Время, проведенное без Лены, — пропавшее время. Глава 134 из романа "Одинокая звезда"

Автор:
kasatka
Время, проведенное без Лены, — пропавшее время. Глава 134 из романа "Одинокая звезда"
Аннотация:
Как Дима испугался за Лену и с перепугу помчался в МГУ разыскивать ее маму.
Текст:

Утром народ долго любовался Диминой шишкой и не скупился на комментарии.

— И стало светло, как днем! — восклицал один.
— Везет же некоторым! — комментировал другой. — И на батарейки тратиться не надо.
— А я заснуть не мог! — возмущался третий. — Светит и светит с верхней полки прямо в глаза.
— Что случилось, Дима? — спросил руководитель. — С полки свалился?
— В дверь не вписался, — признался Дима. — Такие узкие двери в вагоне — просто не протиснешься с первого раза.
Умывшись и захватив остатки еды, он снова понесся к Лене. Они тоже встали и давно поджидали его к завтраку. Им же не надо было выстаивать эту ужасную очередь в туалет.
Увидев Димин фонарь, Лена испугалась:
— Кто это тебя?
— Дверь вашего вагона. Наверно, проводница ее на меня натравила. Бросилась навстречу да как даст в лоб!
— Ты еще чего придумай! — возмутилась все слышавшая проводница, занося чай в купе. — Нечего по вагонам шастать, когда нормальные люди спят!
Все засмеялись.
— Мама, может, ему холодную примочку сделать? — Лена, осторожно потрогала шишку. — Больно?
— Теперь поздно прикладывать холод, — ответила Ольга, — это надо было делать сразу.
— Когда ты трогаешь, не больно. — Дима вытянул губы, изображая поцелуй. — Потрогай еще.
Лена положила ему на лоб ладошку, и он блаженно замер.
— Пойду, схожу в ресторан, — встала Ольга, — посмотрю, что там продают. Надо будет перекусить перед Москвой, а у нас все закончилось.
Она, конечно, могла никуда не ходить, ведь по вагонам возили тележки с едой. Но ей не хотелось им мешать.
Едва она закрыла за собой дверь, как Дима рванулся к Лене и схватил ее в охапку.
— Наконец-то! — воскликнул он. — Ну, теперь все! Берегись! Сейчас я отведу душу!
— Больной, вы шальной! — смеясь, закричала Лена. — Осторожней, ты меня задушишь!
Но, когда он, жадно целуя, прижал ее голову к подушке, взгляд Лены стал серьезен и даже тревожен.
— Димочка, не надо, — тихо попросила она. — Возьми себя в руки. Во-первых, мама может вернуться в любую минуту или кто-нибудь заглянет.
— А во-вторых? — Он продолжал целовать ее в нос, лоб, подбородок — куда попало.
— А во-вторых... ну не надо, перестань!
— Я не могу оторваться, — признался Дима. — Слишком долго терпел. Когда устану — перестану.
В дверь постучали.
— Ну вот, дождался, — сердито прошептала Лена, поправляя прическу. — Наверно, проводница сдачу принесла. Вот она тебе сейчас выдаст!
— Войдите! — крикнул Дима. — Мы уже встали.
В купе заглянул какой-то мужчина, и извинившись, скрылся.
— Ты с ума сошел! — Возмущенная Лена легонько шлепнула его по губам. — Что люди про нас подумают?
— Вот пусть об этом самом и думают, — наставительно сказал Дима. — Может, им завидно станет и самим захочется. Тогда они закроются в своих купе и перестанут заглядывать в чужие.
В дверь снова постучали.
— Открыто! — крикнула Лена, погрозив Диме пальцем.
Вошла Ольга. Ребята сидели с благопристойными выражениями на приличном расстоянии друг от друга.
Хитрецы! — подумала Ольга. — Но хорошенького понемножку.
— Там вас зовут, — сказала она, — ваш руководитель будет давать дальнейшие инструкции. Завтра в Кремль на бал пойдете, счастливчики. В наше время о таком не приходилось и мечтать.
— Ура-а! — заорал Дима и потащил Лену в свой вагон. Там их встретили аплодисментами и криками "горько!" Какой-то умник пустил слух, что у них тайное свадебное путешествие. Дима пообещал найти умника и устроить ему тайные похороны. Призвав всех к порядку, руководитель предупредил, чтобы по прибытии в Москву никто никуда не отлучался. Все вместе едут в Измайлово, оформляются в гостинице, а потом могут идти по своим делам, предупредив его, куда держат путь и когда вернутся.
Каждый вечер будет перекличка, и не явившихся ночевать без предупреждения ждут крупные неприятности по возвращении домой. В остальном — полная демократия. Хочешь — иди со всеми в музей, не хочешь — дрыхни хоть до вечера, дело хозяйское.
Казанский вокзал встретил южан толпами народа и лютым холодом — около минус тридцати по Цельсию. У Лены сразу закоченел кончик носа. Прикрыв его рукавичкой, она наскоро попрощалась с Димой и остальными ребятами, и они с мамой побежали на площадь, где их ждала машина. А Дима побрел с группой в метро, проклиная Ольгин симпозиум, из-за которого Лена будет жить так далеко.
Как только их оформили в гостинице, Дима позвонил ей и стал умолять о встрече. Втайне он надеялся, что ему будет позволено приходить к ней в гости. Но этого не случилось.
