Эрато Нуар
+2

Литературный конкурс фантастики «Конец человечества»

Дедлайн: 31.08.2020
Описание:

Предлагаем вам пофантазировать на тему глобальных катастроф, войн и кризиса. Да, тема не очень радостная, зато это неплохой способ разобраться в собственных страхах и, может, даже избавиться от них.

Совершенно не обязательно произведение должно рассказывать о катаклизмах нашего мира. Вы можете описать последствия глобальной магической катастрофы во вселенной фэнтези, рассказать как Холодная война привела к началу Третьей Мировой в параллельном мире или представить что будет, если в мире продвинутого киберпанка вдруг разразится небывалый энергетический кризис.

Правила на сайте (там же можно задать интересующий вопрос): https://terra-forma.ru/konkurs/literaturnyj-konkurs-fantastiki-konec-chelovechestva/

Сроки конкурса

Рассказы принимаются в период с 16 апреля 2020 года по 31 августа 2020 года.

Объем произведений

Произведения должны находиться в пределах от 5,000 до 40,000 символов с пробелами по счетчику Microsoft Word.

Количество произведений

В конкурсе может участвовать не более двух работ от одного автора, не важно в соавторстве или нет. Если есть желание, можно написать и больше, но все остальные произведения попадут в категорию «внеконкурс».

Публичность произведений

Принимаются только новые, не опубликованные в каком-либо виде, и не участвовавшие в других конкурсах рассказы, так как конкурс анонимный.

Призы

  • Рассказы победителей выйдут в сборнике «Лучшее по итогам года» (название не окончательное).
  • Рассказы победителей и финалистов выйдут в сборнике «Конец человечества».
  • Автор, занявший первое место, получит специальный приз — бесплатную обложку и буктрейлер от группы Julie’s art.
  • Кроме того, диктор Ярослав Александров бесплатно озвучит произведения, занявшие первые три места.
  • Так как многим из вас приглянулась спецноминация прошлого конкурса «История в красках», мы решили повторить ее. Дизайнер-иллюстратор Мария Грас выберет трех счастливчиков, которым она совершенно бесплатно подарит иллюстрацию к конкурсной работе.
  • Так же, из произведений-финалистов, наши новые друзья, Крафтовый литературный журнал «Рассказы», выберут несколько произведений для публикации в новом номере.

    Если вы думаете, что у нас ничего нет для финалистов, то это не так:

  • Группа P O O L предоставит скидку на услуги по созданию буктрейлеров (троим финалистам 30%, еще пятерым финалистам 20%).
  • Диктор Петров Никита, более известный как Петроник, предоставит скидку на запись аудиоверсии рассказа или создание полноценной аудиокниги 30%.
  • Кто пойдет:
    Место и время:
    Событие уже прошло
    Старт 16.04.2020
    Дедлайн 31.08.2020
    21:12
    Я уже писала, что на площадке Конкурса была. Мне понравилось. Это я удачно зашла)))
    01:55
    Ох… По сути, почти копия того, что нам предлагают здесь: litclubbs.ru/poster/360-literaturnyi-konkurs-fantastiki-ognennye-elementy.html. Удивительно, до чего скупыми и безграмотными стали организаторы! Не знают, как проводят конкурсы, обещают призерам ерунду. Уважаемая администрация, как вы терпите подобные объявления на своем сайте?
    Александр Рубис
    22:52
    -3
    Ради любопытства решил поучаствовать в этом конкурсе. Ни плохих, ни хороших отзывов о «Terra Forma» я не нашел, зато многое прочитал в Положении. Например, там говорится: «Предлагаем вам пофантазировать на тему глобальных катастроф, войн и кризиса. Да, тема не очень радостная, зато это неплохой способ разобраться в собственных страхах и, может, даже избавиться от них».

    Какая забота о людях! Разберетесь, избавитесь…. Пропаганда лучше, чем в ТВ-рекламе, но не будем доверять поверхностному впечатлению.

    Первое, что показалось мне подозрительным, – чисто формальные требования к текстам: жанр, объем, тема и т.д. О правилах создания рассказа почему-то не сообщили ни слова.

    Сомнительной выглядела и информация о жюри. Скажем, о Юрии Долотове написано так: «Геолог, спелеолог, историк горного дела. Редактор и составитель различных научных изданий. Люблю фантастику с детства, опытный её пользователь. Пишу сам немного, для удовольствия (да, графоман), получатся лютый неформат, поэтому не печатаюсь».

    Человек открыто признал себя графоманом, причем даже доказательство тому предоставил (не бывает пользователей фантастики, – только читатели). На свою беду, я принял это «досье» за шутку.

    Очередную ошибку допустил, когда не поинтересовался лауреатскими текстами прошлого конкурса. Я мог получить полное представление о мастерстве членов жюри (как они анализировали рассказы), но…… Наверно, на меня подействовал чей-то гипноз. Если Кашпировский использовал телевидение, чтобы морочить несчастные головы, то здесь влияние шло через Интернет.

    Если серьезно, мне просто хотелось участвовать в конкурсе, да еще фантастических рассказов. Я ведь работаю в этом жанре. Не так уж много сейчас подобных мероприятий, а ждать следующего – вариант не для меня.
    Итак, отбросив колебания, я подготовил рассказ «Непобедимый огонь» terra-forma.ru/?s=%D0%9D%D0%B5%D0%BF%D0%BE%D0%B1%D0%B5%D0%B4%D0%B8%D0%BC%D1%8B%D0%B9+%D0%BE%D0%B3%D0%BE%D0%BD%D1%8C
    и отправил его на электронный адрес конкурса.

    Как выяснилось позднее, моя рукопись не попала в список финалистов. Конечно, это бывает со многими авторами, и я быстро забыл бы о таком печальном событии, но первый попавшийся рассказ финалиста «Свои» заставил меня удивиться. Ошибок в нем было так много, что я не смог перечислить все (в анализе их не только указывал, но и комментировал).

    Сам собой появился вопрос: почему, интересно, «Свои» лучше, чем «Огонь»? Я опубликовал замечания на сайте terra-forma.ru/konkurs/svoi/ и потребовал от организатора Ивана Бахонина встречу с председателем жюри.

    Тот попытался возразить:

    «Можно было бы сказать: «просто не повезло», если бы у рассказа была одна низкая оценка и две высокие (или одна высокая и две средних). Но когда трое незнакомых друг с другом людей, разного возраста и образования, оценивают один рассказ примерно одинаково невысоко, может, рассказ и правда не дотягивает?».

    Возможно, я не стал бы спорить, но уж очень захотелось узнать, что это за «люди разного образования». Кроме образования, должны быть умственные способности, внимательность и порядочность.

    Я ответил вежливо:

    «Слов «везет» или «не везет» на конкурсе не существует. «Огонь» не дотягивает? Я уже нашел кучу ошибок в рассказе «Свои», и если понадобится, еще столько же добавлю. Пусть эксперты прокомментируют «Огонь», поскольку я начинаю сомневаться в их компетенции».

