Кольцо предательства. Глава 8. Йо-хо-хо и уроки социализации

Автор:
Акина Судзуки
Кольцо предательства. Глава 8. Йо-хо-хо и уроки социализации
Аннотация:
Как хорошо, когда твой кругозор ограничивается лесом и пернатым другом. Но всё хорошее рано или поздно заканчивается, и ты узнаёшь, что живёшь в более сложном и опасном мире. И можно считать огромной удачей, что в этом мире у тебя есть опытный проводник. И пусть для него ты не более, чем забавная зверушка, к зверям он относится явно лучше, чем к людям.
Текст:

– Поэтому я и хочу, чтобы ты провела с ней разъяснительную беседу, – в ответ на это Мег озадаченно нахмурилась, – ты хоть и пират неотёсанный, но всё же девушка, – она угрожающе шикнула, но скорее в шутку, нежели в серьёз.

– Тогда проваливай, – Мег стала поднимать Рида с кресла, – это вещи не для мужских ушей.

– Какие вещи? – Мира обеспокоенно дёрнулась на то, что Рида собирались выгнать из комнаты, а её саму оставить с менее знакомым человеком.

– Мы будем с тобой шептаться о нашем, о женском, – прокряхтела девушка, изо всех сил пытаясь тащить наёмника. Тот сопротивлялся, но крайне лениво. Скорее, чтобы поиздеваться над Мег.

– А меня ты спросить не хочешь, разрешу ли я тебе остаться с моей ученицей вдвоём?

– Кому сказала проваливай! – она уже толкала его в спину, оттесняя к двери.

– Ну ладно, – наёмник резко перестал сопротивляться, из-за чего Мег чуть не потеряла равновесие. Резко выругавшись, она захлопнула дверь и отряхнула руки, как после тяжёлой работы.

– Мужлан. И это он ещё меня неотёсанной называет? – она фыркнула и вернулась в кресло. – Так ты, получается, совсем-совсем ничего не помнишь?

– Совсем-совсем, – Мира кивнула, немного поёжившись от дискомфорта. То ли из-за того, что она должна говорить о том, чего не помнит, что всегда ей доставляло неудобство, то ли из-за того, что она осталась без Рида рядом с малознакомым человеком… в общем, она снова запуталась в причинах, но неловкость определённо испытывала.

– А как же ты тогда жила? Ну, до встречи с Ридом, – Мег удивлённо вскинула брови. Мира замялась, вспоминая для себя неприятные дни.

– Я почти не говорила. Вернее, я вообще не говорила, только слушала и опиралась на чувства – Фин подсказывал, от кого могла исходить угроза. И первое время я встречала только враждебных людей, – Мег молча слушала, но всё её лицо выдавало полное сопереживание и сочувствие, – однажды я познакомилась с лесничим, он меня приютил, помог вспомнить, как есть столовыми приборами, помог угадать имя, ну, и помог вспомнить, как вообще говорить.

– Бр-р-р! – Мег передёрнула плечами. – Кошмар какой: ничего не помнить, ничего не понимать, не знать, где ты и что делать – это же ужас! Это… это как быть на чужом корабле… в незнакомых водах!

Подобная искренность приятно удивила. Заслуга ли это сравнения с чем-то, близким и понятным самой Мег? Того, как она примерила это ощущение на себя? Похоже на то.

Мег выглядела, как человек, способный к сопереживанию, но не склонный к жалости. Она вряд ли станет чрезмерно опекать, как это делал тот же Гастон, но и избегать эмоционального контакта, как это делает Рид, тоже не станет.

Мира не любила вспоминать прошлое. И дневник баньши её напугал потому, что она точно так же чувствовала себя неживой, какой со временем стала Эллия. Читая каждую запись, она невольно примеряла чувства Эллии на себя. Мира боялась своего пробуждения. Но, возможно, стоило в нём разобраться, а не снова сбегать?

– Первые дни я почти всё время сидела под деревом, – Мира прикрыла глаза, погружаясь в воспоминания. Забавно, но они были невероятно яркими и свежими, – Фин приносил мне ягоды, иногда приводил к кустам, и я их собирала сама. Водил к реке, чтобы я смогла напиться. Собирал для меня утреннюю росу. Я всё равно возвращалась к тому дереву, под которым проснулась. Не знаю, почему я так за него уцепилась. Возможно, это была какая-то маленькая цель: найти то самое дерево и дойти до него, чтобы хоть немного заполнить в голове пустоту… Однажды я почувствовала тревогу. Я не поняла тогда, что это было, но я почувствовала, что нужно уходить как можно скорее. И ушла. Какое-то время я точно так же сидела и возвращалась к уже новому дереву, а потом снова почувствовала тревогу. Тогда я поняла, что нужно чаще передвигаться. Я стала искать новые деревья, под которыми можно было укрыться. Я старалась найти дерево побольше. Это были необычные чувства, – Мира задумалась, вспоминая свои первые мысли, – я ничему не удивлялась, будто всё было мне знакомо, но при этом я не знала, что это. Я даже не спрашивала у себя «Кто я?». Было только чувство опасности и безопасности. Рядом с Фином было безопасно. При встрече с первым хищником я поняла, что такое опасность. Я не знала, что делать, но руки всё сделали за меня. Лесничий был безопасный. Он сперва мне угрожал, думал, что я врежу животным, но быстро понял, что это не так. Я почувствовала, что с ним мне будет безопасно и мне нужно идти за ним. Теперь-то я понимаю, что это Фин мне подсказал.

Мира замолчала, а Мег смотрела на неё, не говоря ни слова. Она была задумчива и серьёзна.

– Тебе повезло, что лесничий оказался порядочным человеком, – она наконец-то заговорила, вздохнув, и помрачнела. Похоже, то, через что пришлось Мире пройти, было действительно не самой приятной вещью. Мег снова замолчала на какое-то время и продолжила, – знаешь, хоть это и странно, но даже хорошо, что ты проснулась в лесу, а не в каком-нибудь городе.

– Почему? В городе опасно? В деревнях мне очень часто помогали.

– Да. В городе много людей, которые скорее охотно воспользовались бы твоим незнанием мира, чем помогли.

– И как же они бы воспользовались? – Мира поняла, что, кажется, приблизилась к той теме, от которой ей всегда становилось жутко. Она нутром чувствовала, что к этому относится и «заработок на теле», и «свиноматка», и те странные взгляды, которые на неё иногда бросали некоторые люди, но которых она никогда не понимала.

– Самое безобидное – кинуть на деньги. Самое страшное – рабство. Ну, и ещё одна, хоть и не смертельная, но крайне неприятная штука, которая тоже могла с тобой приключиться, – Мег осеклась, будто её внезапно осенило, – слушай, сестрица, – она заговорила чуть тише, явно осторожнее подбирая слова, – а мужчины тебя… ну… не трогали?

– Трогали, примерно так же, как это делала ты: пожать руку, ткнуть локтем, хлопнуть по плечу. Гастон меня гладил по голове, – заметив то, как резко Мег сузила глаза, Мира решила добавить, – Гастон – это тот добрый лесничий.

– Он гладил только голову?

– Да, – Мег кивнула, но затем стала ещё мрачнее.

– Бельчонок, а Рид… он… он же с тобой занимался?

