На берегу мрачной реки мироздания

Автор:
Roderick Desprez
На берегу мрачной реки мироздания
Текст:

1

На берегу мрачной реки мироздания сидит старый рыбак. Вид у него глубоко печальный и удручённый: плечи опущены под тяжестью веков (да, да, веков!), диких, необузданных, тлеющих страстей и пройденных испытаний. Брови его нахмурены, губы крепко сжаты, как если бы он стремился сохранить тайну, которая, подобно птице, готова упорхнуть прочь, стоит ему только слегка приоткрыть рот. Каждая морщинка на лице рыбака – засечка, которую ставило время всякий раз, когда сердце рыбака разбивалось, что неизменно толкало его в объятья смерти, из которых он тем не менее выбирался целым и почти невредимым благодаря своему невероятному везению. В глазах его сокрыты лишь нестерпимая боль разочарований и утрата воли к жизни. Глядя на него трудно поверить, что глубоко (очень-очень глубоко) в душе его царит хрупкое умиротворение (ну или нечто на него похожее), но на самом деле так оно и есть.

Журчание реки и шелест листьев – его любимые мелодии, других ему и не надо. Дуновение ветра напоминает рыбаку о свободе, а сияние солнца о том, что целостность мира не нарушена, а значит у него, рыбака, есть время воплотить в реальность задуманное. И это осознание есть основа того самого умиротворения в его душе, которое невозможно прочесть по лицу.

Рыбак носит штаны, закатанные до колен, сланцы, выцветшую майку, потрёпанную шляпу с поникшими, сморщенными полями, ожерелье из ракушек и браслеты, которые ему не принадлежат. В руках у него удочка из бамбука, а рядом ведро с наживкой: пустые обещания, мечты и надежды, ложь, лицемерие.

Рыбак сидит здесь уже очень давно. Он пришёл к реке, когда всё утратило для него своё значение, а люди, которых он любил навсегда покинули его. Тогда он стал ловить души, плывущие по реке.

Река мироздания – она была всегда и всегда будет – по ней плывут души тех, кто ещё не прибыл в мир людской и тех, кто безвозвратно его покинул. Течение реки выносит каждого куда нужно, ибо каждому предназначен свой путь.

По началу рыбак отпускал пойманные души, поскольку ему нужна была лишь одна конкретная душа – душа той, о ком все его мысли, душа той, кто завладел его сердцем, которое он хотел бы вернуть: потому он и стремился поймать именно эту душу; но, конечно, ещё и потому, что рыбак хотел навеки приковать её к себе и вечность бороздить просторы бескрайней Вселенной.

Однако со временем тоска и одиночество настолько истощили и измучили его, что он стал оставлять души при себе. Они бродят вокруг, кричат, стонут и вопят, шлют проклятия, а рыбак в ответ лишь улыбается.

И вот однажды, в самый обычный день, чья стерильная обыденность послужила идеальным пространством для возникновения чего-то яркого, важного, экстраординарного, ему явилось знамение: в небе грянул гром. А может рыбаку это лишь показалось? Он глянул вверх, чтобы понять, но в следующую секунду почувствовал как удочка дёрнулась, потащив его за собой к реке. Он вскочил, сжал удочку крепче, подогнул колени и слегка отклонился назад. Без сомнений, это была нужная ему душа, именно за ней он охотился на протяжении стольких лет.

Рыбак хохотал как умалишённый и скакал вдоль берега туда-сюда. Прочие души, которые он наловил за все эти годы, старались помешать ему.

– Я ни за что её не упущу, – бормотал рыбак себе под нос, стараясь тем самым лучше сосредоточиться, не обращать внимания на другие души и всё то, что происходит вокруг.

Лицо его было напряжено, он тянул удочку изо всех сил, крутил катушку, сматывая леску. Душа барахталась в реке. Казалось, всё предрешено.

Но шли минуты, шли часы. В чёрных водах теперь сверкал лунный свет, а рыбаку так и не удавалось выловить душу. Шляпа валяется в пыли у его ног, ведро опрокинуто. Рыбак тяжело дышит. Руки его слабеют, губы дрожат, а в глазах уже брезжит отчаяние. Он знает (пусть и не признаётся себе): ничего не выйдет, ему ни за что не справиться с этой душой. Рыбак глядит по сторонам и видит, что прочие души, так старавшиеся ему помешать, пусть и тщетно, держатся чуть поодаль, у деревьев. Они стоят, скорбно понурив головы, руки их висят плетьми. Своим бездействием души как бы выносят ему очевидный приговор. Так решил рыбак. И шаг за шагом он стал медленно двигаться к реке под тяжестью силы души, которая лихо уносится от берега прочь.

Конечно, рыбаку стоило бы отпустить удочку – и дело с концом. Но он упорствует. Ведь для него это главная битва, битва всей жизни. И лучше умереть, чем принять поражение.

