Вторжение в рай

Вторжение  в  рай
Аннотация:
Мир, где человечеству нет места, где приматы так похожи на нас. Они создали мир полный гармонии и любви. Когда над раем нависла угроза, смогут ли миролюбивые обезьяны встать на его защиту.
Текст:

Он ничего не понимал, только шум в ушах и какой-то странный гул все еще не давали прийти в себя. Том с болью раскрыл веки, понимая, что лицо залито кровью. Потеряв ориентацию в пространстве, попытался подняться, это удалось, но с трудом, все плыло перед глазами. Оглядевшись, Том понял, его отбросило взрывной волной. Вокруг дымящиеся руины зданий, перевернутые машины, точно ад вырвался на поверхность.

Сквозь дым, Том увидел непонятное – пространство точно вывернуло свои грани, мерцая голубым светом. Люди – это были, несомненно, они, в одежде, что казалось нелепым. Он криво усмехнулся, закашлялся, сплюнул под ноги, пытаясь прочистить рот от пыли. Люди, что лазают по деревьям, истерично орущие, которые привыкли отбирать друг у друга пищу и самок.
Сейчас они были почти, как обезьяны, шли на двух ногах, не опираясь на руки. Теперь их голые пятипалые лапы сжимали оружие, что привело Тома в чувство. Он потряс головой, отбежав в сторону, спрятался за уцелевшим зданием. «Что это, вторжение»?- лихорадочно соображал он. В голову ворвался чужой резкий язык, точно лезвие кромсающее плоть, Том поморщился, понимая каждое слово, когда телепатически получаешь сигнал, перевод не требуется, достаточно услышать интонацию, потом буквы сливаются в слова, поэтому, в мире Тома, никогда не нужны были переводчики.
Обезьяна – это звучит гордо, любил повторять отец, ты должен нести это звание так, чтобы мир гордился тобой.
В мире обезьян нет ненависти, ни гордыни,ни зависти, что разрушает сознание.Они не верили в Бога, почитая предков и планету Земля. У них были похожие ценности с людьми, но меньше желчи и пороков, поэтому обезьяний мир процветал и достиг многого.
Том выглянул из-за угла, посмотрев на пришельцев. Страх, первобытный, удушающий, медленно сдавливал горло. Том подумал об Анне и услышал, ее плачь. Он доносился из их дома, как жаль, Том не мог сейчас ничем помочь жене. Она знала о произошедшем, понимая, все изменилось. Осознание неизбежности смерти сделали ее стон безутешным.
Разлом в пространстве не затягивался, словно глубокая рана, откуда выезжали нелепые машины, источая зловоние и люди, которых было так много, что у Тома перехватило дыхание. Он пытался связаться с теми, кто работал по соседству, в ответ глухая стена тишины – никто не выжил после взрыва. Он слышал, что такое возможно, но не знал подробностей механизма искривления пространства, Том был обыкновенным учителем, преподающим историю в Университете города Пакрис.
Теперь на город, точно чума, обрушилось вторжение людей. Страх. Стон и плачь. Боль. Смерть.
Это был крик о помощи, люди не слышали его, а маленькая женщина, притаившись под барной стойкой, взывала о помощи. Том видел её глазами, как в здание входят люди, называющие себя солдатами. Он не понимал, что означает это слово, связанное с названием приправы соль, но они были настроены агрессивно. Услышав плачь, один из солдат, нашел несчастную и выволок наружу, заломив руки.Смеялся, ударив в лицо. Кровь изо рта, выбитые зубы, женщина умоляла не трогать ее. Том слышит смех солдат, называющих несчастную гадкой мартышкой…
Потом связь оборвалась, грянув громким выстрелом. Том, схватился за голову, ощущая, как боль проникает через глазное яблоко в центр мозга, пульсирует, растекается раскаленным свинцом.
Раскрыв глаза, он понял, время бежать, предупредить всех, о начале вторжения. Сейчас необходимо быть вместе, чтобы отразить угрозу.
Задыхаясь от дыма и пыли, Том ринулся между горящими домами, узкие улочки и дымовая завеса были заодно с ним, и люди не обнаружили его. Он бежал, задыхаясь до рвоты, глаза слезились, а сердце отбивало барабанную дробь. Ритм танца смерти становился громче, а адские музыканты хохотали, изрыгая языки пламени из своих ртов.
«Хранитель предков. Хранитель предков»! – взывал Том. Он слышал, что Хранитель жив и слышит его, но что-то не дает ответить на послание.Мысли путаются, Тому трудно отправить все, что он видит, чувствует. Голова, кажется, лопнет, точно спелая тыква, но у него получается.
Обессиленный, он забегает в дом обеспокоенного Хранителя, тот, обнимает его, как отец.
– Том, я знаю, что произошло! Жертвы среди населения исчисляются тысячами, люди - настоящие дикие звери! Телепаты успели сообщить главное – захватчики пришли из другого мира. Понимаешь, есть мир, где люди живут в городах,- Том рассмеялся, не в силах представить подобное.- Да, да, Том, они занимаются тем, чем и мы, только по натуре варвары, вандалы, и им плевать на Мать Землю, да и друг на друга. Их мир погряз в войне и разложении, чтобы спастись, ученые людей нашли червоточину в пространстве и научились, как переправить тысячи в другой мир. Им все равно, что делать с новым домом, но это наш мир, и мы должны защитить его.
– Я понимаю, Хранитель, но что мы сможем противопоставить их жестокости и алчности?
– Изучая людей, как представителей приматов, наши ученые много достигли, эти особи понимают только жестокость, но… мы не готовы к этому.
– Если не дадим отпор, они просто уничтожат нас. Займут наши дома и продолжат уничтожать мир, только мы должны спасти его, во что бы то ни стало.
– Я должен подумать, Том,- Хранитель скрестил руки на груди,- твоя жена… они могут добраться до нее, поэтому торопись.
Том выбежал из дома Хранителя, понесся по улице, пыль и дым, точно шлейф, опускались на город, солнце садилось, окрашивая небо кровавым заревом.
Он слышал плач и голоса, это были дети из школы, их вывели на площадку, чтобы произвести отбор. Кто-то должен работать, а кто-то умереть. Снова выстрелы, раскаленный свинец в голове, сердце, легкие взорвались болью. Том не мог выключить это, и поток боли снова окунул во мглу.
Открыв глаза, он понял, что опоздал, человек, стоящий над ним рассмеялся, что-то отметив, как нелеп костюм на обезьяне. Он не понимал обезьяний язык, не умел общаться мысленно, поэтому Том не мог его ни просить, ни умолять.Только смотреть, в надежде, что, человек сможет что-то осмыслить.

