Родные голоса

Автор:
HEADfield
Родные голоса
Аннотация:
Рассказ, написанный на конкурс "Синие занавески" (СПГС - синдром поиска глубинного смысла).
Текст:

Будильник должен будет включиться утром в семь часов. Как и днём раньше, и неделей, и в прошлом году. Я знаю об этом, потому что сам его настраивал. Но он мне просто нужен, это ритуал, какой бывает у обычных людей. Сам же я давно проснулся и лежу, глядя в потолок. Такова моя внутренняя установка и так происходит каждый день.

В утренней тишине слышно только мерное и тихое гудение холодильника. Он - это единственное, что не отключается на ночь, сохраняя для меня качество и свежесть продуктов. Сегодня вторник, а значит, на завтрак будет глазунья. Традиционно для меня, берётся три яйца и запекается в алюминиевой форме для яичницы.

Обязательно минимум один кусок бездрожжевого хлеба, не меньше тридцати грамм. Давностью не больше двух суток. Растворимый кофе, не больше одной чайной ложки на бокал и полторы - белого сахара. Не меньше двухсот миллилитров воды не холоднее девяносто двух градусов. Десять миллилитров двухпроцентного молока.

Наконец звонит будильник. Приготовить завтрак - около десяти минут, съесть его - столько же. Туалет, душ, бритьё, чистка зубов - всё это требует около получаса времени.

Поход к почтовому ящику - с этим всегда проблема. И хоть мне предлагали сделать в двери прорезь для корреспонденции, я отказался. Нужно хоть иногда с собой бороться. Боязнь открытого пространства никуда не денется, но это хотя бы маленькая победа над собой. Я знаю, что от минутной вылазки во двор не умру, но всё равно это подобно выходу в открытый космос. Кажется, я даже задерживаю дыхание, пока быстрым шагом двигаюсь к дороге, забираю почту из ящика и опускаю на нём красный флажок. Чувство паники почти незаметно, или это я просто себя успокаиваю?

В сегодняшней почте никаких счетов, они должны появиться через два дня. Конечно, если не произойдёт никакого сбоя в доставке, я всегда очень переживаю по этому поводу. Зато есть газета с местными новостями, она всегда приходит по вторникам. Кроме того, реклама нового супермаркета в квартале от дома. У них нет доставки продуктов на дом, а потому он для меня бесполезен.

А еще есть конверт из плотной бумаги. Внутри что-то прямоугольное, около полукилограмма весом. Наверняка, это работодатель нашёл для меня дело. Как же хорошо, что он пошёл на встречу и позволяет работать дома.

В конверте - книга, довольно потрёпанная на вид. В правом нижнем уголке несколько пятен плесени. И, похоже, она пережила наводнение.

Я прячу её в специальном шкафу, в ожидании очереди. Всё должно происходить по порядку. Сроков мне никто не указывает, потому что бесполезно. Пока не закончена текущая задача, я не возьмусь за следующую, и мой работодатель это знает. Торопить нельзя, иначе опять будет срыв.

И обязательно нужно помыть руки - неизвестно, что можно подхватить от незнакомой книги. Говорят, это тоже обязательный ритуал для меня, но после мытья действительно становится легче.

На часах восемь утра, пора приступать к работе. Для своего занятия я специально оборудовал заднюю комнату. В центре - прозрачный стол с рассеянной подсветкой снизу. Три бестеневых лампы сверху. В небольшом стационарном лотке справа - набор реактивов для выведения пятен и плесени. Слева на чистом подносе я храню все необходимые инструменты: маленькие скальпели, несколько щёточек разной степени жёсткости, вакуумный отсос для пыли и влаги. Компактный нагреватель для локальной сушки страниц.

В центре стола, на специальном вращающемся постаменте, разложена книга, с которой я в настоящее время работаю. Над ней склонилось круглое увеличительное стекло в толстой пластиковой оправе с радиальной подсветкой.

Реставрация старинных книг - не самый плохой вариант, особенно для человека, который боится выйти из дома и страдает синдромом навязчивых состояний. Мой работодатель как-то сказал, что именно это делает меня очень ответственным сотрудником. Избыточная дотошность и перфекционизм играют неплохую службу, результаты моей работы выгодно отличаются от всех остальных. Клиенты довольны, а потому работой я обеспечен всегда. И иногда случается, что работодатель вне очереди присылает редкую книгу, чтобы я не скучал.

