Амулет (главы 8,9)

Автор:
Евгений
Амулет (главы 8,9)
Текст:

Глава 8

Йошка с Максимом мчались во весь опор, пока Йошка не скомандовал остановку.

-А то коней загоним. Ты где так на лошади научился?

-В детстве спортивным пятиборьем занимался. Надежды подавал!

-А-а, понятно. А что это?

-Спорт такой. Пять видов. Стрельба, конкур, фехтование, плавание и бег.

-Ничего не понял. Расскажи поподробнее. Пока лошади отдохнут.

Они взяли коней под уздцы и медленно пошли дальше. Максим рассказывал, а Йошка внимательно слушал. Наибольшее впечатление на него произвёл рассказ о стрельбе из пистолетов.

-А ты их делать умеешь?

-Да нет, что ты. Тут целая наука, мастера нужны, материалы. Нет, из чего порох состоит, я знаю – уголь, сера и селитра. Но как выглядит, например, селитра, и где добывать серу – хоть убей, не знаю. Может оно и к лучшему?

-Почему?

-Да потому, что каждому овощу своё время. Ты же не дашь маленькому ребёнку факел и не посадишь его в сарай с сеном?

-Мы маленькие дети?

-По сравнению с моим миром – да. А наш мир – по сравнению с другим. У нас был такой учёный – Нобель, динамит придумал. Что бы легче было в горах работать, камни взрывать.

-Что значит – взрывать?

-Ну, это… ну… как будто кто-то огромным кайлом лупит по камню, и он разлетается на мелкие кусочки.

-И что?

-А то, что наш мир оказался к этому не готов и начал использовать динамит в войне. Нобель потом, что бы хоть как-то замолить свою вину установил премию, которую давали людям за мирные заслуги.

Потом Максим рассказал про открытие мирного атома, приведшее к весьма печальным последствиям.

-Словом, придёт время, и вы сами придумаете всё, что есть у нас. Только нужно быть очень осторожным. На огне, ведь, можно и обед сварить, и человека сжечь. Понял?

-Понял. Ладно, придумаем. У нас, чай, тоже умные люди есть.

Некоторое время шли молча. Потом Максим задал вопрос, который его в данный момент мучил больше всего.

-Как полагаешь, кто победил? Змея, или люди?

-Надеюсь, что люди. Было бы лучше, если бы люди.

-Почему?

-От людей уйти легче. Тем более что мы теперь на конях. А змея.… Это что-то не из нашего мира. Я в первый раз такое видел. Кто её знает, как она нас нашла?

-Мы куда сейчас?

-Тут у нас недалеко место есть. Монахи живут

-У вас один бог? Или много? В кого верите?

-Да по-разному. Большинство верит, что богов много. Есть такие, кто верит в одного. Но таких мало, они по лесам прячутся, своему богу служат.

-Прячутся? И все знают, где?

-Ну, не совсем прячутся. Живут отдельно и людям не показываются. Уединились, короче. Князю откупные платят, он их и не трогает.

-А зачем нам к ним?

-Каргун с ними дружбу водил. Кто знает, вдруг они и сейчас дружат?

-А если нет?

-Если нет, пойдём дальше. В скит пойдём, к старой княгине.

-А это куда?

-А это не близко. Несколько дней идти надо. Княгиня, как увидела, что натворила, передав престол сыновьям, попыталась вернуть всё обратно. Да куда там! Сыновья её силой отправили в самый дальний уголок, под стражей держат, хотят, что б забыли её. А она там тихо скончалась.

-А ты уверен, что она уже не скончалась?

-Да, вроде, не старая ещё.

-Ну, в нашем мире это не проблема. Помочь умереть – дело не хитрое. Яды там всякие, несчастные случаи. Никто и знать ничего не будет.

Йошка внимательно посмотрел на Максима.

-Оно, конечно, всё возможно. Но будем надеяться, что это не так.

-А никто не пытался силой вернуть княгиню на престол? Есть же у неё верные люди?

-Были. Но Сенияд быстро ото всех избавился. Обвинение в измене, пытки, признание и казнь.

Максим кивнул головой.

-Ничего нового. У нас тоже самое было. Во все века. И что, никого не осталось?

-Если кто и остался, то присягнул князьям и сидит тихо, не высовывается. Если чего, при случае, поможет, конечно. Но сам не объявится. Все жить хотят.

-А младший княжич куда девался?

-Этого никто в народе не знает. Ходили слухи, что он за мать вступился, а потом вдруг пропал. То ли братья его убили, то ли сам бежал. Может, кто и знает, но молчит.

