Кольцо предательства. Глава 2. Блаженное неведение, как жаль, что ты прошло

Автор:
Акина Судзуки
Кольцо предательства. Глава 2. Блаженное неведение, как жаль, что ты прошло
Аннотация:
Как хорошо, когда твой кругозор ограничивается лесом и пернатым другом. Но всё хорошее рано или поздно заканчивается, и ты узнаёшь, что живёшь в более сложном и опасном мире. И можно считать огромной удачей, что в этом мире у тебя есть опытный проводник. И пусть для него ты не более, чем забавная зверушка, к зверям он относится явно лучше, чем к людям.
Текст:

На привал они остановились достаточно скоро, когда уже было совсем темно, возле совершенно обычного холма. По крайней мере, Мира так считала до тех пор, пока наёмник не поднял кусты, как люк в погреб, открывая проход величиной с Бет. Детально рассматривать хитрую «дверь» Мира постеснялась и, чтобы не дожидаться особого приглашения, сразу прошла внутрь вслед за ящерицей. Пещера — а это была именно она — оказалась очень просторной и что-то в ней было непривычное, неестественное, но Мира не могла понять, что именно. Возможно, слишком ровные и гладкие стены с потолком?

Шуршание со стороны наёмника отвлекли Миру: мужчина рылся в небольшой сумке, погружая руку по самый локоть, что выглядело очень неправильно. Но на этом странности не закончились: и если мешочек, который достал наёмник, был совсем небольшим и не вызывал подозрений, то вот изъятый рулон даже на четверть не смог бы уместиться в такой сумке. Впрочем, руны на расширение пространства были и в её собственном рюкзаке, но, судя по всему, в сумке наёмника пространства было гораздо, гораздо больше. И мысленный посыл от Фина подсказывал, что эта сумка таит в себе далеко не один секрет. По крайней мере, именно так Мира трактовала волну восхищения, посланную своим фамильяром.

Мужчина тем временем достал подставку, установил её за земле и разместил в ней камешек. Тот засветился мягким светом, едва его изъяли из мешочка. Затем наёмник подошёл к выходу из пещеры и закрыл «люк» из кустов. Вернувшись к «очагу», он развернул рулон, который оказался двумя своеобразными подстилками — одну из них мужчина отдал Мире и затем достал спальный мешок. Мира вспомнила о своём таком же и достала его из рюкзака.

— Ну давай, рассказывай, — мужчина вдруг достал из мешочка ещё один камешек, только побольше, и швырнул его в сторону Бет. Галька в полёте полыхнула самым настоящим жаром, и ящерица, поймав камешек, радостно забулькала, свернувшись в клубок.

— Что именно рассказать? — Мира немного поёжилась от неловкости. Всё-таки говорить с человеком, который прежде так грубо и даже жестоко с ней обошёлся, было немного жутковато.

— Давай по порядку: кто ты и откуда? — наёмник лёг на спальник, не забираясь в него. Мира осталась сидеть, поджав колени к себе. Первый же вопрос заставил её нервно закусить губу.

— Немного странный вопрос, — она наконец-то ответила, замявшись, — что именно вы… то есть ты, — Мира передёрнула плечами от неловкости, — подразумеваешь? Своё имя я уже называла и сказала, что я странствую по лесам.

Мужчина молчал, пристально глядя на неё.

— Я подразумеваю, откуда у тебя такое снаряжение и навыки, — наконец-то он ответил, — не могла же ты просто скитаясь по лесам, научиться так грамотно блокировать удары и обзавестись такими наручами.

Мира вздрогнула, рефлекторно положив ладонь на один из наручей. Внимание наёмника к ним вызвало вспышку волнения, хотя и непонятно, почему.

— Тогда я не знаю, — Мира не сразу нашлась с ответом, но наконец-то переборола нахлынувшие эмоции, успокоившись, — это снаряжение всегда было со мной, сколько я себя помню. И я никогда ни с кем особо не контактировала. Меня никто ничему не учил.