Как раз такое издание сейчас находится в процессе очистки. Древний том, напечатанный в единственном экземпляре. Заказчик хочет придать книге опрятный вид, убрать плесень и запах. Это настоящая беда для бумаги, хранящейся в ненадлежащий условиях.

Работа продвигается быстро, я очищаю страницы одну за другой, аккуратно уничтожая пятна грибка слабым раствором формалина.

«Ты молодец, сегодня стараешься».

Как обычно. Без проблем.

Такое иногда случается, что я разговариваю сам с собой. Меня можно понять, я одинок. А беседовать хоть с кем-то нужно.

«Еще пару страниц, и можно передохнуть».

Этот голос кажется мне мужским. Иногда я представляю, что разговариваю с отцом. На деле же я его почти не помнил, и даже тембр голоса, скорее всего, придумал. Так говорил психиатр, когда я впервые оказался у них в отделении. Еще он сказал, что у меня случилось обострение. Назначил таблетки и посоветовал не обращать на голоса внимания. А если не поможет - попробовать поговорить с ними, постараться отвлечь от своих проблем, и тогда они, возможно, исчезнут. Вот только совет не сработал. Но к тому времени, как я это осознал - оказалось, что я уже привык.

«Не забудь помыть руки перед обедом».

Это был второй голос, тоже до боли знакомый. Приятный, женский, но от этого не менее властный. Я поначалу отвлёкся, но после воспротивился указанию. Я же работаю в перчатках!

«Не перечь! Этот тальк на латексе - крайне вреден! А ты будешь держать руками хлеб и столовые приборы. Не хватало еще, чтобы и мне досталось».

Мытьё рук - тоже ритуал. Я занимаюсь этим регулярно, по несколько раз в день. Гипоаллергенное увлажняющее мыло не даёт коже сохнуть, сохраняя руки в чистоте. И пусть я делаю это для себя, советчики у меня в голове тоже затихают. Становится немного легче.

Пора сделать перерыв. Голубые хирургические перчатки отправляются в мусорное ведро, а я покидаю комнату. Книга остаётся на подставке, свет гаснет и включается кратковременная вентиляция: запах уксуса и формалина нужно убрать, иначе он будет въедаться в страницы - это нехорошо. Непрофессионально. Тихий гул вытяжной вентиляции становится почти неразличимым из-за закрытой двери.

«Иди скорее, обед скоро остынет».

Какой еще обед? Ты тут ни при чём, я сам себе готовлю.

«Вот же вредный ребёнок. Нет бы подыграть матери, хоть разочек».

Я не отвечаю. Никто не услышит слов, я живу один и эти голоса раздаются только в моей голове. Если начну дальше упираться, она разозлится и устроит скандал. Я же могу сорваться и навредить сам себе.

Они со мной уже несколько лет, всё так же, на пару. Давно уже привык к ним, но продолжаю слушать. Иногда ловлю себя на мысли, что они спасают меня от одиночества. Мне кажется, что есть еще люди, которым я не безразличен, и которые со мной не только потому, что это необходимо.

А ведь почти всегда происходит именно так. Окружающим всегда что-то нужно, иначе тебя выбрасывают, как ненужную вещь. Государству нужны выплаты по ипотеке. Работодателю - исполнение заказа. Разносчику пиццы обязательно надо оплатить стоимость товара и, желательно, чаевые. А мне нужно их одобрение. Вот какой я классный парень, что нравлюсь всем вокруг!

Мы зависимы от чужого мнения, нам нужно делать что-то в угоду другим, чтобы получить желаемое. Мы хотим нравиться хоть чем-то. Иначе зачем всё это? Социальная значимость давит тяжёлым грузом, не давая продохнуть и заставляя соответствовать ожиданиям.

И эти голоса в моей голове - они тоже с меня что-то требуют. Указывают, что делать, как будто их обладатели еще со мной, а мне всего лишь несколько лет от роду. Допустим, восемь, я еще не знаю, что предстоит длительное лечение, а потом еще и взрослая жизнь. Та самая, что уже наступила. Изоляция почти полная, но всё равно зависимость от чужого мнения не даёт мне отвлечься и хоть на секунду перестать что-то делать.

«Хватит себя пилить, иди садись, мать уже всё приготовила».

