Корона греха

Автор:
St_Rim
Корона греха
Аннотация:
Здравствуйте, я начинающий писатель. Это моя первая работа и публикую я ее для того, чтобы посмотреть на реакцию читателей. Рассказ не закончен, поэтому на данный момент нет логического продолжения. В своих комментариях попрошу использовать здравую критику. Спасибо за внимание!
Текст:

Твой не рожденный мир ждет тебя,

чтобы ты дал жизнь миллиону новых историй.

1

Я иду по мокрой от бесконечного ливня, изгаженной всеми псами и кошками улице, переходя с залитого лужами тротуара на проезжую часть и возвращаясь назад. Пытаясь отвлечься от мыслей, я забрел в незнакомый район. Сразу появилась мысль спросить у кого-то дорогу к центру города, он я тут же отбросил ее.

-Сам разберусь – пробурчал я, доставая пачку сигарет из кармана. Последняя. До завтрашней зарплаты денег почти не осталось, нужно было воздержаться от лишних затрат. Я убрал пачку и медленно побрел прямо. Оказавшись около местного торгового центра я понял, что до дома рукой подать. Какие-то 10 минут и вот я стою в пальто и джинсах у себя в коридоре. Неподобающая одежда для зимы, но и она сойдет, лишь бы не промерзнуть. Раздевшись, тащусь на кухню. Обшарпанные обои, подбитая деревянная табуретка и не менее убогий стол. Поставив чайник, усаживаюсь на стул.

Услышав возню на кухне, ко мне подбегает Ласка – кошка с шерстью белоснежного цвета, которую я когда-то подобрал на улице. ,,Есть захотелось?” – говорю я, доставая пачку с кормом из нижнего шкафчика серванта. На секунду в шкафу что-то блеснуло. Пачка сигарет, некогда оставленная там мной на крайний случай. Странно, и как я мог про нее забыть. А ты везунчик – проносится у меня в голове. Покормив кошку, достаю банку из-под зеленого горошка, именуемую мной как ,,пепельница’’, зубами вынимаю сигарету из пачки и закуриваю. Пелена дыма нежно окутывает меня, и я растворяюсь в нем, забывая о сегодняшнем дне. Мысли ускользают, приходит умиротворение. Теперь даже слышно шум машин и тиканье часов на стене. 23:40 – пора спать, завтра вставать на работу. Пара мгновений и окурок отправляется в банку. Спокойной ночи, Ласка – бормочу я, шагая к себе в спальню.

2

Сон прерывается из-за громкого и протяжного гула будильника. Снова 6:30, снова рутина, снова усталость и недосып. Новая неделя, а чувства все те же. Захожу в ванную и снова натыкаюсь на темный силуэт: мешки под глазами, морщинистое лицо, жесткие непослушные волосы, торчащие во все стороны, выпученные глаза, смотрящие будто насквозь. Мда, чего только не увидишь в зеркале. На кухне меня снова встречает Ласка, крутясь около миски. Все по уже отработанной схеме: поставил чайник, покормил кошку и тут же закурил. Докурив, открываю холодильник и достаю масло и 2 куска хлеба. К завтраку сойдет, а после работы забегу в магазин – проносится из моих губ. В последнее время только так и тешусь мыслями вслух, негоже ведь ни с кем не общаться. Однако, как же мне не хватало немного нежности в этом царстве боли.

Быстро позавтракав, накидываю на себя уже привычные вещи и выхожу из квартиры.

-Черт, снова он – мелькнуло в мыслях - Сейчас опять привяжется, не отцепишь. Я начинаю судорожно шарить по карманам в поиске ключей. Вот и они. Закрываю дверь и быстро направляюсь к лестнице.

-Привет, сосед – слышу я около плеча. Придется остановиться.

-Привет, Пич, извини, опаздываю на работу, не могу остаться поболтать, давай как-нибудь в другой раз? – буркнул я, уже разворачиваясь к ступенькам.

-Хорошо, может вечером увидимся – услышал я в ответ.

Не то, чтобы мне не нравился этот парнишка, но его вечный оптимизм очень сильно раздражал. Он как раз из тех людей, кто скажет, что стакан наполовину полон. Хоть он и не раз выручал меня деньгами, когда задерживали зарплату, мы редко общались. Разве только перекинуться парой острых фраз на лестничной клетке.

