Мавка [17]

Автор:
Д. Федорович
Мавка [17]
Текст:

17. Разбор полётов

Патриарх внимательно выслушал рапорт командира группы Грома, а затем по очереди всех участников экспедиции. Включая Басика, у которого вдруг непостижимым образом прорезался дар речи вне ментала. Особенно Патриарха заинтересовало сообщение Копши.

– Ты, говоришь, так и не понял, что это за вещица?

– Таки нет! В жизни ничего похожего не встречал.

– Ну-ну… А это как почувствовал?

– Или я не имею счастья? Просто мазаль…

Отмытый артефакт лежал на столе. Он представлял собой нашейное украшение из серебра – предположительно, потому как точный химический состав определить представлялось затруднительным. В центре, в замысловато сплетённой оправе, мутно желтел камень – нечто вроде огранённого кабошоном янтаря. В центре его изредка вспыхивала крохотная искорка.

– Кроме тебя, до него никто не дотрагивался?

– Никто.

– Это правильно. Кто знает, какая сила в нём заключена… У тебя ведь цвет радикально поменялся. Сейчас не меньше, как синий ранг.

Копша польщённо улыбнулся:

– Ну, так уже оно вышло. И шо, мне отказываться от такого гешефта?

– Нет, конечно, раз уж повезло… А могло и не повезти. Вещь странная.

– И что с ней делать? – спросила Медея.

– Думаю, ничего.

– Как это, Лев?!

– А так. Басик, это наследие твоего народа. Тебе и владеть, – решил Патриарх. И тут же пояснил:

– Почему я так думаю? Вряд ли эта сила проснулась бы, если бы рядом не было Басика… И, кстати, на него она подействовала больше всех. Такую трансформацию тела осуществить непросто даже мне. А ведь он до артефакта даже не дотрагивался. Ведь так?

– Так, – подтвердил кот.

– Копша, надень-ка на него ожерелье, – велел Патриарх. – Тебе-то уже можно его трогать. Остальным, правда, советую воздержаться. Басик, ты не возражаешь?

Кот вспрыгнул на стол. Шерсть на нём поднялась дыбом, хвост нервно подёргивался. Прикосновение к артефакту преобразило Басика: теперь на столе стояло могучее человекообразное существо, заросшее грубой шерстью. Ножки не выдержали и треснули. Басик с неожиданной для такого тела грацией соскочил с рухнувшего стола.

– Йети?! – ахнула Медея.

Патриарх не отрываясь смотрел на Басика, читая его мозг. Потом кивнул и ответил ему – но так, словно и на свои мысли:

– Да, так будет лучше всего.

Йети ответил эхом:

– Именно так. Прощайте.

И исчез.

Некоторое время царило молчание. И первой не выдержала Мавка:

– Что всё это значит?

– Это значит, что сделан оптимальный выбор, – устало ответил Патриарх. – Не хочу даже предполагать, что случилось бы, завладей этой вещью противник… Да и в наших руках это не принесло бы ничего хорошего. Что ты так смотришь, девочка? – обратился он к Мавке. – Эту задачу решил ещё Толкиен. Как бы развивались события, если бы кольцо всевластия не было уничтожено? А эта вещь – нечто очень похожее. А так все сложилось наилучшим образом: Басик вспомнил всё и стал самим собой. И в придачу получил возможность вернуться к своим сородичам. Подозреваю, что с помощью этой штуки он может перемещаться не только в пространстве, но и во времени. Кстати, ни здесь, ни в ментале он и его соплеменники больше не появятся, он обещал. К нам их занесло совершенно случайно, из-за какой-то навигационной ошибки. И здесь им некомфортно… А теперь я покидаю вас, меня ждут в другом месте.

– Последний вопрос, Лев, – вмешался Гром. – А разве в его руках артефакт не представляет опасности?

– Это совсем другая вселенная. Там у них свои законы. И свои проблемы, которые тамошние обитатели должны решать сами. К тому же, так уж вышло, в моральном плане они продвинуты дальше нас… Думаю, вам всё объяснит Алевтина Дмитриевна, она уже с самого начала штурмует мой мозг, – Патриарх лукаво подмигнул. – И всё, что надо, она уже вытащила.

Медея густо покраснела и потупилась. Справившись с собой, она проводила взглядом уходящего Патриарха и облегчённо вздохнула.

– Не «всё», конечно, а то, что было позволено, – созналась волшебница. – Лев предаёт гласности только то, что хочет.

