Тайный посол Московии гл 5. Вена - Москва.

Автор:
vasiliy.shein
Тайный посол Московии гл 5. Вена - Москва.
Текст:

    Незаметно прошло лето. Над морем и городом зависла серая пелена холодного тумана. Частенько моросил нудный дождь. Великие послы пережидали непогоду в душной портовой таверне. Ели, много пили, рассуждали о политике, о России, говорили и о пустяках, смеялись над рассказами неистощимого на выдумки и веселье Меншикова.

Ближе к вечеру к их столу подошел высокий человек, завернувшийся в мокрый, тяжелый плащ. Темная фигура остановилась возле послов.

- Чего надо? - вскинулся Алексашка: - Пшёл прочь!

- Я имею поручение от своего господина к царю Московии! – ровным, глухим голосом проговорил незнакомец: - Поручение тайное, мне велено говорить только с ним. Мой господин передал послание. Остальное на словах.

Порывшись в складках одежды, человек протянул в сторону послов небольшой кожаный футляр, с которого свисала круглая печать. Петр, с интересом глядевший на незнакомца, кивнул Меншикову. Денщик передал футляр царю. Сорвав печать, Петр хотел открыть кожаный цилиндр, но человек прервал его действия решительным взмахом руки.

- Хочу напомнить Вашему Величеству, разговор предстоит строго конфиденциальный!

- Да как ты смеешь? - взвился Меншиков, хватаясь за короткую шпагу, висевшую у него на боку: - Ты перед кем дерзишь?

- Оставь, Алексашка! - остановил денщика Петр: - Уйдите все!

Поколебавшись, послы все же отошли от стола на несколько шагов.

- Садись! - велел посланцу Петр, вынимая из футляра письмо.

Письмо написано на немецком языке. Слабо шевеля губами, Петр читал: «Дорогой Брат! Пребывая в беспокойстве о состоянии Вашего здоровья, а так же Ваших дел, мы просим Вас с полным доверием и вниманием отнестись к рассказу нашего посланника. С глубоким уважением к Вам, ваш преданный друг и брат: император Леопольд!»

- Говори! - Петр с нетерпением впился взглядом в черного человека посланника.

- Пославший меня господин имеет сведения, о том что, представители французского короля и султана Мустафы намерены в ближайшее время искать тайной встречи с государем Московии. Цель - убедить вас отказаться от вмешательства в политику Европы, а так же, прекращение действий против интересов Франции и Порты на ваших южных границах.

Петр, в изумлении выкатив, круглые, словно пуговицы глаза, подался к незнакомцу.

- Теперь о главном: в случае Вашего несогласия, предусмотрена возможность устранения.

- Как? - сдавленным голосом прохрипел Петр: - Меня? Убить?

Смуглое лицо царя побледнело. Голова его тряслась, лицо уродовала частая, мелкая судорога. Блуждающий взгляд принял резкое, дикое выражение. Тело Петра содрогалось крупной дрожью.

- Что с тобой, мин херц? - кинулся к нему Меншиков, заметив страшное беспокойство царя.

- Прочь! - остановил его Петр, обернул искаженное страхом лицо к незнакомцу: - Продолжай!

- Речь не идет о Вашем убийстве, мой господин! Скорее всего произойдет похищение и вечное заточение!

- Не посмеют! - сдавленно взвизгнул Петр: - Я – царь!

- Об этом никто не узнает. На месте похищенного царя, останется его, заранее подготовленный, двойник.

Незнакомец поднялся со стула, надвинул широкополую шляпу на лицо.

- Позвольте мне уйти, господин! Император так же просит известить Вас в том, что все ваши спутники будут убиты. Кроме одного. Задача оставшегося в живых проста, убедить московитов в том, что оправившийся от нападения царь - истинный!

- Кто он? - тяжело сглатывая слюну, спросил Петр.

- Императору это не известно! – ответил незнакомец, поклонился царю: - Храни Вас Бог, господин!