– Занимался. Если речь идёт о прикосновениях, то в основном это были прикосновения во время спаррингов: блоки, отводы… ну, он частенько хватал меня за ногу и бросал на землю, – серьёзная Мег вдруг прыснула от смеха, быстро извинилась и попросила продолжать, – а, ну ещё один раз пальцем в лоб ткнул, – Мира коснулась чёлки, – а так в основном тычки ногами и подзатыльники. Вроде бы ничего такого. Неприятно иногда, конечно, но терпимо. Во всяком случае, Фин ни разу не поднимал тревогу, как это иногда бывало от взглядов некоторых, когда я пыталась что-то узнать.

– Ясненько, – Мег вздохнула с явным облегчением, – видишь ли, – она немного замялась, – в общении людей есть некоторые вещи, которые нельзя позволять по отношению к себе. Нельзя, чтобы тебя трогали в определённых местах или видели без одежды…

– Почему? Что в этом плохого?

– Кхм, – Мег забавно кашлянула, – прости, ты просто напомнила мне одну мою знакомую. Она, конечно, память не теряла, но тоже задала бы такой же вопрос. У неё весьма… своеобразное отношение к этой теме, скажем так.

– Слушай, но разве Рид не угрожал тебе…

– Вот поэтому он и угрожал. Это из того, чего допускать нельзя. Он, конечно, шутил, но мне бы такая шутка вылезла боком. Ладно, мы отошли от темы! Так вот, повторю, чтобы ты это прям запомнила: не позволяй себя оголять и трогать себя, – Мира задумалась.

– Рид говорил о том, что молодым девицам не следует оголяться перед другими мужчинами, а вторжение в своё личное пространство нужно расценивать, как угрозу. Поэтому, когда он наносил зелья на меня, он не заставил меня раздеваться.

Конечно, было немного странно вываливать все подробности и детали перед малознакомым человеком, но у Миры было несколько причин так поступить. Во-первых, Рид доверял Мег, к тому же, он специально попросил её провести эту беседу, а значит, наверняка предполагал, что Миру будут расспрашивать. Во-вторых, судя по осторожному и в то же время грозному поведению Мег, тема была крайне серьёзной, а значит, нужно было излагать всё в мельчайших подробностях хотя бы потому, что Мира ввиду своего незнания могла не обратить внимания на важные вещи. Вернее, просто не понять их важность.

– Правильно говорил, – Мег кивнула, – а что он ещё говорил по поводу общения с людьми? Ну, что можно, чего нельзя, там…

– Рид дал мне книги, – Мира осторожно подсказала, видя то, как Мег сама начала немного путаться в словах. Так что она не считала это тем, что перебила свою собеседницу.

– О, отлично! Покажи, что он тебе дал! – и Мира послушно достала из сумки книги. Мег стала перебирать их одну за другой, придирчиво вчитываясь в названия.

– Хм… ну, да, тут в основном так, общение в общем. О хитрости, об обмане, мошенничестве, всяких уловках, но почти ничего – о любовных интригах. Хотя, – Мег хихикнула, – вот был бы номер, если бы у Рида были такие романы.

– Что ты имеешь в виду? Какой номер?

– Просто выражение. Такие романы обычно читают девицы, причём не особо умные. Это либо ещё совсем зелёные девчонки, как ты, например. По крайней мере, в этих вопросах. Либо всякие тупые курицы. Серьёзные девушки такое не читают, а уж мужчины – тем более. Но тебе для знакомства с этим вопросом почитать парочку таких книг будет даже полезно. Главное, помни, что вся та любовь через принуждение, лишение свободы и прочая страстная лабуда – не более, чем просто сказки. Бери на вооружение фразы и жесты, которые приняты между мужчинами и женщинами… ну, и пока всё. Потом мы вернёмся к этой теме.

– Хорошо, но что это за романы? – Мег тут же хлопнула ладонью по лбу и кинулась к большому столу.

– Вообще-то, я это хотела на продажу толкнуть, но раз такое дело… в общем, считай, это подарок, – она протянула несколько книг в необычных узорчатых обложках. Они выглядели очень дорого. Мира вспомнила один из эпизодов с хитрым бродягой и о том, что было бы неплохо сделать ответный жест на такой дорогой подарок.

– Вот! – она вынула из сумки веер и протянула его удивлённой Мег. – Это ответный подарок от меня. Рид сказал, что эти штуки носят благородные дамы, а значит, он должен неплохо стоить – хотя бы часть стоимости этих книг должен возместить. Ну, я так думаю.

– А-а-а-а, какая же ты милашка, – Мег с писком умиления резко приблизилась к Мире, и та ничего не успела сделать, как оказалась стиснутой в объятиях. Вернее, она сперва хотела ударом оттолкнуть девушку от себя, но вовремя себя остановила, рассудив, что та не собирается причинять вред.

– Мег? Это же считается вторжением в личное пространство?

– Считается, но мне можно, я тебя не обижу. А так да, никого не подпускай на такое расстояние. Объятия – это хорошо, но ты в такие моменты немного уязвима. Тебе и подкинуть всякую гадость могут, и кошелёк стырить. Так что держи ухо в остро. Но меня можешь не бояться, – она отстранилась, раскрыла веер, довольно им обмахнулась и сложила его обратно, – кстати! Как тебе Рид-то? – и она хитро улыбнулась.

– Рид? Он очень умный, – Мира задумалась, прижимая к груди новые книги, – он сильный, опытный. Это тот человек, с которым я бы постаралась сохранить хорошие отношения любой ценой. Или хотя бы не враждовала с ним. И мне с ним спокойно, не страшно. Он, конечно, думает о своей выгоде, но о нём у меня впечатление лучше, чем о торговцах… даже несмотря на то, что он сломал мне нос, – Мира пробурчала намного тише.

– Кто? Рид? Тебе? За что? – Мег чуть ли не подскочила и, скорее всего, уже собралась идти к Риду выяснять ситуацию.

– Просто так вышло, – Мира уклончиво ответила, посчитав, что несмотря на доверие, не стоит светить некоторые свои особенности, – но всё нормально, как видишь, я цела и здорова и совсем не обижаюсь.

– Да уж, забавный талисманчик, – Мег улыбнулась, – не удивительно, что Рид тебя с собой таскает.

– Почему? – Мира склонила голову набок. Ей стало любопытно окончательно разобраться в вопросе особенного отношения наставника.

– А-а-а-а, да ты же, как котёнок! – Мег снова стиснула Миру в объятиях, но в этот раз они были уже не настолько пугающими и неожиданными, так что Мира даже сумела получить от этого определённое удовольствие, ощутив приятное тепло. – А если серьёзно, – Мег отстранилась, – несмотря на твою непростую ситуацию, ты удивительно смышлёная и сообразительная. Ты не обижаешься по пустякам и глупостям, – лёгкий, почти неощутимый щелчок по носу оказался неожиданным, так что Мира чуть вздрогнула, растерянно моргнув, – и ты очень мило на всё реагируешь. Конечно, Рид вряд ли умиляется, но твою рассудительность он, определённо, ценит.

– Мне очень приятно это слышать, – Мира чуть улыбнулась.

– По тебе заметно, – Мег довольно прищурилась, а Мира снова задумалась.

– Слушай, а почему я должна остерегаться именно мужчин? Разве женщины не могут представлять такую же опасность? Или существуют какие-то негласные традиции, которые не нарушают?