Последней каплей стало объявление о том, что Пакрис капитулировал,а Хранитель убит.
Обезьяны плакали, лишившись своего Бога. Они не знали слов молитвы, потому что никто не учил их этому, впервые за тысячу лет ощущая себя осиротевшими, они решили покорно принять все, что приготовила судьба.
Том не мог смириться и пытался подбадривать соплеменников, он слышал их мысли, их стоны и старался внушить, что если отдать свой мир на растерзание, значит, обезьяны не достойны жить в нем.
Время шло, мысли в песок и воду, летели дни, обезьяны, точно проснувшиеся от долгого сна, ощущали, как дорога им жизнь, и что планета не заслужила быть раздавленной, уничтоженной пришельцами.
– Надо преподнести урок людям,- сказал Том.
Это прозвучало слишком громко в накопившейся тишине. Обезьяны чувствовали, что их большие сердца ещё способны гореть. Пылать тем самым огнем, который мы называем верой, нет, не в Бога, в нечто большее, что можно попробовать на вкус и потрогать.
Кто с честью пытался добиться всех благ для народа,
Кто верил в грядущее сердцем горячим своим,
Кто знает, какая на вкус и на ощупь свобода,
Их много таких - мудрых женщин и смелых мужчин.
Том улыбался, понимая, что надежда вернулась, и теперь осталась немногое – донести до всех, что обезьяны не сдаются.
Люди не слышали, о чем думают обезьяны, так как не умели мысленно общаться. Они не понимали, что теперь на всей планете поднимается волна. Волна, от которой будет невозможно спастись.
Города вздрогнули, слыша зов израненных душ. Те города, куда не добрались людские орды, с оружием, несущим смерть, машинами, пожирающими вонючее топливо и жаждой убийства.
Смирение и страх стерлись, точно старый рисунок на пожелтевшей от времени бумаге, оставляя лишь одно – желание вернуть свободу своему миру.
У людей все по-другому, они не умеют сплотиться, им мешают сомнения, ложь и жажда наживы.
У обезьян все иначе. За многие столетия они лишь утратили способность ненавидеть, поэтому вторжение людей застигло их врасплох.
Когда волна обезьяньего гнева прокатилось по планете, Том и его товарищи почувствовали это. Они готовились. Они ждали.
Солдаты устроили вечеринку, играла громкая музыка, пламя от костров освещало площадь перед зданием школы, где в темных окнах на них смотрели пленники.
– Через несколько дней сюда прибудет целая армия,- улыбнулся один из солдат,- вот тогда точно повеселимся.
– Повеселимся,- согласился другой,- хотя, я ожидал хоть какого-то сопротивления. Полковник сообщил, лучше всех сжечь в школе, чтобы потом не оставлять гниющие трупы. Да и не тратить патроны.
– Да это вариант мне тоже нравится. Ты это слышал? – первый солдат прислушался, - точно что-то приближается…
Они не успели схватить оружие, лавина огня прокатилась по лагерю людей. Обезьяны, настигшие солдат врасплох, действовали молниеносно. Каждый удар или выстрел был единственным, солдаты падали замертво один за другим. Обезьяны не оставляли им выбора. Освободив пленных, они направились к дыре в пространстве, которая сияла между домов на главной улице, где все и началось.
Из светящегося разлома выходила новая колонна солдат, уродливые машины с вытянутыми пушками, люди со звериными глазами пугающего вида. Теперь обезьянам не было страшно, они затаились, ожидая, когда солдаты выйдут из червоточины, расположились на крышах домов, в разграбленных квартирах с выбитыми окнами, приготовившись к возмездию.
Гнев обрушился на головы пришельцев.Обезьяны, вспомнив свой первобытный страх, гнев и ненависть кинулись на людей, разрывая зубами плоть, разнося в клочья ставшими податливыми, как тряпичные куклы, тела.