— Твоё «сколько себя помню» — это сколько? — взгляд мужчины стал ещё более пристальным — это Мира ощутила едва ли не кожей.

— Не знаю. У меня не было ничего, что помогало бы фиксировать время, — этот разговор с каждой фразой вызывал всё больше дискомфорта, из-за которого Мира начала нервно заламывать пальцы, — я никогда не пыталась считать дни, но я, определённо, долго брожу. Наверное.

— Знаешь, я вот тоже не считаю дни. Но я могу сказать, сколько лет я путешествую, — как ни странно, но голос наёмника зазвучал гораздо спокойнее и даже осторожнее, будто он сам почувствовал, что она испытывала неловкость, — сколько лет я провёл в гильдии. Сколько лет до этого я провёл на вольных хлебах и сколько лет я обучался всему, что знаю. Должно же быть у тебя хоть какое-то представление о годах?

— Я, правда, не знаю, — перейдя едва не на шёпот, Мира ощутила, как говорить стало гораздо сложнее.

— Ладно, успокойся, — мужчина неожиданно согласился с её ответом, — Покажи своё снаряжение: достань всё, что у тебя есть в рюкзаке, — от резкой смены темы Мира растерялась, но это вроде бы помогло немного успокоиться. Ну, и внезапно раздавшееся блаженное бульканье из дальнего угла пещеры этому тоже поспособствовало. Украдкой взглянув на источник таких звуков, Мира увидела, как Бет, закатив глазки, тёрлась мордой о брошенную ей гальку. Странно, что сейчас жар от камня совершенно не ощущался.

— И покажи свои наручи, — Мира вздрогнула, успев позабыть о разговоре, в то время как наёмник оказался уже сидящим на спальнике, — мы будем находиться в пути долгое время, и вскоре у нас не будет возможности пополнить запасы. Мой провиант рассчитан на одного человека, да и посмотреть, как у тебя обстоят дела со средствами личной гигиены и антисептиками, тоже не помешает.

— Анти… что? — Мира поняла, что теперь чувствует жуткую неловкость, потому что судя по всему, речь шла о чём-то важном, о чём-то таком, о чём она обязана была знать.

— Как ты борешься с грибком, паразитами, вроде вшей и клещей? — наёмник принялся терпеливо объяснять непонятное слово, что несколько контрастировало с его прошлой грубостью. — Антисептик — это обеззараживающее средство, которое помогает очистить воду, обеззаразить раны…

— А, — Мира оживилась: наконец-то заговорили о том, что она понимала, — мне помогают травы, которыми я набиваю сумку и обрабатываю одежду, а если вдруг что-то сильно чешется, я просто это выжигаю. А воду я никогда не очищала: если мне становится плохо, я просто прогоняю огонь через себя.

— Прогоняешь через себя? А ты не устаёшь от этого? — наёмник нахмурился, видимо, несколько озадаченный услышанным.

— Нет, для меня это так же естественно, как дышать. Я и волосы себе сушу каждый раз после умывания, да и одежду тоже.

— Ладно, — протянул мужчина с какой-то непонятной интонацией, — дай взглянуть на наручи и из рюкзака всё выкладывай.

Мира послушно расстегнула ремни на руках, осторожно протянула наручи и принялась доставать вещи. В итоге на земле лежал узелок с запасными брюками и рубахой, а также выглядывавшим пучком терпко пахнущих трав; фляга для воды, маленький котелок, ложка, заготовленное вяленое мясо и сухари, завёрнутые в полотно; запасное метательное железо, гребень для волос, щетка для зубов, зубной порошок, плотно закрытый в баночке; рулончик с марлей, пара карандашей и альбом.

