Кольцо предательства. Глава 9. Пятнадцать юнг на альбом Белки и армрестлинг как способ знакомства с командой

Автор:
Акина Судзуки
Кольцо предательства. Глава 9. Пятнадцать юнг на альбом Белки и армрестлинг как способ знакомства с командой
Аннотация:
Как хорошо, когда твой кругозор ограничивается лесом и пернатым другом. Но всё хорошее рано или поздно заканчивается, и ты узнаёшь, что живёшь в более сложном и опасном мире. И можно считать огромной удачей, что в этом мире у тебя есть опытный проводник. И пусть для него ты не более, чем забавная зверушка, к зверям он относится явно лучше, чем к людям.
Текст:

Выйдя из своей каюты и поднявшись на среднюю палубу, Мира с любопытством и даже умилением наблюдала трогательную картину: игравшего на гармошке гнома возле клетки с Бет. Саламандра старательно подвывала музыканту в тон и ритмично покачивала мордашкой, насколько это было возможно.

Время от времени Мира выбиралась из комнаты, чтобы посидеть с Бет, но подкармливать огнём она не могла, поскольку рядом постоянно кто-то находился. И вообще, Мира отметила, что на корабле при всех его размерах было несколько тесновато, так что она старалась побольше проводить время у себя в каюте с книгами или за разминкой. Но сейчас книги, которые дала Мег, оказались полностью прочитанными, так что у неё появился отличный повод «заскочить на чай».

– Вы к капитану, мисс? – высокий смуглый мужчина приятно улыбнулся. По аккуратным усам Мира вспомнила, что это вроде был старпом Кловер. Он был одним из немногих на корабле мужчин, кто не ходил с короткой стрижкой.

– Да, она говорила, что я могу зайти к ней в любое время, – на это Кловер мягко кивнул. Вот только Мира не торопилась поддаваться этой любезности и учтивости. Старпом – это правая рука капитана. Этот человек заменяет Мег в её отсутствие, а такой разношёрстный народ вряд ли будет слушать тихоню и рохлю. Да и эльфы отзывались о нём с уважением не меньшим, чем о квартермейстере.

– Может, есть какие-то пожелания, госпожа целитель? – она ощутила неловкость и смущение от подобного внимания. Мужчина был безумно обаятельным.

– Нет, всё хорошо, спасибо за беспокойство, – Мира помотала головой и прошла к двери. Постучалась, дождалась «Войдите» и прошла в каюту.

– О, Бельчонок! – Мег явно была рада видеть Миру. Она тут же метнулась к одной из тумбочек, принялась там копошиться: судя по звукам, открыла замок и достала что-то звонкое. Мира ощутила крошечный всплеск магии, и когда Мег отошла в сторону, увидела чайник, стоявший на подставке-горелке.

– Здравствуй, – Мира вспомнила о приветствии, тепло улыбнулась капитану и прошла к креслу, на которое кивнула Мег, – я прочла книги, которые ты мне дала – вот, пришла вернуть. Вроде бы они целые, так что их можно будет продать, – и с этими словами она полезла в сумку, достала книги и положила их на стол.

– Я же сказала, что это подарок… погоди, ты уже их прочла? – Мира кивнула. – Ого, быстро ты их проглотила, – Мег удивлённо приподняла брови, а затем фыркнула, – а вы друг друга стоите: что учитель в каюте с книгами закрылся, что ученица там же застряла. Ладно хоть Рид, он хотя бы на палубу для тренировок поднимается, тебя же вообще только во время еды можно увидеть, – она говорила с лёгким возмущением и обидой, – мне, знаешь ли, тоже поболтать хочется, – и плюхнулась в кресло напротив.

– Но ведь на корабле есть ещё девушки, – Мира склонила голову набок, – или общение с ними повредит твоей репутации?

– Что-то вроде того, – Мег чуть поморщилась, – между мной как капитаном и командой не то чтобы какая-то дистанция, но меня видят слишком серьёзной и суровой для девчачьих посиделок, – она вздохнула, – и лучше мне сохранить этот образ, а то сама понимаешь, команда у нас сильная и талантливая. Только благосклонность Костлявой помогла мне закрепить свой неприкосновенный статус.

– Неприкосновенный статус? Расскажешь подробнее? – Мира дала знать, что её это безумно заинтересовало, на что Мег улыбнулась в предвкушении.

– Видишь ли, у моей красавицы есть своя специфическая слава, – девушка откинулась на спинку кресла, – первоначально она звалась Фортуной, – капитан с улыбкой прикрыла глаза, а Мира догадалась, что с таким теплом и нежностью Мег говорила о своём корабле, – и не поспоришь ведь: команде корабля всегда крупно везло. Вот только капитаны менялись один за другим. Как будто плата за такую удачу. И тогда очередной капитан, Льюис Эрл, решил задобрить корабль, признать её силу и важность и дал новое имя – Костяная Фортуна. На этом задабривание не закончилось, и он велел выстругать гальюнную фигуру в виде скелета – он, кстати, до сих пор висит – корабль украсил костями, в общем, постарался на славу мужик. Но его это не спасло. Он хотел её просто задобрить, но по-настоящему не признал. Спустя несколько владельцев эта красавица попала ко мне, и тогда-то я поняла, что никакая она не «костяная». Она ж Костлявая, – Мег широко улыбнулась, – та самая, которая решает, чью жизнь оставить или забрать. Грозная вершительница судеб. Настоящая пиратка! А все видели в ней только удачу, – она фыркнула, – мужланы, что с них взять, – она рассмеялась. Видимо, последняя фраза была всё-таки шуткой. – Ну, и судя по тому, что мы вместе путешествуем уже третий десяток лет, я оказалась права. Или старушке нравятся мои глазки, – и она быстро захлопала ресницами, явно дурачась. Мира прыснула от смеха, Мег же не стала сдерживаться и рассмеялась в голос. Что-то звенькнуло, и девушка вскочила с кресла, торопливо подбежав к тумбочке. Вернулась она уже с подносом, на котором стоял чайничек, чашечки с блюдцами и пара вазочек с белыми и коричневыми кубиками. А дальше Мег стала возиться с крышечкой, чем-то рассыпчатым, кипятком и чашками. Мира знала, что чай как-то готовится, что его разливают по чашкам, но что это был за напиток… ни в первой, ни во второй книге, к сожалению, не было написано.

– Мег, а что вообще такое чай? – Мира вспомнила, что Мег знала о её проблеме, поэтому к ней можно было обратиться с такими специфичными вопросами.

– Чай? Это высушенная трава, которую потом заваривают в кипятке, – она подала чашечку с блюдцем, – попробуй без сахара сперва, если вдруг захочется сделать послаще, то бери вот эти беленькие кубики и осторожно кидай в чашку. Или бери конфеты, – она кивнула на вазочку с тёмно-коричневыми кубиками, – они шоколадные, если не пробовала раньше, то обязательно попробуй! С чаем осторожно, кипяток, – она настолько оживилась и торопилась подсказать каждый нюанс, что Мира немного растерялась от неловкости. Впрочем, у Мег так горели глаза… стало ясно, что ей безумно хотелось устроить нечто подобное, но не было никакой возможности.

Мира с улыбкой кивнула, но горячего она никогда не боялась, поэтому спокойно попробовала чай на вкус.

– Ого, я так не могу, – Мег сперва удивилась, но потом улыбнулась, – мне ждать приходится… слушай, – она поджала губы и отвела взгляд. Послышалось нервное постукивание ногтей по чашке.

– Мне подождать, пока твой чай остынет? Я с радостью, – и Мира поставила чашку на место. Выражение лица Мег едва ли не светилось от признательности.

Мег расспрашивала о знакомстве Миры с командой, о её встрече с Ридом, о приключениях с баньши и разделке драконьей туши. О Бет и Каине Мег уже знала, а вот про Фина она расспрашивала с особым интересом.

Чай Мире понравился. И конфеты тоже. Нет, не так: конфеты особенно ей понравились. А ещё Мег похвасталась своей магией, раздробив кусочек сахара на кучку маленьких кубиков. Как оказалось, она владела «материальной» магией, которая могла на некоторое время видоизменять предметы и передвигать их усилием мысли. Только в бою ею пользоваться неудобно, вернее, у Мег не хватает магического резерва для масштабных преобразований. Зато подсечки усилием воли делает отменно. Да и бочкой в голову зарядить надёжнее.