Да бросьте уже шутить! Я знаю, что обед уже готов, но создан он не моими руками. Его изготовили далеко отсюда, на конвейере, потом он перебрался на склад. И только после всего я сделал заказ. Целую упаковку, двадцать пакетов.

Хороший и полезный продукт, дитя современной науки. Чистый и безвредный. Содержит все необходимые витамины и минералы, список микроэлементов поражает. Идеальный баланс белков, жиров и углеводов. И даже, на удивление - довольно приятный вкус.

Названия могут отличаться, упаковка тоже. Но каждый раз это оказывается слизистая серовато-розовая масса в пластиковых запаянных пакетах. Такой штукой еще кормят парализованных больных, которые не могут самостоятельно глотать. Или находятся долгое время в коме. Им смесь вводится через специальную трубочку, прямиком в желудок.

Когда я узнал об этой вещи, радости не было предела. Отпадала необходимость очередного ритуала по приготовлению обеда. Я получил возможность питаться сбалансированно. Никаких просроченных продуктов, никаких микробов и термической обработки. Всё стерильно, наливай да пей. Правда, на утреннем ритуале завтрака голоса почему-то настаивали особенно рьяно.

Обед закончился быстро и я вернулся к работе. Книга смиренно ждала меня в комнате. Запахи выветрились, не оставив и следа. Я вновь склонился над ветхими страницами, тщательно уничтожая малейшие пятна плесени, найденные под мощной лупой.

Просушив очередной лист, я перевернул его и замер. Назвать состояние потрясением можно было только с натяжкой, скорее это было удивление, смешанное с интересом. В древней книге, затронутой только влагой, грибком и временем, кто-то оставил грубые пометки прямо на бумаге. Синяя шариковая ручка, так казалось на первый взгляд. Картина была знакомой, но я не ожидал обнаружить такой вандализм прямо здесь.

Это был какой-то шифр. Группы цифр располагались на полях, столбцами, одна под другой. И хотя код пока еще оставался загадкой, было ясно, что относится он к написанному тексту.

#

Каждый, возымевший желание призвать неземное существо, должен будет поначалу в него поверить и смириться, а уж после приступать к призыву. Негоже ставить себя свыше существа призываемого, ибо есть оно зло настоящее, и никакие меры управления им не гожи, кроме слов нижеозначенных.

Существо призываемое обладает способностями неземными, вмиг может желания человеческие исполнять, но не следует забывать о коварстве оных. Высказывать их нужно осторожно и вдумчиво, не единожды обдумав и представив себе далёкие последствия таковых, будь то личная выгода или пожелание здоровья или худа другому человеку. Не следует проявлять жадность, дабы существо не взбунтовалось.

А если уж таковое случается, то вызывающему следует закончить ритуал по всем правилам и установкам, дабы отпустить существо в его собственный мир. Не устроившие же ритуала должным образом станут заложниками существа, через которых сможет оно в мир наш проникать и козни строить, и зло приносить, и жизнь человеческую омрачать.

#

Обычно я не читаю книги, над которыми работаю, но здесь меня что-то заинтересовало. Стало любопытно, что же зашифровано на странице, тем более, почерк казался очень знакомым.

«Как забавно. Неужели ты опять начал портить книги?»

Я теперь так не делаю! Эта привычка осталась в далёком детстве. Тогда я иногда оставлял пометки на полях, чтобы не забыть свои мысли, но теперь всё в прошлом.

«Ну как же, сын. Вспомни - ты часто отмечал страницы какими-то своими символами, а потом говорил, что не помнишь этого».

Ну и что? Такое бывало, но очень давно. Вы этого не одобряли и заставляли меня стирать те самые пометки. В точности то, что я делаю последние несколько лет. Это стало моим ритуалом!

Я приготовил реактив. Слабый раствор марганцовки в уксусной эссенции, он должен будет обесцветить чернила. Надписи, расположенные одна под другой, без всякой видимой причины, притягивали взгляд.

3-24-1

1-5-1

3-40-1

2-43-1

Синие цифры начали постепенно бледнеть. Я же решил подождать и незаметно отвлёкся на голоса. Они уже что-то бормотали вдалеке, но я был слишком увлечён работой, чтобы их слушать.

«Ты думаешь, он догадается?»

«Не знаю. Он всегда был недалёким».

