Амулет (главы 20,21)

Автор:
Евгений
Амулет (главы 20,21)
Текст:

Глава 20

Утро началось задолго до рассвета. Максима довольно бесцеремонно разбудил Ремелл.

-Хватит спать. Пора. И друга своего буди.

Максим разбудил Йошку и вышел на крыльцо. Утро было свежим. Максим потянулся всем телом и затрусил к колодцу, умываться.

На половине пути его кто-то окликнул. Максим обернулся и увидел князя Биццеру. Тот стоял возле коня и был готов к отъезду. Рядом суетились дружинники, которым выпало охранять княжеское тело от всякого рода посягательств.

-Послушай, парень. Пока ты жив, утоли любопытство. Откуда ты?

-Не поверишь, князь. Из Москвы.

-Что такое Москва?

-Честное слово князь, долго рассказывать. Живы будем, расскажу, если интерес не пропадёт. А ты что, за этим нас ловил?

Князь криво усмехнулся.

-А ты бы не ловил? Слухи разные поползли, смута начала зарождаться. Поневоле ловить начнёшь.

-Ну, это как сказать. Можно просто в гости позвать. Или, вон, как Каргун. Гордыня, князь, смертный грех.

Князь прищурился.

-Ты не князь. Как можешь судить о том, что есть гордыня, а что есть положение вещей. Не положено князю неизвестно кого в гости звать.

-Ну и как тебе это положение? Ты же князь, тебе кто запретит собеседников выбирать? Ведь всё равно, пришёл я к тебе и говорю с тобой.

-Это нужда заставила.

-А почему такая нужда возникла? Почему соседи твои осмелели? Ты не подумал? Почему они усомнились в твоей силе? Сила, князь, не в том, что бы мужиков нагайкой пороть. Сила в том, что бы править мудро и что бы народ сам за тебя стеной стоял. Тогда и не боялся бы ты никого.

Князь хотел было одёрнуть Максима, но вместо этого одним махом залетел в седло и конь его с места рванул галопом.

Максим посмотрел ему вслед и направился к тому месту, где были сложены петарды.

Петарды охранял молодой дружинник, который смотрел на Максима во все глаза.

-Чего уставился?

-Так это, как его, ты что, так в рубахе и биться будешь? Без доспехов?

Максим хмыкнул. Разумное замечание. Он обернулся и увидел, как к нему направляются Йошка и Ремелл. Йошка был уже в кольчуге и шлеме, в руках тащил мешок.

-Вот, кольчуга, шлем, рукавицы. Щит и меч на телеге.

-Почему на телеге?

-Потому, что с пехотой пойдём.

-Ясно. Хотя, хотелось бы в засадный полк.

Йошка ничего не ответил, а вместо этого ухватил коробку с петардами.

-Пошли. Позавтракаем в дороге.

Они уселись на упомянутую телегу, которая со скрипом двинулась вслед за дружиной. Максим вспомнил фильм «Иван Васильевич меняет профессию» и хотел было затянуть песню про Марусю, но сообразил, что многие из тех, кто сейчас шагает в пыли не доживут до утра, понял, что веселье неуместно и петь не стал.

Вместо этого, он занялся примеркой доспехов. Всё оказалось впору. Он хотел снять кольчугу и шлем, но ехавший рядом с телегой на могучем вороном жеребце Ремелл отсоветовал.

-Вдруг нарвёмся на разведчиков? Могут обстрелять из луков.

До Максима дошло, что и он тоже вполне может не дожить до рассвета. Это заставило его стать серьёзным и сосредоточенным.

На разведчиков не нарвались, прибыли к месту сражения. Максим оценил выбор Вепря. Действительно, реки не давали противнику возможности использовать своё численное преимущество. Более того, рельеф позволял занять позицию на пригорке. Небольшое, но преимущество.

Мужики тут же начали строить укрепления – готовить частокол и рыть ловушки. Максим прикинул, где лучше разместить петарды. Он выбрал небольшие заросли орешника, решив, что это будет оптимальным вариантом. Кроме того, орешник до поры, до времени, скроет его от вражеских глаз. Йошку он определил рядом, показав как нужно поджигать петарды. Слава богу, Каргун дал ему две зажигалки, и обе работающие.

Проследив за тем, что бы на пути петард не оказалось веток, Максим направил их в центр предполагаемого удара.