– Знаешь, я ещё ни с кем так много не говорила, – Мира смущённо опустила взгляд на почти опустевшую чашку, – обычно я не люблю много болтать, мне жутко неловко становится, а тут…

– Я рада, что тебе понравилось, – Мег мило сложила пальцы в замок и положила на них подбородок, – мне самой не хватало такой болтовни, так что заглядывай почаще. И за книги спасибо, только… только можно, я веер себе оставлю?

– Конечно! – Мира вся вскинулась. – Это же мой подарок тебе! Это вообще мой первый подарок! – и Мег снова пискнула от умиления.

– Спасибо, Бельчонок! И раз уж книги вернулись ко мне, я тебе что-нибудь другое обязательно подарю. Только надо подумать.

– Совсем не обязательно, – Мира улыбнулась, – мне и так очень приятно твоё внимание.

– Ну уж нет, – протянула Мег, – ты же мне подарок сделала? Сделала. Тебе от этого приятно? Приятно. Вот и я хочу тебе сделать подарок. Или ты не хочешь, чтобы мне тоже было приятно? – Мире оставалось только вздохнуть. И ведь Мег была права.

– Тогда я буду с нетерпением ждать твоего подарка, – к счастью, ей удалось подобрать нужные слова.

Мег широко улыбнулась, и Мира решила вернуться к себе в каюту. Там она просидела в компании приключений Хусейна и поднялась наверх только на обед. Фин предупредил, что её искал Лохар, поэтому Мира поторопилась вернуться к себе в каюту прямо с миской супа. К счастью, опыт скитаний в лесу, полном хищников, позволил ей тихо и незаметно затеряться в толпе. Не то чтобы она боялась эльфа, но она уже получила порцию общения с Мег и хотела немного отдохнуть от разговоров. А вот вечером она уже со всеми поболтает.

На ужин Мира пришла в числе последних – колокол прозвенел во время чтения, и Мира просто не могла бросить на самом интересном месте очередную попытку казнить Хусейна. Только когда вместо Хусейна в озере утопили мэра города, Мира со спокойной душой поднялась наверх.

– О! Вот ты где! – Лохар её всё-таки отыскал. – Подсаживайся к нам!

Солёный воздух смешался с пряным ароматом похлёбки и приятно щекотал ноздри. Лёгкий ветер трепал волосы. Шум волн смешивался с голосами матросов.

– Где ты всё время прячешься? – Аки хитро прищурилась.

– У себя, – Мира смущённо улыбнулась, испытывая неловкость за то, что ей приходилось оправдываться, – я читаю, вот и не выхожу наверх. По правде говоря, – Мира сама вдруг задумалась, почему она не хотела подниматься на палубу. Дело было не только в нежелании общаться с кем-то или просто быть на виду у незнакомцев. Она ведь вполне могла спрятаться где-нибудь и любоваться морем. Вот только она не могла любоваться им долго, – мне не очень хорошо наверху. Я не знаю, почему, но почему-то я чувствую…

– Будто земли не хватает под ногами? – эльфийка с огненно-рыжими волосами подхватила её мысль и помогла выразить её правильными словами. Это звучало очень близко её внутренним ощущениям.

– Вроде того, – Мира посмотрела в яркие синие глаза, про себя отмечая их красоту, – тут красиво, но так… пусто, что ли? Так много неба, воды, – она нахмурилась, перебирая свои ощущения, – но при этом ты окружён холодом и пустотой. Нет никакой опоры под ногами, устойчивости, тепла…

– Это нормально, – Аки улыбнулась, а Мира вспомнила имя той рыженькой, которую звали Лира, – у меня есть кое-какие подозрения. Можно взять твою ладонь? Я не причиню тебе вреда, даю слово, – Мира кивнула и протянула руку эльфийке. Ладонь Аки была тёплой, а во время их касания, та залилась мягким белым светом. Чужая магия мягко коснулась её собственной.

Сердце ухнуло в пятки, и Мира испуганно выдернула ладонь, прижав её к груди.

– В чём дело? – эльфы тут же забеспокоились, особенно Аки.

– Прости, я просто, – Мира сглотнула и опустила глаза. Ужасно не хотелось врать, но она не могла сказать, что испугалась возможного раскрытия своего магического дара. Впрочем, один хитрый бродяга почти никогда не врал, а говорил только часть правды, – просто я с подобным столкнулась впервые, извини, я не ожидала. Немного испугалась.

– Всё в порядке, – Лира тут же мягко улыбнулась, а Аки с облегчением выдохнула. Накалившаяся обстановка быстро разрядилась, – Аки просто хотела проверить, насколько ярко в тебе проявилась кровь эльфов. Судя по вспышке – весьма и весьма. Так что не удивительно, что ты чувствуешь себя здесь, как не в своей тарелке.

– Да и так же видно, чего вы? – вклинился Лохар. – У людей не такие шёлковые волосы и радужка глаз не такая яркая. Так что в тебе много чего эльфийского. А мы, эльфы, очень привязаны к лесу и земле – это наша территория, на которой мы чувствуем себя комфортнее всего. Вот тебе и плохо на корабле, – он важно поднял палец.

– Ой-ой-ой, вы поглядите, – фыркнул тёмненький эльф, – кто тут соловьём разливается. Гляди-ка, – он обратился к Мире, – к тебе тут подкатывают.

– Пф, – тряхнул чёлкой Лохар, – Макс, будь так добр, чувствуй разницу: не подкатываю, а оказываю знаки внимания, – и подмигнул Мире. Внутри снова ёкнуло, но уже не от страха, а от растерянности. Знаки внимания? Ей? Прямо как в книге? Нет, там знаки внимания оказывались чуточку иначе. Совсем иначе.

– Лохар, хватит пугать девушку, – Лира шикнула на парня, и тот весело рассмеялся, мило взъерошив свои волосы.

– Кстати, Мира, – Макс попытался отвесить подзатыльник Лохару, но тот ловко увернулся и шлёпнул по затылку в ответ. Вполне успешно, – ауч, вёрткий, гад, – он шикнул, потирая голову, – ну и грим с тобой. Так вот, Мира, ты чем-то увлекаешься, кроме книг? – все остальные тут же поддержали этот вопрос. Вместо Миры ответил курлыкнувший Фин, «уронивший» альбом с работами прямо ей в руки.

– О, так это твой пернатый друг? – улыбнулась третья эльфийка, самая тихая, но именно она чаще всего находила сокола и пыталась его подкормить. – Как его зовут?

– Фин, – Мира улыбнулась, видя по-детски искреннее восхищение в глазах девушки. Фин со вздохом позволил немного себя погладить, но быстро улетел наверх. Но даже этого эльфийке было достаточно, чтобы засиять от счастья.

– О, это твой альбом? – Лохар тем временем спихнул свою уже пустую миску Максу и чуть подвинул Лиру, чтобы рассмотреть вещь в руках Миры. – Покажешь, что рисуешь?

– Можете посмотреть, – она решила не показывать из своих рук, а отдать эльфу, чтобы они сами скучковались друг возле друга. Ей и так было неловко от такого количества внимания к себе.

Аки тут же перехватила альбом, опередив Лохара, на что тот цокнул от досады, закатив глаза. Но быстро отвлёкся на рисунки.

– Эй, не смотрите там без меня! – убегая, крикнул Макс, которого все уже нагрузили мисками – Аки и у Миры посуду забрала, отдав эльфу. Видимо, побежал на кухню.

– А что тебе нравится рисовать? – поинтересовалась Аки, наверняка решив скоротать ожидание за очередным разговором.

– Да вы же и так всё увидите, – Мира вздохнула, немного подустав от вопросов.

– Ну, мы же Макса ждём, – она обиженно надула губы и посмотрела безумно жалобным взглядом. Мира не удержала лёгкого смешка, сравнив её просящее личико с моськой Бет.

– Эгей, ушастики, чего это вы тут скучковались? И без нас? – к ним подошли несколько гномов. Их бороды были намного короче, чем у того же коротышки, который дрался с Ридом. Да и лица были мягче. Видимо, были моложе. У одного даже не борода была, а так, бородка.

– Верно, мы тоже с целителем хотим поболтать! У меня, вон, уже который день спину ломит! – и они зычно рассмеялись.

– А можно я спрячусь? – тихо пискнула Мира, начиная нервничать от такого количества людей.

– Всё! Я тут! – крикнул Макс, расталкивая гномов. – Давайте смотреть!

– А чёй-то вы тут смотрите? – прищурился один из гномов. В итоге стало ещё теснее. Мира нервно сглотнула.

– А ну ша, разошлись, дайте лекарю хоть вдохнуть, – пробасил самый старший из них, – совсем, что ли, слепые? Это мы привыкли в одной подсобке в обнимку ныкаться от вахты, а наша гостья из Фиоруса, приличного города! Ну-ка! Раздвинулись, – он схватил двух гномов прямо за бороды и развёл в разные стороны.