….Лефорт, Головин, Возницын и Меншиков, вернулись к столу, тревожно глядели на застывшего Петра. Царь сидел, впившись взглядом в забросанные объедками доски стола. Неподвижный и страшный. Уйдя,  в охватившую его тело безучастность к случившемуся. Сильные пальцы бесцельно ломали на куски свернутую в трубку медную тарелку.

- Слушай приказ! - глухим, неживым голосом произнес царь: - Великим послам, при моей особе, до нашего на то повеления - не быть!

Тусклый, страшный взгляд царя, вызывал в замерших перед ним людям крупную, нервную дрожь. Лефорт смущенно покашливал, протянул руку к царю. Но тот отмахнулся, с тоской огляделся по сторонам, словно в поисках укрытия от того, что волной панического страха плескалось в его вытаращенных глазах.

- Всем идти вон! - велел Петр, и вдруг, слабо приподнял затяжелевшую руку: - Алексашка… останься!
*******************************

...Прошел год. В трудах и заботах остались позади Амстердам и корабельные верфи Саардама, досыта напились послы мутного английского пива. Пробыв длительный срок в Англии, Петр вернулся в Европу.

Почти месяц, как Петр с посольством находился в столице Австрии, Вене. Радушно встреченный императором Леопольдом, русский царь оглядывал округу города, гулял по мощенным диким камнем улочкам имперских замков и старинных, построенных еще римлянами, крепостей.

За прошедшее время произошли серьезные события, сказавшиеся на судьбе Европы. Старый дипломатический лис, дьяк Возницын, оказался прав! В сентябре 1697 года Австрия нанесла сокрушительное поражение Османам, разбив их почти стотысячную армию. На трон, разоренной войнами и буйным панством, многострадальной Польши, не без содействия России, воссел король Август Второй.

Прав был думный дьяк! Ох, как прав, в неверии в чистые намерения европейской политики. Сразу после победы, австрийские дипломаты деятельно занялись подготовкой мирного соглашения с турками, почти полностью проигнорировав интересы своих союзников, в том числе и России. Новая антитурецкая коалиция, которой добивались русские послы, оказалась не возможной. Более того, на глазах разваливался уже существующий Священный Союз четырех государств по борьбе с империей Османов! Россия, оставленная своими союзниками в одиночестве, вынуждена была мириться с турками.

- Вот оно, истинное рыло королей да герцогов! Плевали они на все договоры! Ради выгоды, отца родного продадут! - сокрушался Возницын: - Не любят они Россию! А за что? Боятся что-ли? И не поймешь сразу! 

Во время редких встреч с Петром, искусный в политических интригах император ловко уходил от острых вопросов, ни на минуту не оставаясь наедине с царем россиян. И вот, наконец, состоялась прощальная встреча царя Петра и Императора Священной Римской Империи!

Аудиенция подходила к концу, когда император отослал в сторону свою свиту и переводчиков. Петр остался с Леопольдом один на один.

- Вы, кажется, хотите мне что-то сказать? - дружелюбно и одобряюще улыбнулся правитель Австрии.

- Да! - смутился прямого вопроса Петр: - Зачем вы отправили своего человека ко мне в Пилау?

Невысокий, одетый в черный бархатный камзол, император задумчиво глядел снизу вверх в глаза молодого царя московии.

- Запомните, мой юный друг! - хладнокровно и невозмутимо сказал он: - Воюют не государи, а политика и империи, которыми они управляют. Жизнь коронованной особы - священна, если только он не самозванный узурпатор. Запомните, это правило! Оно должно быть неизменным во все времена! Я думаю, придет время и род Романовых породнится с европейскими венценосными дворами, и тогда, вы поймете меня...

Тщедушный император, слегка покачиваясь на слабых ногах, неспешно прошелся по залу.

- Я уверен, что если не мы с вами, то наши потомки, еще не раз встретятся на полях политических и военных баталий! - лукаво улыбнулся старый правитель, благочестиво воздев сухую ладошку к позолоте потолка: - И несомненно, на одной стороне! Надеюсь, что будущие правители Австрии правильно оценят значимость России!