    Бахонин неохотно пообещал поговорить с членами жюри. Поскольку Иван их не представил, мне пришлось самому разбираться, кто оставлял новые комментарии.

    Более-менее профессиональным выглядело сообщение какого-то Theo Korhonnen:

    «Почему «Свои» лучше, чем «Непобедимый огонь»? Рассказ «Свои» оставляет целостное впечатление. Интересно выстроено повествование, переключение между личностями главного персонажа, и всё работает на создание и углубление образа.

    А ещё работает в эмоциональном плане. То, как нам намекают на определённые события, которые срабатывают или не срабатывают дальше, как подводят к концовке, а потом переворачивают всё, – это качественная работа. Как читателя меня трудно зацепить текстом, поэтому если я понимаю, что финал сначала заставил понервничать, а потом резко выдохнуть «Слава богу!», значит, что-то в этом есть.

    В «Своих» есть: приятный, без вычурностей и соответствующий повествованию слог, хороший, работающий на раскрытие мира и персонажей сюжет, персонажи-личности, каждый со своими особенностями и характерами, интересная «фишка», придающая тексту изюминку, наконец, работающий ход в финале, играющий на эмоцию и раскрывающий отношения персонажей и перемены в главном герое.

    Рассказ «Непобедимый огонь» качественно написан. Да, хороший слог, плавное повествование. Больше сказать о нём нечего. Опустим эмоциональное послевкусие, которого после текста не остается.

    Герои? Не раскрыты. Бухалыч, резко вставший на путь исправления алкоголик, какая за ним история, почему я должен ему сопереживать? Егор Поклонов – ладно, у него семья, это повод немножко переживать за героя. Но у всех там семьи.

    История? Появился некий огонь, герои едут, едут, и в конце огонь сам исчез. Истории нет, событий нет. Раз уж вы хотите, чтобы инопланетяне всё прекратили (хотя даже из текста это не ясно, выглядит как бредовая версия Поклонова), но оно должно тоже на что-то работать – а здесь не работает. Ни развития сюжета, ни раскрытия персонажей, ни абсурдистской тщетности и беспричинности бытия – ничего не делает ни странная концовка, ни тягучее бессобытийное повествование. И хотя текст крепок и гладок, как художественное произведение он не имеет высокой ценности. Моя оценка была не особенно низкой, потому что в сумме достоинств и недостатков он имеет право на существование, но для выхода в финал он не дотягивает.

    Автор в праве гневаться, что его задумку не поняли и не оценили, но высказывания в духе «этот рассказ явно хуже, но он прошел» напоминают школьные разборки «а почему у Маши пять, а у меня три, я же у неё списывал». Читательское восприятие текста никогда не равно авторскому, жюри – тоже люди со своими ожиданиями от текстов и своей системой оценки. Можно либо сделать для себя выводы, присмотреться к победителям и оценить, что «заходит» местной аудитории, либо искать другую площадку, где оценят по достоинству. Либо идти против течения и махать кулаками на необразованных негодяев в жюри».

    Дорогие читатели, вы поняли, что означает строка Theo «переключение между личностями главного персонажа»? Я – нет. Раздражает бесконечно повторяющийся глагол «работает». Неопределенное «что-то в этом есть», обычно указывает на то, что литератор сам не понимает свои выводы.

    Theo утверждает, что критика поощренного рассказа напоминает ворчание школьника, недовольного оценкой. Он как будто не знает, зачем делают сравнительный анализ. Читаешь чужой рассказ, ищешь недостатки, затем считаешь, сколько ошибок в другом тексте. Рукопись, в которой недоработок больше, проигрывает.

    Korhonnen часто говорит об эмоциях, что свойственно женщинам. Выражение «из текста это неясно» тоже наводит на странные мысли (правильно «в тексте это неясно»). Жаргонные словечки вроде «зацепить», «дотягивает»…. Наконец, не помешает разобраться, что именно «заходит местной аудитории». Жаль, что умер сатирик Михаил Задорнов. Как бы он порадовался материальчику для свежей шутки!

    «Моя оценка была не особенно низкой, потому что в сумме достоинств и недостатков он имеет право на существование», – заявляет Theo. При случае, поклонюсь ему в ножки.

    Если серьезно, я решил, по его совету, помахать кулаками:

    «Theo, рассказ «Свои», как и любой другой, должен оставлять не впечатления, а конкретные мысли. Нормальный эксперт доверяет фактам, а не чувствам.

    В «Своих» – интересное повествование? Местами. Сюжет все-таки не нов, – живую мертвечину «мочат» в литературе давным-давно. К своему сожалению, автор не придумал ничего оригинального.

    Да, поступки главного героя часто его характеризуют, но поступки есть и у героев «Огня». Кстати, описания главного героя в «Своих» нет вообще, а это считается нехудожественным (то же самое – отсутствие описаний мест действия).

    Эмоциональный фон, конечно, важен, но не настолько, чтобы пешка превратилась в ферзя. И кто сказал, что температура «Огня» ниже? Там тоже атмосфера страха, заботы о близких, мужества, любознательности.

    Согласен, наколка в «Своих» – сильнодействующая пилюля, но концовка не объясняет, что будет дальше. Вся нежить подохнет или ее перестреляет лихой спецназ, неизвестно.

    Никакого приятного слога в «Своих» нет. Нет ни стиля (построение предложений), ни языка (словарный запас и применение слов), ни композиции (описания мест действия и главных героев, соразмерность главной и второстепенной информации, соотношение глав и т.д.). То пишется от имени автора, то от имени главного героя. Подобное шатание говорит о том, что писатель не знает, как создают художественное произведение.

    В «Своих» нет вычурности? Но в «Огне» она тоже отсутствует. Все изложено простым понятным языком, без тумана и разрыва с реальностью.
    О персонажах сказано немало. Добавлю лишь, что дети «Своих» в первой же критической ситуации растерялись бы, и все закончилось бы очень плачевно.

    Допустим, эмоциями «Огня» вы не напились, хотя на одной воде все равно далеко не уедешь. Вы заявили, что не раскрыты герои. Но так ли это?
    Поклонов: автомобилист-любитель, хороший семьянин, рассудителен, не теряет голову в трудной ситуации, трудолюбив, не выносит яркий свет, любит животных, с твердым политическим кредо, сочувствует природе и своей стране. предпочитает трезвый образ жизни, осторожен.

    Бухалыч: вроде жалкая личность, алкоголик, но хороший товарищ, любит военные фильмы, в аргументах не уступает Егору, миролюбив, хочет завязать со спиртным, не жаден, забывчив, саркастичен, заботливый отец, неспособен поверить в невозможное.

    Огонь сам не исчез, как вам почему-то показалось. Цитирую (говорит Поклонов): «Другие гости из космоса, тоже заинтересовавшиеся нашей планетой, смекнули, что локализовать такой огонь мы не в состоянии. Успешно выполнив работу пожарной команды, зеленые человечки незаметно ретировались».