– Ну и ну, гном что-то мыслит в личном пространстве, – засмеялся Лохар. Девчонки прыснули от смеха.

– Ну да, ну да, как дядя Берц всех разогнал – так мы острим, а как самому до этого додуматься, так голова в жопе! – и он откровенно заржал. Все вокруг поддержали его дружным хохотом. Эльфы, как ни странно, тоже смеялись, причём вполне искренно. Мира этому немного удивилась, вспомнив, какую нелестную характеристику гномам дали ребята в один из первых разговоров. Но сейчас они спокойно передавали друг другу альбом, комментировали, шутили… и никакой неприязни между ними не было. Совсем. Максимум, дружеские подколки. Рид и Мег ведь тоже друг друга подкалывали.

– Слушай, а чего это у тебя всё чёрно-белое? – Берц задумчиво поглаживал бороду. – Стиль такой? Или карандашей других нет?

– Ого, кто-то знает слово «стиль»? – не удержался Макс, за что тут же получил подзатыльник от другого гнома.

– У меня, между прочим, семья ювелиров, – Берц важно поднял палец, – и тебе ли не знать, что меня бы не выпустили из дома, если бы я не освоил ремесло. Вот и получается, что растили батька с мамкой ювелира, а вырос оболтус, который якшается с длинноухими, – и они снова заржали, – так что, лекарь? Карандашей нет?

– Нет, – Мира смущённо улыбнулась, – раньше я не считала это проблемой, но после того как увидела море… – она вздохнула, – чёрно-белый рисунок вряд ли сможет передать всю его красоту.

– Значит так! – Берц сделал шаг назад и гаркнул, вытянувшись и сложив руки за спиной. – Слушать сюда, тунеядцы, разгильдяи и просто уважаемые пираты! На повестке дня наш фронт работ заключается в поиске, обнаружении и принесении нашему многоуважаемому лекарю, – он расхаживал по палубе широкими чеканными шагами, напоминая солдат в зелёных рубахах, которые отчитывали солдат в голубых, – всего, что способно оставлять на бумаге цвет, отличный от чёрного! И белого! Я понятно выражаюсь? Кто принесёт какую-нибудь фигню, надеру длинные уши! – гном не выдержал и снова рассмеялся, потеряв всю напыщенную суровость. – А если серьёзно, пошарьте у себя, может, где что завалялось у кого? Нам не надо, а талантливый человек красоту сделает!

Мира совсем смутилась от таких приятных слов, но на душе было безумно тепло. Да и к толпе она привыкла.

Чужое покашливание убило все разговоры и веселье. Воцарилась тишина, которую прерывал только шум волн и приглушённые разговоры на другой части корабля.

– Я так полагаю, вы решили всей своей дружной компанией показать необразованность и наглость нашей команды? Или у вас получается вести себя прилично и дружно в компании нашей гостьи? – Мира съёжилась от взгляда одного-единственного глаза и негромкого голоса, который говорил крайне неторопливо, но от которого кровь стыла в жилах. – Мисс, они вам не докучают своим присутствием?

– Нет-нет, – она едва не запнулась на первой же букве, – всё хорошо, – и отвела взгляд.

– Это замечательно, – он продолжил всё так же спокойно, –но если кто-то позволит себе лишнее или хоть как-то вас обидит, смело обращайтесь ко мне, я найду на них управу.

– Спасибо, сэр, – она поторопилась поблагодарить. Возможно, дело было в рассказах ребят, а может – в суровом взгляде…

– Что там у тебя, – он вдруг обратился к Максу, который поторопился спрятать за спиной альбом. Эльфу не оставалось ничего, кроме как послушаться и протянуть вещь.

– Это мисс целительницы, – поспешил объясниться эльф. Однако квартермейстер не торопился брать альбом. Вместо этого он чуть повернул голову в сторону Миры и обратился к ней:

– Позволите взглянуть, мисс? – Мира нервно сглотнула и коротко кивнула. – Благодарю, – Мира только слышала неторопливый шелест страниц. Совсем как тогда с Ридом. Только в этот раз она переживала куда сильнее. – Так вот из-за чего Берц так кривлял меня и орал, чтобы тащили всё «отличное от чёрного. И белого», – Мира украдкой подняла взгляд, и увидела лёгкую ухмылку на губах квартермейстера. Он даже паузу скопировал в точности. У бедного Берца забегали глаза, и он затаил дыхание. – Очень красивые рисунки, мисс, – в груди полыхнуло от смущения. Раздались шаги, и Мира увидела протянутый альбом. – Берц, – прозвучало гораздо резче, чем он до этого обращался, – метнись-ка в мою каюту, там набор письменных принадлежностей: выбери оттуда карандаши, надеюсь, отличишь их от всего остального, и бегом тащи сюда. У тебя тридцать секунд. Пятнадцать уже прошло.

– Слушаюсь! – и Берц побежал на удивление быстро для своего телосложения.

– Вот в чём я с ним согласен, так это в том, что вам они будут нужнее, приятного вечера, – Мира снова подняла взгляд, почувствовав, что иначе поведёт себя невежливо. Квартермейстер чуть поклонился головой.

– Спасибо большое, сэр! – она поблагодарила уже куда смелее. Всё-таки бояться человека, который сделал подобный щедрый жест, с её стороны было бы некрасивым. Тот улыбнулся краешком губ и покинул их уютную компанию. Все тут же расслабленно выдохнули.

– Кажется, нам сегодня влетит, – Аки закусила губу.

– За что? – Мира встревоженно оглянулась.

– Ну, видишь ли, – Лохар почесал затылок, – тут даже орк заметит, как ты чуть ли не тряслась от страха. Сразу понятно – нас наслушалась. Это для нас он – страшный злой офицер, а ты-то гостья, тебе бояться нечего. Но мы, честно говоря, как-то не подумали об этом, когда описывали его, – он нервно улыбнулся, – вот нам сегодня и будут объяснять, насколько мы были неправы.

Тут раздался топот, и показался нервный, весь взъерошенный Берц.

– Я успел?

Снова раздался хохот.

– Эй, полегче, старина, ты так карандаши сломаешь, – сквозь смех заметил самый младший из гномов. Берц неожиданно приосанился.

– Ша, шпана, теперь я тут самый старший, – и он резко стих, – он же ушёл, да? – едва ли не прошептал с испуганным взглядом, но потом засмеялся.

У Миры уже першило горло от того, сколько она уже смеялась за этот вечер. Да и щёки побаливали.

– Белка! – послышался голос Рида, и Мира дёрнулась.

– Белка? – гномы с любопытством взглянули на неё.

– Белка? – оживилась тихоня-эльфийка.

– Иду, – Мира крикнула, со вздохом поднявшись с места под тихие смешки, которые пытались в себе задавить окружающие.

– Скачу, – послышался от кого-то тихий шёпот. Дальше сдерживать смешки уже никто не смог. Мира ещё раз вздохнула и побежала в сторону другой большой группы. Там уже все были более матёрыми и взрослыми. Это было заметно просто внешне.

– Добрый вечер, – она на всякий случай поздоровалась. Среди них она заметила и квартермейстера.

– Тут у нас с джентльменами, – Рид ухмыльнулся, – возник небольшой спор. Мистер Грэбб сомневается в том, что ты можешь за себя постоять, и утверждает, что ему жаль меня, раз мне приходится с тобой нянчиться.

Мира растерянно моргнула, снова ощутив себя не в своей тарелке. На неё снова глазели.

– Тогда же я заявил в твою защиту, – тем временем продолжал наставник, не скрывая предвкушения и азарта, – что ты настолько способна за себя постоять, что ни один из многоуважаемых джентльменов не сможет выиграть у тебя в армрестлинге.

– А это что? – тихо-тихо произнесла Мира, понимая, что опять куда-то влипла.

– Борьба на руках. Джентльмены, – он говорил это с особой издёвкой и нескрываемым удовольствием, от которого скривились несколько орков и гномов, – продемонстрируйте.

– Смотри сюда, – начал было один из здоровяков, но осёкся под жёстким взглядом квартермейстера, – кхм, мисс, – и он поставил локоть на стол. Севший напротив гном повторил этот жест. Они скрепили руки в своеобразном рукопожатии и, после того как им перевязали руки ремнём, резко напряглись. Судя по всему, каждый пытался склонить руку оппонента на свою сторону. Победил орк.

– Я поняла, сэр, спасибо за демонстрацию, – она вежливо кивнула, надеясь, что всё это как можно скорее закончится.