– Да уж... вас определённо надо познакомить. Хотя нет, не сейчас точно, а то ещё испортит ребёнка, – Мег неожиданно задумчиво начала бурчать себе под нос, – вообще, верное замечание. Просто так уж сложилось, что мужчины в плане внимания… ну… они… они чаще проявляют внимание к девушке, чем девушка – к другой девушке. Поэтому на тебя скорее обратит внимание тот же наёмник, а не наёмница. Хотя, конечно, может случиться всякое, и женщина может быть не менее опасной, чем мужчина. Правда, тут ещё есть разные нюансы между прикосновениями, как, например, тот лесничий, который гладил тебя по голове. В этот жест могут быть вложены разные намерения и отношение, и это нужно научиться распознавать.

– Я смогу об этом подробнее прочесть в тех книгах, которые ты мне дала? – Мира вздохнула, понимая, что оказалась перед огромным пластом незнакомых правил с ещё большим количеством тонкостей. И со всем этим придётся разбираться.

– Ну, прямо там об этом не написано, потому что это очевидные вещи для людей. Но когда будешь читать, обрати внимание на отношения между родителями и детьми, друзьями и влюблёнными парами, попробуй почувствовать разницу, – Мира вспомнила, как наблюдала за гуляющей по деревне семьёй и тем, как отец катал на шее свою маленькую дочь. Девочка очень часто касалась лица папы, но она явно не преследовала какой-то цели, а просто размахивала руками и пыталась схватиться за всё, что только возможно.

– Кажется, я тебя поняла, – Мира улыбнулась. – Спасибо, я постараюсь воспользоваться твоими советами.

Мег ещё что-то пробурчала из разряда «Говорю же, милашка» и встала из кресла. Мира спрятала книги в сумке и вышла из комнаты вслед за Мег. И едва задушила в себе вскрик, но за оружие всё же схватилась.

– Фес, уже закончил? – сползший перед ними синий паук оказался не совсем пауком, но и далеко не человеком.

– Да, капитан, паруса в полном порядке, – вполне по-человечьи произнёс паук. Мира насчитала у него две пары рук, у которых было по лишнему локтю. Даже ссутуленный, паук был намного выше их с Мег, из-за чего рядом с ним стоять было откровенно жутко. – Капитан, скажите нашей гостье, что я не кусаюсь, а то мне кажется, что ещё немного, и меня попробуют нашинковать, – Мира испуганно одёрнула руки от оружия и стыдливо опустила взгляд.

– Извините, сэр, – ей действительно стало очень неловко. Наверное, это было крайне невежливо: думать плохо о том, кто не похож на неё. Ведь пугаться, опасаться – значит, предполагать чужую враждебность. Хотя Рид говорил, что он член команды. Но она всё равно его испугалась. Впрочем, Мира ничего не могла поделать с этим чувством жути и неудобства, из-за чего чувствовала себя виноватой.

– Не переживай, Фес шутит: ты не первая, кто на него так реагирует, так что он привык, – Мег усмехнулась, – Фес, знакомься: это Мира, наша гостья. Она целитель, – Мира подняла взгляд и увидела, как паук понимающе усмехнулся.

– Фийесаал, мастер по парусам, рад знакомству, – и его синие губы разъехались в улыбке, обнажая клыки. Мира сглотнула и посмотрела на протянутую руку. Мысленно отвесив себе пощёчину, она постаралась как можно спокойнее пожать чужую ладонь. По спине пробежали мурашки, когда синие пальцы полностью обхватили её кисть, касаясь лишними фалангами её собственных пальцев.

– Рада знакомству, – Мира отвесила себе мысленный подзатыльник как можно мощнее и ответила вполне твёрдым и уверенным голосом. Улыбка паука стала ещё шире. Мира увидела второй ряд острых клыков.

– Так, отставить издеваться над нашим лекарем, – Мег с лёгкой усмешкой наблюдала за их знакомством, – зови этого оболтуса Фес, – она обратилась уже к Мире, и паук прервал рукопожатие.

– Прошу прощения, было сложно удержаться, – и он улыбнулся уже не показывая зубы, так что его лицо приобрело вполне милое выражение. Даже на человека стал похож. За последнюю мысль Мира ещё раз отвесила себе воображаемый подзатыльник.

– Свободен, – хмыкнула Мег и повела Миру к какому-то люку со ступеньками. Они вдвоём спустились вниз, где Мира увидела множество деревянных столбов, много непонятных вещей и сооружений, ещё людей, ящики… Мег повела её дальше, к другому люку с лестницей. Внизу было ещё просторнее. Мег подошла к двери с камнем зелёного цвета.

– Вторая справа, запомни, – капитан открыла дверь, пропуская Миру внутрь. Комнатка была гораздо меньше той, в которой они болтали втроём с Ридом, но вполне уютной и удобной, по крайней мере, на первый взгляд, – это твоя каюта. Рид в соседней, его дверь крайняя справа. Остальные каюты на этой палубе принадлежат другим членам команды. Если видишь, что камень в двери горит красным, значит, в каюте кто-то есть – всегда стучись, если тебе что-то нужно. И запомни, когда услышишь колокол, всегда выходи из каюты и не заходи внутрь, пока он не стихнет.

– Я могу поинтересоваться, с чем это связано? – Мира положила рюкзак на стул.

– А, да, прости, не привыкла ещё. На каюты наложен комплекс рун расширения и изменения пространства, чтобы места было больше и чтобы качка не ощущалась. Но при повреждении контура во время бедствия или боя всё может схлопнуться, и ты превратишься в фарш, – она говорила весьма бодро и жизнерадостно, – колокол – это сигнал об опасности.

– А что насчёт вещей? – будет очень грустно, если все книги, которые Мире дали, повредятся. Или её альбом.

– На двери для страховки есть руна с пространственным карманом как раз на подобный случай. Так что если каюта схлопнется, все вещи переместятся в карман. Но это не касается всего живого. Ну, и магические артефакты тут лучше не хранить – кто знает, вдруг места в кармане не хватит, – Мира в ответ кивнула. Вряд ли её рюкзак, зачарованный на небольшое расширение пространства займёт много места, скорее, тут имелись в виду какие-нибудь артефакты из арсенала Рида.

– А я услышу колокол, если буду спать?

– Не переживай, услышишь, – Мег усмехнулась, – ладно, оставлю тебя здесь, обустраивайся.

– Спасибо, – и Мег скрылась за дверью. Мира немного осмотрела комнату, изучила пустующие полки на стене, пустой стол, кровать, которая была жёстче, чем в башне, но это Мире скорее понравилось. Она достала одну из новеньких книг и решила рассмотреть её обложку. «Возлюбленная дракона» – из большой красиво написанной строчки она поняла только слово «дракон». Темноволосый мужчина бережно обнимал светловолосую девушку, а их самих окружало бушующее пламя. Выглядело весьма захватывающе.

Недолго думая, Мира стянула сапоги и забралась на кровать – знакомиться с новой книгой. К бродяге Хусейну она ещё вернётся.