Несмотря на время года, этот слепяще-огненный шар проблем, болтающийся в воздухе, палил мне прямо по голове. По пути пришлось даже снять шапку, хоть она и была по толщине не больше тройки альбомных листов. Проходя около парковки, я заметил нищего, побирающегося тут уже около пары недель. Тут что-то щелкнуло во мне, кажется, я даже слышал звук. Мне стало жаль этого бедолагу. Подойдя к нему, я нащупал в своем кармане кошелек. 200 рублей. Достаю их и протягиваю мужчине. Искренняя улыбка озарила его лицо. Казалось, будто его сейчас разорвет от счастья. Щедро наградив меня благодарностями, он собрал свои вещи и направился куда-то в сторону магазинов.

На работе меня встретил все тот же состав: пара веников, совки, тряпки и швабры, ведра и тазы. Работа уборщиком не приносит огромной прибыли, но на жизнь хватает. Да и занятие не особо тяжелое. Правда, начальство не из лучших: директор, имеющий в своих владениях несколько ресторанов быстрого питания, администратор – вечно недовольная женщина, жалующаяся на то, как трудно ей живется с ребенком без мужа. Мне кажется, ее муж правильно сделал, разведясь с ней после теста ДНК, проведенного над ним и ребенком.

На удивление, день шел как никогда лучше. В начале рабочего дня директор попросил зайти к нему в кабинет, где и вручил зарплату. Впервые за долгое время администратор не донимала меня всяческими просьбами протереть полы за ушедшими посетителями кафе. Оставшийся час до закрытия я просидел у себя в коморке, ввиду отсутствия клиентов. Вот уже я выхожу из здания кафе под названием ,,Fast”, где тружусь второй год. На глаза снова попался тот нищий. Я не хотел пресекаться с ним взглядом, поэтому натянул воротник и быстро зашагал в центр города.

Вот и магазин. Толпы людей, скачущих между прилавками в поисках того или иного продукта, огромные очереди на кассах, вечная суета продавщиц. Все это вызывало некую неприязнь к подобным местам, но покупка продуктов – неотъемлемая части жизни, поэтому потерпеть 15-20 минут приходится. Пройдя по всем рядам, заглянув во все прилавки и витрины, я набрал полную корзину продуктов. Оперативно собрав все по пакетам, я расплатился и вышел.

Прохладный и свежий воздух наполнил мои легкие. Неужели прошел еще один год? Вот-вот и 31 декабря подоспеет, осталась всего 3 недели. Какими бы долгими мне ни казались дни и недели, этот год пролетел довольно быстро. Сразу нахлынули воспоминания о моих отношениях с Хлоей. Познакомились мы с ней случайно, когда я прибирался в кафе, а она стояла у кассы. Я случайно задел ее. С этого и началось знакомство. Несколько недель разговоров, и вот я практически узнал ее. Она привлекла мое внимание именно своей манерой абсолютного контроля эмоций – эта непроницаемая маска на ее лице исчезала лишь в редкие моменты нашей близости, и в остальном я мог наблюдать лишь стандартные эмоции и реакции.

Хлоя всегда держалась осторожно относительно всего. Наверное, именно это зародило мою привязанность к ней. Но только после расставания я понял одну простую истину. Оказывается, то, что делает нас людьми – вовсе не особый код в молекулах ДНК и не способность размышлять. Это, конечно, тоже важно, но только идя по заснеженной дороге, когда следы заметает так быстро, что найти кого-то почти невозможно, понимаешь: главное в нас – страх кого-то потерять. Всю свою жизнь я порхал воробьем, но с ней я вдруг взлетел орлом.

Однако, теперь я снова воробей, еле державшийся налету. Что ж, воспоминания нельзя изменить. Нельзя вернуться в прошлое и сделать как лучше. Ты лишь здесь и сейчас. Прими это и живи дальше.

Я захожу в свой дом, медленно раздеваюсь и начинаю разбирать пакеты. Вот еще один день прошел. Я набираю горячую ванную и опускаюсь. Полумрак и лунный свет окутывают меня, и я утопаю в ночной тишине, забывая о сегодняшнем дне.

3

Резкий и пронзительный рев телефонного звонка заставляет меня подскочить на кровати. Через пару секунд я прихожу в себя, встаю с кровати и поднимаю трубку.

-Здравствуйте, это Дэвид? Ваше пальто готово, можете забирать.

Точно, пальто. Я и забыл, как 2 недели назад отдал свое второе пальто в ателье для подшивки более теплого материала.

