Летучий голландец

Автор:
Саша Викторович
Летучий голландец
Аннотация:
рассказ
мистика
Текст:

Летучий голландец

"честность – тяжкое бремя в любом мире" 

(А.Д. Фостер)

***

     Иван Петрович Клубкин служил в царской армии двадцать лет, и вот так случилось, что был бой, а он остолбенел и уставился в небо. Оттуда, сверху, к нему спускался человек. Был он стар и оборван. Седые пряди его, прикрывал видавший виды капюшон, а на ногах дырявые лапти. Иваново сердце застыло на мгновенье, а потом забилось бешено и хаотично, словно птаха в ладонях, рвущаяся на волю. И пока Иван пребывал в ступоре, старик коснулся ногами земли и тихонько подошёл к солдату. Приблизился вплотную, так что слышны стали его дыхание и запах немытого тела, и наклонившись к самому уху прошептал:

     – Не твоё это оружие, не твоя война, и не твоя жизнь.

     Нечесаная, шершавая борода старца обожгла щеку, и Иван Петрович очнулся. Не было ни старика, ни поля боя, ни его однополчан ринувшихся в атаку, а стоял он посреди лесной чащи в одном исподнем, и дождь стекал по его лицу. Но делать нечего, и он, оглядевшись, двинул в сторону утренней звезды, что засияла вдруг меж туч, а минут через десять наткнулся на постового.

***

     Подъесаул Каверза был возмущён до глубины души. Он знал рядового Клубкина более десяти лет, и вот уже пять лет, как был его командиром, но и помыслить не мог о мелком нарушении им устава, а о дезертирстве и тем более, да ещё и во время боя. Как и любой офицер, Каверза был истинно верующим человеком, но поверить в то, что рассказал обвиняемый, не мог.

     – А где твоя униформа, где оружие, где совесть в конце-то концов! – перескакивая на фальцет орал в который раз Каверза и ходил из стороны в сторону, – продал, пропил, в карты проиграл! Кутёжник мне нашёлся!

     – Да нет же, Елисей Саныч, вот вам крест не вру я, пред богом на коленях, как на духу всю истинную правду говорю, – Иван шевелил рукой закованной в колодки, изображая крест, и продолжал сипеть о невиновности. На губах его выступила пена, – верую, что было мне явление…

     – Что!? Какой я тебе Елисей Саныч! Я для тебя, смерд, ваше благородие! Ты дезертир, позор Русской армии, мой позор! – уже срываясь на визг, подъесаул хлестал себя по ляжке перчатками. Затем подошёл к обвиняемому и сунув ему под подбородок нагайку задрал его голову к небу. Они находились в небольшом овражке, на дне которого вкопали столб, наспех срубленный из ствола дерева. Иван Петрович был прикован к нему. Голова и руки торчали из колодок, а перед глазами вставало лицо, изборождённое морщинами, обвислый нос и острые, пронзительно-карие глаза старца.

     – Посмотри туда, там бог! – Каверза убрал нагайку и указал ею в сторону лагеря, – а там, шпицрутены1, ждут тебя. Эх, босяк! – Слёзы навернулись на глазах подъесаула, – пока мы животы свои на смерть несли, ты собака по лесам шастал…

     Рядовой Клубкин как прибыл в расположение полка в исподнем, так в нём и оставался до сих пор. Он не чувствовал ни холода, ни боли с момента своего прихода в сознание. Его душа словно окаменела, а мысли были только об одном – говорить правду и одну только правду. У него не было ни времени, ни сил подумать о том, что же произошло и почему. Он слышал каждое слово своего командира. Каждый его упрёк как пуля вонзался в сердце, но ни раскаяния, ни тем более вины не было в мыслях солдата.

     – Вашбагродие, я ж как на духу, всю правду… истинно верую… – хрипел Иван всё тише и тише.

     – Вера!? – Каверза вплотную приблизил своё лицо к лицу солдата. Из глаз его потекли слёзы, – вера всего лишь костыль, оправдание перед собственными неудачами – зашипел он, – живи с живыми, умирай не проклиная…

– Вашбагродие, Елисей Саныч, нет вины во мне, чист я перед своей совестью и нет страха перед боем ли, перед смертью ли.

***

     За два часа до рассвета ему дали поспать, а затем бесцеремонно растолкали и повели на плац. Утро было туманным и хмурым. Подъесаул Каверза зачитал приговор о наказании шпицрутенами, и с Клубкина сняли колодки. Два дюжих солдата взяли его под руки и потащили сквозь строй. Сначала было невыносимо больно, и Иван кричал, но к середине строя всё изменилось – боль осталась, но была словно отделена от тела, а туман вдруг рассеялся и впереди мученик увидел своего старца. Его оборванная фигура маячила где-то между палатками и оружейными пирамидами.

     Иван Петрович машинально передвигал ногами, понимая, что если бы не солдаты тащившие его, он давно бы упал. Он совсем ясно вспомнил вдруг их, своих однополчан и друзей. Слева был Колька Копытин, совсем молодой, лет двадцати, как и он сам, когда был призван в армию. Справа его тащил Юрка Семецкий, который, по словам командира, избежал смерти в том самом бою. Кусок шрапнели2 пролетел рядом, оставив глубокую царапину под подбородком – на ладонь вправо и он остался бы без головы.

     Мир снова стал затягивать туман и вот уже не видно строя, и сослуживцы, что тащили его, тоже куда-то исчезли. Иван словно парил над землёй. Палатки и оружейные пирамиды расступались в стороны образуя собой проход в конце которого стоял старик, он скинул капюшон и теперь стало видно, что не такой уж он и старый. Вполне себе крепкий мужчина в странном одеянии. Он улыбнулся и протянул руку:

     – Смелее Иван, иди ко мне.

     И бывший солдат сделал шаг, потом ещё и ещё и с удивлением заметил, что на нём не исподнее, а такое же одеяние, как и у человека встречающего его.

     – Почему? – спросил он, глядя на протянутую руку, – и кто вы?

     – Меня зовут Сенкевич3, – ответил человек и продолжил, – Тур Хейердал4 объявил состав новой экспедиции и ты нам нужен…

     – Но почему? – не унимался Иван Петрович.

     – Потому что ты должен был погибнуть в том бою.

     – Погибнуть?

     – Да! От пули. А Юрий Семецкий5 бросился бы к тебе на помощь…

     – Шрапнель? – догадался Иван и посмотрел на собеседника.

     – Верно, он обязательно бы бросился на выручку и остался без головы.

     – Вот оно как… – протянул возрождённый и пожал протянутую руку.

     – Именно! А ему очень надо остаться в живых, хотя бы в этой истории.

***

     «Ра- III»6 отплывал от берег и поднимал паруса, а человека ждало необычное странствие – Клубкино путешествие.

Примечания:

1 шпицрутен – прут или шомпол, применялся для телесных наказаний, например «прогнать сквозь строй»

2 шрапнель – снаряд, начинённый шариками или осколками

3 Сенкевич Юрий Александрович – учёный-врач, ведущий телепередачи «Клуб кинопутешествий»

4 Тур Хейердал – археолог, путешественник и писатель им было построено две лодки «Ра» и «Ра-II»

5 Семецкий Юрий Михайлович – книгоиздатель, поэт, стал прототипом второстепенных персонажей множества литературных произведений русскоязычной фантастики, который умирает по ходу действия

6 «Ра- III» – в контексте призрачный корабль

Другие работы автора:
+2
20:35
64
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...
54 по шкале магометра

Другие публикации