К этому моменту наёмник, видимо, закончил рассматривать наручи и вернул их Мире, не сказав ни слова. Затем перевёл взгляд на её пожитки и выдал короткое:

— Аскетичненько, — он хмыкнул и потянулся к альбому. Мира хотела, было, его остановить и даже успела вдохнуть, но осеклась и замолчала. Судя по всему, он лучше знал, что делал. Мужчина в это время раскрыл альбом и начал пристально его изучать.

— Это твои рисунки, — скорее утвердительно, нежели вопросительно, произнёс он.

— Мои, — Мира зажмурилась от смущения. Листы медленно шелестели — их явно рассматривали неторопливо, детально разглядывая. Там было бесчисленное количество всевозможных зарисовок: растения, лесные пейзажи, звери и птицы, бабочки, стрекозы, красивые жуки, цветы и всё, что окружало её в лесу всё то время, пока она скиталась. Где-то были зарисовки деревушек, портреты людей, которым она помогала. Альбом был непростой, поскольку внешне он выглядел, как тоненькая стопочка листов, но на самом деле количество рисунков давно перевалило за сотню-другую. Возможно. Мира их не считала.

— Хорошо рисуешь, — наконец-то произнёс мужчина, и Мира, открыв глаза, забрала протянутый ей альбом, — ладно, в следующем городе пополним провиант. Охота — это, конечно, хорошо, но овощи и крупы никто не отменял. Ну, а у тебя какие вопросы? — наёмник снова лёг на спальник, так и не забравшись в него.

Мира замялась, но тут же вспомнила один из главных вопросов.

— Как вы узнали, что я целитель? — пожалуй, этот эпизод беспокоил её больше всего.

— Мы, — наёмник странно ухмыльнулся, и до Миры дошло, что она снова перешла на «вы», — просто заметили элементы твоей экипировки, — он кивнул на портупею, что была на ней, начинённую метательным железом, и кинжалы на бёдрах, — использование которых оставляет мозоли, но твоим рукам позавидует любая благородная дама, — мужчина продемонстрировал собственную мозолистую ладонь.

Мира взглянула на свои руки. На фоне грубой кожи наёмника её пальцы действительно выглядели… как-то иначе? Кожа была без всех этих наростов и потёртостей, гладкая и нежная.

— И тут два варианта, — наёмник продолжил, — либо всё твоё снаряжение — бутафория, что маловероятно, поскольку не было навешано кучей и наобум, а грамотно расположено для использования. Либо ты целитель. Поэтому я задал вопрос и всё понял по твоему ответу — врать ты не умеешь совершенно, — Мира опустила взгляд, ощутив, как щёки обдало жаром, — так что заодно надо будет раздобыть для тебя перчатки — не у одного меня глаз намётан на подобные детали.

— Поняла, — Мира выдавила в ответ, перебарывая смущение.

— Задавай следующий вопрос, — мужчина кивнул. Наконец-то на руки забрался Фин и стал тихонько курлыкать, успокаивая. Мира тут же прижала птицу к себе, зарываясь носом в перья. Вообще-то птицы подобного поведения не то что не любили, а просто не позволяли, но Фин не выказывал ни капли недовольства. Ни разу. Более того, он сам забирался к ней на колени и подставлялся под любые виды поглаживаний и почёсываний.

— О каких гильдиях, — Мира осеклась, поймав себя на том, что снова собиралась обратиться на «вы», — ты говорил? — мужчина едва заметно кивнул. — Неужели свободных целителей настолько редко встретишь?

— Несмотря на то, что война перешла в холодное противостояние, разные гильдии до сих пор чуть ли не зубами пытаются урвать каждого целителя к себе в ряды, — Мира вздрогнула.

— Война? — было не просто неловко, а по-настоящему жутко спустя такое количество времени узнать о том, что, оказывается, где-то рядом творится нечто подобное.