    Вы недовольны сюжетом «Огня», а между тем о живучем огне еще никто не писал. Дорожная одиссея вам видится скучной? Ну, наверно, вам больше по душе, когда отбиваются от всяких чудовищ, как в детской компьютерной игре.

    Вы написали, что в «Огне» нет истории, нет событий. Скорее всего, вы не ставили себя на место главного героя. События вполне серьезные: человечеству грозит гибель. Одна опасность, а проблем – великое множество: дороги, пекло, нервы, потери, отсутствие будущего. Еще немного, и страна прекратит существование. И вдруг благополучный неожиданный финал.

    Инопланетяне вам тоже не угодили. Что ты будешь делать, – не доложили, откуда прилетели! Да не собирались они откровенничать, потому что, по версии Поклонова, «не хотели нас шокировать». Ах, да, это тоже кажется вам бредовым. А почему? Огонь, пожирающий все, и не погасимый ничем, вряд ли мог появиться на Земле. Его породили пришельцы, и они же его потушили. Все логично.

    Насчет «школьных разборок»: школьники не понимают разницу между хорошим рассказом и плохим. Поэтому в будущем, будьте добры, воздержитесь от подобных аналогий.

    У жюри, конечно, есть система оценки, только она не «своя». Есть единая, давно разработанная для всех литературных конкурсов, система. Например, жюри не может не знать, что такое стиль, не может не учитывать его, потому что это одна из основ. Слишком много приемов в него входит, а эксперт обязан разбираться, что правильно, а что – нет, где знания, а где – фактическая ошибка, где логика, а где – путаница и т.д.

    Korhonnen, как я и предполагал, встал на дыбы:

    «То, что вы пишете, – субъективная оценка. Ценность художественного произведения далеко не исчерпывается стилем, приёмы которого изложены в учебниках. Стиль может быть нарочито простым или близким к разговорному, если того требуют цели произведения. Я уже много лет связан с литературой профессиональными узами, и даже на произведения великих писателей по сей день у академиков могут быть разные взгляды.

    Вам, видимо, ближе восприятие текста как конечного продукта авторского сознания: читатель обязан правильно понять текст. Мой подход близок к рецептивной критике, в которой смыслы текста порождает каждый конкретный читатель. Я не верю, что читатель может на сто процентов понять замысел автора, и считаю, что требовать этого глупо, зато читатель принесет свои смыслы в текст, а это уже интересно.
    Вы придираетесь к концовке «Своих», говоря, что неизвестно, что там дальше, а мне понятно: эти двое нашли друг друга, значит, не всё так плохо в этом мире. Напоминает «Последнюю любовь на земле» – там тоже, если так подумать, дальше ничего не ясно, а всё-таки от финала щемящее счастье. Вы защищаете концовку «Огня», а я вам говорю, что, как человеку, который не был в авторской голове, мне из всего предыдущего текста не удается выстроить линию, которая бы заставила поверить в инопланетян. Никаких намеков, что в мире этого произведения они могут быть реальны. И тот же вопрос, что задаёте и вы: а дальше что? Всё будет как раньше, или прилетят зеленые опять и снова пожгут? Неясно, но чувства завершенности нет.
    Вам повествование в «Своих» кажется неинтересным, потому что вы видите избитый сюжет с зомби, а я вижу, что он подан не так, как в других текстах, и даже если не нов, с задачей показать особенности детского мира, человеческие отношения, борьбу страха и силы воли в человеке – справляется. Так же, как вы видите в «Огне» блестящий образец дорожной одиссеи (лучше самой «Одиссеи» Гомера? Или той же «Дороги» Маккарти?), я этого не вижу, потому что текст не даёт достаточно ключей, чтобы все глубокие мысли вынести из него.
    Времена дидактической литературы давно прошли, а модернизм с постмодернизмом сломали все привычные представления о художественности, но литература от этого хуже не стала.
    Можно до бесконечности обмениваться мнением, но от этого оно им быть не перестанет. Даже самое маститое жюри – люди, и оценивают на разных конкурсах с разных точек зрения, суровые премии литературные судят тексты по соответствию повестке дня или вообще политизированы. Бывает, что и во «взрослых» премиях скандалят, жюри между собой не соглашается по одному и тому же тексту, это неизбежно.
    Если подход конкретной площадки не устраивает, ищите другую, но не пытайтесь переделать всех под себя. Доказывать, что текст плох или хорош людям, которые считают иначе, – дело неблагодарное, как бы ни были крепки ваши аргументы. К тому же, если не один человек, а сразу несколько примерно одинаково оценили текст, это уже показатель. Пусть даже вы не считаете это мнением экспертного жюри, но это уже мнение хотя бы небольшой, но группы читателей с определенным стажем.
    Для автора это возможность оценить, насколько иначе, чем он сам, могут воспринять его текст разные люди, с разным воспитанием, образованием, литературным вкусом. Автор может задуматься, что-то для себя почерпнуть, а может просто посмеяться и пойти дальше. Если автор действительно хорош, он свою аудиторию найдёт. А этот конкурс и эту ситуацию вспомнит когда-нибудь или с благодарностью, или с ухмылкой, – дескать, проглядели меня тогда, а я был прав.
    Споры ни к чему не приводят. Поэтому, с вашего позволения, я на этом откланяюсь и уйду обратно в тень своего интровертного бытия».

    Интересный персонаж Korhonnen, не так ли? Несмотря на это, согласиться с ним трудно. Особенно с этим: «Смыслы текста порождает каждый конкретный читатель». На самом деле читатель тут ни при чем. Все придумывает писатель, а читающая аудитория лишь развлекает себя, листая его творение.

    Разговорного стиля не бывает. Литературный стиль – это логическое, фактическое, речевое и этическое содержание произведения. Делится на тропы и стилистические фигуры. Что касается диалогов, в них допустимы многие вольности, поскольку это речь вымышленных героев. Авторские же мысли, события и описания должны быть безупречными…

    Korhonnen, видите ли, не верит, что «читатель может на сто процентов понять замысел автора». А для чего тогда нужен автор? Он должен писать так, чтобы его понимали, – по крайней мере, чтобы понимала читательская аудитория, для которой он трудится.

    Theo считает, что концовка неважна, – мол, встретились, спаслись, влюбились, а дальше пусть хоть трава не растет. Он забыл, что обсуждает не любовную историю. Тема конкурса, а значит, и каждого рассказа, – катастрофа планетарного уровня, поэтому судьба всех героев должна быть на поверхности.

    «Понравился» и «оставил яркое впечатление» – одно и то же, а тавтология писателю непростительна.

    Да, я вижу избитый сюжет с зомби, потому что он действительно избит. Живые мертвецы, хоть сражайтесь с ними, хоть целуйтесь, – все равно останутся живыми мертвецами, на которых скакали фантасты долгое время.