Долговязый царь неловко потоптался перед мудрым стариком, управлявшим почти половиной Европы.

- Благодарю Вас! Вы спасли мне жизнь! И еще…

- Еще, я сохранил правителя для России, которая обязана стать великой! Так сделайте же это! Каждый правитель должен радеть за свою страну, это его священный долг и обязанность! Благословляю вас, мой юный друг! Прощайте! И не будьте так доверчивы и…и наивны.

ПОСЛЕСЛОВИЕ.

   Усталые коней бежала по пыльной дороге. Карета мягко покачивалась на раздавленных колесами телег ухабах . Петр был спокоен и задумчив. Меншиков же, наоборот, весел, подвижен. Радовался, домой едут!

- Ты чего, мин херц, загрустил? - вопрошал он царя: - Ну не поехали мы в Венецию, и бог с ней, с зеркальной этой! Стрельцы в Москве взбунтовались – так это ерунда! Князь кесарь, поди, давно уже их по избам пытошным рассовал! Приедем, рассудим! Кого надо - попытаем, кого надо – казним! Впервой, что ли?

Алексашка весело скалился крепкими, белыми зубами.

- А дома то, дома! Э-эх! Березки в зелени, девки в сарафанах! Красота! Ты, государь, выпей винца или водочки – простячка, враз отпустит. Дело говорю.

- Алексашка! - вдруг встрепенулся Петр: - А ты точно, отписал Ромодановскому, что бы он Селима как зеницу ока своего берег?

- Отписал, государь! Как только Селима отправили в Москву, так и казаки с письмом ускакали! А ведь как похож, стервец! Даже я, и то - ей богу, попутать мог бы. А на что он тебе сдался, мин херц? Как бы греха не вышло!

- Где нигде, авось сгодится. А грех, он завсегда рядом с людьми ходит.

Меншиков заглотнул ковшик вина, закусывал жирной ветчиной.

- А зря, ты тогда, Государь, не дал побить до смерти турок да французишек! Уж больно осерчали на них, наши дворяне да конюхи, едва остановили! Хорошая наука была бы, Людовику да туркам. Куда им, против нашего кулака? Я сам троих уложил, когда Селима брали. У-ух…хорошо было!

- А кто бы тогда, письма мои, султану да королю отвез? Ты, что - ли?

- А что, и отвез бы! - Меншиков дерзко вскинул вверх длинный подбородок.

- Ты бы отвез! – проворчал Петр: - Да только, если бы к королю риехал, то голова твоя у плахи валялась бы! А если у султана, так задница на колу вертелась бы, вместе с головой твоей, неуемной!

- Гы-гы-гы! - весело ржал Меншиков, расплескивая вино из сулейки.

- Нельзя было по другому, Алексашка! - продолжал Петр: - Пусть все думают, что там пьяная драка была. Так и курфюрсту Фридриху отписали. Подрались, дескать, людишки посольские, с иноземцами по пьянке. А про Селима, письма мои к султану да королю, про это никто знать не должен!

- Правда твоя, Петр Лексеич! Пусть султан да король знают: Москва – лаптем щи не хлебает! Кому хошь, морду намылим! - Меншиков, вспомнив нападение на царя, снова засмеялся: - А все ж жаль, что не добили, уж шибко хотелось!

- И кто это из наших, мог султану да королю продаться? - отсмеявшись, денщик преданно ловил взгляд царя: - Не сказал ли тебе император?

Петр молчал, зябко укутывался в отвороты кафтана.

- Все равно найдем, паскуду продажную! - заключил Меншиков, не дождавшись ответа: - Найду, сам зубами рвать буду! Не человек он, падаль!

Петр дремотно укутывал лицо в колючее сукно. Сонливо слипались глаза. В бескрайних степях и лесах крепко дремала, далекая пока еще, Россия!

Дремала! Не подозревая, что по пыльной дороге, катят к ней страшные в своей неизбежности, невиданные доселе – потрясения…
+1
01:00
35
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Литбес

Другие публикации