— Война, — наёмник вздохнул, видимо, уже привыкнув к странностям её мировосприятия, — Тысячелетняя война, которая затронула весь континент и привела к упадку многие школы магии. Были вырезаны под корень химерологи, малефики, некроманты, творцы големов и гомункулов, меньше досталось магам крови и эльфийским целителям. Почти не пострадали целители фей. Опережая твои вопросы, объясню: война почти не коснулась тех, за кем стояли целые расы. И да, от магов огня избавились в первую очередь, как и от некромантов. Люди всё-таки повели себя иначе, не как другие расы: они слишком опасались, что те встанут «не на ту сторону» и сами же вырезали эти школы, хотя именно людей было больше всего среди их представителей.

— Почему они так поступили? — Мира вся сжалась. Тихий курлык Фина заставил её опомниться: она слишком сильно стиснула его в объятиях.

— Эти школы были независимы от государства и отказались вступать в войну, сославшись на то, что для них изучение магии или укрепление своего культа — более приоритетная цель. Они просто не хотели воевать, но правительство побоялось предательства. «Так не достанься же ты никому», как говорится, — он усмехнулся, — ладно, хватит с тебя на сегодня. Потом расскажу тебе об особенностях простых целителей, о магах огня и всём том, что вообще вокруг творится. А теперь ложись спать, ты теперь никуда не денешься, — и с этими словами мужчина перестал подпирать рукой голову и полностью лёг.

— Но если магов огня больше нет… разве не выгоднее меня продать? — Мира украдкой взглянула на мужчину.

— Знаешь, у меня слишком много недругов, чтобы отказываться от такого козыря, — наёмник хмыкнул, — в моей сумке есть такие артефакты, которые стоят, как вон та деревенька, которую мы покинули. Но никакие деньги не спасут меня, если какая-нибудь гильдия вывесит заказ на мою голову. А вот козыри, вроде тебя или тех же артефактов — вполне. Да и Бет ты понравилась, — из дальнего угла раздалось одобрительное бульканье.

— Правда? — Мира рефлекторно переспросила, а затем взглянула на ящерицу. — Кстати, а кто она?

— Бет? — наёмник уже прикрыл глаза и говорил с явной ленцой. — Элизабет — саламандра из племени огненных саламандр Вулканических топей. Но она ещё молодая, и поэтому не инициирована со стихией, но огонь любит с рождения. Вон, гляди, как она об печку обтирается. Думаю, ты уже догадалась, почему ты ей понравилась. А теперь отдыхай, завтра будем выяснять пределы твоих возможностей, — под конец фразы мужчина зевнул и перевернулся на другой бок. Из угла всё ещё доносилось тихое бульканье.

Мира не стала ничего отвечать и просто забралась в спальник. Фин нырнул к ней под руку и завёл свою курлычащую песню, даря безмятежное спокойствие. Полученную информацию нужно было переварить. Выходит, всё это время она жила весьма беспечно, плыла по течению, не подозревая ни о войне, ни об упадке различных школ магии. Интересно, откуда у неё такая редкая сила, если магов огня давным-давно уничтожили? Выходит, не всех? Возможно, с этим было как-то связано её полное отсутствие любых воспоминаний…

Она никогда не задумывалась о том, откуда у неё эта сумка, откуда наручи, откуда кинжалы такой работы? Всё это у неё было изначально. Как и имеющиеся навыки. И только замечание наёмника всколыхнуло в ней чувство неправильности, заставив задуматься обо всём этом.

Мира поморщилась от лёгкой боли в висках и пустила небольшой импульс магии, чтобы снять неприятные ощущения. Пережитый день был действительно непростым, но его можно было назвать удачным. Кто знает, чем бы обернулось её незнание в будущем, если бы не встреча с этим наёмником, который был заинтересован в ней не как в товаре, а как в «козыре». То есть она представляла для него определённую ценность. А ценности берегут. Он уже сказал, что не будет её продавать, а учитывая его навыки и определённые знания об окружающем мире, Мире действительно было гораздо безопаснее путешествовать с ним, нежели в одиночку. Да, знакомство вышло не самым приятным, но больше со стороны мужчины не было никакой агрессии или грубости, хотя он мог бы на неё прикрикнуть или даже ударить за такие странные ответы. Напротив, он весьма терпеливо объяснял ей наверняка очевидные вещи, о которых, скорее всего, знали практически все. Кроме неё.