Лена с мамой остановились у Ольгиных друзей по аспирантуре. В пору их молодости друзья именовались Василем и Ниночкой Петренко и очень дружили с Ольгой, окончившей аспирантуру на год раньше них. Она много помогала им в работе над диссертациями — и они остались ей за это признательны.
Теперь Василий Андреевич стал маститым доктором наук, профессором одной из кафедр МГУ, а его жена — Нина Петровна — будучи доцентом преподавала высшую математику в автодорожном институте.
Жили супруги Петренко в самом центре Москвы — на Тверской неподалеку от Белорусского вокзала. У них была большая квартира и не было детей: их маленький сын умер от острого малокровия после банальной простуды. Тяжело пережив его смерть, они решили больше детей не иметь.
Почти каждое лето Ольга с Леной приезжали к ним в гости, поэтому девочка выросла буквально у них на глазах. Они любили Леночку, как свою дочь, и всегда с нетерпением ждали ее приезда. Но как бы там ни было, злоупотреблять их гостеприимством Ольга не хотела и потому не позволила Лене приглашать Диму в дом. Все-таки чужие люди. Поэтому ребята договорились встретиться возле парадного.
Когда он примчался к ее дому, совсем стемнело. Мороз усилился настолько, что пар от дыхания превращался в мелкие кристаллики льда прямо на глазах. Лена с трудом переносила холод, поэтому, погуляв с Димой минут десять, запросила пощады, и он проводил ее до лифта. Там сидел лифтер — из-за чего они даже не поцеловались, как следует, на прощание.
Подгоняемый диким холодом Дима понесся к себе в гостиницу, где вынужден был выпить несколько стаканов горячего чая, чтобы согреться. Вечером он долго крепился, мерил шагами номер, потом покатался по ледяной дорожке возле гостиницы, но, в конце концов, не выдержал и позвонил ей. Трубку взяла Ольга Дмитриевна. Сказав, что Лена в ванной, она пожелала Диме спокойной ночи. Он понял ее пожелание, как просьбу больше не беспокоить их, и с горя завалился спать.
После всех утренних процедур и завтрака он снова ей позвонил. Но трубку никто не взял. Он все набирал и набирал ее номер, пока до него не дошло, что в квартире никого нет. Но куда же она могла запропаститься? Воскресный день, всего десять часов утра, на улице минус двадцать!
Дима впал в дикое беспокойство. А вдруг с ней что-то случилось? Воображение стало рисовать картины — одну страшнее другой. Он продержал ее на морозе, она простудилась, заболела воспалением легких — он знал, что в детстве Лена часто им болела. Ее забрали в больницу!
Он стал метаться по номеру, пытаясь сообразить, что предпринять. Наконец, вспомнил, что ее мама собиралась на это время в университет, чтоб отметиться у организаторов симпозиума. Дима быстро оделся и понесся туда. Он знал, что Лена не планировала идти утром с мамой в МГУ. Ведь докладов в этот день не было, а вечером их ожидал новогодний бал в Кремле. Она должна была быть дома, но ее там нет. Где же она?
— Леночка, только бы с тобой ничего не случилось, только бы не случилось! — молился он по дороге.
Терзаемый страшной тревогой Дима влетел в здание МГУ и сразу наткнулся на объявление о регистрации участников симпозиума. Он понесся на третий этаж в указанную комнату и в коридоре увидел Ольгу. Она стояла с каким-то бородатым типом огромного роста и что-то энергично ему втолковывала. А тот, широко улыбаясь, слушал ее и время от времени молча кивал.
— Дима, как ты здесь оказался? Что случилось? — удивилась Ольга.
— Где Лена? — едва переведя дыхание, закричал он. — Ее нигде нет! Я звоню, звоню — никто не берет трубку!
— Лена с Ниной Петровной пошли по магазинам. Нина Петровна узнала, что у вас сегодня в Кремле бал и раскритиковала ее платье. Сказала, что оно не модное и захотела подарить ей новый наряд.
— Извините! — обратилась она к бородачу. — Это друг моей дочери. Потерял ее и теперь ищет по всей Москве.
Тот, продолжая улыбаться, снова кивнул.
— Как по магазинам! — ужаснулся Дима. — Там же такой мороз! Ольга Дмитриевна, как же вы ее отпустили? Она простудится, заболеет воспалением легких! Она же подвержена!
— Не простудится, — засмеялась Ольга. — Они не пешком — их на машине Василий Андреевич повез.
— А в какой они магазин поехали, не знаете?
— Вообще-то они на ярмарку хотели — сначала в Лужники, потом еще куда-то, не знаю. Ты что, собираешься ее по всем магазинам разыскивать? Не выдумывай, езжай в свою гостиницу и готовься к балу. А то еще сам простудишься — мороз сегодня нешуточный.
Дима почувствовал, как у него отлегло от сердца. Конечно, жаль, что утро пропало. Для него теперь время, проведенное без Лены, — пропавшее время. Но самое главное, с ней ничего не случилось.
Забыв попрощаться, он побежал в метро. Вдруг она ему позвонит — он же дал ей свой гостиничный номер.

0
115
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...
Book24