    «с задачей показать особенности детского мира справляется». Ну, и на здоровье! Один справляется с особенностями детского мира, другой – с особенностями взрослого. Здесь ни у кого нет преимуществ.

    «Если подход конкретной площадки не устраивает, ищите другую, но не пытайтесь переделать всех под себя». На первый взгляд, логично, но что делать, если и на других площадках не будет справедливого подхода? Нет, такой вариант не годится. Если уж столкнулся с несправедливостью, – сражайся с нею.

    Какими же категориями оценки рассказа руководствуется Theo?

    1. Сюжет. 2. Характеристика героев. 3. Эмоциональное воздействие.

    Кажется, я ничего не забыл. Остальные инструменты (построение предложений, словарный запас, обращение со словом, соразмерность главного и второстепенного) Korhonnen забросил в дальний угол сарая. Плевать ему на описания, на концовки, на то, что краткость – сестра таланта. Для него главное, – чтобы все было, как в мексиканском сериале: «Я убью тебя! Негодяй, ты осмелишься убить отца?! Как, ты – мой отец?! Прости, мой мальчик, я потерял тебя в роддоме! Папа, приди же в мои объятия!». Смешно? Только мне не до смеха, потому что такая оценка прокатилась по моему рассказу.

    Насчет интровертного бытия: если бы Korhonnen не спешил туда так сильно, я бы объяснил ему, что интроверт – человек, погруженный в себя. То есть он живет в своем личном мире, а окружающую реальность не принимает всерьез. Следовательно, прислушиваться к нему не стоит.

    Вдогонку Theo я бросил следующее:

    «Моя оценка субъективная? Чего я избегаю в первую очередь, так это субъективности. Литература – не только искусство, но и наука, а наука может быть только объективной.

    Да, в оценке текста учитывают не только стиль, но в рассказе «Свои» хромает и стиль, и язык, и композиция. Если прочитаете мой отзыв на рассказ «Свои», поймете, что я имею в виду.

    Взгляды у академиков могут быть разными, однако единая система оценки текста существует.

    Вы копаетесь в рассказах как эксперт, а не как читатель. А если вы эксперт, у вас нет права рассматривать произведение поверхностно, полагаясь на впечатления и на личные предпочтения.

    Мои аргументы, прежде всего, связаны с текстом. Если я вижу ошибку, не только заявляю, что это ошибка, – привожу факты.

    Двое могут найти друг друга и без апокалипсиса. Уберите нежить, половину событий, второстепенных персонажей-людей, и сводите их, на здоровье. Напомню вам, что тема конкурса – конец света.

    Я не виноват, что вы не верите, будто в пожаре замешаны инопланетяне. Чтобы это сделать, надо поразмышлять, откуда мог взяться огонь, пожирающий даже металл и воду, и неукротимый ничем. Вряд ли он может быть земного происхождения. Поклонов, в отличие от Бухалыча, рассмотрел фантастический вариант. Пусть эта версия кажется бредовой, но это его версия.

    Вы спрашиваете, что дальше в «Огне» (после того как огонь погасили). На этот вопрос вам ответил главный герой: «Придется заново строить города, заново выращивать хлеба».

    Считаете, что сюжет с зомби подан не так, как другие? Все эти «другие» чем-то отличаются друг от друга. Придумать оригинальное бедствие автор не смог, а ведь тема конкурса – конец человечества.

    Переживаний подростков в «Огне», нет, но там тоже есть и страх, и сомнения, и осуждение, и сочувствие, а под ногами почти в прямом смысле горит земля. Кстати, дети в «Своих» ведут себя как взрослые, хотя в реальности они растерялись бы, и в лучшем случае, попытались удрать.

    Я не утверждал, что дорожная одиссея «Огня» блестящая. Просто доказывал, что она заслуживает внимания. С Гомером и Маккарти мне, конечно, не сравниться, но автору «Своих» точно не уступаю. Поэтому и протестую по поводу решения жюри.

    «Огонь», по-вашему, не дает достаточное количество ключей? Не знаю, как ваши эксперты их искали в моем произведении. Зато я показал, как они это делали в рассказе «Свои» (читайте под текстом). Даже в темноте можно этим заниматься более успешно. Направо пойдешь, – логическая ошибка, налево пойдешь, – описания героя нет, прямо пойдешь, – сюжет затертый, и т.д.

    Ели вас интересуют ниточки души главного героя «Огня», могу подарить целый клубок: забота о семье, любовь к Родине, любовь к природе, дружеское отношение.

    Художественность текста, как ее ни ломай, будет жить вечно, тем более на литературном конкурсе. Люди, которым это неважно, пусть вводят соответствующую номинацию, – для похабных анекдотов, например. Классическое направление должно быть неприкосновенным.

    Мнениями обмениваться можно, но я представил не только мнение. Это замечания с примерами из текста, основанные на знаниях, прозрачные настолько, что даже медведь поймет.

    Считать, что вы правы, – одно дело, а опровергать доказательства, – совсем другое. Проверить правоту моих слов насчет анализа нетрудно. Свяжитесь с литинститутом, с СПР, наконец, с любым профессиональным литератором. Делайте, что угодно, только, пожалуйста, не выдумывайте субъективизм и прочую шелуху.

    Я знаю, что рассказы оценивало несколько человек, но, выражаясь военным языком, победу одерживают не числом, а умением. Повторяю: читательское видение тут ни при чем. Вкус и воспитание тоже не помощники. Члены жюри – специалисты, значит, и работать должны как специалисты.

    «Когда-нибудь вы вспомните эту ситуацию с ухмылкой, – дескать, проглядели, а я был прав». То есть вы допускаете, что я могу быть прав. Кстати, я не собираюсь дожидаться вашего «когда-нибудь». Проблему решают, когда она подкрадывается.

    По крайней мере, Korhonnen держался в рамках приличия. Того же не могу сказать о Дарье Фэйр. Что это за птица, не знаю, но похоже, что отсутствие таланта она пытается компенсировать шокирующими комментариями.

    Привожу один из них:

    «Рассказ «Непобедимый огонь» зацепил языком, деталями, написано хорошо, поэтому слитая концовка заставила меня подумать, будто автор подрюнькал но не кончил. А когда автор под «Огнём» мне ответил, я пожалела, что не поставила оценку ещё ниже».

    Так и хочется сказать: фу, как грубо! Нормальные мужчины от таких девушек шарахаются, как от чумы. Но я не мог оставить бедняжку без ответа:

    «Дарья, дрюнькать будете дома. Это все-таки литературный сайт, а не притон. Концовка не слита, – она плавно закруглена. Могу лишь догадываться, почему ответ автора «Огня» вам не понравился. Скорее всего, он привел возражения, которых вы не ждали. Такова жизнь. Необязательно с вашим мнением будут соглашаться. Вы жалеете, что не напакостили автору понижением оценки. Если все будут вести себя, как вы, отечественная литература останется без будущего».

