Фактор «С» ― неизвестность. День четвёртый ― понедельник

Автор:
Павел Осташов
Фактор «С» ― неизвестность. День четвёртый ― понедельник
Аннотация:
Обычная пятиэтажка, обычные семьи со своими горестями и заботами, со своим счастьем и радостью. А где-то там, далеко и высоко над землёй произошла авария, причина которой несколько факторов и наслаиваясь друг на друга они создают. А вот что создают?
Текст:

Фактор «С» ― неизвестность

День четвёртый — понедельник

Понедельник — не совсем обычный день во всех отношениях.

Воскресным вечером простой советский обыватель заканчивает свои нехитрые дела на даче и возвращается в город, в свой бетонный муравейник, чтобы с утра следующего дня идти на работу. За два длинных выходных он успевает сделать многое. Будь то нехитрое огородничество или ремонт обветшалого забора, с обязательным банным омовением.

Кто-то из них, как, например, молодёжь, Алексей и Наталья, в ночь на начало рабочей недели прекрасно проводят время в весёлой компании, слушая заграничные песни. И хотя озабоченные соседи периодически стучат по батареям и в стены, компания расходится далеко за полночь.

Обиженная Маня, как всегда, засыпает перед включённым телевизором и дрыхнет до обеда следующего дня. К этому времени Виктор в составе своей бригады успевает отмантулить большую половину рабочей смены, разгружая вагоны с мукой. А супружница, выудив его очередную заначку, отправляется в небольшой магазинчик РАЙПО, расположенный поблизости, где приобретает буханку хлеба, банку консервов «Килька в томатном соусе» и бутылку сорокоградусной. В том же подавленном состоянии она возвращается в захламлённую квартиру, и через пятнадцать минут уровень её настроения неумолимо поднимается вместе с увеличением дозы этилового спирта в субстанции, именуемой человеческой кровью.

Мама Света с Сашкой вечером провожают папу Сергея на работу и приходят домой. Перед сном читают книжку, вернее, читает мама, а ребёнок выступает внимательным слушателем. Затем смотрят на пару «Спокойной ночи малыши» с неизменными Хрюшей и Степашкой. После укладываются спать, каждая в своей комнате. Через пять минут раздельного сосуществования Сашке становится «стлашно», и она забирается под бочок к родному человеку. А ещё через час, дописав очередную главу своего романа, мать относит ребёнка на место и, поворочавшись некоторое время на холодной супружеской постели, засыпает.

Сашка с утра капризничает и не хочет вставать, но, подчиняясь неумолимому закону времени, ровно в восемь оказывается на «своём рабочем месте». А мама Света, успешно выполнив миссию по водворению ребёнка в среднюю группу детсада номер девятнадцать, спешит на соседнюю улицу, в магазин игрушек за прилавок.

Папа Сергей, разминувшись с ними на тридцать минут, возвращается домой. Завтракает вчерашними пельменями и, не раздеваясь, засыпает на маленьком диванчике в прихожей.

День как день. Понедельник как понедельник. Всё как всегда.

Из открытого окна первого этажа льются сигналы точного времени «Маяка». Затем звучат международные новости: набивший оскомину Израиль, пресловутый Сектор Газа и прочая политическая демагогия, интересная мужскому полу.

Славка Терентьев, местный задира и хулиган. Он рад и счастлив тем, что не нужно идти в школу, но ему не спится и не лежится. Вроде бы лето, каникулы — спи сколько влезет, но ни в какую. Восемь утра. «Пионерская зорька». И ты, как солдат. Сна ни в одном глазу. Будто нарочно.

Через месяц ему исполняется двенадцать, и его самая большая мечта в жизни — это иметь спиннинг. Самый настоящий спиннинг, с большой алюминиевой катушкой, чёрной ручкой и сверкающей блесной на конце длинной лески. Но его мечта останется мечтой до тех пор, пока он не заработает первую трудовую копейку, потому что он сирота и находится на попечении бабы Фёклы из шестой квартиры. После смерти родителей она стала его официальным опекуном.

Вчера с вечера поднялась страшная гроза. Слепящие молнии зигзагами чертили тёмное небо. Мальчишка заворожённо смотрел в окно, представляя себя на месте грозного небесного воителя, пока не получил нагоняй от старушки, а потом ещё долго ворочался в своей постели. Чуть позже за стенкой включили «катушечник», и красивые голоса известных заграничных исполнителей долго не давали уснуть, будоража его воображение.

Он отрывочно помнил, что кто-то из соседей требовал прекратить бесплатный концерт. Стучал в стены, бил по батареям. Он почти не слышал. Он засыпал.

Утром вскочил, как ужаленный, под звуки радио. Полежал, немного подумал. Поворочался, хотел было снова заснуть, но ничего не вышло. Тогда, встав, мальчишка почистил зубы, через пять минут заглянул в комнату к спящей «бабуле» и на цыпочках вышел из квартиры.

Большая часть жителей к этому времени уже покинула «семейные гнёзда». Только дворник Елистрат, пожилой бородатый мужик с огромными руками, обстоятельно подметал вверенную территорию. Славка обошёл его по дальней стене, памятуя о недавней трёпке, устроенной за разрисованные стены.

