Огурчики

Автор:
Андрей Ваон
Огурчики
Аннотация:
На злобу дня
Текст:

Вагон дёрнулся и встал. "Поезд дальше не пойдёт, просьба освободить вагоны", - сказал машинист в трескучие динамики и открыл двери. Народ послушно потолпился на выход. Игорь закрыл книжку и пристроился сбоку. Никто не толкался, смотрели друг на друга дружелюбно и с какой-то надеждой. Многие улыбались.

- Ладно, дойдём и пешком, - сказал себе под нос Игорь.

- Дойдём, - согласился рядом мелкий мужичок в смешном "петушке". – И так далеко заехали.

- Далеко, - кивнул Игорь, продвигаясь к дверям

- А вы прямо с "Авроры", что ли? – по-доброму хихикнул мужичок, оглядев Игоря.

- Почти, - ответил Игорь уже на платформе и побежал через две ступеньки на улицу.

- Славно она бабахнула, - крикнул вдогонку словоохотливый мужичок. Последнее время многие стали словоохотливыми и дружественными.

В своём бушлате, расклешённых штанах, подтянутый и молодцеватый Игорь, действительно, был похож на матроса. Бескозырки с лентами, правда, не было.

До работы было километра четыре, "Не привыкать", - подумал Игорь, подняв воротник. Мороз был градусов десять. "Хорош апрель", - закурил он сигарету, пересчитал в пачке оставшиеся и бодро зашагал в темноту.

Фонари не горели, но свежий снег слегка подсвечивал дорогу. Редкие машины не мешали идти прямо по проезжей части, а на тротуарах ноги вязли в глубоких сугробах. Кое-где в окнах жилых домов горел свет, изредка открывались двери, граждане выходили на улицу и брели по своим делам. И почти каждый стремился заглянуть в лицо: улыбнуться, подмигнуть, поднять руку в приветствии. Кое-кто сжимал поднятый кулак.

Путь был простой, хотя и темный, а дорогу Игорь знал хорош, шагал быстро. На работу он подошёл разогретым, запыхавшимся и румяным. Окна офиса были темны.

Игорь пробрался с фонариком в свою комнату, не включая света в холле. Снял бушлат, оставшись в колючем свитере – батареи были тёплыми, но не горячими. Включил компьютер и загрузил чертёж. Потёр застывшие руки и взглянул на стол Славика. Макетная плата щетинилась проводами, а схема на листе А3 дополнилась новым блоком.

- Нормально, – одобрил Игорь и отложил лист в сторону.

Он вовсю работал над чертежом, когда в холле послышались голоса. Игорь взглянул на часы – близился полдень, но на улице было по-прежнему сумрачно. Лишь небо немного подёрнулось серым, и обозначились силуэты домов.

- Игоряныч, иди чай пить! – позвали его.

Игорь потянулся, нажал несколько клавиш и вышел из комнаты.

В холле стоял стол и бесполезные теперь холодильник и микроволновка. Рядом на тумбочке фырчала газовая горелка. На горелке булькал чайник. Над всем этим висела тусклая лампочка.

Вокруг стола сидели двое: Юра, кутающийся в пуховую жилетку, и Тимур, обхвативший длинными пальцами парящую чашку. Было им лет по тридцать с небольшим, плюс-минус, ровесники Игоря. Юра - маленький и упругий, лицо решительное и злое. Тимур - среднего роста, улыбчивый, а глаза с хитринкой.

- Садись, а то всю работу сделаешь, - сказал Тимур. – Комп выключил?

- Тимур! – обиделся Игорь.

- Ладно, ладно, я так.

На столе варёная колбаса толстыми кругами свисала с нарезанных ломтей белого хлеба.

- Где взял? – сглатывая слюну, уселся Игорь.

- Ха! Там уж нет! – улыбнулся Тимур. – Бери, не стесняйся.

Игорь ухватил самый скромный из огромных бутербродов.

- Говорят, корейцы опять жахнули, - с набитым ртом сказал Юра.