Главная героиня неожиданно оказалась магом огня, потомственной аристократкой, одарённость которую старались всеми силами скрыть. Но потом страна драконов объявила людям войну, вторглась на их территории, поместье Рилай захватили, а её саму – взяли в плен и продали в рабство. На невольничьем рынке она попыталась сбежать, продемонстрировала свою магию, и Рилай заинтересовался один из генералов. Дракон выкупил её, отбил от рук коварных и жадных магов и забрал к себе во дворец.

Что же ответила Рилай на возмутительную фразу дракона «Теперь ты принадлежишь мне», Мира так и не узнала из-за стука в дверь. И внезапно поняла, что не знает нужных слов, которыми принято отвечать на стук.

– Входите, – раз уж стук в дверь спрашивал разрешение то, чтобы войти, то и нужно было озвучивать разрешение или приглашение.

– Белка, сейчас… – Рид осёкся, увидев книгу в её руках, – Мег дала? – Мира кивнула. – Поднимайся, сейчас отплываем, – и ушёл, закрыв за собой дверь. Мира торопливо обулась, отложила книгу, запомнив страницу, на которой остановилась, и побежала искать лестницу. Поднявшись вверх, Мира немного растерялась от шума. А Рида или Мег рядом не было. Стало жутко неуютно.

Внезапное бульканье привлекло внимание Миры, и она обернулась, улыбнувшись Бет, устроенной за решёткой. Несмотря на гигантские прутья, саламандра не выглядела недовольной, так что Мира пошла в сторону следующей лестницы.

Уже оказавшись на свежем воздухе, Мира попыталась отыскать взглядом Рида или хотя бы Мег. Первым всё-таки нашёлся Рид. Он говорил с кем-то. Кажется, с тем мужчиной, который курил и произнёс странное «Охайя», на которое наставник, как ни странно ответил. Значит, этот человек стоял выше мага Круга. По крайней мере, в отношении Рида.

Мира немного успокоилась и решила встать у перил, где никого не было. Она задумчиво рассматривала суетящихся внизу людей. Открывшийся с высоты корабля вид был крайне забавным и необычным. Мира вспомнила того мага в светлых одеждах и попробовала отыскать его в толпе. Вот он, больше не взмахивает руками и ничего не говорит. Она хотела вглядеться в его лицо, но посчитала, что такой сильный волшебник ощутит любое магическое усиление взгляда, и поэтому решила отвлечься на других прохожих.

Мира с удивлением обнаружила, что люди стали выглядеть чуть меньше. И дома оказались чуть дальше. И синей полосы раньше не было. И не рассматривая уже отдельные детали, а разглядывая порт в общем, она с удивлением обнаружила, что они уже отдалялись от города. Дома, низкие и серые, становились ещё меньше, а люди всё быстрее и быстрее превращались в маленькие фигурки. Она уже видела порт целиком. И лес, окружавший город по бокам. Это было удивительно завораживающее зрелище.

– Красиво, – Мира обратила внимание на то, что минуту назад было узкой синей полосой, а сейчас превратилось в широкую-широкую колышущуюся ленту. Или даже полотно.

– Лучше обернись и посмотри туда, куда мы плывём, – Мира знала от кружившего в небе Фина, что Рид закончил говорить с тем человеком и подошёл к ней, так что даже не дёрнулась от слов наёмника, – пошли, – он неожиданно выпрямился и направился в противоположную сторону корабля.

Мира оглядывалась на свисающие сетки-верёвки, решётку под ногами, какие-то столбы, где-то перемотанные верёвками… у одного из таких широких столбов, которых Мира насчитала всего три на корабле, они с Ридом и остановились. И Мира застыла на месте.

– Рид? – она шепнула. – Это что, всё вода? Почему она такая синяя? – Мира сглотнула, зачарованно разглядывая открывшийся простор.

– Вода отражает небо, отсюда такой цвет. На закате или восходе море будет золотым или красным – всегда по-разному, – наёмник усмехнулся, а Мира в этот момент так пожалела, что в её распоряжении был только чёрный карандаш, которым было просто невозможно захватить всю ту завораживающую красоту, которая сейчас окружала их корабль.

– Так много неба… много воздуха, – Мира обернулась и удивилась, – мы уже так сильно отплыли?

– Корабль быстро идёт, так что за борт не сигай – будешь догонять вплавь, – Мира улыбнулась в ответ и продолжила вглядываться в город, ставший совсем крошечным. Немного подумав, она решила наконец-то вернуть себе обоняние и потрясённо вдохнула полной грудью, – воздух здесь солёный, если ты об этом, – Рид, судя по всему, понял причину её удивлённого вдоха.

Они ещё какое-то время постояли у перил, потом Рид решил спуститься в каюту, и Мира последовала его примеру. Ну, и ей просто было неловко оставаться одной среди такого количества незнакомцев.

Мира решила побольше времени проводить в своей каюте в компании с книгами, ну и время от времени отрабатывая удары и стойки, насколько позволяло пространство в комнате. Наверх она поднималась только во время завтрака, обеда и ужина, старалась держаться поближе к Риду и не смотреть никому в глаза, вспомнив старый наказ наставника в городе наёмников, который наверняка подходил и к пиратам.

Первая книга из тех, что ей дала Мег, была не такой интересной в плане событий и хитростей, как это было с бродягой Хусейном, но отчего-то она всё равно цепляла. Мира искренне негодовала из-за поступков дракона, хотя и Рилай время от времени вела себя немного странно. И, что самое удивительное, все шли у неё на поводу, позволяя подобные выходки! Вспомнив замечание Мег о том, что в реальной жизни всё немного не так, Мира действительно стала больше уделять внимание пониманию близости между людьми, социальной дистанции между собеседниками разного возраста, статуса и положения. Выходило так, что Рид при первой их встрече повёл себя довольно воспитанно, по сравнению со многими браконьерами, которых она встречала раньше. Ну, за исключением сломанного носа и вспоротого плеча. И хотя рана в плече была куда серьёзнее, сломанный нос был более страшным ударом для неё, как девушки. Оказывается, «молодым девицам» положено ухаживать за своим лицом и просто бережно к нему относиться. Поэтому женщин стараются по лицу не бить – это своего рода правило хорошего тона. Хотя Мире показалось странным, почему пореза на щеке боятся больше удара в печень. Потом Мира вспомнила, что она так-то целитель, и только поэтому может похвастаться целым и здоровым лицом, в то время как у других людей синяки и уж тем более переломы заживают гораздо дольше. И на лице их никак не спрячешь.

Стук в дверь отличался от стука Рида. Мира решила ничего не говорить, а просто открыть дверь.

– Ой, – она растерянно выдохнула при виде серокожего здоровяка, – здравствуйте, – Мира торопливо поздоровалась, вспомнив о важности манер, спасибо книге.

– Ты целитель? – голос у незнакомца был низким и то ли гудел, то ли похрипывал, но звучал он грозно. И завораживающе. Мира кивнула, и здоровяк сделал шаг навстречу, видимо, желая пройти в комнату. Похоже, он пренебрегал некоторыми правилами поведения, согласно которым всегда нужно спрашивать разрешение на нечто подобное. Но Мира ничего не сказала, а лишь отступила в сторону, пропуская здоровяка и, как оказалось, ещё и эльфа. Эльф был без рубахи, с лицом таким же недовольным, как и у здоровяка, который плюхнулся на кровать, покосился на обложку книги и скривился ещё сильнее.