Мальчик направился к железной дороге, чтобы, как и прежде, поиграть на горячих склонах выемки. Вчерашний ливень наверняка размыл гоночную трассу для игрушечного автомобиля, но, увидев кота Гемоглобина, решил проучить толстозадого.

На самом деле Гемка не испытал каких-то особенных чувств к обитателям двора. Как и все особи его пород, он всегда был себе на уме, не подпуская на пушечный выстрел никого, кроме четы Борисовых-врачей и их многочисленных отпрысков, которые по умолчанию являлись его хозяевами.

Не ожидая появления кого-либо, а тем более Славки, Гемоглобин грелся на утреннем солнышке, на лавочке, около второго подъезда, подставляя ласковым лучам своё полосатое брюхо. Чуть дыша, паренёк начал подкрадываться, но чуткое ухо животного вовремя уловило угрозу, и, несмотря на внушительную комплектацию, кот быстро скрылся в подвальном окошке.

— Ах, чтоб тебя! Вот непруха! — досадливо выдал мальчишка, направляясь вдоль бетонной стены.

Он дошёл до угла дома, постоял, посмотрел по сторонам и по пути решил заскочить в магазин, тот самый, в котором регулярно закупалась Манька. У него в шортах, в заднем кармане, завалялось пятнадцать копеек, отобранных у малышей из соседнего двора, как раз на мороженое.

А после вчерашней грозы на въезде во двор как всегда плескалось широкое «море».

Огромная лужа, разделённая на две неравные части бетонным пунктиром бордюра. Этот искусственный водоём давно являлся камнем преткновения местного ЖЭУ, управдома Калинкина и немногочисленных активистов. На последнем общедомовом собрании было принято очередное решение об отсыпке двора, но как назло то машина ломалась, то щебня на карьере не было. Поэтому, сколько мальчишка себя помнил, после сильных дождей, а в особенности весной, здесь разливалась просторная водная гладь. Она подтапливала дорогу, тротуар и газон с застывшей грудой бетона на нём, похожей на древний дредноут.

Бабка Фёкла говаривала: «Эта оплывшая скала осталась здесь с момента застройки микрорайона, лет …надцать назад, когда шалопай-водитель перепутал адрес доставки и разгрузился посреди двора. Наверное, потом его уволили за разгильдяйство», — заканчивала она. Новосёлы изначально подняли шум, обивая пороги больших и не очень кабинетов. Однако спустя некоторое время местные мамочки облюбовали бетонную громаду, устроив на ней некое подобие японского сада камней.

Когда же через два года появились рабочие с отбойным молотком наперевес, то жильцы грудью встали на защиту местной достопримечательности, тем более зимой оплывшая скала представляла хорошее основание для снежной горки.

Проходя мимо искусственного водоёма, Славка не увидел ничего особенного. Лёгкий ветерок гнал по поверхности лужи обычную мелкую рябь. В воде отражались невысокие тополя, такие же липки, и всё-таки одна деталь выбивалась из общего ряда привычной картины мира.

Солнце.

Солнце в воде было красным!

Мальчишка недоверчиво задрал вихрастую голову вверх на голубое небо, на плывущие кучевые облака и на обыкновенное жёлтое солнце.

А внизу, в луже, оно было красным. Более того — красное солнце сдвинулось по краю дальше, словно его двойник на небосводе сделал широкий шаг в сторону.

Славка вновь посмотрел вверх.

И увидел прежнюю картинку: птицы, зелёные колпаки вентиляционных выходов и высокие стержни телевизионных антенн на крыше.

Он опустил голову вниз и заметил новое перемещение красного пятна.

Неуверенный в том, что это солнце, Славка поднял длинную палку, потыкал ею в середину необычного круга.

Ничего.

Никакой реакции.

Он ещё постоял, наблюдая и размышляя, а потом решил разобраться со странным явлением до конца. Скинув сандалетки и забыв про мороженое, двинулся в направлении красного отражения.

За время наблюдения оно описало плавную дугу по периметру лужи и теперь находилось на дальней её стороне. Подойдя к пятну, паренёк вновь потыкал в середину, а затем ударил палкой поперёк. Брызнула грязная вода, а мальчишка, войдя во вкус, продолжал лупить по воде.

— Хулиганьё-о! Милицию вызовем! — раздался громкий выкрик над его ухом.

Испуганно присев, Славка вжал голову в плечи и повернулся на голос. С краю водоёма стояли дворник и управдом, взгляды которых не предвещали ничего хорошего. Паренёк отбросил палку, выскочил на берег и, забыв про обувь, припустил прочь. А когда вихрастая голова скрылась за углом дома, Калинкин повернулся к собеседнику:

— Сорванец! С утра покою не даёт. Кота в подвал загнал. Давно нужно её засыпать, — он кивнул на лужу. — Ты, вот что, Елистрат, сходи в кладовку, лопаты посчитай. Мне скажешь, а я сейчас к Воеводину забегу, он с весны где-то машину щебня обещает. Если получится, на неделе в асфальт закатаем, и объявление по подъездам нужно развесить, субботником проведём.

— Понял, Лександрыч, — прогудел дворник и, перехватив удобнее метлу, направился к небольшому сараю, скрытому в глубине двора.

— Вот и ладненько! — вздохнул управляющий, хлопнув себя по карманам, выудил большую связку ключей и, насвистывая, направился в контору.

+1
22:30
36
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Мясной цех