Колготки

Автор:
Люся Павлова
Колготки
Текст:

В начале девяностых, когда все, кроме консервированной морской капусты было в дефиците, мама "достала" дочери настоящие капроновые колготки. Семилетняя Настя была в восторге. Тонкая нежная ткань красиво облегала худенькие ножки, а то, что колготки эти были еще и красивого розового цвета, вызывало у девочки жгучее желание поскорее надеть обновку.

Вскоре появился и повод. Был конец мая. Окончившую первый класс Настю выбрали, чтобы дать последний звонок выпускникам. Нарядную девочку с большими бантами расстраивало только одно. Мама заставила надеть поверх красивых колготок теплые штанишки. Их Настя не любила. Они были сделаны шароварами и раздражали хозяйку красным в белую клетку цветом.

Но конец мая в их северном городке погодой не баловал. Пробрасывал снег, и уговорить маму бежать в школу в одних колготках, хоть и недалеко, не получилось.

Все было рядом в их районе - и школа, и детский сад, куда раньше ходила девочка, и мамина работа. Настя должна была после школы прийти туда. Там, как всегда, навалилось много дел, и только к часу дня мама начала волноваться. Насти не было. Подождав еще совсем немного, она побежала в школу.

Там сказали, что все закончилось часов в двенадцать. Мама помчалась домой. Там девочки не было тоже. "Спокойно, наверное она заигралась с девчонками где-нибудь во дворах или на детской площадке. Сейчас найду. Ну задам тогда," - думала женщина, перебирая в уме все места, где могла быть ее девочка.

Беспокойство нарастало вместе с каждым отработанным, но не принесшем результата вариантом. Терпеть одной эти переживания было уже невмоготу, позвонила мужу на работу. Он сказал, что сейчас приедет искать ребенка вместе. Только сначала заедет в милицию. Но это не успокоило мать.

Проверив все, что можно и что нельзя, женщина, совершенно убитая, вернулась на работу. Мыслей в голове не было, только гулкая пустота. В то, что ребенка найдет милиция, она не верила.

Одна из сотрудниц посмотрела на изменившееся, посеревшее лицо бедной матери пропавшего ребенка и сказала: "Отдохните немного, пойду, посмотрю поблизости." Женщина проводила ее ничего не выражающим, пустым взглядом.

Детей отпустили в самом начале первого. На улице чуть потеплело, и Настя не стала надевать штанишки поверх красивейших капроновых колготок, как наказала ей мама. Немного побегали по школьному двору, а потом кто-то из детей предложил: " Пойдем в наш садик."

Два мальчика и две девочки, одна из которых была Настя, с радостью отправились в детский сад. Со времени их выпуска прошел год.

Свою воспитательницу ребята увидели издали. Она с малышами гуляла на участке и очень обрадовалась гостям. Приняла их, поговорила, расспросила об успехах в школе. Женщину тронул визит четырех, не сильно далеко ушедших от ее группы детей, которые были искренни в своих чувствах. Они соскучились.

Воспитательница пригласила детей в группу, накормила обедом, разрешила немного, до начала тихого часа, поиграть, а потом настоятельно просила разойтись по домам.

Дети вышли из здания сада, и так захотелось им поиграть на своем родном участке, что наказ про дом был благополучно забыт.

Настя несколько раз упала, но даже не обратила на это внимание – так было весело бегать и играть.

Сотрудница с маминой работы шла потихоньку вдоль ограды садика, осматривалась по сторонам и вдруг увидела смеющуюся дочку своей начальницы на участке в детском саду.

"Настя, иди сюда," - закричала она, не веря своему счастью. Настя услышала голос, узнала ее и поняла. Поняла, что не пришла к маме, а пошла в садик без разрешения. Взяла ранец, и опустив голову, протянула руку девушке.

До работы дошли быстро, даже слишком быстро.

Мама посмотрела на девочку, оценила ее вид, заплакала и сказала: "Быстро домой." Настя стояла перед ней в разорванных, грязных розовых капроновых колготках, а тепленькие мягкие штанишки благополучно лежали в ранце.

Домой шли молча. Почти бежали. Мама крепко держала Настю за руку, и иногда девочке казалось, что она перебирает ногами в воздухе, как Пятачок с шариком из мультика.

Дома женщина позвонила мужу, успокоила его и пришла в комнату дочери. Пришла поговорить. Увидев, что осталось от колготок, вздохнула. На какое-то мгновение все смешалось в ее сознании. Промелькнули все страхи, пока она искала дочь. Вспомнила, как чувство отчаяния сменяла надежда и наоборот. До дрожи, до слез. Неосознанно схватила тапочек и несколько раз шлепнула Настю. Потом очнулась, схватила девочку в охапку, прижала. Обе плакали, но вскоре затихли. Им было просто хорошо вместе. Мама счастлива, что ее ребенок вот он, рядом. Жив и здоров. Все остальное не важно. Женщина целовала и обнимала Настю. "Как хорошо, что все позади," - думала она, измученная поисками, волнением и страхом.