– Тогда садись, кхм, садитесь сюда, – он кивнул на то место, где сидел гном, уже успевший встать из-за стола. Мира послушно присела на стул. Орк снова поставил локоть, Мира повторила этот жест, но даже не смогла дотянуться до чужой ладони, на что орк с кривой ухмылкой отодвинул свой локоть чуть назад, тем самым опуская руку. На фоне огромной лапищи её собственная ладошка просто терялась.

– Осторожнее, не сломай, – прыснул кто-то из орков. Мира стиснула зубы.

– Да, Белка, постарайся быть осторожнее, – кивнул Рид, и гномы заржали во весь голос. Мира ощутила прилив уверенности от своеобразной поддержки учителя, за что была безумно ему благодарна.

Подошедший бородач – тот самый, с которым несколько дней назад дрался Рид, – поставил их с орком руки по центру, проверил, как стояли локти, и перемотал их ладони ремнём. Затем накрыл их руки своими. Мира ощутила прикосновения шершавых мозолей. Гном начал считать вслух.

– Раз, – Мира медленно выдохнула, ощущая нахлынувшее спокойствие, – два, – магия заструилась по телу, наполняя его силой, – три! – гном отскочил вместе с грохотом поваленной руки. И хотя Мира боялась, что не до конца поняла суть этой борьбы, тело сделало нужный рывок само.

– Всё? – она оглянулась на Рида, который смотрел на неё с явным одобрением.

– Ещё желающие, господа? – хмыкнул наёмник, сложив руки на груди. Похоже, происходящее его знатно повеселило. А вот орки, до этого подшучивавшие, как-то поутихли. Ненадолго, правда. Тут же каждый захотел потягаться в силе. Мира с мысленным стоном обречённо наблюдала за образовывавшейся очередью желающих.

Уже после второй победы возбуждённых от азарта орков растолкал какой-то гном с забавной бородой, заплетённой в несколько косичек. Он тоже был одноглазым, как и квартермейстер.

– А ну-ка, ребятки, подвиньтесь. Дайте-ка я попробую, а то у вас дело как-то не идёт, – он присел напротив Миры и взглянул на неё медовым глазом. Мира вспомнила, что вытворял один из гномов в бою с Ридом, и напряглась. – миледи, – он обаятельно улыбнулся, – со мной можете не сдерживаться.

Мира сделала глубокий вдох. Гномы заметно оживились. А судя по веселью Фина, младшие тоже незаметно подтянулись, желая поддержать Миру.

Их руки перевязали.

Один.

Мира снова прогнала по телу магию.

Два.

Она задержала дыхание.

Три.

Рывок.

Рука гнома чуть пошатнулась, но всё ещё стояла прямо. Одно радовало: по чужому лицу было видно всё предельное напряжение оппонента. Но рука упорно не хотела опускаться. Мира скрипнула зубами и сосредоточилась на собственном теле. Тепло разливалось изнутри, а рука гнома медленно, но верно опускалась. Гном зарычал.

Рука замерла.

Перестав опускаться, гном вдруг начал теснить руку Миры.

По телу разогнался жар.

Мира ощутила какой-то щелчок, и рука гнома шумно рухнула на стол. Мужичок крякнул.

– Ого, – он прокряхтел, прижимая к себе руку после того, как ремень отвязали, – не думал, что кто-то мне порвёт сухожилие, – он едва поморщился через улыбку и обернулся к оркам, – и вот куда вы лезли? Девчонка, небось, всё переживала, как бы вас не переломать, – он посмеялся.

– Сэр, давайте я подлечу, – Мира взволнованно пролепетала, на что гном отмахнулся здоровой рукой.

– После, после, вдруг, кто-то ещё сейчас захочет побороться. Хотя, – он оскалился, – я почему-то сомневаюсь.

– А я бы всё-таки хотел попробовать, – послышался спокойный голос квартермейстера, и Мира ощутила, как кровь отхлынула от лица. Мужчина сел на стул, который ему тут же уступил гном, неторопливо расстегнул пуговицу на манжете, закатал рукав и поставил локоть на стол.

Мира вздрогнула от прикосновения шершавой ладони. Он даже её руку сжал вежливо и осторожно.

– Ого, серьёзно настроен, – выдал кто-то из зрителей, и Мира увидела, как рука квартермейстера стала наливаться металлом в прямом смысле этого слова. От плеча и до кончиков пальцев. И вот уже её пальцы холодила сталь.

К ним подошёл Рид и перевязал их ладони.

– Чё, нервничаешь? – гном, который прежде перевязывал руки, ухмыльнулся Риду.

– Ещё бы, вот начнёт она сейчас Винсу руку отрывать – кто её остановит? Ты, что ли? – гном понятливо кашлянул и кивнул, сделав на всякий случай пару шагов подальше от стола.

Снова отсчёт.

Мира разглядывала стол, стальной локоть. Думала о дыхании. Магия струилась по телу мерным потоком.

На «три» тело снова рвануло. Но металлическая рука даже не шелохнулась. Ничего, с подобным она уже сталкивалась. Она размеренно дышала, не прекращая давления.

Мира украдкой посмотрела на мужчину, но тут же опустила глаза. Всё внутри сжалось от этого спокойного взгляда. Она не могла понять, чем именно жутким от него веяло, но этот человек будто вскрывал её, пытаясь добраться до самого сокровенного. Будто вытаскивал весь её страх наружу и медленно душил, наблюдая за её отчаянной борьбой.

Мира стала ощущать, как неотвратимо её рука стала опускаться вниз. Она скрипнула челюстью и выдохнула сквозь стиснутые зубы. Тело снова обдало жаром. Рука остановилась, но начала дрожать.

– Белка, – послышался убийственно спокойный голос Рида, – я на тебя деньги поставил. Проиграешь – долг увеличу. Двадцать золотых. За каждого.

– Извините! – Мира от ужаса едва сдержала вспышку огня и с чудовищной силой рванула руку обратно.

– А стол кто чинить будет?! – после небольшой паузы послышался чей-то выкрик.

– Ничего себе у неё резерв, – спокойно отметил квартермейстер, обращаясь к Риду и растирая руку, на которой остались тонкие следы от пальцев.

– Она при мне тысячелетнюю каменную сосну одним ударом повалила, так что я даже не сомневался, – Рид довольно улыбнулся.

– Жестоко с твоей стороны, – чуть улыбнулся в ответ квартермейстер.

– Зато теперь никто не скажет, что она обуза в пути, – пожал плечами Рид, – по-моему, достаточно наглядное разъяснение.

Мира тем временем вспомнила о гноме и достаточно резво подлатала его руку, стараясь отвлечься от чужого разговора и обломков стола под ногами.

– Я поражён вашими возможностями, мисс. Было приятно с вами состязаться, – Мира ощутила, как щёки обдало жаром.

– Мне тоже, сэр, – она выдохнула, не поднимая глаз, но уже не от страха, а от смущения.

– Так, народ, а спарринговаться с ней на деньги кто-нибудь хочет? – бодро объявил Рид, с хлопком потирая руки.

– Да иди ты… – обиженно выкрикнул орк, и все дружно засмеялись. Даже квартермейстер позволил себе лёгкую улыбку – Мира бросила на него украдкой взгляд, но быстро перевела его на Рида. Тот собрал свои вещи, с которыми он тренировался, и направился в каюту. Похоже, его опять прервали во время тренировки. Мира побежала его догонять.

– Рид! – она тихо его окликнула, когда они спустили вниз.

– Что такое? Пойдём в каюту, – он открыл дверь в свою комнату, пропуская Миру вперёд. Она тут же присела на стул.

– А что случилось с его рукой? Как он сделал её железной?

– Он метаморф, – Рид с усмешкой подкинул в руке мешочек с выигранными деньгами, – это такой вид магии. К ней должна быть предрасположенность. Эта школа позволяет видоизменять своё тело, делать его из камня, железа; менять части тела на звериные или вообще превращаться в кого-либо. Правда, на время. Ну что, впечатления свои сейчас расскажешь или тебе обязательно надо прибежать ко мне из своей спальни? – Мира смущённо потупила взгляд, вспомнив башню баньши. Да уж, вот так врываться в спальню, особенно к противоположному полу… Рилай бы предпочла повеситься, чем переживать подобный стыд. Но она не Рилай и вешаться не собиралась.

– Нет, я так, сразу расскажу, – она замялась и вдруг поняла, что даже не знает, что и сказать, – зачем ты меня в это втянул? Я же так нервничала! – она вспыхнула возмущением.