Теперь в глаза бросилась распухшая рука, которую тот придерживал. Без лишних слов Мира подошла к мужчине и осторожно приложила ладони к грубой, будто камень, коже. Здоровяк тихо рыкнул, но руку не одёрнул.

Мира была не уверена в том, что строение тела у мужчины было таким же, как и у любого другого человека, но в очередной раз решила довериться своей магии, благодаря которой в принципе научилась исцелению. Просто довериться чутью и огню, который золотым свечением просочился в чужую руку, изучая каждую жилку, каждое волокно, каждый сосуд.

Мира не смогла скрыть своего удивления, когда обнаружила раздробленные кости. Это была не самая приятная рана для неё как целителя. Поджав губы, она сосредоточилась на огне, который поглощал без остатка отколы, мешавшие срастить мышцы, восстанавливал кость и повреждённые сосуды. Удивительно, но помимо сосудов с кровью, были ещё какие-то, которых ни у себя, ни у других людей Мира не обнаруживала.

По сути, большую часть работы за неё выполнял сам огонь. Вернее, чужое тело, которое, напитываясь огромным количеством энергии, ускоряло своё восстановление. Об этом Мире однажды поведал Фин. Если нужно, огонь избавлялся и от лишней жидкости, как сейчас, например. Когда Мира убрала ладони от руки, та была уже совершенно здорова.

– Чем это вас так? – поинтересовалась Мира.

– Не суй нос, куда не надо – дольше проживёшь, – рыкнул мужчина, и Мира внутренне сжалась от чужой неприязни. Она очень не любила, когда к ней относились плохо. Она никак не могла объяснить, но едва ли не чувствовала негатив в свою сторону. Это не было чувством опасности от незнакомцев или ворчанием леса, скорее, Мира просто «принимала близко к сердцу», как говорила Рилай о себе. Так Мира могла несколько дней переживать из-за того, что на неё накричал торговец, когда она попыталась поднять цену, а потом бояться выходить на рынок. Только чувство уверенности, которое ей внушал Фин, помогало снова пойти торговать шкурами.

– Простите, если мой вопрос вас задел, – она поторопилась извиниться, раз уж вызвала столько раздражения, – просто у вас очень крепкие руки… и раз уж на корабле можно их так сильно повредить, я подумала, что мне не помешает знать чуточку больше о возможной опасности, чтобы и себя не покалечить, и других не подставить. В общем, просто знать, где быть более внимательной и аккуратной. Незнание обычно дорого обходится, – Мира поджала губы, надеясь, что подобное объяснение поможет смягчить чужой гнев. По сути, мужчина сказал ей не проявлять лишнее любопытство. Из сказок Мира знала, что слишком любопытных людей действительно не любят, но её интерес был вызван только желанием доставить окружающим как можно меньше хлопот.

Мужчина недоверчиво на неё взглянул и молча встал с кровати. Мира в очередной раз удивилась его крупности и крепости.

– Давай уже, иди. Расскажешь заодно, чем провинился, сопляк, – пробасил здоровяк, обращаясь к эльфу. Тот подошёл к Мире и повернулся спиной, отчего та втянула от напряжения воздух, – только полностью не залечивай. Останови кровь и немного подзатяни. Винсент проверит. Залечишь полностью – наказание повторят.

– Наказание? – Мира рассматривала кровавые полосы лопнувшей кожи, которыми была укрыта спина эльфа настолько густо, что приходилось скорее отыскивать неповреждённые лоскутки. – Будет немного больно, – она предупредила, на что в ответ раздалось фырканье. Явно невесёлое. Конечно, она могла и не касаться напрямую тела, но тогда бы был виден огонь, чего она совершенно не могла допустить. Эльф шикнул и напрягся, когда она коснулась свежих ран, но постепенно стал расслабляться. Мира наблюдала за стягивающейся кожей и чуть не упустила тот момент, когда нужно было остановиться.

– Так достаточно? – она убрала руки и повернулась к здоровяку. Тот кивнул.

– Пошли, длинноухий, – он отвесил эльфу подзатыльник и поволок его из комнаты. Мира вздохнула: даже «спасибо» не сказали. Что же, с другой стороны, хотя бы не нагрубили ещё раз. Мира закрыла дверь и поторопилась вернуться к книге, но быстро задремала.

Она снова видела всё глазами Фина. А вид сверху оказался ещё более захватывающим – теперь ей не мешали паруса, такелаж и мачты. Последние два слова Мира определённо не могла знать, но зато их вполне мог подслушать Фин. Мира ещё какое-то время полетала, но заметив на палубе Рида, решила подлететь поближе.

– Гляди-ка, опять прилетел. Интересно, чей он? – она с любопытством глянула на сидевшую невдалеке эльфийку.

– Наверное, кого-то из наших гостей. Слишком спокойно реагирует на окружение для дикой птицы. Значит, ручной, – отозвался уже парень-эльф, но Мире было куда интереснее наблюдать за Ридом, поэтому она отвлеклась от разговора незнакомцев. А наставник тем временем отрабатывал удары, но весьма интересным способом, растягивая какую-то явно упругую ленту, которая была привязана к мачте. Это явно отяжеляло проведение ударов.

– Ты чегой-то делаешь? – похоже, не одна она заинтересовалась происходящим. Подошедший бородатый коротышка с любопытством оглядывал ленту.

– А на что похоже? – Рид наконец-то остановился и заговорил ровнее. – Удары отрабатываю.

– Для спарринга никого не нашёл? Так я свободен, – он стал стягивать с себя жилет.

– Мне самому сподручнее, спасибо, – на что коротышка усмехнулся.

– Не боись, не вырублю сразу. Я ж понимаю, тренировка нужна. Мы ж не за бабу драться будем.

– Я и не боюсь, но так пользы будет больше, – Мира наконец-то обратила внимание на то, что Рид тренировался без рубахи, в одних штанах да обуви. Что же, он был куда более крепко слаженным, чем тот эльф. Она бы сказала, более рельефным. Но выглядело всё весьма гармонично. Даже несколько крупных шрамов нисколько не цепляли взгляд, а выгодно дополняли общий вид. У Кайсайя – дракона из романа – тоже было очень мускулистое тело, которое все женщины боготворили. Но подобное поведение Мира считала странным. Да, приятно глазу, но не более. К тому же, разглядывать кого-то без одежды всё же было не совсем правильно. Даже если это был мужчина. Молодым девицам не положено.

– Никогда не поверю, что подобное дрыганье может быть полезнее старого доброго спарринга, – было видно, что Риду не очень хотелось вообще вести этот диалог и отвечал он только из вежливости. Видимо, не хотел портить обстановку на корабле.

– Не хочешь – не верь, – он чуть пожал плечами и принялся развязывать ленту, чтобы перемотать мачту на другой высоте.

– Да ты просто боишься, – фыркнул мужичок.

– Я уже не в том возрасте, чтобы меня можно было так легко взять на «слабо», – наставник ответил с лёгкой улыбкой.

– Ла-а-а-адно, мастер-наёмник, – протянул бородач, – раз уж ты у нас хорошо обучен, покажи мне, чем твои тренировки полезнее спарринга, – и он стянул с себя рубаху, обнажая волохатую грудь.

– А деньги ставишь? – и в первый раз за разговор повернулся к мужичку.

– А как же, мастер-наёмник, – обращение тот произнёс с лёгкой издёвкой в голосе. Или насмешкой? – Десять серебряных.