-А что же старшие братья такие выродки? Никого не жалеют?

-Старший брат – глуп и погулять любит. Это если войны нет. Военное дело, правду сказать, знает в совершенстве. Средний и старается, что бы у него кубок всегда полон был. Бабы, опять же. Ему протрезветь никак не дают. А скоро он и вовсе сопьётся. А вот средний – это ты правильно сказал. Выродок. Не зря его Сенияд из всех выделил. Они друг друга стоят.

Некоторое время шли молча. Потом Максим спросил:

-А Каргун, он какой?

-Каргун появился, ещё когда старый князь был жив. Был знахарем, болезни лечил. Потом замечать стали, что не простой это лекарь, что без колдовства не обходится. Князь его приблизил, чуть ли не советником сделал. Один раз, на прогулке, на них медведь из кустов вывалился. Князь саблю выхватил, да куда с саблей на медведя? А Каргун князя собой закрыл и медведю в глаза уставился. Медведь на дыбы, заревел, лапами замахал, а Каргун ему ласково так, дескать, уходи медведюшка домой, не безобразничай тут. Медведь опустился на землю, повернулся и пошёл прочь. С тех пор старый князь не то, что советником, другом Каргуна сделал.

Потом, после смерти князя, Каргун для княгини много сделал. Младшего княжича от смерти спас, когда его змея укусила. Советов много давал. Потом Сенияд его выжил из дворца.

-А он-то откуда взялся?

-Вначале тоже врачевал. После Каргун его к себе учеником взял. Только он больше с княжичами общался. Со средним, с Биццерой, очень близко сошёлся. Ну, когда княгиня от дел отошла, он себя и проявил. Князь Биццера без его совета и шага не делает. И всегда эти шаги с пользой для Сенияда.

-А конкретно, что делает?

-Конкретно, задавил народ налогами, ввёл торговлю людьми, продаёт их заезжим купцам, подмял под себя всю торговлю, лесом, хлебом, оружием. Со всех продаж ему доля идёт. Кто не согласен был, того либо зарезали, либо в рабство продали.

-А не пытались его…

-Убить? Пытались, и не раз. Только он опасность на расстоянии чует. Колдун, одно слово. Не поверишь, раз один из стражников, за отца своего отомстить решил. Бросился с саблей на безоружного Сенияда, так тот только взглянул на него, и всё, помер стражник. Есть у него и иная сила. Вызывает из ада чёрных всадников. Ты их сам видел. Найдут и убьют любого. Из-за одного могут десяток положить, не задумаются, не пожалеют.

-А чего тогда младшего княжича не нашли?

-Пока не нашли. До поры, до времени. Их всего восемь, а княжич, судя по всему, на месте не сидит.

-Посмотри, а что там?

-Сторожка. Тут лесничий живёт. За лесом и зверьём смотрит. Что бы мужики не воровали. И не охотились.

-Так вам и охотиться нельзя?

-Почему нельзя? Вокруг каждой деревни есть лес. Вот там и охотимся.

-А там что, ещё дичь осталась?

-Мало. Мужики и дальше ходят. Если поймают, плетьми бьют. На второй раз – руку отрубают. Правда, лесничие часто мужиков отпускают. Отбирают добычу, и отпускают. Сам посуди: лесничему тоже жить надо. А так, считай, мужики его дичью снабжают, ему самому и охотиться не надо. А если он всех переловит? Самому придётся еду добывать.

Максим кивнул.

-Везде одно и то же.

-Не, вообще-то, лесничие лишнего не берут. Чего сам съесть не сможет, охотникам оставляет. Ну, иногда, отрабатывать заставит. Не, с лесничими можно договориться.

-А если князь узнает?

-А как? Мужики ничего ему не скажут.

-Да легко можно проверить. Стражника под видом охотника подослал и за руку поймал.

Йошка подумал и покачал головой.

-Это вряд ли. Лесничий всех мужиков в своей округе знает. Чужого сразу приметит. Хотя, может, это просто князю пока в голову не пришло.

-А чего тогда просто не разрешить охотиться?

-А что б мужики за собой вину знали, и боялись князя. Хотя, как я думаю, князю просто неохота такой мелочью заниматься.

Максим кивнул головой.

-Понятно. Не царское это дело.

-Не понял.

Максим рассказал Йошке этот старый пошлый анекдот, который для Йошки был первым в жизни. Йошка развеселился и Максим рассказал ещё пару анекдотов. Веселясь, они подошли к сторожке. На пороге их ждал здоровенный серый кот. Даже не посмотрев на гостей, он продолжал сосредоточенно умываться.

