Здравствуй Нюра, прощай Нюра...

12+
  • Кандидат в Самородки
  • Опубликовано на Яндекс.Дзен
Автор:
Господин Борисов
Здравствуй Нюра, прощай Нюра...
Текст:

Здравствуй Нюра, прощай Нюра...

Вор - рецидивист Владимир Олегович Шиш, по всем бумагам и ссылкам проходящий под кличкой Кукиш с маслом, задумчиво стоял посреди внутреннего двора Бутырского замка с большой фанерной лопатой для уборки снега, насаженной на лощенный от сотен рук суковатый, толстый черенок.

В углу, на скамейке, на самом солнышке сидел утомленный вертухай, застенчиво сжимающий плотными ляжками полированный приклад автомата. Бдительный страж, слегка разомлевший под лучами робкого, зимнего солнца, грыз жаренные тыквенные семечки, интеллигентно сплевывая шелуху в кулак, откуда, по мере наполнения последнего, она отправлялась ему под ноги, обутые согласно устава в добротно прошитые толстой дратвой белые, мохнатые валенки.

Кукиш с маслом, уже разбросал большую часть тяжелого, липкого снега вдоль темно-бурых, кирпичных стен и теперь с каким-то жгуче-тоскливым взором оглядывал оставшийся островок нетронутого снега.

- Эх! Мать моя женщина!

Неожиданно воскликнул Владимир Олегович, и, отбросив в сторону надо полагать, уже поднадоевшее свое орудие пролетариата и скинув расплющенные брезентовые рукавицы, с каким-то даже благоговением опустился на колени посреди тюремного двора. Влажный снег под ним тревожно скрипнул, и вертухай, не прекращая грызть семечки, бдительно вперил в согбенную спину уголовника, свой неусыпный и зоркий, чекистский взгляд.

А уголовник в это время тонкими и чуткими, покрасневшими от снега пальцами карманного вора, самозабвенно лепил снежную бабу. Снежный ком, с каждым движением его рук становился все больше и больше, слой, за слоем наматывая на себя липкую снежную массу, с бурыми травинками и невесть откуда залетевшими сюда, за пятиметровые стены прелыми березовыми листочками.

Надсмотрщик, всполошившийся было поначалу, несколько успокоился и вновь погрузился в глубокомысленное поедание тыквенного семени. А снежная баба тем временем росла и хорошела на глазах. Большие выпуклые глаза ее кокетливо глядели на тюремный, жилой бокс, а крючковатый, крупноватый нос, выдавал в скульпторе скрытого, подсознательного семита.

Обойдя вокруг своего творения несколько раз, Шиш решил (видимо, для большего правдоподобия), приделать ей и груди. И не страшно, что вышли они у него несколько разными по объему, и вместо сосков у бабы этой торчали сигаретные окурки - главное, что получилась, как не крути, а все ж таки баба, можно сказать, даже женщина...

Звонок на обед застал Владимира Олеговича за созданием голых женских ступней, торчащих из-под нижнего шара (читай задницы), несколько похожих на ласты для подводного плавания, но тем ни менее довольно сексапильных.

- Могешь! - завистливо проговорил охранник, осмотрев скульптуру вблизи.

- И кто ж такая будет?

В голосе его слышалась откровенное подобострастие бездаря перед творцом, можно сказать даже скульптором, пусть и заключенным.

- Нюра... - прошептал смущенно Кукиш с маслом и, привычно сцепив руки позади своего тощего зада, пошел в камеру.

Каждое утро, матерый рецидивист Владимир Олегович Шиш, подходил к забранному толстой решеткой окну своей камеры, где по циркуляру от 1897 года о «содержании каторжных людишек», должны находиться не более пятнадцати человек одновременно, но при современных реалиях содержалось отчего-то не менее сорока, и, глядя на стоящую посреди двора снегурку, тихо говорил:

- Здравствуй Нюра.

А вечером, когда заключенные умолкают и погружаются в тяжелый, праведный сон, так же тихо прощался с ней:

- Прощай Нюра.