    Не сделав соответствующие выводы, добродушная собеседница опять попыталась укусить:

    «Сударь, вы никого слышать не хотите, меня такие товарищи обескураживают и вызывают материнскую нежность. Я могу вас только мысленно похлопать по плечику, сказать: «ну-ну», и дать конфетку Вам приятнее читать только то, что вы хотите. Тут медицина бессильна».

    Пришлось выбить забияке зубы:

    «Я не сударь, – у меня имя есть. Мне приятно, когда пишут что-нибудь разумное, в отличие от вас. В медицинской помощи пока не нуждаюсь, но вам, если будете продолжать в таком духе, придется каждого встречного похлопывать по плечу. Дорога сама приведет вас туда, где есть заботливые врачи».

    Далее, успокоив еще парочку особо ретивых собеседников, я еще раз предложил Ивану Бахонину вызвать председателя жюри. Кто-то ведь должен отвечать за неправильные итоги первого тура. Организатор ответил баном. Я написал ему на электронный адрес, чтобы выяснить причину, но письма не дождался.

    Мое терпение лопнуло. Каким-то чудесным образом я зашел на сайт и скопировал все материалы по этому делу. Осталось лишь состыковать фрагменты информации и отредактировать текст. Так появилась на свет эта критическая статья. Распространить ее в Интернете было сущим пустяком.

    Не знаю, от чего пытались спрятаться Бахонин и его приспешники. Если от острого языка, то напрасно, – я просто огрызался в ответ. А если они прячутся от правды, это бесполезно, потому что она достанет, находясь, где угодно.

    Некоторые читатели спрашивают меня: зачем писать такие статьи? Я бы задал встречный вопрос: тогда зачем заниматься критикой? Ругать мерзавцев, которые топят хороший рассказ, надо, но тем более это надо делать, если они возвеличивают неотредактированные тексты. Почему? Потому что они отравляют отечественную литературу и читателей. Последние ведь даже не подозревают, что их ждет в книжных магазинах.

    К моему великому сожалению, до сих пор не принят закон о литературном языке. После этого бездарное жюри и продажных редакторов погнали бы поганой метлой из всех конкурсов и издательств. Надеюсь, это светлое будущее скоро наступит.

    Александр Рубис,
    поэт, прозаик, публицист,
    частный редактор.

    00:34
    +2
    О-о-о, какие люди, вы и сюда это приволокли ))) Да уже бы посвежее пиар-ходы выдумали laugh
    Александр Рубис
    01:29
    Dammage Limitation, не приволок, а опубликовал.
    Это не пиар.
    Ничего смешного тут нет. Тут плакать надо.
    15:29
    Ну… Если вот это все делается на полном серьезе — то да, рыдать в голосину. Но я все еще тешу себя надеждами, что это не форма досуга для наполнения ею жизни, а намеренный ход с целью быть замеченным… Ибо репутацию вы себе уже заработали, мне даже немного завидно.
    15:32 (отредактировано)
    +1
    Да ты творческой энергии больше на срачи тратишь после конкурса, доказывая, что самый достойный, лучший из худших и сеешь больше овощей.
    Лучше б вместо этого рассказы писал, Рубис-бубис.
    Александр Рубис
    11:24
    Dammage Limitation, к любому делу нужно подходить серьезно, или не подходить вообще.
    Это не форма досуга и не рекламный ход. Это защита правды и предупреждение авторам.
    Не завидуйте. У каждого — своя судьба, свои праздники и проблемы.
    Александр Рубис
    12:59
    Hungry God, запасов моей энергии хватит, чтобы вывести на чистую воду негодяев.
    Сею пока не овощи, а истину.
    Если вы называете критику срачем, страшно подумать, чем вы назовете драматургию или поэзию.
    Рассказы я тоже пишу. Узкий круг интересов меня не устраивает.
    00:32 (отредактировано)
    +1
    Совершенно верно. А еще — своя правда )
    Александр Рубис
    18:29
    Dammage Limitation, своя правда — это хорошо, но доказанная правда гораздо лучше.
    Можете не искать в Интернете видео, — оно все равно вам не поможет, как и ухмыляющиеся рожи, именуемые смайлами.
    20:32
    Да я еще на Терре понял, что тут ничего не поможет )
    Александр Рубис
    20:09
    Dammage Limitation, это хорошо, что вы вдруг стали понятливым.
    20:37
    Да, я очень рад за себя ) За вас, к сожалению, не выходит crazy
    Александр Рубис
    13:29
    Dammage Limitation, неудивительно, поскольку мои рассуждения вам не нравятся. Рисуйте рожи, — может, хотя бы это вас порадует.
    02:43
    +2
    Рубис, ты кто ваще? Как поет и про заек ты на этом ресурсе не замечен, но, я предположу (вот эту простынь не читал), что пытаешься об*срать чужой конкурс. Не пошел бы ты, Рубис, куда-нибудь со своим плачем Ярославны.
    04:41
    +1
    Я простыню не дочитал, но одобряю.
    Автор прав — его рассказ лучше.
    Я, правда, его рассказ не читал, но автор же лучше знает.
    Жюри тоже право, вылвинув в финал другой рассказ. Ну безграмотно, подумаешь. Автор не корректор, автор писатель. Тот рассказ я тоже не читал, но не удивлён. Судьи правы — с их точки зрения тот рассказ лучше.
    Итак, мы здесь (точнее, там) наблюдаем конфликт двух правот. На самом деле их больше, ведь у каждого участника и у каждого судьи, более того, даже у каждого читателя, — и то своя правота.
    Любой конкурс — лотерея. Вы не знали? Повезёт тому, чья правота окажется ближе к правотам судей. Говорить о достоинствах и недостатках произведений практически всегда можно только с личной позиции. И вся эта вышевисящая простыня — очередной всхлип из серии «А судьи кто?»
    Не оценили? Сочувствую. Более того, вполне может быть, что даже разделю вашу точку зрения. Но возмущаться, требовать жалобную книгу, писать простыни в общественные организации — это некрасиво. Это ваше личное мнение, не надо (и бесполезно) навязывать его другим. Высказать? Высказать, конечно, можно, но смысла нет. Итог всё равно один — ничего не изменится. Сделали для себя выводы, определили судейскую компетенцию конкурса? И хорошо. Больше не участвуйте.
    Александр Рубис
    13:17
    -2
    Hungry God, я тот, кто способен думать, и, в отличие от некоторых, грамотно писать.
    Прозаика и поэта вы не замечаете, возможно, потому что не ищете или не хотите искать.
    Я пишу не простыни.
    Конкурс, точнее, организаторов и жюри, критикую, причем справедливо. А «об*срать» — это, скорее, ваш стиль, поскольку вы имеете наглость меня куда-то посылать. Странно, что это не замечает администрация.
    Ярославна за такое общение приказала бы отрубить вам голову. Я сделаю проще, — врежу по-крестьянски, чтобы ваше воспитание на место стало.
    Александр Рубис
    14:27
    «Я, правда, его рассказ не читал, но автор же лучше знает». То есть не читал, но доверяю автору. Странновато, но спасибо и за это.