-Вас устроит, если я подойду к вам в 17 часов? - говорю я немного сонным голосом.

-Как вам будет удобно. – слышу я перед чередой коротких гудков.

На часах только 8:20, сегодня на работу мне к 10. Можно было бы поспать еще полчаса, но я встаю и иду в ванную. Все тот же черный силуэт, те же обои, те же стол и стул. Сбежать отсюда. Во что бы то ни стало. И навсегда. Именно эти мысли посещают меня в последнее время. Не видеть проклятых улиц, которые так осточертели за столько лет. Не видеть лиц людей, которые через одного все знакомы между собой. Не знать никого, не слышать ничего, не чувствовать знакомых улиц под ногами, теряться в неизвестности. Сбежать отсюда, из клетки. Из бессмысленного существования здесь. Перейти к жизни, к счастью. К черту это все. Я закрываю глаза и вижу одно. Я открываю глаза и вижу другое. Меня тошнит от вторых видов, и я счастлив от первых. Когда это закончится? Когда я сбегу отсюда? И всякий раз по ночам я закрываю глаза и надеюсь, что проснусь в другом месте. Как часто, сидя на этом самом стуле я размышлял над своим предназначением? И как часто я приходил к ступору, не находя ответа? Тут и не сосчитаешь, однако и оставить этот вопрос нетронутым я тоже не мог. Мне были неважны приземленные вещи, я искал высокое оправдание жизни, которое, к сожалению или к счастью, не смог найти.

Позавтракав я решил сходить в магазин за очередной пачкой яда, а оттуда медленно пойти на работу.

Снег? Я не особо верю в совпадения, но как хорошо, что второе пальто уже готово. Все улицы замело большими сугробами, через которые трудно пройти. Видимо, снег шел всю ночь. Морозный воздух взбодрил меня, поэтому я забыл об утренних мыслях.

На работе все так же, как и всегда. День прошел без инцидентов и злобных криков начальства. Снегопад уже давно прекратился, лишь ветер тихо завывал между кронами обледеневших деревьев. По окончанию рабочего дня я добрался до ателье, на котором яркими буквами красовалась вывеска ,,Goldenthread”.

-Здравствуйте, я пришел забрать свое пальто – пробормотал я.

-Добрый вечер, ваше имя? – ответила мне девушка, стоявшая у вешалок с платьями. Ее голос ломкий, как прозрачная застывшая карамель: столько хрупкости и счастья.

-Дэвид Блэйн – бросаю я с ухмылкой. Давно я не произносил своего имени вслух.

-Минуту, пожалуйста.

Я рассматриваю здешний интерьер: довольно яркие зеленые обои, низкие белые потолки, чистый паркетный пол, аккуратно сложенные в шкафу книги о рукоделии, небрежно оставленные на кресле принадлежности для шитья. Все в этом магазине навивало мне мысли о трудолюбии хозяев.

-Вот и ваш заказ.

-Благодарю – говорю я, уже разворачиваясь в сторону двери.

Эта неделя пролетела довольно быстро. Отчасти из-за того, что мое руководство не надоедало мне лишними выкриками и просьбами. Мистер Уоллис был довольно спокойным человеком, но из-за своей работы и вечным разбирательством с клиентами он часто был не в настроении.

Этот пустынный вечер нагнетал депрессивные мысли . Эх, мне бы взять и выпить, но не до дебоширства, и не до проигрыша миллиона в карты. Мне бы выпить из склянки и стать счастливым. Иллюзорно, но стать им. Мне бы зашнуровать проблемы в кроссовки, приклеить к ногам и пройти по небу. Небу, зашитому серым дымом, залитого пятнами белого света. Мне бы выпить чего-то горького. Терпкого, но невыносимо холодного, такого желанного. Быстро забыться и пуститься в споры. Веселые, но слишком диванные. Вот бы напиться.

Вот я уже пару часов сижу на кухне с бутылкой верного яблочного кальвадоса, и дурные мысли начинают наполнять меня. Нужно чем-то отвлечься. Достаю пачку сигарет и иду на балкон. Я стоял, облокотившись на перила балкона и вдох за вдохом впускал в свой организм яд. Наверное, в каждом человеке есть эта деструктивная жилка. Этот пафос самоуничтожения. Но как остановиться, зная все то, что знаем мы? Как прекратить этот безумный круговорот ненависти и разрушения, когда в твоей голове роятся тысячи и тысячи знаний? Когда ты понимаешь, что нет ничего вечного. Каждый день ты видишь закат. Каждый сезон ты видишь смену времен года. Каждый год ты видишь уход эпохи. И как с этим жить? Мы не совершаем великих открытий, зато познаем себя. А зачем эликсир вечной молодости или вовсе бессмертия, если ты уже не особо и жизнелюбив? Первым делом – в себе разобраться, а машину времени изобрести всегда успеем.