- Да какая нам теперь разница… - вздохнул Тимур. – Игорь, корпус дорисуешь сегодня?

Игорь закивал, работая челюстями.

- Очень хорошо. В производство как раз притараканили жести, сделаем корпусок, а Славик плату доделает. Глядишь, к концу недели будет тестовый образец, - Тимур откусил от бутерброда. – Юра софт допиливает уже. Да, Юр?

- Отстань, – сказал Юра. - Ты своих куда сегодня дел?

- Да всё туда же. Вроде наладилось, - ответил Тимур.

- А отопление там есть?

- Угу, - кивнул Тимур, прожёвывая. – Там сантехник нашёлся, на полздания тепло пустил. Хватает. Не Ташкент, конечно, но жить можно.

- Чего они там делают?

- Да не скучают вроде. Там же и учителя есть, и воспитатели. Немного, конечно. Но и детей, сам понимаешь… А ты чего сегодня один?

- Жена к себе на работу Машку забрала. Сказала, что тут мы её плохому учим.

- Да ну? Это, вон, Игорь всё, главный у нас матершинник, - Тимур засмеялся дежурной шутке. – Да, Игорянычу хорошо… без детей забот никаких и нет, работай, не хочу, - вздохнул Тимур и взял ещё один бутерброд.

Игорь хотел, было, возразить, но лишь отпил шумно из чашки. Сразу тогда он не сказал, не до этого было. А сейчас и ни к чему, зачем лишние пересуды.

Юлька принесла благую весть как раз шестого ноября под вечер. А в ночь всё и началось. Вспомнив о жене, Игорь улыбнулся.

Послышался скрип входной двери.

- Славик, что ли, так рано? – удивился Тимур, поглядев на часы.

В холл влетел расхристанный мужичок лет сорока, невысокий, лысоватый, с животиком. На добром лице была усталая гримаса вечной паники.

- О, Илюха! И чего ты опять прискакал? – спросил Юра.

- Да не могу я там сидеть! Интернета нет, телевизор не работает, в баре только водка… видеть её не могу. Тут хоть вы. Пусть и больные на голову, а всё веселее.

- Садись с нами тогда чайку, - предложил Тимур.

Илья плюхнулся на стул, как был, в пуховике; длинный шарф размотался одним концом до пола. Обхватил лысину.

- Вы чего, всё работаете? – тускло спросил он.

- Как видишь, - улыбнулся Тимур, показывая на стол.

Илья помолчал.

- Нет, я не понимаю. Как вы можете? Как?! – он вскочил и посеменил из холла в одну из комнат.

- Тимур, сходи за ним, он сервак сейчас врубит, опять нам автомат вышибет, потом не заведёмся, - попросил Юра.

Тимур закивал и побежал за Ильёй. Послышался приглушённый спор.

- Бедный Илюха, - покачал головой Игорь.

- Ага, ни слуху, ни духу от своих. Угораздило его ведь именно тогда за образцом притащиться. Чуть раньше или чуть позже если... Сидел бы сейчас в своей швейцарской глуши.

- Да у них, вообще, наверное, труба.

- Скорее всего, - кивнул Юра. – Но зато вместе со своими был.

- Это да… - Игорь встал. - Ладно, я работать.

В этот момент погас свет.

- Поработали, - вздохнул Юра. – Не справился Тимурьяныч.

Игорь присел обратно, включил стоявший на столе фонарь.

- А я всё равно поработаю, - пожал он плечами. – Распечатки есть. С карандашиком пройдусь, проверю. Фонарь подвешу и поработаю.

- Хорошо тебе… а мне сиди, жди теперь.

Вернулся Тимур, усадил на стул обвисшего и безвольного Илью.

- Не удержал, - развёл руками Тимур. – Будем ждать. Только, Юр, я прошу, давай без самодеятельности, а? А то они нас на целый день потом отрубят. – Он помолчал, побарабанил по столу пальцами. - Товарищи, а что было раньше: Йеллоустоун или выстрел Авроры, а? – захихикал он тихо.