Машины открыли огонь, ослепляя светом, несколько десятков обезьян упали замертво. Но другие не переставали сражаться, выхватывая из голых лап людей оружие, используя его против них.
Том бежал, помня слова Провидицы, которая говорила о другой силе. Он знал, что наступает новое время, когда рай придется защищать. Но как закрыть разлом в пространстве, ведь обезьяны не могут биться вечно.
Они несли потери, каждая смерть ударяла болью, каждый предсмертный крик звенел в ушах. Тому оставалось только одно, пробраться в дом Хранителя, чтобы воспользоваться единственным шансом, который упустил потомок древних.
Дом Хранителя осквернен, работники убиты, Том с горечью смотрел на растерзанные тела обезьян, понимая, они никогда не смогут вернуться к близким. Эти мысли отвлекали от главного, Том понял, его соплеменники начали меняться, страх и боль, ужас и горе сделали жестокость способом выживания. Им не нравилось убивать. Они защищали свои дома, города, детей.
Возможно, мир обезьян уже никогда не станет прежним, рассуждал Том, наверное, кому-то из его сородичей понравится ощущение, когда чья-то жизнь висит на волоске, и кто-то сможет распоряжаться ей.
Войдя в комнату Хранителя, Том увидел его лежащим лицом вниз, опустился на колени, чтобы коснуться его плеча, принести дань уважения погибшему.
В кармане Хранителя он обнаружил связку ключей и, открыв дверь, где находились все свитки древних, вошел в просторный зал. На потолке зажегся свет. Комната утонула в сиянии желтого ореола, точно солнечные лучи проникли в бездну, сделав ее досягаемой.
На полках располагались книги, свитки, древние таблички, тут было не сложно разобраться, так как на каждом стеллаже имелись указатели и названия эпох, а так же надписи тематики научных трудов.
Том медленно окинул взглядом достижения, которым более пяти тысяч лет, коснувшись пальцами пыльных корешков громадных книг, слыша голоса мудрецов, величайших ученых и творцов. Голоса слились в музыку, подсказывающую нужное направление, Том искал, пока не подошел к столу Хранителя, где лежала последняя книга. Чтобы открыть ее, необходимо знать код, однако, Тому это не потребовалось, книга сама приняла его.
Не зная о своем предназначении, Том сначала напрягся, книга открылась, засияв ярким светом, ослепляя и в тоже время, раскрывая глаза новому Хранителю племени обезьян.
Воины его народа устали, кровь багровыми реками окрасила улицы, разлом все еще сиял голубым пламенем. Том не знал, как закрыть его. Он пытался отыскать тот самый ключ от двери, точно узник, заключенный на пожизненный срок.
Наука – великое спасение и проклятие, важно, в чьих руках окажется знание. Собрав ученый совет, новый Хранитель передал драгоценные свитки для изучения самым мудрым ученым, старейшинам храма науки. Знания оказались бесценными, ученые согласились, многое казалось утерянным: информация об устройстве мира и о том, как управлять энергией космоса.
– Вы должны понять, как устроено пространство и время и сделать все возможное, чтобы закрыть разлом.
Время шло, ученые работали не покладая рук, не спали, искали ответы, но никак не могли найти. Как закрыть червоточину или поставить барьер для армии пришельцев. Теперь Том понял, цивилизация, имеющая столько знаний, не научилась управлять ими.
Война продолжалась, унося жизни обезьян и людей, пожары и болезни хлынули в города.
Казалось, пришел конец, и Том готов признаться в поражении, пока к нему в руки не попала «Первая книга». Небольшая, в грубом кожаном переплете, она лежала в нижнем ящике стола. Книга, которая открылась Тому в самом начале, оказалась лишь дверью ведущею нового Хранителя к поистине ценному сокровищу.
Он нашел её и увлекся чтением, изучая символы, читая несколько дней кряду, забывая о сне и еде.