Рыбак стоит по колено в реке. Он замер, перестал дышать и выпустил удочку из рук, которая тут же скрылась в водах мрачной реки мироздания, как и непойманная, вожделенная душа. Перед широко раскрытыми глазами рыбака проносятся события всех возможных вселенных, случившиеся (и не случившиеся) в прошлом, настоящем и будущем.

Когда всё заканчивается, он падает замертво лицом вниз и течение уносит рыбака туда, где осталось его сердце.

Пойманные им души отныне свободны.

2

Пыльная узкая дорога, ведущая к зелёным холмам. Мальчик и девочка четырнадцати лет идут по дороге. У него за спиной ранец, у неё в руках сумка. На нём чёрные, начищенные до блеска туфли, брюки, рубашка, галстук и пиджак; на ней – юбка-карандаш, балетки и белая блузка с жабо. Мимо них проносятся машины, вздымая клубы пыли, которые ветер уносит дальше и выше. Мальчику с девочкой приходится отворачиваться от дороги, зажмурившись прикрывать руками нос и рот. И затем двигаться дальше.

Кроме них никого нет на этой дороге.

Внезапно мальчик останавливается, ничего не говоря. Девочка не сразу это не замечает и идёт дальше.

– Эй! – с недовольством восклицает она, обернувшись. – Мы идём или как?!

Он не отвечает. Она закатывает глаза, фыркает и нехотя подходит к нему.

– Э-э-э-й! – тянет она, пристально глядя ему в глаза. – Что с тобой? Очнись, – девочка кладёт ему руку на плечо.

Он вздрагивает, словно очнувшись от сна.

– Да просто… – медленно говорит он печальным голосом, – какое-то странное чувство.

– Что за чувство?

– Не знаю… но я… будто…

– Ну ты шагай и рассказывай, – говорит девочка в нетерпении и тут же двигается вперёд, словно пытаясь своим примером побудить его к столь простому действию, которого она от него требует.

Мальчик послушно бредёт за ней, стараясь не отставать, и начинает рассказывать о том, что ему привиделось.

– Я был стариком. Сидел на берегу реки и рыбачил. Вот только ловил я вовсе не рыбу, я ловил души людей. Река полнилась этими душами, но я хотел поймать лишь одну душу, и кажется, – он делает паузу и глядит на девочку, – это была как бы твоя душа… – он вновь молчит, стараясь по её лицу определить, что она чувствует, что думает о сказанных словах, повисших в воздухе. – Да, это странно, но… – спешит он оправдаться, хотя в том нет никакой необходимости, просто мальчик не совсем верно истолковал эмоции, отразившиеся на лице девочки.

На самом же деле в тот момент она с удивлением и некоторыми страхом обнаружила, что ей нравится вот так шагать, слушать рассказы этого не лишённого странностей паренька, с которым она едва знакома, хотя они шесть дней в неделю с девяти до половины второго проводят время вместе. Но если раньше она не особо его замечала, лишь однажды отметив про себя, что он в этом новом для неё месте единственный адекватный человек, тот, кто не вызывает у неё отвращения, то сейчас она наткнулась внутри себя на чувство, уверявшее девочку в том, что общества мальчика для неё приятнее всего остального.

«И даже приятнее, чем рисование?» – спрашивает девочка сама себя.

«Даже, чем оно», – подтверждает внутренний голос.

Они продолжают идти и вскоре оказываются у перекрёстка. Перед ними возвышаются зелёные холмы, между которыми пролегает извилистая дорога.

– Ну что, – говорит девочка, прерывая рассказ мальчика, – мне туда, – она указывает на дорогу через холмы. – Спасибо, что проводил.

Возникает неловкое молчание. Они стоят и смотрят друг на друга.

– А можно я пойду с тобой? – осторожно, понизив голос, спрашивает мальчик после некоторых раздумий.

Ему не хочется идти обратно одному, возвращаться туда, где нет её. Для него словно не существует той дороги, той части мира, и он не знает, как быть и что теперь делать.

– Нет, – отвечает девочка, – лучше не надо.

– Ну ладно, – говорит он, опустив голову и тяжело вздохнув.

– Пока.

Она идёт дальше, но тут вдруг замечает: он идёт рядом, глядя себе под ноги. Девочка останавливается. Останавливается и мальчик. Она смотрит на него и старается понять, почему ей хочется взять его с собой. Затем девочка говорит:

– Расскажи ещё про рыбака. Только с самого начала и во всех подробностях.

С этими словами она протягивает ему руку. И вместе они идут по извилистой дорогой через холмы. Там они обретут наконец счастье, гармонию, покой.

Так их история – мальчика и девочки, чьи имена начинаются на букву Д. – становится совсем иной. 

0
61
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...
Светлана Ледовская №1

Другие публикации

020
020
Брок'Коли 42 минуты назад 0
Перезагрузка
olga.che 2 часа назад 7