-Эй, хозяин, дома?

Никто не отозвался. Привязав лошадей, они вошли в избу.

-Странно. Похоже, тут давно никого не было.

Действительно, сторожка производила впечатление заброшенного жилья.

-А где лесничий?

-Не знаю. Может, сгинул, может, просто ушёл. Может, выгнали, а нового, пока, не нашли. Только странно.

-Что именно?

-Ты на кота посмотри. Видишь, какой ухоженный? Чистый и гладкий, не голодный. А людей тут давно не было, с зимы.

-С чего взял?

-А посмотри вокруг. Одной пыли сколько. Дров у печки много, летом столько в доме не держат. В вёдрах ни капли воды. Странно всё это.

-Так, может, кот из дома убежал. За белкой погнался, или ещё что. Вот только сегодня.

-Тут близко деревень нету. Не откуда ему убегать.

-Откуда же он здесь?

-Вот это и странно. Даже не знаю, к добру это, или нет. Ладно, садись за стол, есть будем.

-Чего будем? Есть? А откуда здесь еда? Или…

Максим посмотрел на кота. Кот что-то возмущённо мяукнул. Йошка хохотнул.

-Да ладно тебе. Такого красавца – а съесть? Всё проще. У дружинников в седельных сумках всегда харчи имеются. Сейчас принесу.

Кот, поверивший в то, что его сейчас есть не будут, вспрыгнул на лежанку и лёг, не спуская подозрительных глаз с Максима. Йошка вернулся и вывалил на стол солидный кусок хлеба, шмат сала, несколько кусков вяленого мяса и пяток варёных яиц.

-Неплохо, а?

-Да уж.- Максим отрезал кусок мяса и в виде примирения протянул коту. Кот сел, обнюхал угощение и с таким видом, будто делает большое одолжение, начал есть.

-Вот, ещё фляга с водой.

Максим сделал большой глоток.

-Мы сегодня дальше поедем, или тут заночуем?

-Пока не знаю. Отдохнём пока, а там видно будет.

Они с аппетитом поели, восстанавливая силы. Кот, несмотря на свою ухоженность, тоже голодный, в меру своих немалых сил оказывал помощь. Максим погладил пушистого по серой спине, но тот в ответ досадливо отмахнулся лапой. Дескать, не мешай. Максим чертыхнулся, Йошка улыбнулся во весь рот. Они отдыхали.

Впрочем, отдых оказался недолгим. Кот внезапно выгнул спину, шерсть его поднялась дыбом и гортанно, по кошачьи, зарычал в сторону двери. Потом соскочил на пол и шмыгнул под лежанку.

В ту же секунду дверь распахнулась, и в сторожку ввалился Калимур. Окровавленный, левая рука – как плеть, явный перелом, глаза обезумевшие. Последний воин из своей сотни. Нелегко далась дружинникам победа над гигантской змеёй!

Увидев сидящих за столом, сглотнул пересохшим ртом то ли кровь, то ли злость, сделал тяжёлый шаг вперёд, и потянул из ножен кинжал. Губы скривились в хищную усмешку.

Деваться было некуда. Окно закрыто, в дверь не проскочишь. В драке с таким бывалым воином, пусть даже и одноруким, но вооружённым, шансов не было. Уж, как минимум одного, а то и обоих завалит однозначно. Во рту у Максима в момент пересохло. У Йошки, похоже, тоже.

Неожиданно, вмешался кот. Выглянув из-под лежанки, он тихой серой тенью выскользнул за спину ничего не видящего, кроме двух своих врагов Калимура и одним прыжком взлетел к нему на спину.

Кого никогда не кусал разъярённый кот, тот не способен понять и поверить. Кот впился в шею Калимура зубами и когтями с такой яростью, что тот от боли заорал во весь голос, рванулся, выронил кинжал и попытался одной рукой сбросить с себя кота. Куда там! Кот, как космонавт на центрифуге, мотался из стороны в сторону, врага не отпускал и яростно рвал шею врага, грозя добраться до артерии.

Йошка опомнился, схватил табурет и, одним ударом, высадил окно. Потом рыбкой прыгнул в освободившийся проём. Максим опрокинул стол на Калимура и мимо него проскочил к двери. Оказавшись на улице, беглецы кинулись к лошадям. Секунда, и они уже в сёдлах. Максим краем глаза увидел, как из сторожки вылетел их пушистый спаситель, и свесился с седла.

-Давай сюда!