Город над густым снегопадом рассеивался и погружался во мрак. В свои законные права потихоньку вступала истинная зима, весть о которой принес резкий порыв холодного ветра. Все уходит и все кончается.

-Спокойной ночи – шепчу я, погружаясь в пучину сна.

4

Вот и наступил канун праздника. Всего один день разделял нас от шага в новый год. В магазинах полно людей, улицы пестрят вывесками и гирляндами, а дети бегают и копаются в снегу. Поразительно, как за пару дней сменилось настроение у многих людей. У многих, но не у меня. Я все больше чувствовал, что заболеваю. Кашель все больше начинал душить, от чего иногда кружилась голова. Пора ли бросить курить, или же подождать еще худших последствий?

Весь день я провел в раздумьях об уходящем году, перебирая в мыслях все, что произошло со мной. Кажется, у каждого есть это бесполезное желание вспомнить о былых временах напоследок. И все-таки, сколько же дерьма со мной приключилось. Однако, среди этого дерьма были просветы… удовлетворенности что ли? Счастьем это трудно назвать. Если только микросчастьем. Сразу нахлынули старые чувства: шелест страниц новой книги и теплый плед, иногда слишком сильный запах сигарет в комнате, потому что курить у окна становится чересчур холодно. Удивительно, но зима окутала нас так тихо и неожиданно, дав почувствовать себя обреченными. Обреченными на какое-то особое одиночество, с наблюдением за падающим снегом. Обреченными пить горячий кофе или чай, стараться не скучать, хотя так хочется.

Новый год подкрался быстро, оставалось лишь полчаса. Под рукой уже привычные бутылка кальвадоса и пачка сигарет. Из-за моих размышлений сон, кажется, покинул меня надолго. Придется сидеть допозда, что мне не особо привычно. Надеюсь, кальвадос скрасит мой вечер, а не подчеркнет мою безнадежность. Вот и новый год. За окном сверкают салюты, а я смотрю на все это и закуриваю первую сигарету в наступившем году. Прекрасное зрелище, хоть и недолгое. Небо будто окрашивается под цвет ярких вспышек. Что ж, посмотрим что нового у моих знакомых. Я как обычно пролистываю кончиком пальца бесконечный поток фотографий в ленте. Кто-то отдыхает на море, кто-то в компании “друзей”, кто-то со своей второй половинкой. Глядя на эти фотографии, невольно вспомнил слова одного писателя, которые он произнес около сотни лет назад. “Все мы рождаемся и умираем с одной и той же невысказанной просьбой на губах: “Любите меня, пожалуйста, как можно сильнее!”. Доказательство этой идеи я вижу прямо перед собой в тысячах изображений, загруженных людьми в надежде на лайк – такое простое выражение квази-любви образца двадцать первого века. Эрзац – поцелуй для бедных.

Эх, я не хочу спать. Я знаю, что надо. Я знаю, что завтра буду похож на зомби из какого-нибудь старого ужастика. Но я не могу.

5

Звенит будильник, утро встречает меня холодом и льющимся лучом света, в котором кружатся пылинки. Ночь была беспокойной из-за схватившего меня озноба и постоянного кашля, не проходящего уже продолжительное время. К тому же, ложиться в 4 часа – не лучшая идея. Я опускаю ноги на пол и тянусь к тумбочке, где лежит телефон. Пытаясь найти контакт директора, меня снова охватил приступ кашля. Спустя пару минут я прихожу в себя и снова беру в руки телефон.

-Здравствуйте, я не смогу выйти сегодня на работу, у меня жар. Вызовите замену, а я оклемаюсь за несколько дней и вернусь в строй.

-Конечно, всего доброго, выздоравливайте.

-Подозрительная снисходительнось – подумал я. Впрочем, неважно. Мне оформили больничный, поэтому нужно отправиться в клику.

С трудом управившись с утренними делами я оделся и пошел на верхний этаж

-Здравствуй, Пич. Извини, если я разбудил тебя – сказал я.

-Привет. Ничего, я уже не спал. Ты чего-то хотел?