Приготовившись, Максим влез на дерево и осмотрелся. Слева расположились чёрные рыцари. С ними был князь Биццера. Ригелла со своей дружиной занял правый фланг. Засадного полка Максим не увидел, но это было и хорошо. Что бы это была за засада, если бы её было видно каждому встречному – поперечному?

Максим слез с дерева и расположился под ним. Задремал. Сколько он провёл в полудрёме – не известно. Открыл глаза и понял: сейчас что-то начнётся. Обозначилось какое-то движение, лёгкая сумятица. Туда-сюда поскакали всадники. К Максиму на своём тяжеловозе подскакал Ремелл.

-Начинается. Разведка их засекла. Сейчас подойдут.

-И что, с ходу в бой?

-Ну, передохнут чуток.

-Ясно. Значит, время ещё есть. Послушай, я всё хотел спросить, а чего у тебя конь такой? Ну, не скакун?

-А зачем мне скакун? Я воин, вот и конь у меня такой. В бою не раз просто сшибал с ног вражеского коня, я только дело довершал. Мы с ним – как одно целое.

-Ишь ты, молодец какой. - Максим хотел потрепать коня по холке, но тот фыркнул и переступил с ноги на ногу.

-Вот у младшего князя страсть была – и гриву в косы заплести, и хвост. И называл коней одинаково – Соколик.

-Всех? А у него их много было?

-Для себя – два. Белый и вороной. А так, вообще, любил он коней. Говорят, больше его табуна ни у кого не было.

-А сейчас где табун?

-Распродали князья. Почитай, всё войско на них. Ну ладно. Пойду, проверю, как там лапотники. Не разбежались ли?

Максим обернулся к Йошке.

-Ну как ты?

-Озноб колотит. А ты?

-То же самое. Это нервы. Не знаю, как у тебя, а у меня это первая битва.

-У меня тоже. Смотри, вон там, какое-то движение.

Глава 21

Максим присмотрелся. Конный отряд вылетел из леса и галопом полетел к ожидающим воинам. На половине пути резко развернулись и поскакали обратно.

Так они проделали несколько раз. Максим вспомнил про скифские штучки и понял – выманивают. Но дисциплина в войске Вепря была железной. Никто даже не рыпнулся. Чёрные, вообще, производили впечатление людей (или кто там они) без нервов.

Однако у врага была ещё одна цель. Они рассматривали, кто и что им противостоит. Рассмотрели, взяли паузу. Потом выкатили что-то вроде огромных луков на колёсах. Максим понял – будут обстреливать с безопасного расстояния. Так сказать, дальнобойная артиллерия. Хорошо ещё, что без катапульт.

Первые выстрелы были пристрелочными. Пристрелялись. Стали стрелять на точность. Пехота спряталась за частоколом, конные поставили наспех сколоченные огромные деревянные щиты.

Убедившись, что враги тоже не промах, нападающие перешли на стрельбу огненными стрелами, используя промасленные тряпки. Скоро частокол задымил. Сбивать огонь не было никакой возможности, так как стрельба не прерывалась ни на минуту.

Скоро от частокола остались головешки. И тогда раздались звуки труб. Враги начали атаку.

Вепрь ошибся. Ударили не по флангам, а по всему фронту. Максим смотрел на несущуюся конную лаву и чувствовал, что нервы натянулись, как струны. Даже зазвенели слегка.

Всадники приблизились на расстояние полёта стрелы и стрелы тут же дали о себе знать. Впрочем, особого ущерба это не нанесло.

Гораздо больший ущерб нанесли ловушки. Кони спотыкались, падали, всадники вылетали из сёдел, катились по земле и представляли собой удобные мишени, которые тут же были нашпигованы стрелами. В этом мире из луков стрелять умели, ничего не скажешь. Если не воин – то охотник.

Впрочем, лаву это не остановило. Максим ясно видел искажённые яростью лица, слышал гортанные и визгливые крики. И он чиркнул зажигалкой.

Петарды произвели впечатление на всех. И на нападавших, и на защищающихся. Но наибольшее впечатление они произвели на лошадей.

Когда петарды начали рваться в самой гуще атакующих, осыпая всё и вся искрами, издавать воющие звуки, коней охватила паника. Они начали резко останавливаться, вставать на дыбы, метаться из стороны в сторону. Всадники полетели на землю, некоторые были раздавлены копытами обезумевших от страха животных, некоторые получили травмы при падении, некоторых достали стрелы.