    «Ну безграмотно, подумаешь». Водопад, думать надо всегда, особенно отправляя текст на конкурс.

    «Автор не корректор, автор писатель». Писатель должен уважать и себя, и читателей, и жюри. Оставляешь ошибки — не уважаешь никого, но в рассказе «Свои» — не орфографические ляпы, Стилистические, языковые, композиционные. Это уже более серьезные недостатки.

    «Тот рассказ я тоже не читал, но не удивлён. Судьи правы — с их точки зрения тот рассказ лучше». Вы повторяетесь: не читал, но знаю.

    «у каждого судьи, более того, даже у каждого читателя, — и то своя правота». Правота перестает быть просто своей, когда приводят факты. Я их привел. Кроме того, мнение эксперта намного перевешивает мнение читателя.

    «Любой конкурс — лотерея. Вы не знали? Повезёт тому, чья правота окажется ближе к правотам судей». Тогда давайте играть, а не развивать свое творчество. Давайте разгоним жюри, — все равно оно не нужно. Чтобы достать счастливый билетик, хватит тупого барабана. Кто, кому ближе, — это не анализ, а кумовство.

    «Говорить о достоинствах и недостатках произведений практически всегда можно только с личной позиции». Личная позиция не поможет, если вы пишете рассказ. Нужны теоретические знания, большая практика. Если вы не знаете, как создается художественный текст, вы не сможете оценить его.

    «И вся эта вышевисящая простыня — очередной всхлип из серии «А судьи кто?»». Вы либо вообще критику не читаете, либо не обдумываете прочитанное. Пора бы научиться определять, где простыни и всхлипы, а где — литературный анализ, критика.

    «Но возмущаться, требовать жалобную книгу, писать простыни в общественные организации — это некрасиво». Возмущение по поводу самоуправства организаторов и жюри, — естественная реакция. Обоснованную критику писать надо, и публиковать ее везде, где только возможно. А теперь я скажу, что на самом деле некрасиво: бросать в мусорную корзину хороший рассказ; поощрять неряшливый текст; хамить участникам; забанивать участников ни с того, ни с сего, без объяснения причин; писать неуважительные комментарии с обращением «ты», как это делает, например, Hungry God.

    «Это ваше личное мнение, не надо (и бесполезно) навязывать его другим». То есть я должен, получив незаслуженную пощечину, подставить другую щеку? Нет уж! Предпочитаю отвечать той же монетой. Вот тогда будет и полезно, и разумно.

    «Итог всё равно один — ничего не изменится». Изменится. И жюри, и организаторы уже будут вести себя не так нагло и безответственно. Почему? Потому что авторы читают и делают выводы, а конкурс зависит не только от хозяев, — от участников тоже. Так было, например, на конкурсе «Золотое перо Руси». Я отправил лишь одно письмо критического содержания. В результате попал в список победителей.

    «Сделали для себя выводы, определили судейскую компетенцию конкурса? И хорошо. Больше не участвуйте». Выводы я сделал не только для себя. А участвовать или не участвовать, уже и козе понятно.

    23:38
    +4
    Способны вы думать или нет, то не вы решите, а товарищи зрители. Пока что у меня вопросы к логике и здравому рассудку человека, который, всрав конкурс, бегает по интернету и жалуется, как не оценили его талантище.

    Врежет он, ну чо, давай, выйдем, поговорим. Дуэль?
    23:47
    +2
    А я вот сижу и понять не могу. Это брат-близнец Алексуса чи шо? Они даже говорят одинаковыми фразами. Или эти Contest Justice Warriors в принципе из одной пробирки выходят?
    00:26
    Возможно, это разработки Тайного правительства из одной линейки моделей crazy
    00:31
    +1
    У тебя еще вопросы к такому? crazyУчитывая, что он так реагирует на каждый конкурс, в котором не выиграл… И бегает по площадкам, жалуясь на другие. Хым… Мож это такой пиар площадок? А чо.
    02:00 (отредактировано)
    +1
    Ты же знаешь, как мне нравится, когда они сопротивляются и кричат.

    Вообще я б его затоптал подуэлил. Выйти, поговорить как мужик он захотел, ить ты, значит, еще пытается изображать, будто есть яйца.
    04:26
    Н-да…
    Так прямолинейно понимать написанное… wonder
    Ну ладно.
    Отстаивать свою правоту надо. Если видите несправедливость и можете её доказать. Мне как-то снизили оценку за ошибки, которых не было. Я отстоял, оценку повысили.
    Но в подавляющем большинстве случаев вы ничего никому не докажете. Потому что оценка судьями работ, как бы они не старались, всё равно СУБЪЕКТИВНАЯ. И вы ничего не можете им противопоставить, кроме своей СУБЪЕКТИВНОЙ точки зрения.
    Работы оцениваются в комплексе. Если понравилось, О ЧЁМ написано, то мало обращают внимания на то КАК. И имеют право. Каждый имеет право на свою точку зрения. Вы, я, судьи, читатели, бомж Егорка. Последний с удовольствием употребит ваш рассказ, чтобы подтереться, и будет прав со своей точки зрения.
    Ваша точка зрения ничем не отличается от Егоркиной. Они одинаковые: у вас — своя, и у Егорки своя. Обе верные. Вы не можете утверждать, что ваша вернее, потому что она вернее для вас, а для Егорки — его. Максимум, что вы можете доказать — это то, что в вашем рассказе меньше ошибок, чем в другом, но это и для Егорки пофиг, и для судей. Егорке главное, чтобы помягче, судьям — интереснее. «Хорошесть» рассказа для каждого складывается из многих критериев, грамотность, стилистика у каждого на своём месте. У кого-то на первом, у кого-то на последнем. И все критерии в конечном итоге подгоняются под пресловутое «нра — не нра». У вас критерий умения владеть словом на первом месте? У вас будет свой шорт-лист. У судьи — свой. Везение (лотерея) в совпадении вашей и судейской точек зрения на литературу. Последракикулакамимахание всегда воспринимается в штыки заинтересованными сторонами, как и бочкокачение. И всегда в проигрыше затеявший игру в поиски справедливости автор. Об этом совершенно недвусмысленно вам сказали. Я в том числе. Потому что убедить другого в своей правоте невозможно, а прослыть истеричкой и обиженкой — как раз-два.
    09:17
    М-м-м, да… Я знаю ) Смотреть на тебя за работой — отдельный вид удовольствия laugh
    Александр Рубис
    18:24
    «Способны вы думать или нет, то не вы решите, а товарищи зрители». Hungry God, во-первых, не зрители, а читатели. Во-вторых, такие читатели, как вы, ничего не решат.