– Зато теперь тебя уважают, и никто не нагрубит, да и с пренебрежением не будет относиться. Многие действительно считали, что ты очень проблемная спутница. Это офицеры, вроде Винса или Кловера относятся к тебе с уважением как к гостье, заботясь об имидже команды. Абордажники и канониры обделены таким уровнем манер, им демонстрация силы нужна. Учитывая твой альтруизм и миролюбие, ты бы просто растерялась, если бы на тебя наехали ни за что. Так что, считай, я оказал тебе услугу.

– И взял за неё мою долю из выигрыша? – Мира вопросительно подняла брови, со вздохом принимая позицию наставника.

– Твою долю? – он усмехнулся, делая вид, будто не понимает, о чём она говорит. – Ладно уж, – он достал из мешочка аккуратную стопку монет и поставил её на стол, – держи свою долю.

Мира довольно улыбнулась, сгребая деньги и пряча их к себе в кошелёк.

– А почему мешочек такой небольшой? Разве он не должен быть объёмнее? Там было много людей, ещё и по двадцать монет с каждого… – задумчиво протянула Мира, когда поняла, что что-то не сходится.

– Это я тебя просто простимулировал, – хмыкнул Рид, – у пиратов нету такого большого количества денег, потому что двадцать золотых – это реально большая сумма. У них с каждой добычи мало того, что деньги делятся на такую толпу, так ещё и крупные суммы уходят на обслуживание корабля. Это наёмники, по крайней мере, серьёзные, могут затребовать компенсацию затраченных на задание средств: это я говорю про зелья, одноразовые артефакты, иногда услуги рунологов и прочие расходники.

– И наёмнику верят? В смысле, как они могут проверить потраченные расходники, чтобы их оплатить? Что мне, например, мешает сказать, что тварь, на которую я охотилась, слишком вёрткая, и для её поимки понадобилось несколько артефактов? Или что делать, если обстоятельства сложились ну совсем неудачно, и я действительно потратила много средств? Кто мне поверит?

– Обычно заказчики, которые соглашаются на подобные условия что-то да смыслят как в экипировке наёмников, так и в том, сколько требуется расходников, – Мира недоверчиво нахмурилась, – они разбираются в этом не без помощи консультантов.

– А консультант не нагородит чепухи с целью экономии средств хозяина? Тот ему охотно поверит, если он вдруг скажет, что монстр гораздо слабее, чем его описал наёмник.

– В таком случае, хозяин откажется от одного наёмника, от другого, третьего и возникнет вопрос: почему все наёмники говорят одну цену, а консультант – другую?

– Пф, – Мира фыркнула, – всегда найдётся слишком неуверенный в себе наёмник, который согласится выполнить заказ дешевле. Или не способный торговаться. Я ведь продавала шкуры опасных хищников по дешёвке, – она невесело усмехнулась, – да и к тому же, а что делать, если я выполнила заказ, потратила снаряжение, а мне отказываются его выплачивать из-за этого баклана? Я имею право начистить ему его наглую рожу?

– Ну, смотри: во-первых, неуверенные в себе и не умеющие торговаться наёмники не становятся столь уважаемыми, чтобы им оплачивали расходники, – Мира поджала губы, – такие обычно бегают только за вознаграждением без компенсации. Но там и задания намного проще и дешевле. Во-вторых, если же произойдёт подобная ситуация, то ты можешь об этом заявить в гильдии наёмников, и тогда с данным человеком не будут вести дел. Опять же, при условии того, что ты докажешь свою правоту. Это, кстати, и ответ на то, что тебе делать, если ты потратила слишком много расходников. Когда возникают вопросы по поводу твоих растрат, ты делаешь подробный отчёт: что, куда, зачем, по какой причине ты потратил, и тогда твой заказчик решает, оплачивать тебе или нет. Потому что, например, ситуация «Меня ударили, когда я пыталась выпить зелье, я его уронила и разлила, поэтому пришлось пить второе» не будет оплачиваться. С другой же стороны, когда я сообщил, что не было информации о том, какими стихиями обладала баньши, и я нанёс общий комплекс защитных зелий – мне их возместили. При этом тот комплект, который я наносил на тебя, мне не возместили, потому что в договоре значилось, что я буду работать один. Но я и не просил, на самом деле.

– Это что выходит… я ещё тебе должна? – Мира прищурилась, ощущая, как портится её настроение.

– А хочешь? – наёмник ухмыльнулся.

– Нет! – она замотала головой, резко выпрямив спину.

– Тогда не должна. Вообще, я бы тебе сразу сообщил о росте долга, но это не твои расходы, ты не соглашалась на выполнение этого задания, и я мог тебя оставить, вот я и взял эти зелья на себя. А по поводу костюма на остров, я так посчитал, что ты не согласишься остаться на корабле, пока я, Мэг, Винс и ещё некоторые ходим по острову, – он замолчал, давая Мире возможность подумать, и она через несколько секунд согласно кивнула, – так что путешествие со мной в данной ситуации в том числе и в твоих интересах. Однако то, что ты пойдёшь с нами, выгодно и мне, вот я и поделил сумму пополам. Не чувствуешь себя обиженной?

– Неа, – Мира мотнула головой, улыбнувшись. Ещё бы: и за зелья долг не увеличили, и за костюм только половину платить.

– Ну, и подводя итог о вере наёмникам: у нас не принято обманывать своих заказчиков. Это не только порицается «коллегами», но и оставляет огромное пятно на репутации и лишает большого количества заказов. Так что обычно те, кто обманывает, долго не держатся. Ещё вопросы?

– Кто тот человек, с которым ты на корабле поздоровался? Он ещё курил и сказал «Охайя», – Миру даже немного позабавило так скакать от одной темы к другой.

– Это Мэд, корабельный маг, ещё познакомитесь за плавание. Возможно, – Рид хмыкнул, – он не очень общительный.

– Понятно, – Мира снова кивнула, прекрасно понимая незнакомого Мэда: люди на корабле были очень шумными и от общения с ними был просто необходим отдых, – а куда мы, кстати, плывём? Что за остров? Что нам там нужно? Это какой-то страшный остров, раз мне понадобился такой дорогой костюм?

– Это один из трёх островов Едкого архипелага. Я собираюсь сделать один заказ и уже давно собираю нужные для этого вещи – последние находятся на острове. Нам придётся поохотиться на одну из местных тварей. Неизвестно, почему, но на этих островах ядовито буквально всё: вода, деревья, цветы, про зверей я вообще молчу. Исследователи всё ещё пытаются выяснить, в чём причина, на данный момент самая рабочая теория заключается в том, что ещё до войны химерологи заселили не то какое-то ядовитое животное, не то растение, которое очень хорошо там прижилось… В итоге вся местная флора и фауна тоже обзавелась ядом и иммунитетом к нему. В итоге не понятно, кого они там сейчас могут отравить, когда все поголовно невосприимчивы к отраве, но они всё ещё ядовиты, – он чуть усмехнулся. – Туда ездят учёные, зельевары и кузнецы на сбор ингредиентов или изучение местных растений и животных. Так что мы не первые и не последние, кто туда плывёт.

– Ясно… а что у тебя за заказ, если не секрет?

– Да нет, не секрет: я хочу заказать кольцо, которое позволит мне создавать усилием мысли метательные ножи, состоящие из чистой магии тени. У них очень много способов применения, особенно при условии того, что смогу мысленно задавать им любую форму и вес. В определённых пределах, конечно. Штука ужасно дорогая, но я считаю, что она себя окупит.

– А чем тебя не устраивает твоя… кстати, а у тебя что за магия? Ты ни разу при мне её не демонстрировал!

– Потому что у меня её нет, – и Рид вроде бы небрежно пожал плечами, но бросил заинтересованный взгляд на Миру.

А потом до неё дошёл смысл услышанных слов.

– …как так? – она коротко выдохнула, не понимая и не принимая услышанное. – Погоди, ты серьёзно? Не шутишь? Не издеваешься? – чтобы пережить любое сражение, нужно либо иметь поразительную реакцию, либо жуткую стойкость. Или силу, достаточную для того, чтобы с одного удара обезвредить опасность. Как же это можно иметь без магии? – Рид, я же серьёзно спрашиваю.

– Ладно, если не веришь, смотри, – и он полез в сумку, доставав из неё какой-то красный кристалл. – Этой штукой обычно определяют магический резерв при приёме на обучение у магов или мастеров кузнечного ремесла… в общем, на все специальности, где требуется запас магии, не ниже определённого уровня. Вот возьми его в руку, – он протянул ей камень, и Мира взяла его очень осторожно. Рид приложил к камню какую-то маленькую пластинку.