Лёгкий тычок в ногу отвлёк Миру.

— Подъём, — она открыла глаза и увидела поднявшегося наёмника. Фина рядом не было.

— Уже утро? — Мира зажмурилась, растирая веки, как это бывает после долгого сна. Надо же, она и не заметила, как уснула в своих размышлениях. Но аромат каши быстро перехватил её внимание. Проморгавшись и присев, она увидела, как на подставке с камнем стояла небольшая деревянная коробочка.

— Утро. Садись завтракать и выдвигаемся, — коротко пояснил наёмник и сел возле подставки, кивнув напротив себя. Мира кивнула в ответ и, достав из рюкзака ложку, села на указанное место. На завтрак оказалась приготовлена каша с мясом. Очень вкусная, между прочим. Ели они, друг другу не мешая: Мира всегда зачёрпывала кашу после наёмника, а тот давал ей возможность это сделать. В какой-то момент Мира поняла, что коробочка тоже оказалась с сюрпризом, потому что каши в ней было гораздо больше, чем выглядело со стороны. Более того, когда они закончили завтрак, коробочка всё ещё была полной. Да и дна Мира ни разу не задела ложкой за весь приём пищи.

Покончив с завтраком, они собрали вещи, покинули пещеру и обнаружили снаружи тушу убитого волка с огромной дырой в голове.

— Кто это его так? — Мира напряжённо остановилась, разглядывая с расстояния смертельную рану зверя. Внезапное «Кар» над головой — и с ветки слетел тот самый ворон наёмника. — Это что, он? — она кивнула в сторону каркнувшей птицы.

— Он, — ответил мужчина, даже не заинтересовавшись трупом. Похоже, для него это было обыденным явлением, — видимо, волк выследил нас по запаху и попытался пробраться в убежище. Поэтому Каин и патрулирует пространство вокруг во время ночлега. Пошли, будем проверять, что ты умеешь.

Мира кивнула и последовала за наёмником, но вздрогнула от резкого грохота, обернувшись на который, она увидела распластавшуюся на земле ящерицу. Наёмник ничего не сказал, только вздохнул. Спрашивать, зачем ему проверять её навыки, не было смысла. Надо будет — сам объяснит. Но скорее всего, ему нужно было знать, что она умела делать, чтобы понять, насколько она нуждалась в защите.

Они вышли на небольшую полянку и остановились там.

— Давай начнём с простого, — наёмник выбрал наиболее ровный участок земли, — как ты заблокировала мой удар вчера? Учитывая разницу в нашем весе и комплекции, ты должна была отлететь и взвыть от боли в переломанных руках. Ты укрепляешь своё тело магией?

— Да, — Мира честно ответила, понимая, что сейчас она должна была быть предельно честной в описании своих возможностей. Наёмник довольно кивнул.

— Значит, владеешь основами Внутренней магии. По лицу вижу, что о ней ты тоже ничего не слышала. Ладно, насколько сильно ты можешь укрепить себя? Можешь ударить то дерево?

Мира молча подошла к одному из деревьев, чей ствол недвусмысленно намекал на то, что сломать его будет не так-то просто голыми руками. Но для неё это было привычным делом: просто надо было лучше сосредоточиться на своём кулаке, ощутить вспышку жара в нём, услышать треск ломающейся древесины и зажмуриться, чтобы щепки не попали в глаза. Грохот поваленной сосны вызвал чувство сожаления: ломать просто так дерево — дело не самое благородное. Мысленно попросив прощения у леса, Мира пообещала взамен залечить несколько болеющих деревьев или животных, которых встретит на пути.