Кот, едва коснувшись протянутой руки, взлетел в седло и замер, вцепившись когтями в переднюю луку. Максим пришпорил коня и тот, отдохнувший, сходу перешёл в галоп. Йошка скакал следом, не забыв про коня Калимура.

Глава 9

Князь Биццера уединился в спальне с одной из служанок. Но предвкушение удовольствия так и осталось предвкушением. В спальню ворвался взбешённый Сенияд.

-Пошла вон! Быстро.

Служанка, не успевшая раздеться, выпорхнула за дверь. Сенияд в упор уставился на князя. Тот старался не показать, что несколько испугался.

-В чём дело?

-В чём дело? Зачем ты послал своих головорезов? Я же предупреждал!

-Предупреждал, но не шибко громко. Так, советовал. Да в чём дело? Калимур чужака поймал?

-Твой Калимур, что б его разорвало, девочку мою убил!

-Правда? Я всегда ценил его сотню. Славные бойцы!

-Вечная им память.

Князь вскочил, как подброшенный.

-Что? Сотня Калимура уничтожена? Кто? Ты?

-Не я. Девочка настигла чужака. Твои дружинники вмешались. Ты же обещал им награду, если они раньше чужака найдут? Вот им денег и захотелось!

-Погоди, погоди. Мои дружинники что, помогли чужаку? Или это твоя девочка не дала им схватить чужака?

-Моя девочка делала то, что положено. А твои дуболомы сами решили выслужиться. И вот что получилось – и чужак ушёл, и сотня твоя полегла, и девочку мою убили.

-Так это твоя паскуда мою лучшую сотню уничтожила?

-В свою дружину других мужиков наберёшь. А где я другую девочку найду?

Князь пожал плечами.

-Там же, где и первую. И вообще, чего ты от меня хочешь?

Колдун по слогам чётко произнёс:

-Без мо-е-го со-гла-си-я ни-че-го не де-лай.

Князь ощерился.

-А ты не забыл, колдун, кто тут князь?

Колдун подошёл вплотную и посмотрел князю в глаза.

-Ты больше ничего не станешь делать без моего разрешения. Так?

Князь смотрел на колдуна выпученными глазами и молчал.

-Я спрашиваю, так?

-Так.

-Ну вот и хорошо. Пошли людей в скит и к монахам. Чую, туда они идут. Понял меня? Ну, и хорошо. Я пошёл. Мне тоже нужно кое-что сделать.

Колдун вышел, а князь остался стоять. Потом, тряхнул головой и позвал слугу. Поманил пальцем поближе.

-Скажи Каману, что б вёл сотню в скит и к монахом. Пускай ищут чужака. Найдут, пусть отвезут в дальнее имение и держат там, не спуская глаз. Он мне живой нужен. Уяснил?

-Уяснил.

-Ну и давай, исполняй. Живее.

Князь повернулся к окну. В его мозгу зрел план. Ему надоело наглое поведение колдуна. Открыто восстать он не мог, колдуна он боялся, особенно после тех, правда, немногих, случаев, когда колдуна пытались убить. Как всегда, неудачно. Хорошо ещё, что колдуну не пришло в голову выяснить причину этих попыток. Иначе, он узнал бы, что, по крайней мере, пара из этих покушений была организована князем.

Но колдун был настолько уверен в том, что его в народе люто ненавидят, а во дворце боятся до ступора и беспрекословно слушаются, что вывод делал только один – обнаглевшая чернь теряет последние крупицы благоразумия. И заставлял князя ослабить вожжи, что бы не дать измученным людям повода восстать против тирана. И не получить в спину стрелу, от которой никакое колдовство не спасёт. А кольчугу или доспехи он не одевал, дабы не дать повода усомниться в своём могуществе.

А князь был не только хитёр, но и умён. Он понимал, что колдун побаивается за свою жизнь, значит и на него есть управа. Более того, однажды он подумал, что устранив колдуна, поднимет свою популярность в народе на необычайную высоту. Но, вместе с тем, колдун был ему, всё-таки нужен. Как некая дубина, которой боялись и в народе, и соседи. Потому, что ни у кого не было такого союзника.

Поразмыслив в своё время, князь отказался от мысли убить колдуна. Это, как он вынужден был признать, принесло бы ему гораздо больше вреда, чем пользы. И он приставил к колдуну негласную и незаметную охрану. И колдун, ясное дело, сразу её заметил, но сделал вид, что ничего не видит. Следовательно, признал полезность этого. Чем ещё больше понизил своё могущество в глазах князя Биццеры. Ибо, если не протестует, то всего два объяснения – либо не видит, либо боится и признаёт необходимость. И оба варианта эти ничуть не свидетельствовали в пользу колдуна. Скорее, наоборот. Хитёр и умён был князь Биццера.