– Чего так мало? Не веришь в себя, что ли? – наставник усмехнулся. – Давай поднимем до золотых, – от этих слов коротышка замялся, но затем бодро ответил:

– Давай!

И они встали друг напротив друга, приняв стойки.

– Ограничения есть? – поинтересовался Рид.

– Чему научился, тем и хвастайся, – мужичок оскалился и первым сделал выпад.

Что ж, Рид ушёл в привычную защиту, как он это делал обычно на тренировках, явно изучая своего оппонента. И вот после нескольких выпадов мужичок открылся, и Рид всем корпусом двинул в челюсть. Это было громко. И наверняка больно. Окажись она на месте этого коротышки, осталась бы со сломанной челюстью. Конечно, она могла бы себя укрепить магией, вот только для блокировки удара такой мощи пришлось бы очень сильно концентрироваться на челюсти, что было бы очень опасным. И тогда бы либо она упала, не удержавшись на ногах от головокружения или неукреплённых ног, либо пропустила бы новый удар. Так что заблокировать чувствительность в данном случае было бы проще: челюсть в поединке почти не работает – можно и потерпеть.

А мужичку хоть бы что. Встряхнул головой с бодрым «Бррр, хорошо!» и принялся пружинить, весь переполненный задором и азартом.

Но как коротыш ни пытался дотянуться до Рида, наставник всё время держал дистанцию. Он, конечно, не издевался, как это был в их поединке с мечом и кинжалами, но всё равно подобное поведение слегка раздражало оппонента.

Мужичок не успел пожаловаться на «трусость» Рида. Только он попытался сделать шаг для удара, как тут же схлопотал по ноге от наёмника. Удар был громким. Прямо носком ботинка. Уф. Должно быть неприятно.

Мужичок подкосился, но быстро поставил ногу ровно, выпрямившись.

И вот так каждый выпад мужичка встречался с мощным пинком. Коротышке это явно не нравилось, он начинал раздражаться. Когда он понял, что делать удар с шага бесполезно, он решил рвануть на наёмника.

Мира курлыкнула от представленных ощущений. Рид будто ждал этого рывка и заехал от всей души ногой прямо по колену, от чего бородач подкосился и подставился под удар кулаком в ухо. Но не упал. Немного постоял, явно приходя в себя. Уже не тряхнул головой, а чуть плавно повёл ею уже с рыком. После этого его движения стали куда осторожнее. Он перешёл в оборону. Риду пришлось наступать самому. Но он всё так же бил по голени мужичка, и в один из ударов тот попытался схватить так раздражавшую его ногу. Вот только он явно не был готов к тому, что Рид внезапно выбросит ногу вверх, впечатывая её коротышке в ухо. Того аж повело. Но прийти в себя ему не дали. Удар с разворота прилетел прямо в лицо, а потом наставник снова сократил дистанцию и, поднырнув под удар бородача, провёл удушающий захват на изгибе локтя. Рид явно мог провести этот захват и раньше, но вряд ли он был бы таким же успешным, если бы противник был более бодрым и собранным. А так мужичок посопротивлялся, но быстро сдался, похлопав по локтю Рида. Наставник тут же отпустил его.

– У-у-у, медведь, – одобрительно прокряхтел мужичок, поглаживая шею. – Чё ж это за тренировки такие? Ты ж не внутренник, а меня уделал.

– Ну так тут и опыт роль сыграл, – Рид пожал плечами, на что коротышка фыркнул, приглаживая чёрную бороду.

– Ну да, – он с насмешкой покосился на наставника.

– Вот тебе сколько лет? – похоже, они вдвоём решили посоревноваться в уровне снисходительности друг к другу.

– Седьмой десяток, поди уж, – он весь приосанился, – это если на человеческий.

– Вот, – кивнул Рид, – а я в два раза старше.

Мужичок аж крякнул.

– Гонишь, – выдавил он.

– Век хонихвейна* не пить, если вру, – и подмигнул. Бородач аж глазами захлопал. А потом заржал, сотрясаясь всем своим крепким телом. И вот этот вот дяденька, пропустив такое количество ударов в голову, ещё мог так заливисто хохотать? Мира, здраво рассудив, нарекла его монстром. Но потом одёрнула себя, когда поняла, что снова вешает ярлык на кого-то, не похожего на неё.

– Верю, верю, теперь не стыдно. Деньги вечером в каюту занесу, – он всё так же смеясь подобрал свои вещи и пошёл себе дальше. А Рид размотал ленту и принялся за растяжку.

Дальнейшая часть сна сопровождалась полётом над волнами и среди облаков. Летать Мира очень любила, так что радовалась подобным моментам и ощущениям, яркость которых сохранялась даже после пробуждения.

Осторожный стук в дверь выдернул Миру из сна.

– Войдите, – она резко села на кровати, но из-за такого пробуждения голова казалась ватной, а глаза ещё не разлиплись.

– Разбудил? – послышался мягкий приятный голос. – Извини. Я войду?

– Да, конечно, – Мира спрятала лицо в ладонях, помассировала немного пальцами веки и посмотрела на гостя. Им оказался тот эльф, спину которого ей пришлось залечивать. Он присел на один из стульев и посмотрел на неё с лёгким любопытством.

– Спасибо сказать хотел, я вот зачем зашёл, – он взъерошил свои короткие светлые волосы, видимо, от неловкости, – а то Туриз погнал, даже слова сказать не дал. Это он у нас громила без манер: не нагрубил – считай, комплимент сделал, – он усмехнулся и замялся. Видимо, он сам до конца не знал, что именно сейчас нужно говорить. По сути, он уже сказал «спасибо». Но тогда разговор выйдет коротким и не совсем правильным для полноценного визита. Нечто подобное было с Рилай. Так что Мира решила последовать её примеру и поддержать разговор.

– За что тебя так наказали? Можешь не отвечать, если тебя это задевает, – эльф фыркнул.

– Что ж я за пират тогда, если меня будет что-то задевать? Я этот камень говорящий терплю, – он кивнул в сторону двери, – так что успокойся на этот счёт. А огрёб за то, что трос не закрепил – лафет с пушкой во время качки поехал, а рядом Туриз дрых – вот руке и досталось, – парень фыркнул и поморщился, – в итоге и мне влетело, и Туризу.

– А ему-то за что? – Мира с любопытством склонила голову. Про пушку с лафетом стоило спросить у Рида.

– Как за что? Спал в неположенное время, – он ухмыльнулся, не скрывая злорадства. Видимо, тот здоровяк сильно его достал.

– А тебе можно сейчас здесь находиться?

– Можно, я уже закончил помогать с ужином, а там и вахта скоро сменится, – он довольно улыбнулся, потянулся, но затем шикнул, сморщившись. – Кстати, вы сами-то вдвоём откуда?

Мира растерялась от такого вопроса. За всё время их путешествий Рид не произнёс ни одного названия, кроме двух – Вериоса и Элиоса. Но это были леса.