— Н-да, — она обернулась на голос. Наёмник немного странно на неё смотрел, — знаешь, если дровосеки из Империи найдут это место, они будут ещё очень долго на тебя молиться. О Каменную сосну они затупили бы не один топор и далеко не факт, что такое старое дерево они вообще смогли бы срубить, — у Миры внутри всё похолодело. Она не знала, что эта сосна была настолько старой. Количество будущих спасённых зверей значительно возросло. Лесу нужно было возвращать долг.

— Теперь же прямо на поляне лежит целое состояние. Если бы у нас была возможность это продать, ты бы закрыла большую часть своего долга, — она оживилась, тут же начав прикидывать, насколько сильно стоит заточить магией свои кинжалы, чтобы распилить ствол, — но, к сожалению, такой возможности у нас нет, — и эти слова мгновенно остудили её пыл, кольнув долей разочарования, — всё равно у меня сейчас нет покупателя и времени его искать. Но в будущем мы сможем этим промышлять, — мужчина усмехнулся, — а теперь давай посмотрим, что у тебя с реакцией, — его пальцы щёлкнули, и Мира рефлекторно вскинула руку, определив то место, куда должна была прилететь странная чёрная точка.

Ладонь прострелило лёгкой болью, из-за которой Мира чуть зашипела. Без подпитки магией что-нибудь в её руке да раздробилось от этой крошечной штуки.

— Что ж, — мужчина чуть приподнял брови, — разогнанный рунический шарик на такой скорости я бы поймать не смог, ты не перестаёшь меня удивлять. Но судя по твоим рисункам, без такой реакции ты бы просто не выжила. Пережить столкновение с тем же Рогоцепом — вполне себе достижение. Это такая кошка с рогами, вздёрнутыми кверху, и полосатой шкурой в цвет веток, — он тут же объяснил непонятное название, и Мира вздрогнула, вспомнив агрессивного зверя. Да, с ним действительно пришлось попотеть. Особенно когда на его раненый рёв собралась целая стая. Она еле уволокла оттуда ноги. Ну, сама стая состояла из пяти особей, но этого количества уже было достаточно, чтобы осознать всю проблематичность ситуации, в которую её угораздило попасть.

— Ладно, давай посмотрим, что у тебя по боевым навыкам, — наёмник принял стойку, — я буду только обороняться. Смело нападай.

Мире не нужно было повторять дважды. Привычно разогнав себя магией, она сделала рывок в сторону наёмника. Тот плавно отвёл ладонью летящий кулак вниз, но Мира этого и ждала, поскольку зная её силу, мужчина просто не стал бы рисковать и принимать удар на блок. Поэтому она, пользуясь инерцией своего рывка, оттолкнувшись от земли, прочертила кувырок в воздухе и, низко приземлившись, тут же ушла на подсечку, которую наёмник перешагнул, подняв одну ногу, и тут же вернулся в стойку. И это сильно отличалось от поведения всех её предыдущих оппонентов. Неторопливость и ленца в его движениях на самом деле были точной выверенностью затрачиваемых усилий. Как она это определила, Мира не знала. Просто чувствовала.

Все её дальнейшие атаки он уводил с неизменно непринуждённой лёгкостью. Кулак или нога всегда проносились в сантиметрах от чужого тела, но ни разу так и не попали по нему. Она попыталась максимально сократить дистанцию в захвате — обычно подобная тактика вводила в ступор её оппонентов. Но, похоже, не в этом случае, поскольку уже очень скоро она оказалась лежащей на земле, в то время как сам наёмник сидел у неё на спине. И он был очень, очень тяжёлым. Гораздо тяжелее, чем выглядел. Если бы не магия, она бы уже давно хрипела от боли и невозможности нормально дышать. Но мучить её мужчина не стал, быстро поднявшись на ноги.

— Интересная целительница, — он хмыкнул, глядя на то, как она вставала, — с такими-то навыками, тебя и без целительства и огня любая гильдия с руками и ногами забрала.

— Судя по тому, как вы… ты меня быстро скрутил… — Мира усмехнулась.