- Ой, Тимур, надоело, - махнул на него рукой Юра.

Игорь всё не уходил, уютно ему было тут.

А Илья, обхватив голову руками, уткнувшись в стол, вдруг начал быстро бормотать.

- Всё, всё, к этому шло! Предупреждали америкосов ведь! Предупреждали! Рванёт у вас! Нет, это, мол, всё алярмисты, паникёры… Никто в ус не дул… а тут тоже… говорили же, сто лет комуняки отпразднуют, а эти хихикали и про выборы свои дурачились. Корейцы, думали, пугают только, а теперь они остановится не могут, во все стороны лупят... живого места не осталось… А у нас? Пускали, пускали чёрных… Куда?! Сколько можно? … А сепаратизм, думали, везде, только не в Европе… всё по кускам и расползлось… – он вскинул безумные сейчас глаза. – Как вы живёте в этой анархии, как?! Бежать, бежать…

- С планеты не убежишь, - вздохнул Тимур. – Чего теперь, не работать, что ли?

- Да ну, Илюх, какая анархия-то? Наладили более-менее. Слабаки, да, смылись, да и сгинули уж, наверное. А так… нормальные люди везде есть. Жить можно, - сказал Юра.

- Лета ж не будет… солнца… - жалобно всхлипнул Илья.

- Это да. Придётся подождать год-другой, пока пепел уляжется. Ну и что, потерпим как-нибудь. Живы будем, не помрём, - похлопал его по плечу Юра.

А Игорь думал, что нужно будет какие-то контакты налаживать продовольственные, всё ж закончится рано или поздно. Мародёров, слава Богу, приструнили, но ведь запасы небезграничные. Но вроде на югах потеплее, вырастят чего-то. Юрик правильно сказал, нормальные люди везде есть. Они тут тоже не баклуши бьют. Движение - жизнь, труд – спасение. Придумается что-нибудь.

***

Игорь поработал "при свечах" ещё часа два. Прервался, подумал, что сегодня можно обед сэкономить – при таких-то бутербродах с утра.

Зашёл Тимур. В его руках опять дымилась чашка.

- Славик, наверное, не доберётся сегодня, - сказал он.

Игорь посмотрел на часы.

- Да вроде ещё время есть, - возразил он.

- Ага, только по радио сказали, что метро дальше кольца сегодня уже не пойдёт. А он у нас не такой любитель ходить, как ты. А на тачке, сам понимаешь, не накатаешься, - у Тимура в кабинете была радиоточка, он всегда был транслятором последних новостей.

- Ладно, завтра доделает, - пожал плечами Игорь.

- Доделает, - согласился Тимур, отпивая из чашки.

- Электричество-то будет? А то я уже бумажные дела все сделал.

- Да фиг знает, - ответил Тимур.

- Тогда я пойду, чего тут торчать?

- Иди, конечно, - легко отпустил его Тимур.

***

На всякий случай Игорь забежал в метро узнать новости из первых рук. Так и есть – только по кольцу и на некоторых линиях внутри кольца. Он прикинул по времени – нормально, Юлька не успеет разволноваться, как раз часа три у него в запасе. Дойдёт без спешки. Заодно можно в лавку зайти на Таганке. Там, говорят, огурцов можно достать, она давно мечтает.

Довольный от сделанной работы, от мыслей о беременной жене, от предстоящей прогулки по морозцу, он пошагал по шоссе на север.

Всё также попадались прохожие, притормаживающие для приветствия; посередине шоссе неспешно крались редкие автомобили. Разрушенный, казалось, до основания, механизм большого города, скрипел, но кое-как крутился.

На мосту Игорь взглянул на тёмную полосу реки. Река, несмотря на лютые зимние морозы, парила открытой водой. Поговаривали, что недодаденное жителям тепло спускалось в воду. Слухи это были или нет, а лёд на реке отсутствовал, мост был весь в бахроме инея, и находится тут было сыро и холодно.