    «Пока что у меня вопросы к логике и здравому рассудку человека, который, всрав конкурс, бегает по интернету и жалуется, как не оценили его талантище». Не «всрав», а «обосрав». У меня тоже есть вопросы, но к человеку, который не только не воспитан, но и не обучен элементарной грамотности. Что касается логики и рассудка, то нельзя бороться с нерадивыми организаторами и жюри, не побегав по Интернету. Кстати, жалобы на конкурсных Богов — не мой конек. Предпочитаю задавать им трепку статьями и комментариями.

    «Врежет он, ну чо, давай, выйдем, поговорим. Дуэль?» Вы уже проиграли дуэль. Советую сменить тренера, который, кроме «ну чо», ничего вам не преподал.
    Александр Рубис
    21:24
    «Так прямолинейно понимать написанное». Водопад, я понимаю текст так, как положено его понимать.

    «Но в подавляющем большинстве случаев вы ничего никому не докажете». Что же вы предлагаете? Терпеть, когда вам выворачивают руки? Это не моя судьба, и никому такой доли я не пожелаю.

    «оценка судьями работ, как бы они не старались, всё равно СУБЪЕКТИВНАЯ». Субъективному оценщику на конкурсе делать нечего. Только объективность позволяет получить четкую картину происходящего. Только она помогает выигрывать чемпионаты мира и прокладывать дорогу в космос. Без нее мы жили бы в деревне Гадюкино, не зная, что можно построить белокаменный город. Помните: существует теория, а она дама очень точная, признанная во всем мире.

    «И вы ничего не можете им противопоставить, кроме своей СУБЪЕКТИВНОЙ точки зрения». Уже противопоставлял, и не раз. А поскольку я всегда привожу доказательства, мое мнение — не субъективное.

    «Работы оцениваются в комплексе. Если понравилось, О ЧЁМ написано, то мало обращают внимания». Вы сами сказали, что оцениваются комплексно. Это значит, что текст хорош не только сюжетом.

    «Каждый имеет право на свою точку зрения. Вы, я, судьи, читатели, бомж Егорка. Последний с удовольствием употребит ваш рассказ, чтобы подтереться, и будет прав со своей точки зрения». Нет, не будет. Если рассказ написан умело, а ваш Егорка это не понимает, кто-нибудь подотрется его мнением.

    «Ваша точка зрения ничем не отличается от Егоркиной». Отличается, если Егорка не знает, что такое художественная литература.

    «Максимум, что вы можете доказать — это то, что в вашем рассказе меньше ошибок, чем в другом, но это и для Егорки пофиг, и для судей». На вашего Егорку мне плевать. Что касается жюри, то я уже ставил его на место. Меня вносили в список победителей, и давали извинения. Но даже если жюри окажется особо упрямым, это не повод отказаться от критики и публичных протестов. Умные авторы читают отзывы о конкурсах, и делают выводы. Да и организаторы уже будут вести себя не так нагло.

    "«Хорошесть» рассказа для каждого складывается из многих критериев, грамотность, стилистика у каждого на своём месте. У кого-то на первом, у кого-то на последнем". Тогда это не члены жюри, не специалисты, а просто совы из разных лесов. Все руководствуются правилами: художник — правилами изобразительного искусства, механик — правилами техники, агроном — правилами сельского хозяйства. Писатель опирается на правила литературные.

    «И все критерии в конечном итоге подгоняются под пресловутое «нра — не нра»». Это делают, например, лентяи, которые не хотят гонять серые клеточки. У таких «экспертов», в конце концов, начинается застой в головах, и они уже оказываются ни на что не способными. Эти люди не только не приносят пользу литературе, — от них сплошные проблемы, потому что поощряются бездари, печатаются их книги, затем эта макулатура попадает в магазины и начинает одурманивать читателей.

    «У вас будет свой шорт-лист. У судьи — свой». Что за бред? Шорт-лист не свой и не чужой. Он конкурсный, только составлять его надо правильно и по совести.

    «И всегда в проигрыше затеявший игру в поиски справедливости автор». Не всегда. Если нельзя опрокинуть лодку, ее можно раскачать или направить на камни.

    «убедить другого в своей правоте невозможно, а прослыть истеричкой и обиженкой — как раз-два». Я с вами общаюсь достаточно спокойно. То же самое делаю, когда критикую бестолковое жюри. В литературной работе, эмоции отбрасывают, чтобы остались только факты. А убедить в правоте, да еще доказанной, нельзя только упрямого осла.

    05:32
    Субъективному оценщику на конкурсе делать нечего. Только объективность позволяет получить четкую картину происходящего. Только она помогает выигрывать чемпионаты мира и прокладывать дорогу в космос. Без нее мы жили бы в деревне Гадюкино, не зная, что можно построить белокаменный город. Помните: существует теория, а она дама очень точная, признанная во всем мире.
    Вот это смешно, потому что утопично-розово. Это — «хотелось бы». Но увы.
    Впрочем, далеко не сразу это понимаешь. Я тоже пытался, тоже резал правду-матку. У меня даже статус был на каком -то форуме «Правдоруб». И действительно, кое-что можно доказать. Например, судейскую ошибку. Если она есть.
    Беда в том, что в подавляющем большинстве случаев ошибок нет. Есть мнение, а мнение о художественном произведении невозможно опровергнуть. Вы не понимаете. Не понимаете, почему я говорю, о том, что у всех мнение одинаковое. Одинаковое, потому что верное. А верное, потому что своё.
    Все правы. Каждый. Поэтому невозможно доказать человеку свою правоту. Он и так прав, нечего доказывать.
    Это в общем смысле. А в деталях бывает, что получается. Поэтому, конечно, пытаться нужно.
    Хотя незачем.
    Александр Рубис
    20:33
    «Вот это смешно, потому что утопично-розово». Водопад, ничего смешного тут нет. А выражение «утопично-розово» вообще утопичное.

    «Беда в том, что в подавляющем большинстве случаев ошибок нет». В подавляющем большинстве случаев жюри либо некомпетентно, либо ему лень ломать голову, либо оно кому-то подыгрывает.

    «мнение о художественном произведении невозможно опровергнуть». Неправильное мнение может опровергнуть, кто угодно.

    «Не понимаете, почему я говорю, о том, что у всех мнение одинаковое. Одинаковое, потому что верное. А верное, потому что своё». А может, вы не понимаете меня? Говорят вам: свое мнение необязательно справедливо, если человек не руководствуется теорией литературы.

    «Все правы. Каждый». Нет, не все. Кто-нибудь непременно будет неправ.

    «невозможно доказать человеку свою правоту». Можно доказать, если человек — не упрямый осел, и если у тебя голова, а не кочан капусты.