– Ай! – Мира выронила кристалл от жуткой боли в глазах. Необычайно яркая вспышка осветила комнату, но тут же потухла, едва Мира оторвала руку от камня. Пришлось прогонять через глаза магию, чтобы вернуть себе зрение. – Ух, – она помассировала веки и посмотрела на наставника, – тебе не нужна помощь с глазами? Погоди… – она осеклась, видя, что наставник в полном порядке, – ты знал?

– Скажем так, я предполагал, – наставник улыбнулся и поднял с пола кристалл. Мире оставалось только устало вздохнуть, понимая, что над ней снова поиздевались. – А это мой результат, – тем временем наёмник снова приложил пластинку к камню… и ничего. Совсем ничего. Мира вообще не ощутила никакого магического всплеска, хотя изо всех сил напрягла своё чутьё.

– Почему так? – она встревоженно взглянула на наставника, ощущая непонятную смесь из волнения, переживания, страха и сочувствия. Сколько раз Мира себя латала после встреч с разными хищниками? И животными, и растениями. Сколько раз ползла к реке после стычек с браконьерами, чтобы смыть с себя кровь? А через что тогда должен был пройти Рид, чтобы приобрести столько сил и опыта? При этом на нём не так уж и много шрамов, да и руки-ноги на месте. Человеку без магии выжить в настолько опасном мире… да это почти нереально. А уж будучи наёмником, так тем более… Рид неоднократно подчёркивал свою опытность…

– Иногда случается так, что человек может родиться «пустым». То есть совершенно без магического очага. Это происходит достаточно редко. Обычно почти каждый человек имеет магию, всё упирается лишь в объём того самого очага: у некоторых он очень мал, и они способны только на бытовые чары. А для выполнения более сложных заклинаний им необходимы катализаторы – своего рода усилители магии: посохи, жезлы, шары, разные артефакты и всё в таком роде. В случае со мной даже усиливать нечего. Поэтому мне недоступны даже простейшие бытовые чары. Проще говоря, мне даже кофе приходиться делать вручную, – он усмехнулся и спрятал кристалл обратно в сумку.

– А это нормально, что эта штука так сильно вспыхнула у меня в руках? – Мира решила на всякий случай поинтересоваться, вспомнив событие с эльфийкой. Не зря ли она тогда так испугалась?

– При условии того, какой запас магии ты демонстрировала ранее: я и про сосну, и про Берна, которому ты руку порвала, и про Винса, которому ты её умудрилась помять… тут нет ничего удивительного. Тебе повезло родиться с таким большим запасом.

– Нет, я имела в виду, что можно ли мне демонстрировать другим свой объём? Не слишком это выбивается из… нормальности?

– Нет, кому-то везёт больше, кому-то – меньше. Обычно люди с объёмом, вроде твоего, идут в Башню Круга, там есть все условия для дальнейшего развития магии. Не скажу, что очень много людей – именно людей – обладает таким большим запасом, это больше по части эльфов, но мы уже неоднократно убеждались, что в тебе их кровь достаточно сильна. Так что я не скажу, что это огромная редкость.

– Вот как… слушай! Помнишь того мага Круга? От него воздух подрагивал! Как думаешь, у него бы кристалл вообще лопнул?

– Магия внутри твоего тела дремлет до тех пор, пока ты не применяешь заклинание, так что воздух не может от неё вибрировать. Скорее всего, у него были могущественные артефакты. Маги Круга очень часто за такими охотятся, так что ничего удивительного.

Мира не стала ничего отвечать, снова задумавшись о Риде. Ведь если ей с таким резервом приходилось тяжко, то как же он вообще умудрился столько лет прожить?

– Кстати, лучше не распространяйся о моей магической неодарённости, – Рид хмыкнул, и Мира тут же понятливо закивала.

– Но как же ты вообще дотянул до такого возраста и смог себе сделать имя? Как ты смог стать частью элиты сильной гильдии? Ты ведь не сразу обладал большим количеством артефактов, я права?

– Во-первых, самое главное – это ум и сообразительность, – Рид уже давно сидел на кровати. Что ж, наконец-то стало понятно, почему же он так одобрил её внутренние качества, – я не лез туда, где мне делать нечего. Я старался учиться на чужих ошибках, запоминая истории, чужое поведение, случаи, счастливые и не очень, делал на их основе выводы. Во-вторых, снаряжение. Конечно, я не сразу обзавёлся тем, что у меня есть сейчас, но я и не сразу мог убить дракона. При том под снаряжением я имею в виду не только доспехи, оружие и расходники, но и разные мутации и ритуалы. Я думаю, ты обратила внимание, что я намного тяжелее, чем должен быть при своей комплекции, – Мира кивнула, чувствуя, что потихоньку всё становится на свои места, – это определённый комплекс письмён, нанесённых прямо на рёбра. Также ты наверняка заметила, что я и сильнее, чем даже маг, хоть и не внутренник, – Мира ещё раз кивнула, активнее прежнего, – это уже заслуга изменённых при помощи магических ритуалов мышц. Есть ещё огромный список того, что было изменено в моём теле, но всё расписывать не вижу смысла. И в-третьих, грамотное управление деньгами и ценностями, – вот тут Мира немного поникла, понимая, что это в её случае самая проблемная область, – при том я сейчас говорю не только о снаряжении, которым я активно пользуюсь, но и о тех козырях, о которых я говорил в самом начале нашего знакомства. Вспомни убийство баньши: я не планировал заранее расходовать тот артефакт, но ситуация сложилась так, что он оказался самым подходящим. При этом у меня было ещё несколько способов убить ту тварь на основе арсенала, который у меня был.

– Подожди… а как ты держишь всё в голове? В смысле, у тебя же вместо сумки – склад с кучей вещей. Я не видела, чтобы ты вёл какие-то записи по расходам, чтобы не забыть их пополнить после задания. Да и когда мы шли по рынку, ты ведь никуда не лез, ничего не проверял…

– А это одна из моих особенностей. Так сказать, компенсация за отсутствие магии, – наёмник ухмыльнулся, – у меня идеальная память, так что у меня нет необходимости вести записи. По большей части, именно ей я и обязан всем тем, чего я добился. Я очень сильно сомневаюсь, что без такой памяти я сделал бы себе имя.

– Вау, – Мира только восторженно выдохнула. И теперь ей стало чуточку спокойнее: не силой, так умом и памятью. Прямо как Хусейн, – знаешь, я очень рада, что тебя встретила, – и Мира осеклась: не расценит ли Рид её фразу как радость как то, что она считает его живым щитом? – в смысле, твои умения, твой опыт, то, что ты в непростых для себя условиях так много добился… меня это восхищает. Ну, мне так кажется. Наверное, это чувство можно назвать восхищением, – она замялась и опустила взгляд, ощущая жуткую неловкость от того, что сама наговорила.

– Неплохо, у меня появляются поклонники, – она удивлённо взглянула на наставника, – за десять серебряных могу оставить автограф.

– Что? Что это? И зачем оно? – она растерянно захлопала глазами. Кажется, то, что она прежде сказала, прозвучало жутко нелепо, раз уж он посмеялся над ней.

– У известных людей есть те, кто ими восхищается. Их называют «поклонниками», от слова «поклоняться». И есть практика, когда объект их восхищения оставляет свою подпись: просто пишет своё имя на чём-нибудь. Часто поклонники за такое платят, чтобы получить что-то памятное от своего кумира.

– Да ну тебя, – Мира насупилась, ощутив не просто смущение, а стыд, – при чём тут кланяться, поклоняться или что там? – она нервно тряхнула чёлкой.

– Это банальная шутка, чтобы разрядить обстановку, а то ты сильно начала напрягаться, – Рид уже разулся и лежал на кровати, подперев ладонью голову. Мира в ответ на фразу сделала глубокий вдох и задержала дыхание, чтобы хоть немного успокоиться от ещё большей неловкости. С другой стороны, Рид и так уже заметил, что она нервничала, и постарался помочь ей расслабиться. Наверное, будь она на месте Рида, то немного бы запереживала, если бы от её попытки успокоить собеседника, тот заволновался бы ещё сильнее. С другой стороны, Рид – не она. И вряд ли будет беспокоиться на этот счёт.

– Я начала напрягаться уже после твоей шутки… или это было до неё? Неважно, – Мира замотала головой, пытаясь выбросить прочь ненужные мысли. – Я, наверное, пойду, – мысли прогнать не получилось, поэтому она решила просто сбежать, покинув общество Рида, который всё ещё её смущал.

– Хорошо, доброй ночи, – а наставника, похоже, всё это только веселило. Ну и ладно. Пусть веселится.