-Да, я приболел и сейчас отправляюсь в больницу. Я практически уверен, что останусь там на несколько дней. Не мог бы ты присмотреть за моей кошкой?

-Конечно, сосед, можешь не беспокоиться – проговорил Пич, немного улыбнувшись.

-Спасибо – прокашлял я, и пошел к лифту. На улице довольно холодно, но до остановки не так уж и далеко. Давно я не ездил на общественном транспорте. Обычно утром здесь собираются огромные толпы людей, но сегодня их было значительно меньше, что облегчило мой путь до клиники.

Проведя обследование, доктор Стивенсон решил, что мне стоит провести несколько в больнице. Я был к этому готов, поэтому покорно проследовал в свою будущую палату. Последующий день я провел лежа на кровати. К вечеру мне стало гораздо хуже, поэтому медсестра все время крутилась около меня, ставя различные уколы и капельницы. Утро следующего дня я встретил в столь же ужасном состоянии, как и вчера, но к вечеру мне полегчало и я даже смог выйти из палаты и пройтись по коридору. Все 4 дня, проведенные мной в клинике, были невероятно скучными. Но, лечись бы я дома, мне потребовалась бы как минимум неделя, поэтому я не особо сожалел. Доктор Стивенсон сказал, что я уже пошел на поправку, поэтому, пройдя окончательное обследование, я мог отправиться домой.

-Чтож, мистер Блэйн, на первый взгляд ваши анализы удовлетворительны. Вы можете покинуть клинику. Завтра ваша справка о выписке будет готова.

Все те же обои, стол и стул. Я выхожу на балкон и закуриваю. Улицы вдоль и поперек замело снегом, мороз все крепчает. Тут я вспомнил про свою кошку, быстро оделся и чуть ли не выбежал из квартиры.

-Привет, как там моя кошка? – чуть покашливая сказал я.

-Все в порядке. Я смотрю, тебя уже выписали. Как самочувствие?

-Неплохо. Послезавтра выхожу на работу.

-Здорово – сказал мне сосед – сейчас я принесу кошку.

Я забрал своего питомца, еще раз поблагодарил Пича и ушел к себе в квартиру. Зайдя в коридор, я услышал, что мой телефон надрывается от звонка. Я быстро забежал на кухню и схватил телефон. Это был Стивенсон.

-Здравствуйте еще раз. У меня к вам есть разговор. Вам лучше присесть.

Я сел на стул и плотнее поднес телефон к уху.

-У вас рак легких, - раздался тихий голос врача.

Меня мгновенно оглушило. Все оборвалось и рухнуло в бездну. Я и сам начал падать во тьму, гонимый ужасом.

-Третья стадия. Неоперабельный. Шансов на выздоровление нет.

Через полчаса я стоял на балконе и чувствовал себя совершенно другим человеком. Мои трясущиеся руки потянулись в карман за пачкой сигарет, но я остановил себя. Хватит!

Уже столько лет ты, слабый и безвольный червяк, не мог бросить курить! И вот к чему это привело! Все время ты только и делал, что плыл по течению и жил по привычке. Ты потратил жизнь впустую, откладывая все дела на потом. Но у тебя еще есть шанс достойно завершить все. Зайдя домой, я снова кинулся к телефону. Позвонил начальнику.

-Я увольняюсь – бросил я в трубку и почувствовал садкое чувство освобождения от пут. Словно паразит, сидевший на мне столько лет и сосавший мою кровь, отпустил меня.

Теперь нужно собрать вещи. Я съезжаю из этого идиотского дома! Из стола выгребаю бумаги – черновики моей книги, которую я хотел написать еще лет 6 назад. Кидаю в сумку все самое необходимое. Еще не поздно все исправить! Мне невольно представилось, как ее печатают после моей смерти. Роман тут же становится известным. Критики со вздохом говорят: ,,Какой талант! Он слишком рано ушел от нас!”. На мою могилу приезжают люди, чтобы почтить мою память. Меня помнят потомки, и жизнь моя прожита не зря.

Почему мы так боимся смерти? Потому что со смертью теряем все. Все, что было; все, что есть и все, что будет. Мы умираем и для нас больше ничего не остается. Но так же ли мы боимся потерять все при жизни? Когда ты еще жив, но у тебя уже ничего не осталось. Что тогда? Наверное, вот что может быть хуже смерти.