– А я, признаться, рассчитывал, что мы сумеем наконец раздавить это гнездо, – медленно произнёс Ветер. – Представляете, какая тогда бы жизнь началась?!

– У кого? – парировала Медея. – У нас? Вот ты, конкретно, чем бы занялся? Ты ведь по большому счёту ничего, кроме как выслеживать тварей, не умеешь! Это-то умеешь хорошо, кто спорит, но в чём другом от тебя пользы ноль! Не обижайся, это не только к тебе относится – ко всем нам. Сейчас мы на своём месте, а исчезни навь в один прекрасный момент – и никому мы не нужны.

– Просто переучиваться придётся, – поддержала Ветра Мавка. – Ну и что? Переучимся.

– Стара я уже для этого. Ты-то, может, и переучишься, а мне на пенсию пора…

– И всё же я не понимаю, почему нужно было отдавать такую ценность кому-то.

– Ох, милая, всё так и есть. Конечно, жалко! Да просто не доросли мы ещё, права у нас нет распоряжаться такой мощью. Сейчас мир в равновесии – плохом, шатком, но какое уж есть. А если от этого артефакта эти весы, образно говоря, переклинит? Оно и без того случается… Тут ведь всё только на сложившихся стереотипах держится, а фантасты порой подкидывают такие идеи, что не знаешь, как отбиться! Тот же Толкиен западному миру громадную свинью подложил со своими орками! До нас, слава Богу, только отголоски дошли, а тамошним колдунам ох как солоно приходится… Ментал чисто на дыбы встал!

– Ничего, справились бы, – упрямо наклонила голову Мавка. – И никому от этого хуже бы не стало.

– И вот представь, – не слушая её, продолжала Медея, – раз в триста лет, ну, может, чуть реже, но когда-нибудь непременно появляется гений. Творец, демиург, поэт от фантазии, способный в одиночку создать целый мир. Да такой, что захватывает воображение и находит миллионы последователей. Которые будут развивать, детализировать его… И хорошо, если этот мир не отразится губительно на равновесии, не перетянет чашу весов в ту или иную сторону. А если перетянет?

Медея пристально взглянула на Мавку через очки, делавшие её глаза ещё больше.

– Вот что прикажешь делать с таким гением? – спросила она. – Убить? Или всё же пытаться перетянуть на свою сторону? Решать, конечно, действующему на тот момент Патриарху. А это колоссальная ответственность. Незавидна патриаршая доля в этом вопросе, ох и незавидна…

– Тут и решать нечего. Конечно, перетянуть на свою сторону! Это и ежу понятно.

– И что тогда? Равновесие всё равно нарушится.

– Да на кой чёрт нужно равновесие?! Победим – и можно будет заняться чем-то поинтересней, чем эта война. Направить энергию на что-нибудь… Забыла нужное слово… Вот: созидательное. Это ж такие возможности!

– Наоборот. Сейчас они, бестии, для нас – да и мы для них – нечто вроде волков для стаи оленей. Убери этот фактор, этот своего рода бич, и начнётся вырождение. Сначала да, покажется, что всё хорошо, а вот спустя время… Так что не зря такая уравновешенная система существует уже много веков. Не дураки её придумали да выстроили.

– Наверно, не дураки. Конечно. Но ведь любую систему требуется время от времени обновлять.

– Чтобы обновлять, надо досконально изучить существующую. Знать её сильные и слабые места.

– Что тут знать! – тряхнула волосами Мавка. – Есть они и есть мы. И идёт борьба – кто кого. И всё на этом.

– Вот уж нет, – возразила Медея. – Всё сложнее… Я вообще подозреваю, что есть два патриарха – наш и чужой. Командующие противоборствующими сторонами. А в природе не бывает ничего лишнего. Для чего вообще нужны твари? Как, повторюсь, хищники для оленей – выбраковка слабых? В таком случае и люди служат средством для развития тварей. Нужно постоянное соревнование наших цивилизаций как некий стимул…

– Пусть даже это выражается в виде войны? – встрял Ветер.

– Я такого не говорила.

– Но подразумевала. Это логически вытекает из твоих слов.

– Не передёргивай. В любом случае, всё уже случилось так, как случилось. Будем надеяться, что к лучшему…

=  окончание следует =

Другие работы автора:
+3
00:01
64
07:47
+2
а мне нравится winkdrink
Загрузка...
Светлана Ледовская