Когда уставшая от обильного событиями дня девочка легла спать, она тоже думала. Конечно думала о последнем звонке, о том, как она все хорошо и правильно сделала. О том, как весело было в детском саду, какая добрая все же их воспитательница и о том, какая она уже взрослая в сравнении с малышами и какие красивые на ней были колготки.

Вот только мама сильно плакала. Неужели из-за разорванных колготок ?

Другие работы автора:
+3
83
19:37
+2
из-за разорванных колготок мамы плачут в другом возрасте… а вообще вещи ничто в сравнении с жизнью и здоровьем детей blush
22:58
Милый рассказик. Особенно концовка понравилась! thumbsup
18:26
+1
Спасибо.
02:20
час не пришла — пойду в милицию. да ну бред. не спросить учителя куда ушла тоже бред. через 2 часа устала так что не могла ходить и сидела на работе? эмоций как будто ее месяц дома не было. сначала рассказ от лица дочки, потом от лица мамы, потом от лица сотрудницы, потом опять от лица дочки. да кто рассказчик то определитесь. зачем в этом рассказе деталь про выпускной старшеклассников? да и вообще акцент на колготках вообще зачем? просто потерялась дочка, мама переживала. вернулась все счастливы, дочка думает что мама расстроилась изза колготок. не понятно при чем тут школа, да и колготки вообще. ясно дело автор хотел сделать прикольный акцент на ценных колготочках но ценность в здоровье детишек конечно. но колготочки вообще не вписываются в рассказ. если начать рассказ со слов «дочка как обычно не пришла после школы к мамае на работу...» и продолжить и просто в конце упомянуть о новых колготочках то ничего не изменится. не говоря уж про кучу нестыковок, которые я написал в начале
07:26
Вот да… Колготки тут из другой оперы. Про опера…
02:33
Проблемы сюжета оставлю на вашей совести, но с речью что? Канцелярит дичайший, изо всех мест, визуала нет как явления, какой-то пересказ с неясной точки зрения.
Что за предложения: «До дрожи, до слез», «Почти бежали», «Их Настя не любила» и им подобные заморыши? Вы понимаете, что предложение должно нести смысловую нагрузку просто само по себе, как структурная единица текста?

В общем, я понимаю, что писательские спекуляции-соплевыжималки на детишечках, зверушках и стариках — это святое, но давайте, что ли, хотя бы нормальным языком про это писать.
02:57
что значит «нести смысловую нагрузку просто само по себе, как структурная единица текста»?
и что плохого в «До дрожи, до слез», «Почти бежали», «Их Настя не любила»? а где канцелярит?
03:07 (отредактировано)
что значит «нести смысловую нагрузку просто само по себе, как структурная единица текста»?
Это значит, что точка отделяет какие-то части текста, которые несут завершенную единицу информации. То есть, из одного только предложения уже будет что-то понятно. Есть предложения из одного слова или предложения-словосочетания, мне лень поднимать матчасть, но это точно не они. Это у автора что-то свое, самобытное и отдельное от остальной великой русской литературы.

а где канцелярит?
Слепой чтоле.

Воспитательница пригласила детей
настоятельно просила разойтись по домам
вышли из здания сада

Да, не столько канцелярита как такового, а дубовых фраз-клише, типа «погода не баловала», «чувствовала жгучее желание» и тому подобного рака. Я даже не знаю, что хуже, на какой стул сесть.
03:24
Воспитательница пригласила детей
настоятельно просила разойтись по домам

а как по другому?
07:25
+2
Я, как человек, хорошо помнящий 90-е, читала и боялась, что ребенка на колготках повесят. Но… обошлось. Понимаете, когда вы даете избитые «клише»: ребенок пропал, розовые колготки, вы активируете посыл к опыту читателя. Нет, я не призываю писать вас о маньяках-педофилах, упаси господи. Но вот эта пляска с бубном вокруг образов-атрибутов одной сюжетной при раскрытии другой мешает воспринимать именно ваш сюжет. В вашей истории вместо колготок могло быть что угодно.
Замысел ваш понятен, но, мне кажется, было бы лучше выбрать иную манеру подачи. Больше показа, чем пересказа. Вот все эти — пошла туда, пришла сюда — это очерк. А тут два мира — взрослый, отягощенный злом,( я сама ребенка на час теряла, у меня такое в голове тогда пронеслось), и детского, когда счастье-горе в наряде, все поправимо — купим, починим, постираем. У вас конфликт пессимизма и оптимизма, опыта и невинности. Но подан как хроника. А здесь читателю эмоции нужны. Показать не снаружи, а изнутри историю. Это куда важнее.
А так да, вполне рабочая история. Далеко не новая. Но все еще актуальная, и не пропадет эта актуальность. Удачи в творчестве.
07:56
+1
По-моему, это первый раз, когда я с вами согласен. Или второй.
08:05
+2
хаха))) вот так оно все обычно и начинается)))
09:29
+1
Звучит как матримониальная угроза моему спокойствию. Скажите, что я слишком мнительный.
10:14
+1
ой, нет, что-то да, что-то вы на самом деле… слегка…
18:26
+1
Спасибо.
Загрузка...
Илона Левина

Другие публикации