От Таганки до дома – рукой подать. Три четверти пути пройдено, а чёрт дёрнул спуститься в метро.

В рюкзаке лежали два огурца, настоящие такие огурцы, пахнущие и довольно упругие. Игорь, спускаясь по стоячему эскалатору, улыбнулся - представил радость жены.

На платформе было тускловато. "Стоило ради одного прогона лезть в метро?", - подумал Игорь, оглядываясь по сторонам. Людей стояло довольно много, поезда ждали уже минут пятнадцать, народ накопился. Никто не роптал, в царящей тишине тихо переговаривались, кто-то кашлял.

Наконец, зашумело и загудело. Из туннеля выкатился неспешный поезд. Остановился. Одни пассажиры вышли, другие зашли. Друг перед другом расступались.

Далеко не уехали. Состав встал на полпути, и всё погасло. Пассажиры тихо забубнили, но никакой паники не было. В руках почти у каждого зажёгся фонарик.

- Угу, чего и следовало ожидать, - буркнул Игорь, имея в виду свою слабость и желание подъехать одну станцию.

- Перегрузки, бывает, - оправдывая ситуацию и немного раздражаясь, сказал рядом мужчина.

- Да это понятно, я про себя, - поспешил объяснить Игорь.

Все давно привыкли беречь это шаткое спокойствие. Каждый из последних сил старался не психовать, не раздражаться, не беситься, не унывать. Каждодневная работа над собой выматывала и лишала сил изнутри, но давала свет и подпитку другим. Так и помогали друг другу, опирались на подставленное плечо и протягивали руку в ответ. И улыбались. Самое главное, улыбались.

Открылись двери между вагонами, и по цепочке из первого в последний передали весточку от машиниста – осторожно выходить и идти до станции по рельсам. Дело привычное. Пассажиры зашелестели деловито. Кругом люди были крепкие и привычные.

Игорь пристроился в конце. Он уже успокоился: запас по времени ещё был, задержка небольшая, огурцы в рюкзаке, всё в порядке.

А не было всё в порядке. Как немного отошли, сзади, от поезда, зашумело. И вскоре под ногами забулькала вода.

- Однако ручеёк, - сказал тот мужчина, что одёрнул Игоря ещё в поезде. И посветил фонариком под ноги.

Игорь обернулся, пытаясь разглядеть, что там, сзади. Под ложечкой нехорошо засосало от предчувствий.

- Надо шаг ускорить, - сказал он.

Мужчина закивал, луч задрожал вместе с кивками.

- Ускорить шаг! – крикнул мужчина вперёд.

Загудел ропот – передавали команду друг другу.

Перегон тут был короткий, и проехали половину, значит, станция близко. Но вода шумела всё сильнее, замачивая уже ноги – уровень поднимался.

- Проморозило, видимо, где-то водоносный слой, он в туннель себе дорожку и промыл, - предположил мужчина.

- Ничего, дойдём, - ответил Игорь.

- Это понятно, только вот придётся закрывать туннель. Сил отремонтировать сейчас точно не хватит…

Игорь взглянул в тёмное лицо собеседника, уловив нотку безнадёжности в голосе. "Чуть нас ещё толкни, посыплемся, как доминошки", - подумал он.

Тут спереди стройно шагающая толпа стала пропускать идущего против движения человека.

- Так, мужики, где-то здесь заглушка должна быть, - деловито сказал человек, освещая стены.

По его тону, по выхваченной конусами света форме Игорь понял, что это машинист.

- Человека три мне понадобится, а остальные, давайте, двигайтесь, уже почти пришли.

Помощников вызвалось больше, чем три. Игорь право своё тоже отстоял.

Пока нашли заглушку, пока отвинтили крепления, вода поднялась ещё, и стало совсем неуютно и тревожно. Только к тревожности привычка тоже была. Все действовали спокойно, слушаясь старшего сейчас машиниста. Конечно, заглушка поддавалась плохо, со скрежетом. Но мужики все были мощные, сумели задраить. Перемазались, конечно, и вымокли.