Как эта книга досталась прежнему Хранителю, никто не знал. Она передавалась из поколения в поколение, и следы терялись в глубокой древности, о которой не сказано в летописях обезьян.
Том подумал, что такая реликвия не должна попасть в руки пришельцев. Если бы они владели подобной книгой, то не пришлось тратить годы и средства на создания машины способной преодолевать пространство и время. Не нужно строить космические корабли, совершать сложные расчеты. Все оказалось значительно проще – сила слова, заключенная в рунах, магия, ставшая легендой, как в мире людей, так и обезьяньем царстве.
Том вынул из верхнего ящика стола маленькие камушки с непонятными знаками, значение которых теперь стало ясно. Простая комбинация могла его обезьяну сделать повелителем Миров, на службе Вселенной. Как все великое просто, улыбнулся Том, подбрасывая руну, одну за другой, они застывали, повиснув в воздухе, знаки же на них загорались ярким пламенем. Семь стихий цветов радуги: земля, вода, огонь, воздух, обезьяна, человек и энергия космоса. Все связалось воедино.
Руны покачивались, источая звуки, складывающиеся в мелодию. Том закрыл глаза, слушая голос Вселенной.
Разлом пространства начал уменьшаться, обезьяны вышли из укрытий, видя, что врагов больше нет.Единственный выживший, бежал к разлому. На его лице, забрызганном кровью, читался ужас, он влетел с разбегу в сияющую трещину и исчез.
Врата захлопнулись, иноземные машины начали растворяться в воздухе, становясь похожими на фантомы, тела людей, оружие – все, что пришло в мир обезьян из враждебной реальности перестало существовать.
Обезьяны выходили из укрытий, с непониманием и благоговением наблюдая, как восстанавливается город, точно отматывалось время вспять.
Дома поднимались из руин. Черные воронки от снарядов на дорожном покрытии и некогда зеленых газонах, затягивались,точно раны. Небо снова стало голубым и чистым, а свежий ветер принес запах океана.В города вернулись птицы, вместе с улыбками и радостью.
Том захлопнул книгу и убрал в ящик стола, вышел из кабинета, ощущая, что-то изменилось. Он знал, что мир воцарился снова, и теперь защищен от вторжения людей или подобных злобных, алчных существ. Остановившись на крыльце, Том посмотрел на небо, улыбался, зная, что придет время, и они встретятся с любимой в новом мире. Жаль только ничего не вспомнят о прежней жизни.
Когда люди на Земле умирают, их души переносятся в мир обезьян, только об этом никто не знает, и людям это может показаться смешным и нелепым. Это случается с хорошими людьми, прошедшими проверку, достойным стать обезьяной.
Когда умирают обезьяны, их ждет новое путешествие.
Том улыбался, ему еще никогда не было так хорошо, создать мир заново, спасти своё племя…
– Хранитель,- он услышал голос и посмотрел на женщину, подошедшую к нему.
– Провидица, - Том склонил голову, пожимая ей руку. Ощущая легкое покалывание в ладони, он взглянул на нее.
– Не зря мне дана сила Провидицы,- улыбнулась она.
– Я столько познал за эти месяцы, которые слились в один день, столько знаний и как прекрасна и мудра Вселенная. Только один вопрос мучает меня, если хорошие люди попадают в мир обезьян после смерти, где остаются плохие?
Провидица, лукаво улыбнувшись, пожала плечами:
– Они превращаются в камни, серые и безмолвные, которым суждено влачить сотни лет в придорожной пыли.
Том смотрел на небо, надеясь, что когда появятся звезды, найдет ту единственную, что ждет его на небосклоне. Онаяркая, сияющая светом, источающим любовь и тепло. Он вспомнил Анну и закрыл глаза, теперь он знал, что она ждет его где-то там высоко-высоко в темноте звездного неба.