– Странный вопрос, мы же сели в порту: логично, что мы оттуда, – Мира нашла в себе силы улыбнуться, вспомнив Хусейна, который вывернул ответ на неудобный вопрос подобным образом. И тут же вспомнила, что не стоит отдавать инициативу собеседнику в таком случае. Лучше самой продолжить разговор и увести тему, – так-то учителю нужно на какой-то остров, он не стал уточнять, на какой. Думаю, когда придёт время, я всё узнаю, – она чуть улыбнулась. Край сознания цапнул тот момент, что она сейчас находилась в одной комнате с парнем, что в той же «Возлюбленной» осуждалось. Но она, так-то, не Рилай и благородностью происхождения не могла похвастаться.

– Вот как, – эльф чуть улыбнулся в ответ, – кстати, – он пошарил в кармане и достал из него несколько серебряных монет, – это за то, что подлатала меня, – деньги с тихим стуком легли на стол.

– Не нужно, – Мира покачала головой, – мне совсем не сложно было помочь.

– Никогда не отказывайся от денег за свою работу. Это у меня и Туриза приказ оплатить твоё лечение, а другие могут и на шею сесть.

– Это не настолько меня утомляет, и те деньги, которые я не возьму – достаточно небольшая цена за спокойную дорогу и нормальное общение, – Мира улыбнулась, обняв колени и вспомнив слова Рида.

– Мило, конечно, но твой учитель уже наверняка обговорил оплату с нашим капитаном, так что тебе не надо работать за бесплатно, – он ненадолго замолчал, задумавшись. – Ужас, никогда не думал, что буду кого-то уговаривать взять деньги, – эльф весело фыркнул, – просто вдумайся: пират. Заставляет. Взять. Его, – он подчеркнул это слово особенно сильно, – деньги. Это могло бы стать морской легендой. И насчёт отношения к себе тоже не парься: ты гостья, к тому же лекарь. Даже Туриз к тебе хорошо относится. По нему, наверное, не скажешь, но он никогда ещё не был так с кем-то вежлив, – и он рассмеялся, причём так заразительно, что Мира тоже не сдержала тихого смеха, спрятав лицо в ладонях. Отчего-то ей было очень неловко от таких ярких эмоций при ком-то чужом. – Ладно, – он хлопнул ладонями по коленям, – я пошёл. Кстати, скоро ужин, подсаживайся рядом, познакомлю с остальными, – он ещё раз улыбнулся, встал и покинул комнату.

Мира со вздохом откинулась на подушку. Этот разговор наглядно продемонстрировал её неспособность нормально отвечать на вполне обычные вопросы. Нужно было узнать у Рида, что вообще отвечать в подобных случаях. Наверняка ведь не последний расспрос.

Рид уже давно не тренировался, по крайней мере, Фин его даже на палубе не видел. Мира решила выглянуть наружу. Камень соседней двери горел красным светом. Она аккуратно постучала.

– Войдите, – и Мира заглянула в каюту. Рид лежал на кровати и читал книгу, – как плывётся?

– Нормально. Я читаю, так что мне не скучно, – она прошла к стулу, – я присяду?

– Садись, – Рид отложил книгу и перевернулся на бок, подперев голову кулаком, – тебя Мег на чай звала, кстати.

– Правда? Когда? – благодаря роману она уже знала, что такое чай и что значило приглашение на него.

– Да сегодня передавала. Приходи к ней, когда захочешь, она будет тебе рада.

– Понятно, – Мира кивнула и вспомнила, зачем вообще сюда пришла, – Рид, тут такое дело… со мной знакомиться начали…

– У тебя получилось с этим справиться без обморока? – Рид улыбался.

– Да, – она улыбнулась в ответ. Между прочим, улыбаться в ответ Риду было гораздо проще и спокойнее, – спасибо за книги, кстати. Честно говоря, весьма полезная вещь – чтение. Много чего интересного оттуда узнала. У меня спрашивали, откуда мы и куда мы – я и выкрутилась, переведя всё в шутку и перехватив роль ведущего в разговоре.

– Молодец, – наёмник усмехнулся, – у тебя хорошая память? Если нужно – запиши, – он кивнул на стол, где лежала бумага и перо с чернилами. Она видела такое на иллюстрации, когда Рилай писала письмо своему прежнему возлюбленному. Вот только сама Мира перо даже в руках не держала.

– Можно я за альбомом сбегаю к себе? – наёмник кивнул, и Мира быстро метнулась в каюту за сумкой, тут же вернувшись обратно к Риду.

– Мы из Фиоруса, насчёт гильдии ни ты, ни я не распространяемся, по поводу цели отправки и прочих вопросов, скажи, что всё нужно уточнять у учителя, то есть меня. Или можешь назвать мастером, как тебе будет удобно.

– Ну, я примерно так и сказала. Только ещё добавила, что нам нужно на остров, только я не знаю какой.

– Всё нормально, – наставник кивнул, – ещё что-то хочешь спросить?

– Хочу, – она вспомнила свой сон, – а сколько тебе лет?

– Я думаю, ты и так в курсе, не зря ж Фин рядом крутился.

– А если точно? – она решила не отступать в своём любопытстве.

– Сто двадцать шесть, в одиннадцатом месяце будет сто двадцать семь.

– Ого… а это много для человека?

– Для сильных магов – нет, а так да. Обычно люди умирают в девяносто-сто лет от старости.

– Жаль, что я не помню, сколько мне лет, – Мира вздохнула с лёгким сожалением.

– Почему сразу жаль? Вдруг окажется, что ты старше меня? – она улыбнулась очередной подколке.

– А можно ещё вопрос? – Рид кивнул. – Ты сказал о… я помню, что во время нашего разговора ты говорил, что принадлежал гильдии. Какого это было? И почему ты ушёл оттуда?

– Да уж, вопросы у тебя, – наёмник сел, – что именно ты хочешь узнать о гильдии? Это более тридцати лет моей жизни: если я буду тебе всё рассказывать, то нам и всего плавания не хватит.

– А если в общих чертах? Ну, чтобы не на всю поездку растягивать, а так… ну, до ужина, например? – Рид усмехнулся её настойчивости. Наверное.

– У нас была одна из очень сильных гильдий. Называли «Собачьими» – мы сами себе имени не придумывали, так что в народе так и повелось. Отряды назывались в честь разных собачьих: шакалы, там, гиены, волки. И самые выдающиеся у нас получали своё «собачье» имя. Не скажу, что гильдию все прям уважали или боялись, но определённый вес среди других мы имели. С нами считались. Так что и заказы были, и деньги, а также регулярное пополнение, соответственно, и рост гильдии.

– Это как-то связано с щенками, о которых говорила Мег?

– Да, мы так называли молодняк, который проходил обучение, – Рид усмехнулся, и лицо его приняло отрешённо-задумчивый вид, – их натаскивали мастера – самые опытные из наёмников, которые предпочитали возиться с учениками, а не выполнять задания. Кто не мог учить или не хотел, тот шёл в штурмовики – элиту гильдии. Естественно, я говорю о тех, кто получал свои имена. Были и рядовые члены гильдии, их уже называли в зависимости от принадлежности к группе или отряду.

– С гильдией что-то случилось? Ты говорил, что сильных не любят и… стараются убрать. На вас напали? – Мира была уверена, что только что вся картинка сложилась воедино. То, как учитель рассуждал о её гильдии и предполагаемой судьбе, и то, как вспоминал свою гильдию сейчас – здесь было много общего. И та фраза о щенках и реакция Рида… Она не могла точно определить, что именно… но она точно это ощущала. Рид в эти моменты особо не демонстрировал эмоций, но что-то неуловимое сквозило во взгляде, что не давало Мире покоя.