И никто, даже последняя уголовная шваль, осужденная по сто семнадцатой статье, части второй и третьей, не смела пройтись по поводу этого его каждодневного ритуала.

Шли дни, новогодние праздники приближались, но вместо ожидаемого похолодания становилось все теплее и теплее. Ночами шли мелкие дожди, а днем солнце, словно перепутав время года, светило как сумасшедшее.

Нюра худела и спадала с лица на глазах.

Ее, задорно торчащие груди, обвисли, как у многократно рожавшей суки, породистый нос, подтаяв, превратился в пипочку старой казашки, перенесшую на ногах последнюю степень сифилиса, а ступни-ласты - вообще растаяли, уступив место пожухлой, прошлогодней травке.

Теперь "прощай Нюра " звучало все грустнее и грустнее, а'' здравствуй Нюра '', напротив - радостно.

Тридцать первого декабря, к вечеру, на том месте, где совсем еще недавно красовалась грудастая и носатая Нюрка, осталась лишь небольшая лужица воды, которая поспешно, словно в промокашку просачивалась сквозь дерн.

Проглотив сизоватые макароны и плоскую, праздничную котлету, Владимир Олегович безнадежно подошел к своему окну. В бледном, желтом квадрате света из окна, упавшего на место безвременной кончины его рукотворной Нюры, маленьким, янтарным фонариком горел цветок мать и мачехи, раскачивающийся на тонком, чахлом стебельке, совершенно не ко времени пробившимся сквозь слежавшуюся под снегом траву.

- Здравствуй Нюра, - очарованно прошептал Кукиш с маслом и благоговейно прикрыл тонкие, какие-то по-черепашьи округлые веки с выколотой на них фразой: "ОНИ УСТАЛИ".

...Ну а первого января, температура воздуха в Москве опустилась до минус восемнадцати, и повалил крупный, колючий снег...

+9
18:55
264
23:08
+2
Хороший рассказ. Об одиночестве, о поиске и обретении частички «своего» даже в тяжелых жизненных обстоятельствах, даже, казалось бы, совсем пропащими душами. О надежде, которая появляется, чтобы тут же погибнуть. Ровно под Новый год. Как будто напоминание о том, что НГ может предвещать что-то волшебное, новое, но для зэка — это лишь чудо на час, а с 1 января потянется такой год, как и все остальные в длинной череде заключения. О том, что красоту можно найти везде и во всем. Главное, знать куда смотреть.
«Здравствуй Нюра» и «Прощай Нюра» — без зпт — это прием такой у вас?
Нет дорогая Марго, это не прием, это безграмотность… Спасибо Вам…
23:41
+1
Ни за что не поверю))) Такое повествование замечательное, не можете вы быть безграмотным!
В свое время я поступал в институт имени Горького. В сочинении я умудрился сделать 19 орфографических ошибок и уже через пару-тройку недель маршировал в Свердловске в качестве солдата...)))
23:58
+1
Ого! Какая интересная у вас биография!
23:26
+1
Вот умеете вы, Владимир, так душевно и трогательно. inlove
Спасибо Светлана. все для Вас…
00:40 (отредактировано)
+2
Как всегда, проникает в душу. А рецидивист случайно не родственник проктолога? smile
Да все они родственники если копнуть, раз в одной голове родились...)))
11:34
+1
Но дальние, а то как же любовные романы писать jokingly
По большому счету все мы произошли от одной матери…
15:05
+1
Это точно. Я видела её скелет в Адис-Абебе.
08:24
+1
Романтика и фантастика.))) Хороший стиль. Уверенная рука. Отсылочки к «Снеговику» Несбё нет, случайно?)))
Дорогая Виктория. К сожалению лишь Ваше предположение направило меня к поисковику, откуда я и узнал о существовании этого автора… Спасибо.

12:58
+1
Ну, я знаю этого автора, и не думаю, что нужно сожалеть.)) снеговика не читала, смотрела. Другое не понравилось.
Загрузка...
Юлия Владимировна