Атака была смущена, но не остановлена. Уцелевшие воины кинулись в бой пешими. Некоторые, те, что были сзади, продолжили бой конными. Началась самая страшная фаза войны – рукопашный бой. Казалось бы, всё зависит от умения владеть оружием. Ан нет! В любой момент, увлечённый своей победой над отдельно взятым противником, мастер владения холодным оружием мог получить удар и сбоку, и сзади. И получал!

Кроме того, сказывалось то, ради чего люди сошлись в смертельном поединке. Одни пришли грабить, их целью было не просто победить, а остаться при этом в живых. Другие защищали свой дом, свои семьи. И они знали одно – убить врага любой ценой.

И ничего, что воинам противостояли мужики, крестьяне, не имеющие никакого понятия о том, как нужно наносить удар. Зато они прекрасно владели вилами, топорами, цепами, косами. И совершенно не боялись смерти.

Максим не имел возможности видеть то, что творилось на флангах. Они с Йошкой, прикрывая спины друг друга, молотили мечами всё, что приближалось на расстояние этого самого меча. Максим ощутил, что им овладела какая-то ярость, которая заставляла его, человека в общем-то миролюбивого и сентиментального, испытывать острое удовлетворение оттого, что его меч рубит живую плоть, делая её неживой. Он яростно орал что-то неразборчивое, похожее на стихи Дениса Давыдова «Я люблю кровавый бой».

Постепенно устали обе стороны, и нападающие отошли на некоторое расстояние. Огляделись. Врагу нигде прорваться не удалось. Несмотря на многочисленные потери с обеих сторон. Но защищающихся осталось мало. Их и было меньше, но осталось реально мало. Следующая атака противника могла оказаться последней.

И тогда раздался звук трубы. Это Вепрь нанёс удар засадным полком. Это выглядело даже не как «нож сквозь масло». Против масла был раскалённый утюг.

Враг никак этого не ожидал. Он не имел возможности оценить численность атакующих и смешался. В тот же самый момент на противоположном фланге ударили чёрные. Два утюга враг уже не выдержал и побежал.

Вепрь некоторое время преследовал врага, потом остановился. Чёрные гнали бегущих дальше, пока не скрылись из виду.

Победа была окончательная и бесповоротная. Правда, досталась она большой кровью. На поле боя остались лежать чьи-то отцы, мужья, братья и сыновья.

Максим посмотрел на Йошку. Тот, не считая нескольких царапин, был в полном порядке. Зато глаза его, смотревшие на Максима, были явно встревоженными.

-Ты чего?

-Ты ранен?

Тут Максим, с некоторым удивлением, ощутил острую боль в левом плече. Чёрт побери, да оно всё в крови!

-Так, давай, снимай рубаху.

Максим просто оторвал рукав.

-Чего там?

Чего, мечом тебя саданули, вот чего. Погоди, перевяжу рану. Каргун вернётся, вылечит до конца.

Йошка оторванным рукавом перевязал рану и подвесил руку на петлю.

- Пошли, где там наша телега?

-Телега телегой, а конь где наш?

-Там, где я его привязал.

-Слушай, смотри сколько коней на поле. Отлови себе парочку, в хозяйстве сгодятся.

-И то правда. Посиди тут, погоди чуток. Я быстро.

Йошка поймал пару коней. Максим оценил, что выбирал он их чисто по-крестьянски. Образно говоря, не арабских скакунов, а владимирских тяжеловесов.

-Ну, вот и всё. Сейчас запрягу коня в телегу, и можно ехать.

Йошка запряг коня, привязал к телеге пойманных лошадей и они тронулись в обратный путь.

Максим оглянулся.

-Слушай, а чего с телами делать будут?

-Проверят, если кто жив ещё, выхаживать станут. А мёртвых на кострах сожгут.

-Всех? И наших, и чужих?

Йошка удивился.

-А что, чужие не люди? Воронью их оставлять?

-Твоя правда. А хоронить не станут?

-То есть?

-Ну, на кладбище, в землю закапывать?

Йошка удивился:

-У нас так не делают. У нас на костре сжигают.

Максим вспомнил обычаи древних славян и перестал удивляться.

0
205
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...
Литбес №1

Другие публикации