– Да, от нас избавились. Подгадали, когда большая часть штурмовиков разойдётся по заданиям, сплотились несколькими гильдиями и напали. Они вырезали щенков и мастеров – весь наш костяк. Оставшиеся штурмовики, конечно, долго мстили и очень сильно попортили кровь тем гильдиям, но свой дом и семью уже не вернёшь.

– Ты был мастером?

– Я был штурмовиком. Но я пришёл в гильдию ещё в момент её становления, когда каждый пытался обучить небольшие группы новичков, как мог. Поэтому у меня есть два выпуска щенков. Это, конечно, не такие группы, как человек пятьдесят, а то и больше, но выучил я их на совесть. Большинство из них получили свои имена и были вместе со мной штурмовиками.

– А почему ты не захотел быть мастером? Ты же здорово учишь.

– Одно дело – один ученик или небольшая группа. И другое дело – целый выводок. Я бы их поубивал сам, – Мира тихо хохотнула.

– Так зато какая школа выживания, – но быстро взяла себя в руки, – прости, – она посчитала нужным извиниться за то, что посмеялась над достаточно мрачной темой.

– Знаешь, если бы я из выводка выпускал по три-четыре пса, мне бы оторвали голову, – Рид неожиданно посмеялся, – и не извиняйся, всё в порядке.

– А меня бы к вам в гильдию взяли? – Мира скинула сапоги и забралась на стул, прижав ноги к груди.

– Конечно, – он хмыкнул, – в какой-то степени ты и так проходишь обучение той гильдии.

– А я бы когда-нибудь смогла перерасти из «Белки» в кого-нибудь посерьёзнее? – наверное, это был глупый вопрос, но отчего-то настроение было хорошим. Как тогда, когда она баловалась с собственной тенью. Только тут Мира задавала несерьёзные вопросы, от которых ей становилось весело.

– Это мы узнаем, когда у тебя начнут зубки проклёвываться, – Мира улыбнулась.

– А твои щенки… как они сейчас? С ними всё хорошо?

– Не все, конечно, но больше половины живы. Мы и сейчас поддерживаем связь. Если хочешь, можешь Мег расспросить.

– А Мег здесь причём? Она тоже была щенком?

– Нет, просто услуги капитана корабля нужны не только мне, а Мег в этом вопросе очень хороша. Вот и сотрудничаем.

Раздавшийся длинный звон колокола стал сигналом к ужину. Правда, в первый день Мира переполошилась, посчитав, что это тревога, но, к счастью, мимо проходил Рид и рассказал ей о нюансах колокольного звона, так что к разным по длине перезвонам она быстро привыкла. В каюте она вообще слышала только те, которые созывали на приём пищи.

Уже на верхней палубе Мира ела похлёбку в компании эльфов. Лохар, тот эльф, оказался юнгой, как и некоторые другие эльфы и даже одна эльфийка. Но были среди них и маги, которые во всей этой и-е-рар-хи-и стояли выше многих членов команды. Мира почти не говорила, больше слушала разные истории о том, кто по какой причине подался в моряки. Узнала о том, что самыми главными, помимо Мег, здесь были некие Кловер и Винсент – старпом и квартермейстер. На вежливую просьбу объяснить значение этих должностей, ребята весьма оживлённо принялись объяснять обязанности каждого из них, параллельно описывая внешние приметы мужчин. С помощью Фина Мира поняла, что Кловера она увидела в числе первых: он спустился встретить Мег, когда они только подошли к кораблю. А Винсентом оказался одноглазый мужчина с бородкой, почти как у Рида, только тёмной и более густой, в то время как у Рида была просто щетина. Мира при помощи Фина отыскала квартермейстера, но быстро об этом пожалела – этому человеку было достаточно и одного глаза, чтобы взглядом прожечь насквозь. Или пригвоздить к перилам.

Имена той компании, в которой Мира сидела, быстро вылетели из головы, разве что Лохара и запомнила. Но людей на корабле было много, да и забот у всех полно – в общем, Мира посчитала это всё некритичным, она всегда сможет затеряться. В случае чего, Фин подскажет.

С ужином было быстро покончено, кто-то ушёл по делам, а кто-то остался на палубе. Они плыли уже третий день, и каждый вечер наверху собиралась небольшая компания бородачей и серокожих здоровяков.

– Что гномы, что орки никогда не отличались зачатками манер, – фыркнула одна из эльфиек. Кажется, Аки.

– А гномы – это те, которые серые? Или которые бородатые? – Мира осторожно поинтересовалась.

– Которые бородатые, едва достают до твоих плеч и постоянно лакают алкоголь. Увидишь всё это в одной коротышке, знай – это гном, – пояснил Лохар.

– Только учти, что пить на корабле нельзя, вернее, напиваться. Исключение – вот такие вечера, когда раздают немного вина. Так что если увидишь кого-то днём, втихаря прихлёбывающего из фляжки – смело шантажируй, что пойдёшь к Винсенту. С Удавом шутки плохи.

– Удавом? – Мира предположила, что это было прозвище. И было интересно, за что именно человек с убивающим взглядом получил его.

– Поговаривают, что серьёзно провинившихся матросов, бунтарей, изменщиков и ненужных пленных с вражеских кораблей Винсент вешает, – вклинился ещё один эльф, тёмненький. – Причём не сбрасывает тебя на верёвке вниз, из-за чего ты скорее умрёшь от перелома шеи, а ме-е-е-едленно поднимает тебя на удавке вверх. И вот ты так висишь, хрипишь, краснеешь, бледнеешь и синеешь, а потом твой трупик ещё денёк-другой-третий-десятый висит за бортом. У нашего квартермейстера своеобразное чувство стиля. Или прекрасного. Выбирай, какой вариант нравится больше.

– А запах как, не мешает? – Мира поёжилась одновременно от представленной жути и всплывших в воспоминаниях запахов в башне баньши.

– Так на бушприт вешал – попутный ветер всё и уносил. Да и там руны всё ещё остались, освежающие воздух, ну… там гальюн раньше был… ну… отхожее место, но сама понимаешь, не очень приятно на ветру, ещё и волна снести может, – паренёк явно замялся, запутавшись, остальные эльфы заухмылялись, девушки – смущённо хихикнули и отвернулись.

– Я поняла, спасибо за интересный рассказ про Удава, – она на всякий случай уточнила, за что именно благодарила, учитывая то, что закончился разговор на несколько неловкой ноте. – Я пойду к себе.

– Да, конечно, было здорово поболтать, Мира! Поднимайся к нам почаще, – ей уже улыбнулась Аки.

Уже у себя в каюте Мира застала Фина, который снова тихонько просочился в комнату. Ну не хотела она оставлять его снаружи и оставаться в комнатке одной.

Что ж, постепенно она стала знакомиться с командой. Хотя ей всё равно было немного неуютно. Но ей были рады. И отнеслись хорошо. Наверняка, конечно, тут сыграли роль её целительские таланты… но всё же. А может и Лохар успел о ней что-то рассказать? Кто знает. Но пока что Миру всё устраивало.

*Хонихвейн – аналог медовухи

0
56
23:30
как это былО в их поединке
Загрузка...
Илона Левина №1

Другие публикации