Могли бы и не обсуждать это при мне! Вечно вы так делаете. Шушукаетесь за спиной и тычете пальцами в собственного ребёнка. Как будто это не вы вырастили меня и воспитали. Хотя бы до того момента, пока вас не стало!

«Мне кажется, он не понимает, что у него опять начался рецидив».

«Да никакое это не обострение, это его нормальное состояние. Если бы кто-то жил с ним, то рассказал бы, что он так и продолжает ходить по ночам».

Я уже давно не хожу во сне! Слышите, а?!

3-5-7

2-4-5

1-38-3

1-14-7

Следующая группа пометок начала бледнеть под раствором. Остаётся еще немного, но голоса начинают меня раздражать. Действительно, такое случалось раньше. Я ходил во сне и делал странные вещи. Но пометки в книгах остались в далёком прошлом, тем более, в состоянии сомнамбулизма. Хотя почерк действительно немного похож…

«Ты посмотри, отец. Он еще и сомневается».

И ничего я не сомневаюсь! Вы сами воспитали параноика, страдающего обсессивно-компульсивным расстройством, а теперь еще указываете, что ему делать. Даже после своей смерти! Но самое страшное, что я продолжаю вас слушаться. Мне всё еще нужно ваше одобрение!

1-40-1

1-17-5

2-4-6

2-46-4

«Это твоё послание самому себе, сын. Ты просто обязан сделать так, как указано. Ты не можешь сопротивляться. Ты должен!»

Ха, как же. Обязан!

И вдруг я вспомнил. Это был старинный детский шифр, который мы придумали с друзьями. Тогда, когда у меня еще были друзья, мы оставляли друг другу сообщения. Одна книга, которая есть у всех дома, была образцом. А в записках мы указывали номера: абзац-слово-буква. И так, по одному символу, мы собирали целые предложения. Очень интересная детская игра.

Цифры постепенно бледнели под реактивом, но следы еще оставались. Скорее всего, придётся срезать верхний слой бумаги, благо плотность и толщина страниц позволяла. Именно для этих целей у меня был припасён скальпель.

Я склонился над книгой, как вдруг память подсунула давний детский навык. Цифры еще не исчезли, а мне вдруг стало жутко интересно, что же за послание я оставил сам себе.

И неосознанно я ответил на вопрос. Глаза привычно скользнули по надписи и тексту, а в голове сложились слова. И в тот же момент скальпель поднялся к моей шее, прижался, рассекая кожу.

Кровь брызнула на прозрачный стол, а я хватался за горло, пытаясь исправить содеянное, но было уже слишком поздно.

И в угасающем сознании не осталось ничего, кроме одной мысли.

Мы не может сопротивляться своим тайным желаниям. Особенно - когда их произносят дорогие для нас голоса…

+6
222
12:26
Как же, как же. Даже голосовала тогда, помню, за него. Хороший рассказ. Загадошный.
13:37
А расшифровка будет? В спгс была…
14:35
+1
Хм… Я лучше ссылку на ту работу сделаю. Там комменты хорошие, и догадки тоже )
19:02
Таки дайте ссылку. smile Рассказ отличный, но финал для меня не очевиден.
20:09
Точно! Совсем забыл, извиняйте ))
Вот: litclubbs.ru/writers/1244-rodnye-golosa.html#comment_51285
19:33
Да, впечатляет! Рассказ заинтриговал, конец шокировал! Не ожидала такого.
Автору аплодисменты! bravo
21:40
Спасибо ))
20:12
+3
Разгадка, в целом простая.
Если соотнести шифр к выделенному тексту, то получится «Уничтожь себя». Т.е. ГГ, страдающий психическим заболеванием, добрался-таки до суицида.

А вторая разгадка, скрытая: если этот же шифр сопоставить к первым абзацам САМОГО рассказа, то получится «Бумажный слон». Эдакий знак уважения клубу. Несколько часов подгонял абзацы и слова, чтобы сошлось. blush
23:36
Не хватило в рассказе нагнетания ужаса. История получилась не страшной и свелась к решению головоломки да суициду, который как бы просто следствие психической болезни гг.
Не понятно, о чём рассказ.
Вот если бы фишка крылась в кошмаре угрозы не извне, а изнутри, другое дело
05:41
Не хватило в рассказе нагнетания ужаса — это и не было целью )
За отзыв спасибо ))
Загрузка...
Мая Фэм №1

Другие публикации