    «Поэтому, конечно, пытаться нужно. Хотя незачем». Есть, за чем. Есть чувство человеческого достоинства и отечественная литература, которая нуждается в нормальных авторах.
    04:09
    А я до конца дочитал.
    Написано неплохо.
    Александр Рубис
    14:32
    Спасибо, Гроссмейстер! Если бы я знал, как плюс поставить, непременно это сделал бы.
    03:31 (отредактировано)
    Спасибо. :)
    И рассказ Ваш прочёл.
    И коменты под ним.
    И вот что думаю.
    Для простоты восприятия проблемы и отыскания её решения, предлагаю разделить её на две части. И рассматривать по отдельности каждую.
    Первая. Что там такое с жюри (и, соответственно, с конкурсом).
    И вторая. Сам рассказ. Его качества.
    Обе задачи связаны. Но рассмотреть по отдельности будет проще.
    Итак.
    По жюри.
    Версия. Личная.
    Задача жюри — сделать выбор и определить лучший из предоставленных текстов.
    По каким критериям? Вот тут у каждого человека свои акценты. Понимает это читатель (член жюри) или нет, но текст состоит из ключевых элементов, которые им воспринимаются.
    И, видимо, наличие грамматических ошибок (разного рода) для данного состава жюри данного конкурса не являлось ключевым.
    Вероятно выбирали по другим критериям. Может показаться странным. Либо печальным. Тем не менее. Версию с нечестным конкурсом рассматривать не буду, это тупик. :)
    Вопрос номер два.
    Сам рассказ.
    Я не писатель. Я вдумчивый читатель со своеобразным подходом к восприятию текстов. Звучит как хвастовство, но… тем не менее.
    Я не буду сейчас описывать плюсы-минусы Вашего рассказа, тем более что в коментах под ним очень подробно на основных моментах остановились другие читатели. Скажу лишь вот что…
    Попробуйте немного абстрагироваться от Вашего текста и не защищать его так активно. Ваш рассказ является уже самостоятельным объектом.
    Вы показали историю. Читатель её прочёл и… что-то увидел.
    Постарайтесь понять, что он увидел,
    а чего не видит и почему. Станьте на его позицию и прислушайтесь. Это ведь всего лишь точка зрения читателя.
    И тогда, допустив, что читатель может быть прав, Вы, как писатель, получите его точку зрения. Не обязательно резко соглашаться. Но прислушаться…
    Вы действительно неплохо пишете и возникает это вот… погружение в историю (а я считаю, что это самое главное). Но есть один момент.
    Каждый раз, когда возникает сбой (будь то ошибка в тексте, корявый оборот, неточное применение терминов (это не про Вас сейчас), либо… нелогичности, неточности в эмоциях или поступках персов, либо в обосновании событий, либо необоснованно меняется ритм и так далее...) любой, улавливаемый читателем сбой — выбрасывает его из текста.
    На этих сбоя, как я говорю, «подвисает внимание», остаётся вопрос без ответа. Не у всех читателей и не на всём. У каждого это на своём, родимом.
    Я вот, к примеру, если меня в текст затянуло, перестаю видеть знаки препинания. Такая беда. :)
    Но если попадается алогичность — бах! И я вылетел. Я читаю дальше, но не живу в тексте, а наблюдаю со стороны.
    Надеюсь, что так со всеми. :)
    Иначе, мои советы можете просто проигнорировать.
    Резюме.
    Проанализируйте свой текст с позиции читателя (не автора). В коментах под рассказом есть интересные наблюдения.
    Прошу заранее меня простить. Вы действительно очень эмоционально реагируете, и я не хотел бы добавлять в уже случившееся каких-то лишних, ненужных эмоций и переживаний.
    :)
    Александр Рубис
    20:03
    «Обе задачи связаны. Но рассмотреть по отдельности будет проще». Гроссмейстер, не проще. Нерадивость жюри можно доказать, только подвергнув рассказы сравнительному анализу. Нормальные эксперты не могли пропустить ляпы в рассказе «Свои», и не могли не сопоставить их с недостатками «Огня».

    «Задача жюри – сделать выбор и определить лучший из предоставленных текстов.
    По каким критериям? Вот тут у каждого человека свои акценты». Нет, не свои. Оценивают язык, стиль и композицию. Это основные правила создания художественного произведения.

    «И, видимо, наличие грамматических ошибок (разного рода) для данного состава жюри данного конкурса не являлось ключевым». Грамматическая ошибка – это нарушение словообразовательной, морфологической или синтаксической формы. («подскользнуться» вместо «поскользнуться», «благородность» вместо «благородство»). Такие промахи простить можно, да и то, если их немного. Но если автор делает логические и фактические ошибки, если нарушает композицию (описания, сюжет, авторские мысли, метод ведения повествования, соразмерность главного и второстепенного), если его словарный запас скуден, его текст обречен. Не знать это члену жюри не только странно, – неприлично.

    «Версию с нечестным конкурсом рассматривать не буду, это тупик». Рассмотреть ее нельзя, поскольку нет фактов, но и сбрасывать со счетов не стоит.

    «Я не буду сейчас описывать плюсы-минусы Вашего рассказа». Ну, если вы не будете, я перечислю. Жюри и авторы сайта были правы лишь насчет электропередачи (я забыл добавить слово «линии»); бутылку нельзя бросить водителю во время езды (сопротивление воздуха помешает); еще какой-то ляп (уже забыл, какой). Как видите, не боюсь признавать свои ошибки. Однако недостатков в «Своих» намного больше, и даже если найдутся еще три моих нестыковки, все равно побеждает «Огонь».

    «Вы показали историю. Читатель её прочёл и… Постарайтесь понять, что он увидел». Понимать надо не то, что увидел читатель, а то, что увидело жюри, потому что от него зависит судьба рассказа. Если вы внимательно читали мой комментарий, могли заметить, что один из экспертов все-таки написал рецензию, но она выглядит, как хромая и блохастая собака. Я тыкал этого профи носом, чтобы его голова лучше соображала, но, видно, этого мало. Члену жюри еще не хватает знаний.

    «любой, улавливаемый читателем сбой – выбрасывает его из текста». Тогда представьте себе, сколько раз выкидывает из рассказа «Свои». Я нашел в нем два десятка серьезных ошибок только в первой главе. Страшно подумать, сколько их там еще. Вылетая столько раз из текста, можно переломать все кости, и каждую несколько раз.

    «необоснованно меняется ритм». Ритм – критерий поэтический. Он отвечает за напевность стиха, а мы обсуждаем прозу.

    «если меня в текст затянуло, перестаю видеть знаки препинания. Такая беда». Для читателя это не беда. Беда автора начинается, когда он не замечает логические, фактические и композиционные провалы, потому что на конкурсе такие ошибки приходится смывать кровью.

    «Проанализируйте свой текст с позиции читателя». В этом нет смысла. У читателей разные мнения, и у них почти нет специальных знаний. Вы же не станете анализировать двигатель с позиции уборщицы.

    «Вы действительно очень эмоционально реагируете». Я всегда реагирую естественно, а когда делаю сравнительный анализ или просто редактирую текст, эмоции отключаю вообще. Остается лишь один параметр, – поиск недостатков. Этим радаром пользуются все редакторы и рецензенты.
    21:14
    Загрузка...
    Аня Долгова