Когда я уже собрался выходить, зазвонил телефон. С раздражением от того, что меня отвлекают от главного дела всей своей жизни, я взял трубку. Я услышал приятный женский голосок. Он защебетал о какой-то ошибке. Какой ошибке? Перепутали снимки. Что? Я здоров? Они извиняются передо мной за то, что так сильно меня напугали.

Я кладу телефон. Дрожащими руками достаю сигарету. Затягиваюсь. Господи, ну почему же они ошиблись?!

6

Полгода прошло с того момента, как я оборвал все контакты с прошлым миром. Для того, чтобы понять одну простую истину мне потребовалось 28 лет. Жизнь здесь и сейчас, не упусти ее. Такие банальные слова, которые не могли достигнуть моего сознания 28 паршивых лет. Только поняв значение этих слов, я решил действовать. Отныне моя жизнь состоит из путешествий. Путешествий, в которые я хотел отправиться еще будучи ребенком. За эти полгода я объездил всего 10 штатов, но понял, как в действительности огромен мир под моими ногами.

-Дорогой дневник, сегодня меня настигла меланхолия – я бормотал себе под нос запись, что вносил дешевой шариковой ручкой в блокнот. Особой разницы не было, в комнате я был один, - нет, все не то! Опять бред какой-то. Хотя, можно ли считать бредом записи в дневнике? Их же никто не прочтет.

Мое времяпровождение в этом избитом мотеле на окраине города Хеннепин нагнетало мрачную атмосферу. Я не глядя кинул дневник на журнальный стол – до следующего раза, пока меня вновь не осенит очередная гениальная мысль. И, как всегда, дальше фразы ,,Дорогой дневник, сегодня меня настигла меланхолия” я ничего не напишу. Подчеркну ее как итог всего происходящего и забуду о злополучном блокноте на пару дней.

Я посмотрел на журнальный столик. Дневник лежал посреди других бесполезных предметов. Вот стопка листов, прочая канцелярия и книги. А вот и кружка кофе, пара тарелок с недоеденным завтраком, над каждой из которых мошкара устроила шабаш. Вот уже две недели я нахожусь здесь. Чем-то все-таки меня привлек этот город. Я устало оглянулся вокруг. Одинокая книжная полка ограждала эту стену от злых духов, что норовили ворваться в мою повседневную жизнь. На ней скопилось много хлама, начиная моими книгами, которые я взял с собой непонятно зачем, заканчивая старыми фотографиями, что существовали вне рамок буквально. Я подошел поближе и рассмотрел фотографии. На этой я перед поступлением в университет, на этой я со своей подругой. Помниться, мы не виделись с девятого класса.

Я вновь оглянулся и взор мой пал на диван. Нелепого желтого цвета, такого же, как и эти обои с блестками. Они уже давно выцвели, не осталось и следа. Диван пропален во многих местах, на нем в куче лежат синее одело, подушка без наволочки и пальто. Побитое молью пальто, в котором я уже который год показываюсь на людях. Моя дурная привычка кидать вещи на диван, вместо того чтобы повесить на вешалку. Из пластикового окна, сквозь грязные шторы, освещал мою обитель мертвый свет. Откосы были не зашпаклеваны, поэтому здесь было всегда очень холодно. Я взглянул в глаза реальности, посмотрел в окно. Все было монохромным. Черная грязь, прозрачные лужи, абсолютно серые люди.

Медленной поступью я отдаляюсь от окна. Миновав темный коридор, через некогда красивую кирпичную рамку я попадаю на кухню. Грязно, очень грязно. Горы немытой посуды, пепельница. Я беру коробок спичек, ставлю греться чайник. Я смотрю на пачку сигарет, она смотрит на меня. Я достаю одну и закуриваю. Как же грустно находиться в одиночестве в такую погоду. Я выливаю содержимое чайника в кружку, кидаю в кипяток пакетик. Взяв кружку, я возвращаюсь в комнату. Поставив кружку на стол, я сажусь на заваленные диван и беру в руки гитару, огрубевшими пальцами зажимаю струны, слабо бью по ним. Непроизвольно пою ее. Оду своему гордому одиночеству. Оду неразделенной любви и неразрешенных проблем. Оду вечных страданий. Я смотрю на натяжной потолок, лопнувшие лампочки и трещин на стенах приветливо мне улыбались.

-,,Дорогой дневник, сегодня меня опять настигла меланхолия” – подчеркиваю эти слова, как итог этого дня. Как итог всей моей жизни.

0
192
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...
Александра Черчень №1