– Давай этого в клетку! – скомандовал один из солдат, ударив обезьяну в костюме,- черт, обезьяний мир, просто какой-то дурной сон. Нам не говорили, что кого-то придется убивать, тут целые города, заполненные подобными тварями.
– Надо перебить их всех, пока они не чухнули что к чему,- бросил другой,- думаю, завтра утром прибудет армия.



Обезьяна в костюме открыла глаза, губы тронула скупая улыбка.Он почти начал понимать их язык, просто улавливая на слух. Машина тронулась, кроме Тома в клетке было трое мужчин и пять женщин, израненных, напуганных. Он попытался связаться с женой и понял, что холодная пустота означает одно – смерть. Горечь утраты была не долгой, так как обезьяны не оплакивают мертвых, зная, им уготована лучшая участь, в награду жизни на Земле. Он закрыл глаза, сожалея лишь о том, что не успел проститься.
Женщина с разбитым лицом, ласково взяла его за руку.
– Я знала, что так будет.
– Ты Провидица? – спросил Том, понимая, что не может прочесть ее мысли.
– Да, Том, и я знала, что так случится.Это неизбежно, когда приходит время перемен.
– Что ты хочешь этим сказать? – Том не понимал, почему она так спокойна, отчего ей не страшно.
– Бороться с Вечностью бессмысленно, но у нас есть шанс, если вмешаются другие силы.
– Другие силы? – Том не понимал, о чем говорит Провидица. Он вспомнил жену, ее теплую улыбку, ласковые руки и нежность, которой она пеленала его с тех пор, как они были вместе.
У обезьян не хоронят мертвых, их тела сжигают, а пепел развеивают над океаном.
В мире обезьяне существует войн, а правит гармония, что кажется непонятным и скучным,туманным для людей, которые изучали странную реальность, направляя бойцов уничтожить обезьяний рай.
Солдаты должны очистить мир для тех, кому уготована судьба, оказаться в новой действительности.Казалось, с благими намерениями, ученые отправляли людей в другой лучший мир,открыв выжившим землю обетованную, где нет удушающего смога, крови и смерти. Но, всем известно, к чему ведут благие помыслы, если они не в руках праведников. Неважно, что обезьяний рай будет уничтожен, на его обломках, люди построят новый дом, пусть фундамент на костях, а стоны и плачь, станут гимном новой эры.
Том вспоминал, как было раньше, что делали обезьяны, когда строили цивилизацию. В далекой древности они были похожи на людей. Войны и распри, насилие и боль правили всем, а деньги, и власть стали Богом.
Время сделало из них настоящих обезьян, которые смогли вынести уроки из ошибок прошлого.Пришло время и топор войны и ненависти, закопан глубоко. Усилия дали свои плоды – мир полный взаимопонимания и любви, где труд вознаграждался, как доброе слово и дело.Обезьяны вступили в новую эру. Золотой век.
Люди сказали бы, так невозможно, не в силах человек искоренить свою природу. Обезьянам же это стало подвластно. Теперь же они оказались беззащитными перед агрессией захватчиков.
Машина дернулась и остановилась, источая мерзкий запах, дверь клетки распахнулась.Солдаты приказали выйти наружу. Том только сейчас заметил, что не выпускает руку Провидицы, он помог ей спуститься, как и остальным раненым и только после этого двинулся за солдатами.
Их поместили в здание школы, в которой теперь не было детей. Том рассматривал детские рисунки на стенах и слышал голоса.
Детский смех, сменился плачем, он больше не мог вынести это, ощущая, как внутри начинает шевелиться что-то чужое, злобное. Он не знал, как назвать это чувство, племя обезьян давно распростилось с ним. Ощущение, когда страх перерастает в боль, и острые когти ненависти прорывают нору в твоей душе.
Через несколько дней школьные классы были забиты обезьянами. Тому было невыносимо смотреть на то, как они безропотны, он не понимал, отчего никто не смог противостоять людям, которых намного меньше, чем обезьян.

+1
565
19:53
Ощущения человека, отброшенного взрывной волной, правдоподобные. Вторжение людей-обезьян выглядит интересным. «Телепатический» перевод — ключевой сюжетный ход, без которого главный герой не смог бы понять пришельцев.

«Он ничего не понимал, только шум в ушах» — шум в ушах не понимают, а слышат.

«понимая, что лицо залито кровью» — такое скорее чувствуют, а не понимают.

В первом абзаце часто повторяется глагол «понимать».

«Люди – это были, несомненно, они, в одежде, что казалось нелепым» — именно в одежде люди естественны. Они же пока не описаны как обезьяны.
Загрузка...
Илона Левина №1