– Доброй ночи, – она кивнула, встав с места, и поторопилась выйти из каюты.

Нет, всё-таки после этих книг она стала чаще испытывать неловкость, теряясь в догадках на тему отношения к себе. Вот то, что Рид над ней подшучивает – что это значит? Это дружеская подколка? Или это своеобразные знаки внимания…?

От последней мысли Мира ударила себя по щеке. Это было ужасно глупо. Мира, правда, не могла сама себе объяснить, почему именно, но даже думать об этом не хотелось. Зато можно подумать о Лохаре. Он точно ей оказывал знаки внимания. И что дальше? А что должна она сделать в ответ? По идее, тоже отвечать чем-то подобным? Интересоваться им? Но чем именно? Он в первые дни плавания уже почти всё о себе рассказал и без её вопросов.

– Я так точно не усну, – как-то внутри было очень тяжело и запутанно, так что Мира решила подняться наверх и подышать ночным воздухом. Может, хоть морской ветер прочистит ей голову?

И всё-таки… вот Аки взяла её за руку – это было «нормальное» прикосновение, которое ничего не подразумевало. Хотя иногда некоторые люди как бы не нарочно касаются под любым предлогом. А ещё она очень близко сидела рядом… хотя там все друг к другу были близко. Даже Берц об этом сказал, что они к этому привыкшие.

Она точно нравилась Лохару. Он постоянно её искал, говорил с ней, подбадривал её. А ещё он очень за неё болел, когда она играла в тот армрестлинг – Фин показал те события.

А вот не читала бы она тех книг – не ломала бы сейчас голову догадками и всякими непонятками.

Да уж, незнание дорого, конечно, обходится, но иногда некоторых вещей лучше не знать. С другой стороны, ей бы всё равно рано или поздно пришлось вливаться в общество. Не всю же жизнь по лесам слоняться? Она ведь сама стала чаще наведываться в города, помогать кому-то, даже не особо сопротивлялась, когда её уволокли обедать в таверну в знак благодарности. В ту самую, где она и познакомилась с Ридом. Так что нет, эти проблемы были бы неизбежны в любом случае. И, пожалуй, она ещё легко отделывается, имея рядом сразу нескольких опытных наставников, которые не хотят ей навредить.

Мира облокотилась на перила и задумчиво вгляделась в чёрные воды. Небо было затянуто тёмной поволокой, но месяц светил ярко, выглядывая ярким пятном и подсвечивая кромки серо-болотных и рыжеватых облаков.

Мира поймала себя на мысли, что хотела бы зарисовать то, что видела. Сказано – сделано. Спасибо Фину, который быстро слетал за альбомом и карандашом. Сейчас было достаточно одного цвета, вернее, его оттенков, чтобы передать ночное небо. Да и неудобно сидеть на периллах, свесив ноги за борт, и при этом держать кучку карандашей: их же класть некуда и отдать некому – Фин где-то летал над водой и соревновался с Каином в ловле рыбы.

Шуршать карандашом по бумаге было приятно. Выхватывать каждый завиток в облаках, чёрные пятна.

Плеск воды и приглушённое мурлыканье привлекли внимание Миры, и она решила приглядеться к волнам.

Мира отчётливо видела яркие радужные брызги, которые поднимали милые и странные рыбы. Одна такая проплывала возле самого борта и радостно… издавала весёлые звуки? Просто Мира не могла описать их точно. Это было какое-то тонкое пискливое урчание? Журчание? Чем-то напоминало курлыканье Фина, но не совсем. Во всяком случае, одна из таких рыб разглядывала Миру. Мира разглядывала рыбу в ответ. Может, она такая же сообразительная, как Бет или Фин с Каином? Мира решила улыбнуться и приветливо махнула ей рукой. Рыба отозвалась громким журчанием.

И струёй воды прямо в лицо.

Ну, эта струя могла бы попасть в лицо, как успела прикинуть в голове Мира. К счастью, её реакция была довольно-таки неплохой, чтобы прижать альбом к груди и откинуться на периллах назад, как бы продолжая сидеть на них, но при этом зависнув корпусом над полом. Пресс от такого жутко должен напрягаться, но Мира так иногда баловалась на деревьях, так что это для неё было вполне привычным делом.

Но никакого плеска воды не последовало. А ведь струя должна была пролететь над головой и встретиться с палубой корабля. Должен был быть «плесь».

– Не стоит дразнить акселей, – послышалось сверху. Нет, это всё ещё был не «плесь», – они вообще-то плюются кипятком.

Мира перестала жмуриться, но продолжила висеть над палубой. На помосте, над каютой Мег, кто-то сидел. Но Мира видела только огонёк горевшей сигареты. Она решила не всматриваться в чужое лицо – и так уже догадалась и по самой сигарете, и по голосу, что перед ней, вернее над ней, был тот самый маг по имени Мэд.

– Я и не дразнила, – она ответила, когда выпрямилась и уселась на периллах ровно, – я думала, они привыкли к людям. Многие животные, с которыми я сталкивалась, понимали, что я им не угрожаю, и поэтому не нападали. Если только они не хотели мной пообедать. Или я ими.

– Они живут в океане, людей видят в лучшем случае один раз за всю жизнь. Так что для них ты – что-то непонятное и, вероятнее всего, опасное. По крайней мере, лучше отогнать тебя, чем знакомиться поближе. Поэтому обычно мы не ходим возле бортов, когда мимо проплывает косяк акселей.

– Я об этом не знала, спасибо, – Мира пожала плечами и закрыла альбом.

– Всегда пожалуйста, – отозвался волшебник, – это одна из настолько привычных вещей, что, наверное, никто не додумался тебя предупредить.

– Мне тоже стоило проявить любопытство и поинтересоваться, чего стоит опасаться на корабле. Хотя, – она вспомнила исцеление Туриза и вопрос, оставшийся без нормального ответа, – впрочем, не важно.

– Да не стоит себя в этом винить: вряд ли ты каждый день плаваешь – вот и не подумала, – послышался глубокий вдох, а затем хриплый кашель, который заставил Миру дёрнуться.

– Вам нужна помощь? – она осторожно поинтересовалась, опасаясь того, что может навязаться.

– Можешь обращаться на «ты». Не стоит себя утруждать – я постоянно болею, – огонёк загорелся ярче, но затем стал тусклее. Поплыли клубы дыма. И Мира ощутила горький едкий запах, от которого пришлось чуть приглушить обоняние.

Мира развернулась и устроилась на периллах, уложив на них ноги, и с интересом посмотрела туда, где сидел её собеседник.

– Это что-то, что требует постоянного вмешательства? В смысле, за один раз не вылечить? – учитывая то, что она целитель, и даже собрать руку для неё – дело нескольких минут, её всё равно решили «не утруждать»… это могло оказаться чем-то таким… а непонятно, чем именно.

– Почти. У меня просто слабое здоровье, и даже если ты меня вылечишь, я через пару дней заболею точно так же. Так что всё, что остаётся – принимать витамины, чтобы болезнь не усугублялась. Так хотя бы всё ограничивается одним лишь насморком и всем ему сопутствующим, – Мира задумчиво вытянула руку с альбомом в сторону воды, и пролетевший мимо Фин его забрал, чтобы унести в каюту.

– Остальная команда почти не болеет. По крайней мере, я никого не видела, чтобы кто-то кашлял. Так откуда может взяться эта болезнь, если её сейчас вылечить?

– От ветра, от сырости, от влажного воздуха, от сквозняка. Просто для большинства других людей это не опасно, их здоровье справляется, а у меня оно с самого детства очень слабое, – Мира нахмурилась, слушая чужой рассказ, – так что то, что другим, как дракону – стрела, меня заставляет болеть.

– Неужели эту проблему нельзя решить артефактами? Для обогрева, для правильной влажности воздуха? Это слишком дорого? Или это конфликтует с вашей магией?

– Дорого. Да и артефакты со временем разряжаются, и нужно покупать новые. Я всё хочу накопить на ритуал, что сделает моё здоровье крепче, – послышался очередной вдох, и огонёк снова загорелся ярче. Выдох, – но мы пока что столько не награбили.

– Мы же вроде ещё долго будем плыть, – она склонила голову на бок, – мне совсем не сложно время от времени вас лечить.

– Тут вот какая штука: вот привыкну я сейчас дышать нормально, потом вы с Ридом сойдёте по своим делам, а мне снова привыкать постоянно болеть, – Мира нахмурилась.

– А сколько стоит ритуал? – она прикинула в уме, сколько у неё денег лежало в кошельке.

