Метаморфозы

Автор:
Ирина Травкина
Метаморфозы
Текст:

Метаморфозы

Во время урока физики по длинному учительскому столу пробежала крыса. Случись это на биологии, когда есть моральная готовность к восприятию любых живых существ – одно дело. Но в контексте законов механики и электродинамики явление серой хвостатой твари ошеломляло.

Учитель стоял спиной к столу и, обернувшись на стук коготков, успел лишь заметить, как крыса шмыгнула под дверь лаборантской. Он отправился следом за ней, по пути прорычав классу:

- Сели на место!

По подсобному помещению очень шустро ползком передвигалась вожатая. Физик онемел и только хлопал глазами, а его визави с достоинством встала и заторопилась прочь.

Ошарашенный преподаватель внимательно обследовал лаборантскую в надежде увидеть крысу или дыру, которая могла бы служить ей входом-выходом. Ничего не обнаружив, он изобразил гримасу недоумения и вернулся к ученикам.

В классе не было ни души за исключением гигантского муравейника, таинственно возникшего у задней стены непосредственно под портретом Исаака Ньютона.

Из коридора донёсся звук захлопнувшейся двери учительской. Физик выглянул из кабинета и негромко позвал: «7-ой Бэ-э». И ещё раз повторил: «Бэ-э». В этих звуках он отчётливо услышал блеянье и боязливо оглядел себя.

За спиной раздался детский гомон. Педагог занял своё излюбленное место между столом и дверью, нежно потеребил ухо и сказал:

- Продолжим урок.

После занятий учитель с трудом втиснулся в переполненный автобус и превратился вместе с остальными пассажирами в унылую безликую массу.

Дома, войдя в прихожую, он покосился на себя в зеркало. Хмурое отражение недобро взглянуло в ответ и скривилось в смущённой улыбке. Физик включил телевизор и сел смотреть новости, заедая подгоревшими полуфабрикатами взрывы в метро, совещания в правительстве и ДТП. Всё, что происходило в мире, было таким же тошнотворным, как лежавшие перед ним на сковороде заводские блинчики. Он вдавил кнопку пульта, взял с журнального столика постер к фильму «Чужой» и скотчем прикрепил его на зеркало, чтобы больше не встречать укоряющий взгляд своего двойника.

Когда физик повернулся спиной, то почувствовал сзади нарастающее напряжение. Его эпицентр находился в зеркале. Он сорвал картинку – и не увидел ничего, кроме какой-то густой туманности. Любопытство пересилило испуг. Физик протянул кончики пальцев к этой массе, и рука по локоть провалилась в нечто рыхлое. Осторожно разгребая проход, он стал продвигаться вперёд, в Зазеркалье. Вещество быстро рассеивалось и скоро исчезло вовсе.

Там, где очутился учитель, светило сразу два солнца. Одно из них было почему-то ярче. Всё свободное пространство заполняли бесчисленные световые сгустки – жёлтые, синие, оранжевые. Часть этих солнечных зайчиков вихревым потоком устремлялась в воронку наверху, другая била фонтанчиком снизу.

«Души», - предположил физик.

Те, что уносились ввысь, спешили на встречу с предназначенной им плотью. Те, что выныривали из-под ног, только-только расстались с ней.

Миновав обитель душ, гость Зазеркалья оказался на распутье. Прямо перед ним простирался широкий тоннель. Кругом сверкали самоцветы. Вдоль стен стояли витрины, которые прельщали всеми искушениями мира. На этой уходящей в необозримую даль дороге не надо было ничем себя утруждать. Только встань на ступень эскалатора и возьмись за поручни.

Рядом с роскошным подземным проспектом петлял узкий проход, наверное, выдолбленный монахами-отшельниками. Из мрачного проёма веяло холодом и сыростью.

Физик огляделся и заметил в сторонке едва различимую дверь. Не раздумывая ни секунды, он распахнул её и шагнул в неизвестность. Под ногами оказалась пустота, которая жадно поглотила его.

Физик забыл прошлое, не думал о будущем, не ощущал настоящее. Он находился в потоке и был частью несущейся в пропасть массы. Потом сознание вернулось к нему, и стало понятно, это движение вниз и есть его жизнь. Как легко написать автобиографию из одного слова – «падение». А как же его ученики, научные открытия? Всё пустое?

- Пустое! – эхом отозвалось Зазеркалье.

В памяти физика неожиданно всплыла фраза: «Повернуться и забыть». Это же строка из его студенческого стихотворения:

В институте – анфилады,

В институте – полутьма.

Я, для лба ища прохлады,

Прислонюсь к колонне: «На!

На тепло моё и дрожь,

Мою правду, мою ложь!»

Мастер-мистер-бургомистер,

Я люблю науки храм,

Я люблю ненужных истин

Обольстительный обман.

Я люблю считать ступеньки.

По квадратикам ходить,

А потом послать всё «к феньке»,

Повернуться и забыть.

- Ты сам создал для себя программу «чужой», - упрекнул физика его безжалостный двойник.

- Я ёё и уничтожу!

Внезапно движение прекратилось, и физик увидел бесконечные ряды зеркал, которые отражали сами себя. В точке пересечения лучей маленький человек угадал схему мироздания и понял глубинную тайну: «Я – центр всего, я – суть всего, я и есть это всё. Я заблудился, потому что искал. Я остался ни с чем, потому что желал ненужное. Я в тупике и даже не знаю, как вернуться назад. И мне не страшно, ибо меня нет. Ведь существует только то, что названо. А меня никто никогда не звал. Я буду, если в мир придёт любовь. Тогда я перестану меняться и обрету себя».

Физик размножился в зеркалах, а потом это множество свелось к нулю. И пришёл конец, или же наступило начало. Бог весть.

Другие работы автора:
0
50
Крыса больше бы подошла к уроку математики, когда они треугольники изучали))))))
Загрузка...
Зеркала №1