И вот ум или хитрость подсказали князю такой путь развития событий. Если колдун так нервничает из-за появления чужака, он его боится. Вывод: захватить чужака и использовать его для изменения своих отношений с колдуном. Заставить его быть просто слугой, а не диктовать свою волю князю.

От мыслительного процесса князя отвлёк какой-то шум за дверью. Он выглянул за дверь. По коридору шёл его старший брат, князь Ригелла, по прозвищу «Вепрь». Прозвище это он получил за свой буйный нрав и характерную внешность. Был он человеком отнюдь не маленького роста. Телосложением напоминал кабана. Сходство усиливал чрезвычайно курносый нос, практически, ноздрями вперёд (ни дать, ни взять – свиной пятачок) и усы, закрученные наверх, как кабаньи клыки.

В трезвом состоянии был приветлив и добродушен. Но винные пары приводили его в состояние неуправляемости. Он совершенно не терпел возражений, в любом вопросе пёр напролом, не считаясь ни с чем. Его сиюминутное желание, о котором он через час и не вспоминал, становилось основным законом жизни для него и окружающих. А законы Ригелла свято чтил, и никому не было дозволительно их нарушать. Наказание следовало незамедлительно. С каждым днём это его состояние, стараниями среднего брата, заботящегося о том, что бы винные запасы в покоях Ригеллы не оскудевали, становилось естественным.

Сам Ригелла чувствовал, что всё это совершенно пагубно сказывается на его здоровье, которое ухудшается невиданными темпами, но поделать ничего не мог. Как и большая часть алкоголиков, он, просыпаясь утром и уняв головную боль огуречным рассолом (спасибо старой няньке), давал себе слово завязать. И честно держал слово до тех пор, пока ему на глаза не попадался недопитая вчера чарка вина.

Вот и сейчас князь Ригелла шёл по коридору, направляясь в женскую половину. Ибо в нём вспыхнуло желание, которое требовало немедленного удовлетворения. Для этой цели во дворце содержалось несколько девушек, внешностью и характером удовлетворяющие любому вкусу.

Обычно это занятие князя, стоящее на втором месте, после вина, не вызывало ни у кого протеста, все понимали, что всё это так же естественно, как есть, пить или дышать. Князь захотел – князь сделал. Какие вопросы? Но сейчас случай был несколько иным.

Дело было в том, что в женской половине была гостья. К старой няньке князей приехала внучка, так получилось. И вот это милое эфемерное создание попалось на глаза старшему князю. Пока он был трезв, в этом не было ничего страшного. Но сейчас князь был пьян. Причём, в такой стадии, когда ещё мог воплотить свои желания в жизнь. Он шёл по коридору, за ним следовал слуга с бочонком вина, а дорогу ему пыталась перекрыть та самая нянька. Но кто в этом мире способен остановить обезумевшего дикого кабана? Даже медведь предпочтёт уйти в сторону, не связываясь. Как говориться, себе дороже выйдет.

Старая нянька не была медведем. Она упиралась сухонькими руками в широкую грудь Вепря и пыталась достучаться до его сознания. Князья, по-своему, любили старую няньку, она была их тоненькой ниточкой, связывающей их с человечностью. Именно это и спасало ей жизнь, когда она пыталась остановить пьяного князя.

Вепрь просто не замечал старушки. Он шёл, не снижая скорости, руководствуясь исключительно желанием. Нянька скользила перед ним, умоляющим взглядом ища помощь. Её взгляд перехватил князь Биццера и внутри его души что-то шевельнулось.

-Здравствуй, брат! Куда спешишь?

-Здравствуй. Мне некогда.

-Ну выпить чарку-другую с братом успеешь?

Вепрь остановился. Всё-таки, женщины – это вторично.

-А у тебя есть что?

-Да вот же бочонок, у тебя за спиной.

-Там почти пусто.

-Да ладно тебе. Заходи, пока наливаем, твой слуга в погреба сбегает.

Вепрь попытался сосредоточить свой мозг на этой идее, не смог, но, по привычке, брату поверил, вздохнул:

-И то правда. Эй ты, заноси бочонок и быстро в погреба. А то шкуру спущу.

Слуга точно знал, что это не простая угроза. Поэтому, взгромоздив бочонок на стол, бегом кинулся в погреба. Князь Биццера подмигнул няньке, обнял брата за плечи, вошёл с ним в покои и закрыл дверь. Нянька бегом кинулась прятать внучку.

+1
96
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...
Светлана Ледовская