– С несколько сотен золотых, но это ещё и найти надо тех, кто его проведёт, – Мира закусила губу, но затем решительно посмотрела на мужчину. Вернее, туда, где он сидел.

– Сэр, я могу к вам подняться?

– Да поднимайся, и можно не так официально.

– Не так как? – Мира немного растерялась.

– Не на «вы» и без «сэр».

– Простите… прости, – она тяжело вздохнула, вспомнив опыт с Ридом, – я постараюсь привыкнуть, честно.

Она встала на перилла и одним прыжком оказалась на помосте, где сидел Мэд. Она присела и не далеко, но и не близко к мужчине. Теперь она могла разглядеть его худощавое лицо с резкими чертами. Его брови были немного приподняты, но затем лицо вновь приобрело спокойное выражение. Мужчина снова сделал глубокий вдох, втягивая в себя дым. Выдохнул он, уже отвернувшись в другую сторону.

Кажется, момент был немного упущен для того, что Мира хотела сделать. Впрочем…

– Вот, – она положила мешочек с деньгами на перилла, – не считайте это за оскорбление, я просто хочу помочь. Мне страшно представить, какого это, постоянно ходить в таком состоянии. Я просто не прощу, если позволю себе равнодушно пройти мимо и даже не попытаюсь сделать хоть что-то. Я наёмник, тем более, что сейчас рядом со мной опытный наставник, который берёт дорогие задания… в общем, я смогу хорошо заработать в дальнейшем. Да и сейчас мне всё равно некуда девать деньги, – Мира, конечно, вспомнила о долге, но здраво рассудила, что двадцать золотых при сумме в сто пятьдесят особую роль не сыграют.

– Ого, лекарь-наёмник… интересное сочетание, – он снова вдохнул, – но принять деньги я в любом случае не могу. Потому что мне нечего предложить взамен. А принимать как подарок я не могу ввиду того, что мы даже не знакомы. Так что я в любом случае останусь должен. А я этого не хочу.

– Разве это не благодаря вам та струя пролетела мимо? Мне-то всё равно на кипяток, а вот мои рисунки могли пострадать. Мой альбом – это часть моей жизни, и я очень им дорожу. Можете считать это моей искренней благодарностью.

– Звучит интересно, конечно, но это явно не стоит тех денег. Если ты споткнёшься, и кто-то тебя подхватит, ты же не будешь отдавать ему все свои деньги просто потому что ты не уронила из-за него альбом в лужу.

– Возможно. Хотя я и не исключаю, что взамен попыталась бы чем-то помочь этому человеку. Этот альбом для меня на самом деле важен.

– Тогда если тебе придётся меня лечить, то сделай это в следующий раз бесплатно. Я считаю это более чем достаточной платой, – Мира весело фыркнула в ответ.

– Почему все пытаются мне впихнуть деньги за лечение? – она вспомнила, как Лохар на днях передал ей деньги от Туриза.

– Потому что обычно эта услуга очень дорого стоит. Это ты достаточно сердобольна, чтобы отказываться от денег, но для других оплатить своё здоровье – это правило хорошего тона. Труд целителей очень уважают, даже если для самого целителя это не очень сложно, – Мира нахмурилась, поняв, что не рассматривала вопрос с этой стороны. Ей ведь тоже было неловко, когда люди, которым она помогала, бесплатно её угощали, давали ночлег или вещи, хотя она ничего из этого не просила. – Это как я, например, получаю надбавку за то, что боевой корабельный маг. Даже если мы не участвуем в сражениях. Случись что, от меня будет зависеть большое количество жизней – вот из уважения к моей специальности я и получаю повышенную зарплату.

– По правде говоря, всё равно сложно брать деньги с тех, кому нужна помощь.

– Воспринимай это просто как благодарность.

– Ну, вот разве что так. Раньше я рассматривала ситуацию как «я беру деньги за то, что помогаю», а не «мне платят, чтобы отблагодарить». А что умеют корабельные маги? – она решила перевести разговор на другую тему.

– Магия корабельников немного отличается от других видов магии. Мы создаём не заклинания сразу, а печать, в которую заложено заклинание, и оно срабатывает уже из неё, – он вытянул руку в её сторону и провёл пальцами по воздуху, оставляя за собой круги узоров, вроде тех, которые рисовал Рид. Круг в круге, и центральный был полностью залит чернотой. Круг подлетел ближе к Мире, и она ощутила дуновение ветра в свою сторону.

– Вау, – она чуть отвернула голову, прищурившись от потоков воздуха. Было даже немного щекотно. Через несколько секунд ветерок стих, из-за растворившейся в воздухе печати.

– При этом корабельники инициируются в стихию, с которой у них наибольшее сродство. Это даёт определённые особенности. Например, моя стихия – это тьма.

Мира прикусила язык, не позволяя себе задать вопрос «что значит инициироваться?» и «что такое сродство?».

– А можно ещё вопрос?

– Валяй.

– Рид сказал мне, что вы… в смысле, ты весьма необщителен. Чего мне лучше избегать, чтобы причинять как можно меньше неудобств во время общения с вами… то есть тобой.

– Шума и галдежа. Я так-то люблю поговорить, но от большого скопления людей и, соответственно, шума у меня начинает болеть голова. Поэтому больше предпочитаю общаться либо с кем-то вдвоём, либо в небольшой компании, – он вдруг убрал сигарету.

– Буду иметь в виду, – Мира проводила взглядом выброшенную сигарету прямо в печать, – тогда спасибо за разговор? – она скорее спросила, уточняя, окончен ли он.

– Всегда пожалуйста. А ты уже уходишь? – Мира удивлённо захлопала глазами.

– Да нет… в смысле, я подумала, что раз ты выбросил… я подумала, что это было что-то вроде жеста… агрх, – она тихо выдохнула с лёгким рыком от досады и смущения. Слишком много неловкости за один вечер, она уже устала стесняться.

– Нет, я просто докурил сигарету, – это было что-то среднее между усмешкой и насмешкой и как будто туда примешали лёгкую снисходительность, – в ней закончился табак и дальше её мусолить смысла нет. А так моя вахта на патруле ещё два часа длится.

– То есть я могу ещё тут посидеть?

– Конечно, – и Мира с облегчением выдохнула.

– Тогда могу я спросить про особенности твоей стихии? И немного про корабельных магов: что именно входит в твои обязанности во время боя?

Мэд ничего не сказал. Вместо этого он полез в карман и достал оттуда мячик, умещающийся в ладонь, и швырнул его вперёд. Возле Миры появилась печать, из которой мячик вылетел, пролетел прямо перед лицом и влетел в другую печать, оказавшись уже в новом месте. И так он перелетал из одного узора в другой, постепенно замедляясь, пока не залетел в одну из печатей и больше не появился.

– Особенности моей магии позволяют создавать порталы и пространственные карманы, – перед Мэдом появилась печать, в которую он засунул руку и вынул её уже вместе с шариком. – А ещё я могу создавать лучи разрушительной энергии, но этого я тебе показывать не буду. Ну, и, соответственно, стандартный набор с различными щитами, сгустками магии и прочими фокусами. А занимаются корабельники защитой собственного судна от обстрела пушек и заклинаний вражеских корабельников, и попытками потопить чужой корабль. Это если мы говорим о боевых магах. Есть ещё и навигаторы, которые обеспечивают движение корабля. Это водники и воздушники. Они не работают с печатями, но при этом очень сильно ударяются в конкретную стихию. Так что в штиль один воздушник вполне может поддерживать движение судна.

– Штиль? – Мира посчитала, что это слово специфическое и морское, а значит, может о нём спросить.

– Безветрие.

И так они проболтали о корабле, магии, историях с примерами применения этой магии и об историях этого корабля. Несмотря на предупреждение Рида, Мэд оказался приятным собеседником, и он понравился Мире больше всех из команды. Он не пугал, не давил своей активностью или излишним вниманием. Он вообще будто бы соблюдал внутреннюю эмоциональную дистанцию, но при этом не был холоден и даже внимателен в некоторых мелочах, вроде выпускаемого дыма в другую сторону.

Прозвенел колокол и через какое-то время на палубу вышла Мег и позвала к себе Мэда. Они с Мирой достаточно тепло попрощались и разошлись по каютам. По крайней мере, она пошла к себе. Уснула достаточно быстро. Морской воздух и хорошее общение действительно здорово прочистили голову от лишних мыслей. 

+1
46
01:36
как-то без приключений на этот раз
22:32
э-хех… ну, тем приятней будет получить очередной кусочек
Загрузка...
Михаил Кузнецов

Другие публикации