляли золотом между стройных стволов и пригорков, изумрудных от травы.
Загрузка...