- Нормально, будем жить, - сказал машинист.

Похлопали с уважением и благодарностью друг друга по плечам. Игорь ощутил, что пошатнувшееся душевное равновесие обрело прежние опоры.

На станции горело аварийное освещение, и народ неспешно вылезал наверх.

На улице мокрые ноги сразу прихватило холодом, но Игорь всё равно почистился в сугробе. А потом чуть ли не бегом кинулся через переулки к дому. "Контрольное" время уже настало, и Юля вот-вот начнёт нервничать. А нервничать никак нельзя.

- Потерпи, Юлёк, я уже почти пришёл, - приговаривал Игорь на бегу.

Он уже сильно утомился, обледеневшие ботинки скользили, но он не уменьшал скорости. Спокойствие жены было для него в приоритете, как и работа, как и поддержание этого хрупкого мира вокруг. Он знал, что усталость подтачивает каждый день небезграничные силы, что если задуматься о будущем, захочется выть и лезть на стенку. Только не одному ему было тяжело, все кругом жили на пределе, и осознание всеобщей воли к жизни воодушевляло.

- Простите, пожалуйста, - пропищали откуда-то снизу.

Игорь в потёмках чуть не сшиб маленькую девочку.

- Да? – выдохнул он облачко пара.

- Вы не поможете мне достать котёнка? – робко пропищала девчушка.

Игорь, измазанный, продрогший, с онемевшими ногами, падающий уже от усталости и нервного напряжения, услышал мяуканье на дереве. Сцепив зубы, глянул на часы – он безбожно опаздывал, но отказать…

- Сейчас спасём твоего пушистика, - улыбнулся он девочке.

И ведь ни души кругом. Угораздило их обоих. Но девочке тоже нужно о ком-то заботиться. На этом и держимся. И дети тоже.

Игорь полез на дерево, и котёнок завопил сильнее. Игорь подтянулся, с трудом держась на скользких ветвях, и рукой почти уже схватил пушистого. Тут котёнок с диким мявом прыгнул ему на голову, выпустив все когти, а с головы вниз, прямо в руки своей хозяйки.

- Ты мой хороший, замёрз, наверное, - приговаривала девочка, поглаживая котёнка. – Сейчас мы тебя накормим, молочка дадим… Спасибо вам большое, - крикнула она висящему на ветках Игорю и побежала в дом.

Игорь скрипел зубами от жгущих лицо царапин. И только он поднял руку, проверить есть ли кровь, как ветка под ним подломилась, и он рухнул в сугроб.

- Твою ж м… - прищемил себе язык Игорь и стал выбираться из снега.

Ногу он, конечно, подвернул и ковылял теперь уже медленно. Домой он приплёлся, упав духом. Волнуясь, открыл дверь. Зазвенела тишина. Мягкий свет лился из кухни. Он, скинув мокрые ботинки и бушлат прямо на пол, прокрался с колотившимся сердцем.

Кругленькая в своей беременности Юлька, свернувшись калачиком, укутанная пледами, дремала на диване.

Он выдохнул и присел рядом. Улыбаясь, стал гладить её по волосам.

- Игорёчек, - проснулась она и привалилась к нему, обнимая. – Как добрался? – проворковала она.

- Да нормально, - кивнул Игорь, в улыбке ощущая царапины на лице.

- На работе как? – пробормотала Юля, не открывая глаз.

- Да в порядке, - ответил Игорь, наслаждаясь этой обыденностью ответов, укрепляясь на своих опорах всё основательнее для последующих боёв за повседневность. – Я тебе огурцов принёс.

- Огурчики, - промурлыкала Юлька и зарылась у него на груди в колючем свитере.

Другие работы автора:
+1
175
16:00
+1
А я боялась, что он, когда падал, огурцы подавил.
16:57
Да наверняка
17:20
Эх, поэтому я люблю собак. К вопросу о деревьях
Загрузка...
АСТ №1