— Знаешь, если меня начнут в рукопашке заламывать такие малявки, то я уйду на пенсию, куплю себе домик и буду пить вино на террасе, любуясь горизонтом, — мужчина чуть засмеялся и продолжил уже спокойнее. — Тебя учили. Причём учили с самого детства явно опытные люди. Из тебя растили убийцу. Это нормальная практика, но тогда возникает ещё больше вопросов, почему ты шляешься одна по лесам и тебя никто не ищет. На тебе нет никаких следилок — я уже проверил этой ночью, — он вздохнул, — в любом случае, я просто узнаю, какими неприятностями для меня это всё может обернуться, и буду принимать меры. Отказываться от тебя я всё равно не собираюсь, — и он ухмыльнулся, явно что-то задумав. Самой же Мире, как ни странно, стало чуть спокойнее, — ладно, теперь последний тест и будем выдвигаться. Каин сейчас сядет на одно из деревьев, твоя задача: коснуться его и вернуться обратно настолько быстро, насколько можешь.

— Какие-то ограничения на способ передвижения есть? — в ответ на этот вопрос мужчина заинтересовано взглянул.

— А ты умеешь летать или телепортироваться? — Мира отрицательно качнула головой. — Тогда ограничений нет. Пошла.

Она тут же сорвалась на бег в ту сторону, где начинали сгущаться деревья и куда полетел ворон. Уже возле одной из сосен она сделала прыжок, высокий настолько, чтобы оказаться на одной из массивных веток, оттолкнуться от неё и рассечь своим телом воздух. Вскинув руку вперёд, она выпустила из наруча кинжал, со свистом вылетевший на тросе и вонзившийся в одну из следующих веток. Шум наматывавшегося троса, и её тело потянуло дальше. Воспользовавшись разгоном, она с силой дёрнула руку на себя, вырывая кинжал из дерева, и продолжила полёт. Приземлившись на следующую ветку, Мира несколькими перепрыжками пересекла ещё несколько сосен, пока не оказалась рядом с вороном, который с любопытством следил за ней. Осторожно коснувшись оперения птицы, Мира сорвалась в обратный путь, который преодолела почти с той же скоростью.

Оказавшись на поляне, она застала наёмника, крепившего к своему снаряжению колчан со стрелами и лук, при этом к уже имеющейся экипировке прибавились парные топоры.

— То есть ты серьёзно решила коснуться птицы? — он даже не поднял на неё взгляда, продолжая возиться с креплениями. — Кстати, я теперь тебя буду звать Белкой.

— П-почему? — Мира ожидала чего угодно, но только не таких слов.

— Потому что по деревьям скачешь и к Каину лапки тянешь, — мужчина усмехнулся и наконец-то посмотрел на неё. Сейчас Мира смогла обратить внимание на его внешность, потому что до этого либо не было времени, либо она была слишком погружена в другие проблемы. Мужчина выглядел не молодо, но и до старика ему, определённо, было далеко. Лёгкая щетина, приятные черты лица: не грубые, но волевые. В голове вертелось слово «симметричные». Как ни странно, только сейчас она заметила зелёный цвет глаз, который, по идее, должен был сразу привлекать к себе внимание, но, видимо, тот кинжал в плече напрочь отбил всякое желание рассматривать чужое лицо. Волосы были собраны в низкий хвост и доходили до лопаток, несколько прядей свисало спереди, обрамляя лицо

Когда она поняла, что так ничего и не ответила насчёт своего нового имени, то было уже поздно. Так что оставалось смириться с этим прозвищем. Вот только задумчивый взгляд мужчины, которым он её окинул в очередной раз, вызывал смутную тревогу. Он явно что-то знал, но не хотел говорить. Или догадывался. Впрочем, учитывая его опыт, ему лучше было знать, когда и что говорить, так что если он молчал, значит, так было нужно.

+1
77
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...
SoloQ